Скованность

— Доброго вечера, Кузнец. Джейс кидает взгляд себе за спину — на большие механические часы, которые мерно отмеряют время — точность до секунды. Иногда его восхищала пунктуальность собеседника, например, вот в те моменты, когда он появлялся точно в момент, в который его ждали. Иногда она же, эта пресловутая пунктуальность, выводила из себя, моментами, когда под точно отмеренный час полторадвавечнотакмало голос все так же вежливо прощался. Джейс молится о том, чтобы внимательный взгляд не заметил, как соскользнули его руки по молоту, нарушая идеальное равновесие. Вестник всегда был дотошен; перед камерой нельзя было никак понять, на чем именно сосредоточен пронзительный взгляд, который, кажется, порой сквозил и через многие объективы, разрывая пространство, прожигая кожу.

Громоподобный звук —

от него дребезжат специально купленные микрофоны, едва ли не выходят из строя; впрочем, жар кузни совсем не мешает им работать, ведь именно, в том числе, с такими намерениями они были куплены, чтобы работали и сохраняли свои возможности долго, но… Тяжелый молот опускается на слиток вновь, вытягивая изделие в металлическую нить. — Сегодня волюта? Как интересно. — Голос звучит вновь; гласные растягиваются, дребезжат едва заметно на концах слов, а к концу речи акцент становится более явным, з а м е т н ы м. И Джейс, Джейс, о Джейс — умирает: с того, как слышится искренняя заинтересованность, о которой сообщили; с того, что Вестник никогда не скажет, что он изготавливает ограду для забора, всегда точен в своих познаниях; с того, что смазывается расслабленная речь этим акцентом. Это — отдельный пункт, что всегда заставляет Джейса на некоторое время терять свои мысли: слышно, что Вестник обучался языку, что он позволяет себе в разговорах с ним срываться на другой, свой, исконный язык, не следит за произношением и… ужасно старомоден, уж по каким учебникам учился выстраивать правильную речь — неизвестно. О, неизменно правильная речь, которая звучит почти греховно на этой платформе; интонации, что Вестнику невероятно идут. Джейс облизывает пересохшие губы, опуская молот вновь, и… В качестве одобрения приветливо разносится звук доната — работа начинается. От волнения лишняя капля пота соскальзывает по рабочей рубашке, а сам Джейс приветливо щурится, смотря прямо в камеру и расправляя плечи, чтобы продемонстрировать грудные мышцы. Его хрипловатый голос звучит в ответ. — Ты угадал, Вестник. У меня на сегодня много что приготовлено, тебе должно понравиться. И кажется, что за объективом, перемещаясь с изделия, на него уставились острые, сверкающие в истинной жажде глаза — Джейс сглатывает, надеясь и боясь, что это лишь его выдумки.

***

Чем больше свободного времени и возможностей, тем больше и придурь — и Джейс Талис знает об этом не понаслышке, потому что как раз обычно он является тем, кто обеспечивает эту придурь. Нет, на самом деле, ничего такого — подумаешь, споры среди друзей, ну мелочь же? Особенно, когда эти споры направлены на академические и прочие успехи, а не злонамеренные действия; так сказать, повышают интерес к различного рода достижениям. Вот и сам Джейс, постоянно лучший ученик, не видел в спорах ничего зазорного. Разумеется, пока проигрыш не коснулся своей рукой его — фортуна игриво поманила пальчиком, отодвинула свою вуаль с лица и со смехом растворилась. И оказался Джейс Талис в проигравших. Не впервые, конечно, но… так редко для него! И тем желаннее для его друзей, которые наконец-то получили возможность расквитаться с ним за всё, что он успел натворить с ними в прошлые разы. Да, Джейс проиграл спор — феерически, катастрофически, потому что фотография его лица, что была сделана при осознании этого факта, всё ещё пересылается среди его друзей в качестве мема и не подлежит изъятию. Прекрасные дамы, окружающие его, были так же беспощадны, как и красивы. Они вцепятся своими холеными коготками (ладно, будем откровенны, таковые только у одной из) не только в сердца мужчин, но и в своих жертв, одной из которых, к сожалению, теперь является их дорогой, дражайший, самый лучший и любимый друг. Ныне — неудачник. Тот, который не подозревал о размерах катастрофы даже тогда, когда в его дом притащили несколько профессиональных камер на штативах, чувствительные микрофоны и всякие… штуки, которые использовались, кажется, при видеосъемке. Мэл Медарда улыбалась очень довольно, расплачиваясь с грузчиками — ах да, состоятельность его друзей и его самого была одной из причин того, почему их невинные шалости обретали поистине вселенский размах. Ну, невинные до этого момента, определенно. Потому что Джейс Талис, гениальный Джейс Талис, надежда всего учебного заведения в своей сфере, призер и победитель множества конкурсов, которые даже не выговорить нормально, прекраснейший студент с отличным прошлым, неплохой кузнец и в целом приятный парень, он… безнадежен в некоторых моментах. Он был умен, бесспорно, но, право слово, он просто не мог знать все вещи на свете, окей? Споры грибов? Ох, как жаль, что они спорят, он надеялся, что они скорее помирятся. …нет, конечно, он был не настолько непросвещён — но уровень понятен, да? Итак, невинные шалости перестали быть таковыми ровно тогда, когда женский коллектив дружно объявил о том, что пришел конец его вольготной жизни и пора бы уже отрабатывать долг натурой — в прямом смысле. Для него был любезно зарегистрирован аккаунт в одной (теперь Джейс Талис это знает, раньше не знал) распространенной видеоплатформе с характерным ххх-обозначением. Видеохостинг, да-да, всё верно, и Джейс мог бы даже заинтересоваться внутренней работой программ сайта, если бы… если бы не осознал, в какую ситуацию он попал. В очень и очень липкую, пахучую, а еще чреватую стыдом до конца жизни, если кто-то узнает — в общем, вебкам. Окей, вебкам. О к е й. «Он знает, что это такое — уже хорошо», — потешалась Вай, видя круглые глаза своего друга. Джинкс, которая крутилась рядом и которая, вообще-то, вообще не должна была знать об этом и участвовать в силу гиперопеки и возраста, поухмылялась и принялась разбирать камеру на составляющие. Джейс очень хотел составить ей компанию, но… он откровенно оказался в окружении! В безвыходном положении! В жопе, короче. Итак, Джейс Талис знал, что такое вебкам (никогда не пользовался, отбоя от желающих составить ему компанию не было, как и интереса самому в этой компании состоять), но абсолютно не знал, что там делать ему. Нет, вообще-то, знать-то он знал. Ему, как проигравшей стороне, стоило заработать сумму, определенную его обожаемыми, любимыми и жаждущими мести друзьями. Главный вопрос состоял в том, как это сделать, когда на него направлены насмешливые, победные и горделивые взгляды тех, кто дорвался до отмщения. О, он знает, девушки будут следить за ним во время выполнения задания. …не то, чтобы он думал действительно демонстрировать какие-то извращения или торговать своим телом (хотя последнее у него бы получилось, уж очень хорошо сложен, не без этого, есть повод для самодовольства), да и для будущей карьеры великого ученого, что он лелеял в мечтах, это было бы несмываемое пятно позора, так что… К тому же, Джинкс! Совсем малютка (по ее ехидным комментариям и советам принимать те или определенные позы или предметы так не казалось), которая не должна видеть ничего такого ужасного, и поэтому!.. Джейс никак не мог делать ничего из того, что потом бы сказалось на нем. И совсем неважно, что он все еще не представлял, как вообще всё устроить и никогда таким не занимался. Было бы проще отказаться, откупиться чем-то другим, возможно, мелькнет мысль? Но нет, не здесь, не с этими жаждущими его крови фуриями — потому что, перетерпев этот позор, Джейс избавится от долга. А долг дороже денег, даже если не карточный, это первое. Второе, и, признаться, самое весомое — эту ситуацию могли его дорогие, самые обожаемые и любимые, неподражаемые подруги забыть, спустя время, если он перестанет на нее реагировать, а вот его отказ — нет. Отказ означал бы крах социальной жизни Джейса и его шансов на жизнь в целом; он лучше всех знает, до чего могут довести эти прекрасные женщины своими ядовитыми языками. Выход находился только один — окно. Джейс даже кинул на него взгляд, но невозмутимая Кейтлин грамотно встала перед ним, приподнимая бровь насмешливо на потухшую надежду в глазах мужчины. Что же оставалось бедному, несчастному, обиженному жестокостью и преданному своими лучшими друзьями Джейсу? Только склоняться на колени и умолять об отсрочке — пока он не примирится с мыслью и не придумает, как всё организовать. Девушки переглянулись с понимающей усмешкой — и милостиво соблаговолили пожалеть немного Джейса, предоставив ему пару дней на раздумья. Как раз разберется и в том, как вообще работает система сайта, прикинет, во что там облачиться, всё такое… В общем, гордо удалились, похихикивая меж собой. Конечно же, все они понимали, что подобная ставка — шутливая. Они были хорошими друзьями, и никто бы не толкал Джейса вытворять на камере то, что может в целом опорочить его или унизить; игры играм будут рознь, и, естественно, каждый из них не допустит, чтобы в процессе появилась какая-то опасность, что в нынешний момент, что в будущем. Оставалось только придумать, как выйти из данного положения, не нанося ущерб ни себе, ни нежным девичьим глазкам. К слову, весьма возможно, что девушки решили проверить наличие у него метафорических и реальных яиц — мол, осмелится ли он пойти на подобное во имя спора. Так вот, Джейс Талис! Он вызовов не боится! Он всех их преодолеет с блеском!.. Вот прямо сейчас, как придумает. По итогу? Остался Джейс, всё ещё один, несчастный, брошенный, и глубоко сопереживающий будущему себе — будущему, потому что он сейчас решительно не понимал, как решить данную ситуацию. …впрочем, стоит отдать ему должное, ошеломление длилось не так долго, ведь ему в голову пришла поистине гениальная мысль. Потрясающая, превосходная, что заставит и его драгоценных друзей встать на колени и молить о снисхождении! Джейс Талис гордился с собой — и решительно начал перетаскивать оборудование в кузницу, которую ему как-то подарила матушка на один из дней рождения. Да, у состоятельных свой размах — но история не о том! Оставалось только проверить устойчивость оборудования и разобраться в нюансах сайта — и Джейс Талис был готов стать новой звездой этой платформы. Потому что людей было много! Их предпочтений — того больше! И нет ничего плохого в том, что кто-то возбуждался от работы подтянутого красавчика в кузнице, всего такого сильного, в одежде в облипочку! В общем, Джейс Талис был воодушевлен и предвкушал реакцию своих драгоценных подруг — потому что кузнечное дело было вторым увлечением всей его жизни, о котором его не заткнуть. Близкие его друзья давно пресытились всем, что было связано с кузнечным делом, поэтому еще на раннем этапе знакомства, при проигрыше в споре, запретили упоминать обо всем, что с этим связано. Шутливо, конечно, но предупреждениям Джейс Талис внял — и иногда даже применял… Но сейчас суть не в этом! Мысль была действительно гениальна! И энергичный кузнец ринулся ее реализовывать, заодно отослав в групповой чат уведомление о том, что в определенное время ждет всех на своем стриме, ведь все они должны лицезреть новое дарование сайта. Дело было почти решено. Оставалось потратить время на обстоятельное ознакомление с функционалом, расставить подключенные камеры (отличного качества, тц, друзья его не допустили шанса, что что камеры «случайно» выйдут из строя, даже кузницу переживут), продумать порядок своих действий и насладиться своим будущим триумфом… Ах, столько дел, столько дел, и всё ради того, чтобы выбить из привлеченных фанатов столько, что даже не отобьет стоимость аппаратуры. Выбрать ник было просто — Кузнец на то и есть Кузнец. Дата Х на ххх-сайте так быстро наступила — хотелось взвыть от безысходности и неизбежного позора. Это было странно — смотреть в камеру и разговаривать с людьми в целом так, не видя обратной реакции и выражения лиц. Джейс, сощурившись, задумчиво пощелкал несколько кнопок на подключенном к сервису телефоне, чтобы настроить так, как нужно — ага, вот оно. В режиме стриминга этого сервиса были на выбор несколько вариантов трансляций, а Джейс выбрал тот, в котором надо общаться с ним голосом. Почему? Потому что в наш век технологий редко кто предпочитает так делать, да и еще на такой площадке, что отсеет большую часть извращенцев, заинтересовавшихся его прекрасным, вне сомнений, видом. На самом деле, Джейс все еще понимает, что его друзья скорее взяли его на слабо: сможет ли он подобное сотворить или нет, и достаточно будет провести пару трансляций даже без набора определенной оговоренной суммы. Они сами заскучают и прекратят это действие — подумаешь, дня два-три позора взамен душевному спокойствию и чувству превосходства, мол, да-да, вот это Джейс Талис, вот это молодец, ничего его не пугает, непрошибаем и вообще, не связывайтесь с ним, себе будет дороже! В общем, прелесть, не так ли? Вот и сам Кузнец думает так, дожидаясь появления своих друзей и просматривая списки участников трансляции. В целом, он… дождался. Брови взметнулись вверх — нет, количество участников верно, но… серьезно? Джейс цепляется взглядом за открытый дружеский чат, в котором каждая сообщает о своем прибытии, и, испустив тяжелый вздох человека, утомленного тяготами жизни, отходит от телефона, чтобы встать перед камерами и натянуть перчатки. — Вот скажите, чем вы руководствовались, когда выбирали такие ники? — Мужчина неторопливо проговаривает, привычным движением беря со стола защитные очки для работы, воспринимая подобную ситуацию скорее как голосовое сопровождение его во время ковки. Что же, они часто переговариваются, когда заняты привычными делами, требующими только приевшиеся жесты? Сейчас происходит нечто подобное, Джейс, выкручивая определенную температуру в плавильной печи, нарочито равнодушным тоном интересуется. Звучит разочарованный выдох Джинкс — о, она явно недовольна, что мужчина все-таки выбрался из своего щекотливого положения, формально ничем не нарушая условия выполнения задания, но и не попав в позорную ситуацию! Скорее всего, она и была выдумщицей, черт, зараза. Джейс на это хмыкает и поправляет плотную темную футболку, проверяя крепления на перчатках. [ЗД]: А ты решил сыграть не по правилам? Что, смелости не хватило, поджилки затряслись? Мэл Медарда — та еще провокаторша, но Джейс на это невозмутимо приподнимает бровь за стеклами очков, оборачиваясь чуть в сторону объектива, пока есть такая возможность — печь только прогревается для работы, он может потратить время на болтовню. Выбор этой девушки в ее обозначении, конечно, вызывает… сомнения, учитывая специфику сайта; еще и это цоканье, будто подобное выведет его из себя! [Дуло ствола]: Да ладно, Мэл, мы ведь все понимали, что его задачей не будет подрочить на камеру, оставь уж его. Кейтлин звучит с достаточно заботливыми нотками в голосе, которые, впрочем, прекрасно сочетаются и с заложенным туда же ехидством — она хихикает, скорее от того, что ей что-то сказали по ту сторону экрана, слышен неразборчивый голос Вай. [Дуло ствола]: Мы решили, что должны обозначить себя ассоциативно, учитывая направленность сайта. Все мы знаем, что такое ствол, и что такое дуло ствола, но для вебкама… Что же, ты можешь представить, как что это звучит для посетителей этой трансляции? Джейс закатывает глаза на подобную манеру речи, заодно кидая в форму слитка для плавления несколько золотых изделий — его как раз не так давно Мэл попросила сделать одну штуку на заказ для своей матери, будет заниматься этим попеременно… Кейтлин с манерой подачи себя не вяжется с этим местом, но ее фантазия действительно могла себе позволить подобный ник. Эвфемизмом члена с помощью его составляющего? Почему бы и да. В целом, после того, как она связалась с Вай, которую Джейс искренне обожал, как подругу, подобное поведение от благовоспитанной Кирамман было даже ожидаемо. Итак, одна из загадок раскрыта, а Джейс заглядывает в форму, проверяя состояние металла. Золото — хрупкий материал, с ним нужно быть острожным. Признаться, с Кейтлин все было более или менее понятно, а остальные… [Взрыв]: Со мной все понятно, но ты можешь воспринимать меня как оргаз-… Слышится глухой стук и Джейс даже с сочувствием смотрит в сторону камеры, на мгновение отвлекаясь от своих монументальных и огромных щипцов, с помощью которых желает вытащить раскаленную форму: в Джинкс явно бросили что-то, чтобы заткнуть ее «неподобающие возрасту слова». Вай достаточно интересно воспитывала свою сестру — любила, конечно, допускала развлекаться с ними и даже разрешила заявиться в данный момент на этот сайт, но материться, говорить пошлости, о, нет-нет, никак нельзя, и ничего, что буквально чуть ранее она эти самые пошлости слушала и, скорее всего, принесла эту идею. Интересно, что с ней стало после того, как ее старшенькая узнала, что младшенькая знает о таком сайте и его функционале? Звучит ехидный смех других девушек на возмущенный бубнеж Джинкс и легкие поддразнивая — девушка воспринимается всеобщей младшей сестрой. Легкий шум в динамиках для него стихает — Джейс, откровенно, и не вслушивается, сосредоточенный на том, чтобы распределить жидкое золото по заготовке уже окончательный формы — ее отдельно сковать и оттеснить сделать пару дней назад, чтобы получилось первоначальное обозначение герба дома Медарда. Отлитый из золота герб в качестве подарка на день рождения? Почему бы и нет — размах замыслов Мэл иногда действительно поражал. Шум медленно стихает — и сам Джейс вытирает платком пот со лба — стало жарко. И это, наверное, уже можно воспринимать как рейтинговый контент, ведь футболка начала явственно липнуть к его сильным мышцам. [Шестерка]: Пока ты ждешь, я объяснюсь — всем известно мое имя, и мне тут подсказали, что оно слишком похоже на римскую цифру… Но цифра же будет слишком скучно? Считай меня одним из своих винтиков, Дже-… Кузнец, и, так сказать, почини меня. Усмешка Вай слышна — но она действительно права и достаточно оригинальна в своем выборе. Джейс кивает, усмехаясь сам и разглядывая стремительно остывающее золото, надавливая на наметанные места молотом, только надавливая, не особо куя — этого достаточно. Это — первоначальная форма. Болтовня Вай похабна откровенно — в сути, отсылает к даже к некоторым культовым вещам, как только Кейтлин ее терпит? Нет, глупый вопрос, Джейс знает, как — довольно краснея на эти хохмы. Он бы присоединился к ее смешуточкам, но, увы, в этот раз объектом был он сам, а это… слегка неприятно. Но терпимо. [ЗД]: Глупо с твоей стороны спрашивать, что у меня за ник, когда ты держишь в руках его составную часть. — Ладно остальные, они на грани фола, но неужели ты действительно решила использовать это? — Задать вопрос он успевает между застыванием золота и набиванием в слитки меньшей формы новой партии — каркас будет золотой, но ведь еще нужно сковать узоры, сформировать их из податливого металла. Становится жарко, печь натоплена, как следует, и в руках оказывается его огромный молот — застывшее золото в форме стоит отбить, чтобы оно стало тоньше, чтобы оно распределилось равномернее; физическая нагрузка вместе с жарой заставляют горячо выдыхать, а голос становится слегка запыхавшимся. …пожалуй, просто слыша кто-то его и предполагая, что это вебкам, точно бы подумал не про то; впрочем, возможно, так и будет, когда залетят сюда случайные люди. Достаточно странно, почему их еще нет, неужели его заставка в виде фотографии его самого в кузнице с открытыми мышцами не привлекает так внимание? Или начинающим стримерам нужно платить за продвижение? Увы, такие тонкости он еще не разузнал — да и без надобности, он явно не тот, кто хотел бы влететь на вершины рейтингов… вдруг кто узнает. Впрочем, ничем таким он тут не занимается, не так ли? Просто кует — и не от слова хуй, пусть это и похоже звучанием в некоторых моментах. В ответ на его фразу вновь слышится смех его дражайших подруг, и, хм… да они определенно сговорились и придумали эти никнеймы, чтобы снова обсмеять его! Неужели продолжат подобным образом всю трансляцию, даже когда войдет к ним кто-то другой? Хотя, в целом, с них станется сыпать похабными комментариями, которые заставят его краснеть (не от их наличия, а от того, что это говорят его подруги в присутствии какого-то другого человека, наверняка извращенца, кошмар!), так что… тебя ждет маленькая социальная смерть, Джейс Талис, давай, готовься, готовься… И трудись, взмахивай своим молотом под насмешливую лекцию-ответ того, кто заказал сегодняшнюю работу. [ЗД]: Вы как всегда невнимательны к сокращениям и сноскам, что выносятся в отдельный пункт. Я — золотая дама, весьма подходит мне, не находите? А то, как воспримут несведущие извращенцы с недержанием — лишь их проблемы, надо было внимательнее читать. [Взрыв]: Единственное, что выносится — наши мозги, когда ты включаешь свои штуки. Завязывай, а то тут вообще все стухнет, и так совсем невесело. Джейс, может, позволишь какой-нибудь штуке разнестись под весом твоего молота? Я бы на это посмотрела. Джейс Талис в ответ на предложенное святотатство под дружный смех и причитания Вай показывает один из пальцев — да-да, тот, что самый разговорчивый и фигуральный. Джинкс права в том, что Мэл иногда может сводить с ума, но неправа в том, что называет его имя. Анонимность в таких вещах, все же, достаточно важна, и так небрежно разглашать личные данные… Мужчина качает головой и берет молоток поменьше, под новый слиток, чтобы равномерными стуками растянуть в широкую линию слиток. Нужно будет отшлифовать, пригреть, снова немного нагреть, чтобы придавать необходимые узоры в завитках… работы много. Вычурные гербы никогда не были легки в производстве — но Талис вызовы любил, справлялся с ними мастерски. Это утверждение доказывало как минимум то, что он в этом месте и кует, черт подери. — Дама, тогда вам придется корректировать меня по ходу работы. — Джейс усмехается абсолютно довольно, переходя от демонстрации мышц своей сильный спины к демонстрации получившегося узора, хватая его щипцами и поднимая перед камерой. Дальше — капля раскаленного золота и присоединение небольшим молотком к основной части, спайка, другим словом, — о, это делать он умел тоже, не зря же у него заказывают изделия. Герб будет тяжелым — но на то и дан такой размер, золото — совсем не легкий металл. — И раз вы все здесь, чтобы смотреть на то, как я… выполняю свою работу, тогда будьте любезны, следите за всем процессом. За сегодня я хочу закончить ее — и, надеюсь, вы меня будете достаточно за нее платить. — Да, Джейс сверкает белозубой усмешкой, он тоже умеет включаться в шутки, даже склоняется в поклоне, мол, вот ваш покорный слуга, делайте с ним, что хотите, мол, вот он я, все для вас, девушки — и терпите трансляцию кузнечного процесса, сами захотели. Один из обязательнейших элементов его действий — выпить воды из бутылки, половина содержимой которой нарочито проливается на него — нет, обычно Джейс аккуратнее, но сейчас он демонстративно делает подобное, со своим отвратительным актерским талантом и желанием паясничать; в конце концов, ему самому неприятно работать в мокрой футболке, но ведь надо показать, что он действительно настроен на удовлетворение различных потребностей? Работа продолжается — звучат в меру оживленные голоса под бой молотков, шипение некоторых деталей в воде, под треск печи — в кузне, коль работа началась, нет особо места для промедления, разве что в рутинной работе можно переброситься словами; раз за разом звучит молот и времяпровождение, в целом, даже весьма милое, пока… Пока все не затихает — Джейс это слышит не сразу, понимает — тем более, занятый соединением особенно сложных элементов. Ювелирная работа, а Джейс, все же, больше по куда менее требовательным деталям и вещам, чем что-то декоративное, а не функциональное. Он давно уже промок до нитки, мышцы начали уставать, он даже успел потянуться пару раз, чтобы размять их, и… Тишина от его подруг непривычна — Джейс поднимает слегка рассредоточенный, замыленный взгляд в объектив, в упор, пока собственная его рука опирается о ручку молота. — С трансляцией все хорошо? Меня слышно, видно? — Голос хрипловат; пока кузнец ждет ответа, он абсолютно спокойно, без лишней показушности, вновь пьет воду, снимая на время перчатки — руки жутко вспотели в них, но техника безопасности требует. Отвечает Кейтлин — в ее тоне какие-то странные нотки… ожидания? Напряжения? Непонимания? Джейс хмурится, не совсем зная причину таких интонаций. [Дуло ствола]: С трансляцией все хорошо. И молчание. Джейс недоумевает сильнее — его остальные подруги ушли, сочтя, что наблюдение — скучно? Но это вряд ли, они сами залипали на ускоренные видео с созданием каких-либо украшений или изделий, на работу мастера, пусть и сейчас ожидание это куда более длительное. Кузнец непонимающе зачесывает мешающие волосы назад, чувствуя, что те пропитались потом — все же, подобные занятия не для слабых или невыносливых… Так что происходит? Слышится слегка нервный смешок Вай. [Шестерка]: Кроме твоих первых зрителей появился еще один. Поздравляю, Кузнец, с дебютом. Он… достаточно долго наблюдает за твоей работой. Упс. А тут уже неловко — но Джейс все еще искренне не понимает, почему новый зритель, раз пришел, никак себя не обозначает, даже не здоровается и не отпускает сальные комментарии, прося за донаты что-то сделать (боже, у него даже нет прайса на услуги, надо бы сделать к следующему разу… наверное?). Не заинтересован? Тогда почему здесь? Из тех, кто предпочитает в таких вещах не отсвечивать или сразу... принялся за грязное дело? Джейс щурится — это первый зритель после долгого времени трансляции, и парень будет осмеян насмерть, если его первый зритель уйдет, даже не закинув ему ни единой монетки. Мужчина решает взять свой телефон, уже давно стал горячим от нахождения в кузне, пусть тот и был расположен ближе к краю комнаты, подальше от всего. Камеры, к слову, еще держатся, как и остальная аппаратура; а в телефоне есть список участников чата трансляции. Ага, так и есть… Вестник — весьма непонятно, и уж тут явно никакого подтекста нет. Джейс рефлекторно облизывает сухие из-за жара губы, со слегка неловкой улыбкой вновь обращаясь лицом к камере. — Добро пожаловать, Вестник. Наслаждайся зрелищем, как и все остальные, собственно я тут… — Талис не заканчивает, неопределенно ведет рукой по помещению — признаться, это весьма неловко, предлагать себя так, просить оценить, в том числе и финансово… Тем более, когда вторая сторона молчит. Его подруги тоже пребывают в напряженном молчании — играть, конечно, надо тогда, когда другая сторона заинтересована в диалоге, а тут, видимо, они пробовали с ним заговорить, как только он появился, но… не особо получилось? Джейс кашляет неловко, и вместо слов решает продолжить работу — может, за вид его сильного и действительно хорошо сложенного тела, к которому прилипла вся одежда, ему закинут немного местных монет? В общем, поворачивается в сторону наковальни, натягивает перчатки и берется за молот. Тот звучит вновь. В оглушающей тишине, в странном, напряженно-ожидающем молчании, которые разбавляют профессиональные термины и комментарии Талиса — меганеловкая ковка вместо дрочки, ага, никогда не повторяйте этого дома. Кажется, как вебкамщик, Джейс безнадежен — ну кто в здравом уме захочет платить за то, чтобы смотреть, как потный мужик кует оружие, когда пришли подрочить? Ну явно не те, кто является основными потребителями контента этой платформы. Впрочем, мысли свои различные, направленные на провальность собственной затеи, кузнец выкидывает достаточно быстро — его всего занимает работа. Он действительно любит ковать — выводить детали; смотреть, как из невзрачных кусков, избитых, сломанных, покоцанных — формируется нечто красивое, нечто, что достойно сиять, что является предметом восхищения других. Так красиво — что в прямом, что в метафорическом плане. И ведь все люди словно эти металлы — как бы не вытаскивали нас из шахт, как бы над первоначальным видом изделий не измывались, возможно… Начать все заново. Сплестись с тем, что есть, придать себе новую форму, еще более великолепную, чем раньше, и так до бесконечности — пока будем мы сами, будет возможность сделать всё, что угодно — пока ты жив, ничего не потеряно. Кузнечное дело — не просто хобби для бахвальства богатенького мальчика; это призвание, одно из, то, что помогает выпустить стресс; что помогает выплеснуть эмоции и собрать себя заново, как собираются эти изделия. Это — нечто больше; и Джейс, искренне увлеченный, старательный, погружается в процесс с головой, сыпя всё больше и больше терминами, комментариями своих действий, будто и забыл, что происходит и где он. У в л е ч е н и е. В руках его не металл — в его руках симфония, в его руках мелодия, что звучит набатом; стук молота странно синхронизируется со стуком его сердца, больше, восторженнее, увлекательнее — так хорошо. Так правильно ему быть здесь, творить, вносить в этот мир нечто столь прекрасное, выходящее из-под его рук, словно бы робко желающее и явить, и увидеть. В каждом из нас есть частичка бога — Джейс Талис агностик, он не верит в подобные вещи, но не может отрицать то, что именно при создании чего-то, столь великолепного, восхитительного и потрясающего, просто фактом этого создания проявляется частица Творца — великого и всемогущего, что способен силой мысли изменить мир. Мир — или то, что находится прямо перед ним сейчас, что расцветает изяществом текстур и стройностью линий. Джейс каждый раз вкладывает частицу себя, частицу своей души, чтобы на выходе получить еще больший отклик; Джейс — созидает. Приходит он в себя только тогда, когда перед его глазами высится готовое изделие — оно не совершенно, конечно, везде у всех бывают свои огрехи, но оно идеально тем, что сделано со всей душой — с любовью, которая живет в сердце Джейса к подобному занятию, с любовью, что от сердца течет к рукам, заставляя с высокой тщательностью и заботой формировать произведение, без высокопарности, искусства. Джейс искренне любит, помнит каждую мелочь, которую он сделал: и это видно по тому, как они, эти мелочи, сделаны. Джейс искренне погружается в процесс работы, отходит от готового изделия, любуясь приятными переливами, открывая таким образом обзор на мягко сверкающий герб тем, о ком совсем позабыл в своем порыве. Джейс созерцает; Джейс медитирует, кажется, даже дыша в такт ударам молота, звук которого до сих пор звучит в его ушах. Он не знает, сколько длится его состояние — лишь знает, что непривычный, резкий, нарочито пошлый, откровенно порнушный стон прерывает тишину его уединения с собственным творением; будто рушится вся картина, будто мир оседает мириадами своих светлейших частиц, рассыпаясь, переставая укрывать грязь и отвратительность реальности; выдергивая из-за небытия, будто что-то… откровенно восхитительное теряется, останавливается, растворяется в ничтожности, заставляя отпустить плечи и ощущать… всепоглощающую тоску по прекрасному. Опустошение. Вслед этому откровенно механическому и мерзкому стону слышится слегка удивленный смешок. [Вестник]: Твоя награда за прецизионную ковку. Надеюсь, следующая техника будет не менее претенциозной, золотой мальчик. До новой встречи. После того низменного звука этот голос звучит словно божественная соната — Джейс вздрагивает, ощущая, как слова буквально проникают под его кожу, вызывают мурашки, проникают, кажется, даже глубже, вызывая, вызывая… ох, кажется, тот первый звук был уведомлением о пришедшем донате, системный, который Джейс так и не сменил? Он подумает о том позже, ведь сейчас он, признаться, не может ни о чем размышлять; на место образовавшейся пустоты от потери связи с творением приходит нечто новое — и Джейс не знает, что. Леность говорящего; растягивающиеся гласные, что иногда вовсе срываются на различимый акцент; насмешка, о, это точно она, добродушная, но та, что заставляет его распахнуть глаза, и, и, и… Узнавание техники. Уставший мозг почему-то воспринимает все происходящее — прозвучавшее — как сон, как несбыточную неявь, будто бы осознание пытается проникнуть к нему сквозь пелену, и... Ох, кажется, Джейс Талис совсем не хочет эту тонкую пелену сорвать. Максимальное время трансляции, которое он заложил в самом начале, заканчивается — гудящая техника застывает, и Джейс остается один в светлой мастерской, в блеске золотого герба и с судорожно забившимся сердцем. …кажется, он уже начал выполнять часть своего задания, раз ему уже перечислили некоторую сумму? Какие абсурдно смешные мысли приходят тогда, когда всё естество пытается избежать главного.