Метры бархатных лент

17 апреля 2006 год. Pov Моника Свон.       Первые 3 дня в Форксе прошли, мягко говоря, напряжённо.       У Эвана заканчивается акклиматизация. Ребёнок привыкает к погоде и новой территории.       В двухэтажном доме практично расположены комнаты: одна ванная, зал, кухня, три спальных комнаты. Чарли подготовил для нас с Эваном вторую по размерам комнату, при этом сам переехал в самую маленькую, аргументируя это тем, что ему одному столько места не нужно.       Я очень благодарна Чарли. Без его помощи переезд стал бы в разы труднее. Многое навалилось на него. Наш приезд. Смерть друга. Выходка Беллы.       Вряд ли именно так дядя представлял свой и без того короткий недельный отпуск.       Он места себе не находит. Проверяет телефон, перечитывает скупую на информацию записку прикреплённую к холодильнику магнитом в виде кактуса:

«Пап, не волнуйся, я уехала с Элис. Б.»

      Сейчас, я сижу за круглым кухонным столом и синим маркером обвожу в газете варианты домов, коих в колонке «Продаётся» не так уж и много. Цены на недвижимость в Форксе приятно ниже, чем в Фарго. При продаже удалось выручить неплохую сумму. Разница с продажи и покупки отправится на счёт в банке к остальным деньгам, состоящим из родительских накоплений, выплаты страховой компании и «извинений» от государства.       Есть несколько подходящих вариантов в городе и один, что удивительно, в резервации. Насколько известно, чтобы там жить, нужны особые разрешения.       Заглядываю в зал. Подозрительно тихо. Телевизор на минимальном звуке. Идёт очередной матч местных команд. Эван пригрелся под бочком дяди, они оба посапывают. Это нужно запечатлеть, благо фотоаппарат сестры на журнальном столике.       Возвращаюсь к маркеру и остывшему чаю с ароматом шоколада. За окном прекратил накрапывать дождь. Можно собираться по делам, чем быстрее начну, тем спокойнее буду спать ночью.       Привожу себя в порядок. Нужно выглядеть как родитель, а не подросток с низким гормоном роста. Выбираю плотной вязки серое платье с горлом, светло-бежевое пальто, и, разумеется, чёрные мартинсы. Ни за какие коврижки я не променяю их на каблуки! Даже на собственной свадьбе буду в них.       Оставляю на кофейном столике записку:

«Чарли, Поехала записывать Эвана на развивашки. Мо.»

      Рядом со школой, в неприметном здании из красного кирпича находится так называемый «Киндергартен». Проще говоря, учреждение дошкольного образования. Обычно туда берут детей от 4 лет, но бывают исключения, и администрация набирает группы от 3 лет. В такую группу ходил Эван в Фарго, что было крайне удобно. Мне удавалось работать и сдавать экзамены.       Оставляю машину на стоянке старшей школы. Ловлю на себе несколько заинтересованных взглядов.       Школа - место неплохое, если бы не наличие определённых видов. Не будем показывать пальцем, да?       Всем нам известны эти клише: стервозные зазнобы и задиры, потешающие свое гнилое эго за счёт уникальности и непохожести других. Прибавим некомпетентность преподавателей. Наличие определённых проблем пубертатного возраста.       Что же получим в итоге?       Вы абсолютно правы, друзья мои!       Мёртвое желание хоть как-то контактировать в этом дрянном заведении. Получите, распишитесь и подпишитесь на ежедневную рассылку!       Я люблю учиться и мне нравилась моя школьная жизнь, всё благодаря трем друзьям. Конечно, были и «очаги» плохих дней, но без этого в нашем мире никак. Я просто приняла это как опыт и жизненные уроки, которые, к слову, я не просила, да и меня никто не спрашивал о желаниях.       Довольно быстро нахожу нужную дверь. «Администрация дошкольного образования Форкса» гласит металлическая вывеска на козырьке. Дверь со скрипом едва поддаётся открытию. Видимо, специально не ремонтируют или хотя бы не смазывают механизмы, дабы исключить или максимально уменьшить количество отважившихся зайти.       В нос бьёт запах чересчур приторных духов. Не знаю сколько проведу здесь времени, но, надеюсь, мне удастся вынести это агрессивное нападение на обоняние.       Голубые стены, светлая плитка на полу, офисные шкафы с серыми папками. За длинным столом из тёмного дерева сидит, как я поняла, консультант-секретарь.       — Добрый день! — произношу я негромким голосом. — Я хоте…       — Юная леди, канцелярия старшей школы чуть дальше. Там вывеска есть. С указателем, — перебивает меня девушка старше меня наверное лет на 5, затем она опять опускает глаза на бумаги, которые разложены перед ней скрупулёзно ровными рядами. Левой рукой она мешает ложечкой напиток в фарфоровой чашке. — Всего доброго. — добавляет она уж слишком лилейным голосом.       — Мне не нужна канцелярия старшей школы, — вежливо отвечаю я, привыкшая к тому, что меня считают младше моего возраста. Но перебивать не вежливо! – Хочу записать ребёнка в дошкольную группу. Помимо основных документов есть справки о его полном здоровье. Копия личного дела из прошлой группы и оттуда же лист успехов и навыков.       — Какой возраст? — не могу не отметить пристальный взгляд, которым меня окинули.       — 3 года 5 месяцев.       — Миссис… — делает паузу, откладывая ложку на блюдце.       — Мисс Свон.       — Мисс Свон, — вовсе не искренняя извинительная улыбка расположилась на её лице. — К сожалению, возраст не совпадает. Мы принимает детей с 4 лет.       — Ему будет 4 в этом году, я думаю, можно найти компромисс. Провести пару занятий, чтобы педагоги оценили его уровень социальных навыков, которые уже соответствуют 4-х леткам, — годом ранее я бы извинилась за отнятое время и убежала. Но мне важно, чтобы Эван контактировал со сверстниками. — Возможно есть какие-то секции?       — Понимаете, сейчас активна только группа возраста 5 лет. В начале года никто не подавал заявление на группу 4 лет. И открывать группу почти в конце учебного года ради одного вашего ребёнка не будут. Всего хорошего. — вот теперь её лицо действительно озаряется искренней улыбкой радости в ожидании моего ухода.       — По закону я могу потребовать, чтобы моего ребёнка приняли. — продолжаю гнуть свою линию и улыбаться в ответ. Только лицемерием можно победить лицемерие.       — Конечно, можете. Только у нас нет свободных преподавателей. Могу предложить вариант отвозить ребёнка в ближайший город, мы выдадим направление. Посоветуйтесь с отцом ребёнка, может для вас это станет подходящим вариантом. До свидания, надеюсь, я вам помогла.       Никто и не говорил, что будет легко. По крайней мере, я попыталась. Завтра съезжу в резервацию, попытаю счастье там. Даже если вновь будет промах, то хотя бы свожу Эвана на пляж к большой воде.       На пристрой Эвана в развивающую группу у меня есть ещё 4 дня. Потом выхожу на неполный рабочий день секретарём в полицейский участок. И вновь спасибо дяде, в участке шерифа была давно открыта вакансия и перед моим приездом её закрыли. Чарли уже сам оформил все бумаги о моём трудоустройстве. Платят немного, но есть медицинская страховка, которая распространяется и на семью.       Останавливаю машину у небольшого магазинчика. Знаете такие уютные магазинчики, где вы найдёте всё: от гвоздя и конвертной марки до праздничного торта и машинного масла. В Форксе именно такие! За кассой пожилая женщина с доброй улыбкой поприветствовала меня, когда звонкий дверной колокольчик оповестил о посетителе.       Но не только это привлекло мой взгляд к кассовой стойке. На столике рядом стояла крутящаяся витрина с почтовыми открытками. Такова моя странность. Обожаю эти открытки. Ставлю галочку просмотреть их все и купить самые необычные.       Беру корзинку для товаров, признаться, вижу такие впервые. Обычно в небольших магазинчиках только пластиковые корзинки, здесь же это лёгкие, но достаточно плотные корзины из деревянных прутьев. По форме они все похожи, но только не по текстуре, цвету лака или узору плетения. Всегда испытывала слабость перед изделиями из натуральных материалов.       Ровные, чистые ряды полок со всем необходимым для жизни.       Складываю в корзинку пару пачек спагетти, муку, упаковку рыбного филе в форме динозавриков, щедро усыпанных панировкой, сыр и один галлон молока. С маленьким ребёнком молоко уходит значительно быстрее.       Останавливаюсь напротив полок с различными сладостями, выбираю сахарное печенье и любимые конфеты Беллы с кусочками ананаса.       Бреду к кассе, прокручивая в мыслях список покупок, сверяя его с содержанием корзинки.       Замечаю девушку с парнем у панели с открытками. Он бережно гладит её по спине и что-то шепчет на ухо, словно успокаивая её напряжённые плечи, скрытые не слишком тёплой кофточкой.       Мне не нужно много времени, чтобы узнать младшую сестру, хотя она в 17 выглядит немного выше меня. Напомню мне 21. Со стороны, без разглядывания каких-то черт, и не скажешь, что мы сёстры.       Так получилось, что в генетической лотерее, я перехватила гены мамы, в прочем, как и Эван. Внешне мы практически её копии: невысокий рост, русые кудрявые волосы и серо-зелёные глаза. Светлую кожу мы унаследовали от отца, как и черты характера с предпочтениями в еде.       Подхожу к стеллажу и встаю по правую руку сестры.       — Если решила задобрить меня открытками, то у тебя это сработает, при условии, что к ним в комплект пойдёт какао с мятной добавкой. — рассматриваю в её руках открытку с мультяшным лобстером, держащим букет гербер.       — Моника! — довольно громкий возглас с нотками радости наполняет магазин. Немногочисленные покупатели и дама за кассой обратили на нас внимание. Белла тут же заключает меня в объятия, как и я её. Мы не виделись лет 5, но в обязательном порядке поддерживали связь. Несмотря на разницу в возрасте, на многие мили, мы оставались достаточно близкими и дружными. Иначе и быть не могло.       — Беллз, ты меня задушишь! — рассмеялась я, наслаждаясь родными объятьями.       Когда мы вдоволь наобнимались и чмокнули друг друга в щеки, я обратила внимание на рядом стоящего парня.       — Мо, это Эдвард. Мой парень, — Белла смущается, её выдают руки, которыми она теребит край кофты. — Я тебе рассказывала про него. Эдвард, это моя старшая сестра Моника. Я тебе тоже про неё говорила.       — Рад знакомству, — парень с болезненным видом кивает и немного морщит лоб, словно головная боль неожиданно проявила себя. — С приездом.       — Спасибо, прости, я пока не могу сказать, рада ли знакомству или нет. — можете считать меня стервой, но я с недоверием отношусь к таким парням. Нужно больше времени для того, чтобы понять какой он на самом деле и какие у него намерения к моей единственной сестре. Нужно составить собственное мнение. Вот что я знаю: Чарли мягко говоря недолюбливает Эдварда, но с уважением относиться к семье доктора Каллена. Белла влюблена, но здоровая ли это влюблённость?! Она уезжала год назад из-за их ссоры, потом они снова были вместе, потом опять расстались, сейчас опять вместе. Чёрти что!       — Я понимаю. Могу пообещать, что с Беллой всё будет хорошо. — Каллен выдавливает подобие улыбки, но морщинка меж бровей никуда не делась.       — Это Чарли обещай, — я не верю словам, только поступкам. Когда приходится взрослеть и отбиваться от мира раньше времени, понимаешь, что обещания ≠ действия. — Кстати о Чарли, советую сообразить хорошую и убедительную историю, почему ты пропала на несколько дней.       — Он сильно злится? — с тревогой интересуется Беллз.       — Он сильно волнуется и переживает. Не поступай так с отцом, Беллз, — в голосе появляются жёсткость. — Я серьёзно.       Оплатив покупки, выхожу на улицу, где меня дожидается парочка.       — Увидимся дома? — спрашивает Белла, увидев на мой вопросительный взгляд, она дополняет себя. – Эдвард подвезёт меня.       — В мою машину, Изабелла Мария Свон. Эдварду лучше поговорить с Чарли позже, —говорю, не удерживаясь от ухмылки. — Сегодня вечер морали только для тебя, Беллз.       — Как думаешь, будет кричать? — меня расстраивает, что Белла до сих пор не поняла реакции и характер своего отца. Чарли, как и мой папа, никогда не повышает голос. Они переваривают внутри себя, выдавая решения.       — Не будет. Посмотрим, что принесет нам этот вечер. После разговора с отцом позвонишь Эдварду, и вы решите, когда ему лучше прийдти в гости. — Белла и Эдвард подростки, нормально, что они совершают ошибки, нам остаётся только принимать их и вести разговоры.