На краю обрыва

Дверь в комнату резко открылась, и зашла медсестра. Она с удивлением посмотрела на двух мужчин, которые сидели на одной кровати чуть ли не вплотную. — Так, голубки, мне нужно дать вам лекарства. Ганнибал Лектер, пересядьте, пожалуйста, на свою кровать. Уилл округлил глаза и отрицательно помотал головой. — Мы не голубки. Что за лекарство? Медсестра мило улыбнулась. — Это Рисполепт. Она вложила таблетку ему в руку и протянула стакан воды. — Несколько дней у тебя будет привыкание к препарату, так что придётся потерпеть. Побочные эффекты: сонливость, головокружение, тремор, головная боль и скованность. Я думаю, если что, вам поможет Ганнибал Лектер, он же всё-таки доктор. Уилл поморщился: ему явно не понравилось всё перечисленное. Он посмотрел на медсестру с некой надеждой, но она смотрела с небольшим раздражением, поэтому Уилл со вздохом выпил таблетку, и медсестра сразу отошла выдать лекарства Лектеру. Ему она решила не пояснять, что даёт. — Ах да, кстати, Уилл, хотела вам сказать: раз вам стало немного легче, то теперь вы будете ходить на групповые терапии, а также выходить на прогулки в положенное время. — Но я не хочу и не могу. Вдруг мне станет плохо из-за таблеток? Мне не нужна групповая терапия, я могу поговорить с психологом один на один. Медсестра с сожалением посмотрела на Уилла. «Пусть в жопу себе это сожаление засунет», — подумал он. — Дорогой, у тебя проблемы с общением: ты мне ни разу в глаза не посмотрел за весь разговор. Поэтому и нужна группа — там тебя поймут и поддержат. А разговор с психологом будет через несколько дней, к тому же у тебя он уже есть. Она улыбнулась и подмигнула. Потрепав Уилла по голове, она вышла, не сказав больше ни слова. Уилл с обвинением посмотрел на Ганнибала: — А вам почему ничего не назначили? — Уилл, у меня другой диагноз, следовательно, другое лечение. Не переживай. Самый страшный момент всегда перед самым началом. Уилл закатил глаза и понял, что ему некуда деваться и придётся идти, поэтому он просто смирился и лёг на кровать, закидывая руки за голову. Примерно через час тишины и полудрёмы за Уиллом пришёл охранник, чтобы сопроводить его до места. — Удачи, Уильям, — с лёгкой улыбкой произнёс Ганнибал. Он выглядел как хищник, не желающий отпускать свою добычу. Уилл шёл спокойно, ничего не предпринимая. Препарат уже начал действовать, поэтому немного тряслись руки и болела голова. Комната была не очень большой. В середине стояло девять стульев, расставленных кругом, и восемь из них были уже заняты. Уиллу досталось место напротив психотерапевта. — Добрый день, Уилл, мы вас так долго ждали. Цель этой группы — интегрировать в общество и развить навыки саморегуляции. Сегодня Уилл покажет нам, как понимать людей. Так как он новенький, ему лучше будет влиться в коллектив, если он будет заниматься своим делом. Чтобы нам было легче контактировать, мы все представимся по очереди. Меня зовут Алана Блум. Уиллу всё больше не нравилось происходящее, а руки тряслись всё сильнее. Следующий после Аланы был темнокожий мужчина, он представился как Педро Родригес Фильо. Алана предложила ему немного рассказать о себе, чтобы Уилл смог показать свои знания в области профайлинга. — Мой отец был жестоким человеком, даже очень, поэтому я родился с травмой головы — потому что он избил мою мать, когда она была беременна. Сначала в городе Сан-Паулу я начал грабить. Мне на тот момент было 13 лет. В 14 лет я совершил первое убийство. Мою первую любовь убили конкуренты по бизнесу. Я убил их всех. Дальше он оголяет левую руку, и на запястье видна татуировка: «Я убиваю ради удовольствия». Уилл поморщился. — Я убил своего отца 22 ударами ножа, так как он убил мою мать 21 ударом. Я вырезал ему сердце, откусил кусок, прожевал и выплюнул. Ну, Уилл, давай, анализируй меня. Ты же это раньше каждый день делал. Он как будто брал на слабо. Педро явно издевался, потому что понимал: раньше Уилл помогал ловить таких, как он. Уилл вздохнул, ему было непривычно, когда все смотрят и ждут от него чего-то прямо сейчас. Если бы он мог закрыть глаза, то сразу бы всё понял, но он не один, и он в одной комнате с убийцей, а это немного напрягало. — Я считаю, что это смесь личной мести, попытки уничтожить травму прошлого и утверждения собственной силы над источником страха. Уилл перевёл дыхание и, чтобы было легче, решил представить, что это его ученики. — Перед нами пример психопатического расстройства, сформированного тяжелейшей пренатальной травмой, наблюдением насилия в раннем детстве и подкреплённого уличной средой. Он не считает свои действия преступными; они кажутся ему естественной реакцией на жестокость мира, в котором он вырос. Убийство отца стало для него не преступлением, а священным актом возмездия, который освободил его от прошлого, но не смог вернуть человечность. Педро вскочил со стула и прокричал: — Это всё чёртова ложь! Ты меня не знаешь, не понимаешь. И за такую наглую ложь я преподам тебе урок. Очень не вовремя Уилл понял, что тело свело судорогой от лекарства. Он бы встал, но не мог. Тем временем Педро схватил свой стул и со всей силы ударил Уилла. Удар пришёлся на левую часть головы и на руку. Упав, он на несколько секунд потерял сознание. Когда очнулся, увидел, что Педро уже уводят два охранника. Над ним навис чей-то силуэт, но он не понял, чей. Уилл почувствовал, как тёплая струйка крови стекает по левой части лица, и отключился. Очнулся он уже в своей палате. Уилл зашипел от боли. Левую часть головы очень сильно жгло. Он попытался встать, но левую руку пронзила тупая боль, и он лёг обратно. — Тише, Уилл, всё будет хорошо, не двигайся. У тебя вывих руки и небольшой порез на левой части лба, возможно, останется шрам. Зашивали без обезболивающих, так как ты пьёшь лекарства, с которыми они противопоказаны. Ганнибал сел на край кровати и слегка прикоснулся к зашитой ране. Уилл дёрнулся, но Ганнибал его придержал. — Как бывший хирург, могу заверить, что работа выполнена хорошо и шрам будет небольшой. А сейчас тебе нужно отдохнуть, дорогой. У Уилла даже не было сил возмущаться, поэтому он провалился в сон. Сквозь сон он слышал, как открылась дверь, слышал женский голос и как ей отвечал Ганнибал. Уилл почувствовал, что его трясут за плечо. — Уилл, нам надо выйти в зону отдыха, извини, так положено. Обычно в это время прогулка, но сейчас на улице дождь. Давай, я помогу. Ганнибал обхватил Уилла за плечи и приподнял, чтобы тот мог встать. Встав, он чуть сразу не упал, но Ганнибал удержал его за плечи и повёл к двери. — Мне плохо, у меня болит рука и порез. Я могу остаться? — с надеждой посмотрел он на Ганнибала. Тот отрицательно покачал головой. — Мне сказали, что ты тоже должен выйти, мне жаль. Их, как обычно, проводил охранник, и, видимо, пока Уилл шёл, ему полегчало. Поэтому он отстранился от Ганнибала и пошёл сам. Как только в поле зрения Уилла попал выход на улицу, он тут же бросился к нему и вышел под ливень. Ганнибал ничего не успел сделать, и ему пришлось тоже пойти за своим неугомонным мальчишкой. На середине сада Ганнибал нагнал его, схватил за плечи и развернул к себе. Всё уже промокло до нитки, волосы неприятно прилипали к лицу, а одежда висела мокрой тряпкой. — Что ты делаешь?! Тебе противопоказано мочить рану. Ганнибал накрыл ладонью порез, но там уже нечего было спасать. — Я так устал от всего этого. От людей, от своего разума, да просто от жизни. Ганнибал заметил, что Уилл впервые смотрит ему в глаза. — Уилл, мы все когда-то устаём, но плюс в том, что можно отдохнуть и стать ещё сильнее, чем прежде. Но можно работать на износ и потом отключиться навсегда. Просто позволь своему мозгу отдохнуть и не сопротивляйся информации, которую он хочет до тебя донести. Уилл помотал головой, немного с враждебностью посмотрел на Ганнибала, отрывая свой взгляд от карих глаз, и пошёл обратно в больницу. Ганнибал приподнял брови от удивления, что ему так легко удалось отправить Уилла обратно. С ними немного поговорили насчёт этого инцидента, но в итоге выдали чистую одежду и отправили всех по комнатам. Комната была проветрена. Уилл лёг поперёк кровати и стал наблюдать за Ганнибалом, как тот положил на кровать чистую одежду и, отвернувшись к нему спиной, начал снимать футболку. Уиллу очень сложно было отвести взгляд. Внимание! На этом моменте можно включить гс из канала (там, если что, тишина 5 секунд рассчитана, чтобы успеть перейти в Фикбук). Когда Ганнибал снимал футболку, Уилл уже понимал, что его ожидает за этой бесполезной тканью. Уилл скользит взглядом от шеи вниз и в стороны, подмечая сильные руки и гладкость кожи, которой обтянуты мощные изгибы мышц. Он сглатывает вязкую слюну и продолжает бесстыдно разглядывать красивое тело. От движений проступают впадины, лопатки соблазнительно выпирают, и свет перетекает от одного мускула к другому. Кожа плотно обтягивает эти бугры и ложбинки, подчёркивая их твёрдость и объём. Вдруг голова носителя прекрасного тела чуть поворачивается. Уилл очень поздно осознал, что делает, и поэтому тут же отвёл взгляд в сторону, густо покраснев. Ухмыльнувшись, Ганнибал надел футболку, а Уилл даже забыл, что он всё ещё мокрый.