Кровью написано в дневнике

11 июня, 5:00 утра. Самолёт где-то над Европой. Кейл сидел у иллюминатора и смотрел на розовеющий горизонт. Самолёт летел в Сеул. Вокруг спали пассажиры, стюардессы тихо переговаривались в конце салона. А Кейл держал в руках то, ради чего, возможно, стоило возвращаться во Францию. Дневник матери. «Моему сыну» — было выведено вверху. Кейл выдохнул и начал читать. Джур писала не о чувствах. Она писала о силе. О том, как пользоваться глазами, как контролировать видения, как не сойти с ума от того, что видишь. «Ты будешь видеть то, чего не видят другие. Ауры, проклятия, призраков. Это не сделает тебя популярным. Это сделает тебя живым.» Кейл перевернул страницу. «Глаза нужно тренировать. Каждый день. Сначала будет больно. Потом пройдёт. Главное — не бояться смотреть в темноту. Там тоже есть жизнь.» Дальше шли упражнения. Техники концентрации. Способы передавать взгляд животным — воронам, кошкам, тем, кто ближе к границе миров. Кейл читал впитывал каждое слово. Сила «Запись» помогала запоминать мгновенно. — Спасибо, мама, — прошептал он. За иллюминатором разгорался рассвет. 9:04 утра. Сеул. Арендованный дом. Кейл зашёл в гостиную и бросил сумку на диван. Дом был временным, но уютным. Через пару дней он въедет в новый — с садом, прудами и вертолётной площадкой. Но пока придётся пожить здесь. Он достал телефон. — Бад, — сказал он, когда тот ответил. — Дом, который я смотрел... хочу его выкупить. Оформляй. — Прямо сейчас? — удивился Бад. — Да. Деньги переведу сегодня. — Есть, господин! Сделаем! Кейл сбросил вызов и набрал Рона. — Я в Сеуле. Где вы? — В соседнем доме, молодой господин, — ответил Рон. — Завтракать будете? — Буду. Идите с Бикросом. — Уже идём. Через десять минут они сидели за столом. Бикрос приготовил яичницу, тосты и свежевыжатый сок. Рон, как всегда, поставил перед Кейлом чай и отдельно — дольку лимона. Кейл посмотрел на лимон. Потом на Рона. — Ты никогда не устанешь? — Никогда, молодой господин. — Ха-а... Он отпил чай и вдруг вспомнил. Дневник. Глаза. Тренировка. Кейл сосредоточился, прикрыл веки, а потом открыл глаза — уже не обычные, а те. Мир изменился. Вокруг Рона и Бикроса засветились ауры. Тёмные, глубокие, с красными прожилками — ауры убийц. Много смертей, много крови, но... не зря. Они убивали не ради удовольствия. За спинами обоих стояли призраки. Много призраков. Они молчали. Просто смотрели. Ждали. Кейл моргнул, пытаясь сосредоточиться, и вдруг понял, что видит каждого. Их лица, их раны, их пустые глаза. Голова закружилась. — Молодой господин? — голос Рона пробился сквозь пелену. — Всё хорошо? Кейл резко моргнул, возвращая обычное зрение. Перед ним сидели Рон и Бикрос. Рон смотрел с беспокойством. Бикрос — с подозрением. — Да, — сказал Кейл. — Всё хорошо. Он взял тост и откусил, стараясь не показывать, как дрожат руки. Слишком много. Слишком ярко. Нужно учиться контролировать. Рон и Бикрос переглянулись, но вопросов задавать не стали. — Вы купили дом? — спросил Бикрос, чтобы сменить тему. — Да. Бад оформляет. — Поздравляю. — Спасибо. Кейл допил чай и встал. — Мне нужно поработать. Если что — звоните. — Хорошо, молодой господин, — кивнул Рон. Кейл ушёл в свою комнату, закрыл дверь и сел на кровать. — Чёрт, — выдохнул он. — Это будет сложнее, чем я думал. Он достал дневник и открыл на нужной странице. «Не пытайся увидеть всё сразу. Начинай с одного. С одного призрака. С одной ауры. Постепенно.» Кейл откинулся на подушку и закрыл глаза. — Ладно, мама. Буду учиться. За окном шумел Сеул. Где-то рядом были Рон и Бикрос. Где-то далеко — Виолан, Лили и тени прошлого. А впереди — новая жизнь.