Серый реализм или «Цветы на бетоне»

Последнее, что я помню — это звук. Даже не свист, а гул, от которого вибрировали стекла. Я сидел за компом, пялился в пустой файл Word-а, пытаясь родить очередную главу фанфика про попаданца в бабу, и думал, не заварить ли чай. Ирония, да? Писатель-неудачник, который даже повеситься боялся, получил свой "билет на выход" экспресс-доставкой. Вспышка. Грохот. Темнота. Я даже испугаться не успел. Просто мысль мелькнула: "Жаль, плейлист в Спотифае крутой собрал, а половину книг так и не прочел. Ну и хрен с ним". Я думал, будет пустота. Или ад. Учитывая, как я ненавидел людей и считал всех гнилыми ублюдками, мне там самое место. Но вместо котлов и чертей меня встретило что-то липкое, мокрое и слепящий свет. — Поздравляю! Это девочка! — прозвучал голос. Громкий, неестественно звонкий, будто из дешевого мультика. Я хотел заорать: "Какая нахрен девочка? Я Артем, мне двадцать с хвостиком, и я только что сгорел в собственной хате!" Но вместо этого из горла вырвался писклявый, жалобный плач. Я попытался открыть глаза. Мир плыл, был нечетким, как акварель, по которой провели мокрой кистью. Но цвета... Цвета были слишком яркими. Кислотно-розовый, ядовито-зеленый, небесно-голубой. В реальности таких цветов не бывает. Меня передали в чьи-то руки. Теплые. И... пушистые? Я сфокусировал зрение. На меня смотрела морда. Не человеческая. Это была какая-то смесь лисы и оленя (или черт его знает кого), с огромными, влажными глазами. — Моя маленькая... — прошептала она (мама?). Я замер. Я узнал этот стиль. Эти гипертрофированные эмоции, эти плавные линии, этот специфический дизайн существ. Нет. Да ну нахрен. Быть того не может. Я попал в комикс. В "Зоофобию". В тот самый комикс, на который Вивьен Медрано благополучно забила болт, чтобы клепать свой "Отель Хазбин" и "Адский Босс". Нет, "Босс" местами еще ничего, но второй сезон "Отеля" — это же испанский стыд, сплошные песни и сопли. А про нас, про фанатов старой доброй ламповой "Зоофобии", она забыла. Бросила историю на полпути ради хайпа. И теперь я здесь. В мире, у которого, по сути, нет финала. Я попытался пошевелить рукой. Перед глазами мелькнула маленькая лапка, покрытая мягким персиковым мехом. Когти были крошечными. Я скосил глаза вниз. Так, ну что... Подтверждаю. "Мужского достоинства" нет. Теперь официально. Впрочем, оно мне и в прошлой жизни не особо пригодилось. Я был трусом, затворником, "призраком" в универе, которого даже в чатах игнорили. А теперь я... фурри-девочка. 0 лет от роду. — Как мы её назовем? — спросил мужской бас где-то справа. Я перестал орать и прислушался. Интересно, дадут мне имя нормальное или какое-то вычурное, типа "Спаркл" или "Джейд"? В голове всплыли воспоминания о прошлой жизни. Мать-училка, которая вечно пихала меня куда не надо, отец, который только спал и матерился (хоть с историей помогал, спасибо ему), дед-полковник, который не дожил до этого кошмара с войной... Настя, соседка, предавшая меня в детстве. Тот пацан, из-за которого я стал "гомосеком-дровосеком" и изгоем. Все эти унижения, игра в "траханье" (будь они прокляты), избиения, академка, одиночество... Все это сгорело вместе с моим старым телом. Здесь, в этом мире, никто не знает, что я был неудачником Артемом. Здесь я — чистый лист. Ну, или чистый холст, раз уж я художник (пусть и посредственный). Я снова заревел. Не потому что я ребенок, а от безысходности. Я ведь хотел просто исчезнуть. Уснуть и не проснуться. А вместо этого мне подсунули "Новую Игру+" на максимальной сложности с гендер-свапом. Умереть снова? Смелости не хватит, я же себя знаю. Я трус. Придется жить. — Тише, тише, малышка... — "Мать" прижала меня к себе. От нее пахло чем-то сладким, вроде ванили. Не перегаром, не дешевыми сигаретами, не школьным мелом. Ванилью. Ладно. Ламповость этого мира подкупает. Если уж я застрял в теле фурри-тянки в мире заброшенного комикса, то, по крайней мере, мне не нужно идти в военкомат и не нужно слушать, как мать пилит меня за отсутствие амбиций. Посмотрим, что это за "Сейф Хейвен" (Safe Haven) такой на самом деле. Только надеюсь, я не какой-то фоновый персонаж, которого сожрут монстры в первой же главе. Хотя, зная мою удачу...