Король проклятий в Нью-Эриду

Итадори крутил головой во все стороны, разглядывая деревья, камни, фонарики. Но его внимание привлекло не это. — Слушай, Мегуми, — шепнул он. — Ты видел, что у них в городе творится? — В смысле? — Ну, эти штуки... каверны. Они же похожи на барьеры. Только там монстры живут. — Видел. — Мегуми нахмурился. — И энергия другая. На проклятую не похожа. — А твои тени тут работают? — Работают. — Мегуми покосился на Итадори сзади. — Ты же видел кроликов в штабе. — Ну да, но это были кролики. А гончие? — Не сейчас. — Ну давай! Хоть одну выпусти! — Итадори, мы в гостях. И нас чуть не убила эта девушка с мечом. — Ну и что? Твои гончие не кусаются. — На них может влиять энергия этого мира, не буду рисковать. Харумаса, плёвшийся сзади, услышал этот диалог и оживился. — Какие гончие? — спросил он. — Мои теневые шикигами, — ответил Мегуми. — Я могу их призывать. — Шики... Что? — Ши-ки-га-ми. Существа, созданные из проклятой энергии. Кролики, что были в штабе, это одни из моих шикигами. Янаги, не отрываясь от планшета, вставила: — Если ваши "тени" взаимодействуют с эфиром, это может быть интересно. Надо будет протестировать. — Я не подопытный кролик, — буркнул Мегуми. — У нас уже есть один подопытный маг, — усмехнулась Янаги. — Ты будешь вторым. Привыкай. Мегуми посмотрел на Итадори. — Нас тут уже в эксперименты записывают. — А чего ты хотел? — пожал плечами Итадори. — Мы же из другого мира. Им интересно. У ворот их ждала Исюань. Она стояла неподвижно, как статуя, сложив руки перед собой. — Госпожа Исюань, — начала Мияби, — это те самые ребята. — Я уже поняла, — ответила Исюань. Она посмотрела на Итадори. Потом на Мегуми. Потом снова на Итадори. Её взгляд задержался чуть дольше, чем нужно. — В тебе что-то есть, — сказала она. Итадори напрягся. — Что? — Не знаю. Но это не отсюда. — Это Сукуна. — ответил Мегуми. Исюань кивнула, как будто именно этого и ожидала. — Проходите. Чай будет готов через пять минут. — А покормят? — спросил Итадори. — Будет и еда. — Ура. Их провели в главный зал. Деревянные полы, бумажные ширмы, низкий столик, на котором уже стояли чашки. — Садитесь, — сказала Исюань. Итадори и Мегуми сели на циновки. Итадори сразу же начал крутиться, разглядывая всё вокруг. — Красиво, — сказал он. — Спасибо, — ответила Исюань, разливая чай. — А это что за рисунки на стенах? — История нашего храма. — А это кто? — Итадори ткнул пальцем в изображение воина с мечом. — Основатель школы. — А он сильный был? — Очень. — А вы сильная? — Достаточно. Итадори посмотрел на неё с уважением. — Круто. Мегуми незаметно толкнул его локтем. — Что? — спросил Итадори. — Не приставай. — Я просто интересуюсь! — Ушами ты тоже интересовался. А потом тебе чуть подзатыльник не отвесили. — Ну, она же не госпожа Мияби. Мияби, стоявшая в углу, подняла бровь. — Я всё слышу. — Я ничего не говорил! — Ты сказал "ну она же не госпожа Мияби". — Я имел в виду... ну... что здесь спокойнее? — Спокойнее? — ДА! Янаги записала что-то в планшет. — Объект Итадори проявляет страх перед командующим. Зафиксировано. — Я НЕ БОЮСЬ! — Ты кричишь. — ЭТО ГОЛОС ТАКОЙ! Харумаса развалился на соседней циновке и наблюдал за этим с довольной улыбкой. — Мне здесь нравится, — сказал он. — Тут весело. — Ты должен быть нашим сопровождающим, а не зрителем, — заметила Янаги. Исюань разлила чай. Итадори взял чашку, отхлебнул и замер. — Что это?! — выдохнул он. — Чай, — спокойно ответила Исюань. — ОН ГОРЬКИЙ! — Он без сахара. — Зачем?! — Для укрепления духа. Итадори посмотрел на Мегуми. — Ты это пьёшь? Мегуми сделал глоток. Поморщился. Сделал ещё один. — Привыкаешь, — сказал он. — ТЫ С УМА СОШЁЛ?! — Мы в гостях. Надо уважать традиции. — ЭТО НЕ ТРАДИЦИИ! ЭТО ПЫТКА! Янаги протянула ему тарелку с разными сладостями и банку с мёдом. — Держи. Годжо без этого тоже не мог. Итадори добавил мёда в чай. Попробовал. — ...уже лучше. — Привыкнешь, — сказала Исюань. — А что у вас вообще едят? — спросил Итадори. — Кроме чая? — Рис, овощи, рыбу. — А мясо? — Тоже. — А сладкое? — Бывает. Итадори отхлебнул чай с мёдом, всё ещё кривясь от горечи, но уже терпимо. — Слушайте, — вдруг сказал он, — а что это за штуки у вас тут? Ну, каверны эти? Мы когда шли сюда, видели их. — Каверны — это пространственные аномалии, — ответила Янаги, не отрываясь от планшета. — Разрывы в реальности, где обитают эфириалы. — Эфириалы? — переспросил Мегуми. — Существа, что раньше были людьми или животными. — подняв голову, сказала Янаги. — И вы туда ходите? — удивился Итадори. — Типа на экскурсию? — Типа на работу, — усмехнулся Харумаса с дивана. — Зарплата, премии, риск смерти — всё как у людей. — Годжо говорил, что ваш эфир похож на нашу проклятую энергию, но отличается, — сказал Мегуми. — Да, — подтвердила Мияби. — Проклятая энергия и эфир взаимодействуют, но не совпадают. Мы до сих пор не понимаем, как именно. — А почему каверны вообще появляются? — спросил Итадори. Исюань, которая до этого молча разливала чай, подняла глаза. — Это следствие Великого Перелома, — тихо сказала она. — Когда Старая Столица пала, мир треснул. Каверны — его незажившие раны. Итадори и Мегуми переглянулись. — Звучит мрачновато, — сказал Итадори. — Это жизнь, — ответила Исюань. Мегуми задумался. — А эфириалы... они разумны? — Редко, — ответила Янаги. — В основном как дикие звери. Но иногда встречаются особо умные. Тогда это проблема. Итадори почесал затылок. — Ну у вас и дела... А мы думали, у нас в Токио весело. — Привыкнете, — сказала Мияби. — Если выживете. — Оптимистично, — буркнул Мегуми. — Реалистично, — поправила она. Дверь сдвинулась, и в комнату вошла Шуньгуан. Она остановилась у порога, глядя на Итадори. Её рука машинально легла на рукоять небесного меча. Итадори почувствовал это. — Ты чего? — спросил он. — В тебе... — Шуньгуан помедлила. — В тебе сидит что-то. Я чувствую. — Сукуна, — кивнул Итадори. — Да. Я знаю. — Ты спокойно об этом говоришь. — А что мне делать? Кричать? — Я бы кричала. — Я привык. Он всегда со мной. Шуньгуан посмотрела на свой меч. — В нашем мире он тоже есть. Итадори замер. — Второй Сукуна?! — Здесь есть ещё один сосуд, его зовут Вайз. Итадори посмотрел на Мегуми. — Ты слышал? — Слышал. — Это как? — Не знаю. — А нормально? — В этом мире? Без понятия. Но скорее всего Сукуна один единственный. Исюань посмотрела на Мегуми. — Твоя магия, — сказала она. — Ты можешь показать? Мегуми замер. — Что? — Мне интересно. — Я не уверен, что она будет работать в вашем мире. — Только один способ узнать. Мегуми посмотрел на Итадори. Тот кивнул. — Давай. Если что — я прикрою. Мегуми вздохнул, встал и вышел в центр комнаты. Все замерли в ожидании. Он сложил печать. — Десять теней. Гончие. Из его тени вырвались две фигуры. Огромные волки, с горящими глазами, с клыками, которые сверкали даже в полумраке. Тишина. Шуньгуан, которая до этого момента стояла в углу с каменным лицом, ахнула. — Ой! — вырвалось у неё. Она прикрыла рот рукой, но было поздно. Все посмотрели на неё. — Что? — спросила она, краснея. — Ты ахнула, — сказал Харумаса с улыбкой. — Я не ахала. — Ахала. Я слышал. — Тебе показалось. Шуньгуан отвернулась, но продолжала краем глаза смотреть на теневых псов. — Они... красивые, — тихо сказала она. — И страшные одновременно. — Спасибо, — ответил Мегуми. — Это гончие. — А потрогать можно? — Не советую. Они кусаются. — А если я не буду трогать, а просто посмотрю? — Смотри сколько хочешь. Шуньгуан подошла ближе, разглядывая волков. Те стояли неподвижно, как статуи, только глаза горели. — Они из тени? — спросила она. — Да. Всё, что в моей тени, может стать оружием. — А зайцев покажешь? — встрял Харумаса. — Как те, что были в офисе. — Нет. — Ну показал бы хоть одного! Мегуми вздохнул и сменил печать. — Десять теней. Кролики. Из тени выпрыгнули несколько пушистых комков. Они запрыгали по комнате, останавливаясь у ног присутствующих. Шуньгуан замерла. — Они... настоящие? — прошептала она. — Не сказал бы так, — ответил Мегуми. — Но мягкие. Она протянула руку и коснулась одного. Кролик ткнулся носом в её ладонь. — Ой... — снова вырвалось у неё. — Он тёплый! — Значит, твоя магия работает и в нашем мире. Мегуми кивнул. — Похоже на то. Исюань наблюдала за этим с лёгкой улыбкой. — Интересная техника, — сказала она. — В нашем мире такого нет. — Это родовая техника, — ответил Мегуми. — Пока я единственный, кто ей владеет. — Гордишься? — Стараюсь не умереть раньше времени. — Мудро. Шуньгуан всё ещё гладила кролика. — Можно я... оставлю его? — тихо спросила Шуньгуан. Кролик посмотрел на неё и запрыгнул на руки. Мегуми посмотрел на неё. Потом на кролика, который уже устроился у неё на руках. — Похоже, он сам решил. Шуньгуан покраснела, но кролика не отпустила. — Он... он сам! — Вижу, — ответил Мегуми. — Похоже, ты ему понравилась. — А можно я назову его... Ну... Тенью? — Можно. Он твой. Шуньгуан прижала кролика к груди и отошла в угол, продолжая его гладить. Харумаса посмотрел на Мегуми. — А мне? — Что тебе? — Кролика! — Нет. — Почему? — Тебе не идёт. — Это дискриминация! — Это правда. Янаги записала что-то в планшет. — Объект Мегуми проявил дружелюбие к местным. Зафиксировано. — Ты всё записываешь? — спросил Мегуми. — Всё. — Это нормально? — Для меня — да. — Странная у вас работа. — Привыкнешь. Вдруг Итадори замер. На его щеке вырос рот Двуликого. — ГДЕ ВТОРОЙ? — голос был низким, тягучим, пропитанным древней злобой. Исюань встала. Шуньгуан выхватила меч, прижимая кролика одной рукой. Мияби уже собралась вытащить Бесхвост из ножен. Харумаса держал лук наготове. Янаги вжалась в угол. — Опять ты... — начала Исюань. — НЕ ТВОЁ ДЕЛО, ЖЕНЩИНА. ГДЕ ОН? — В городе. В другом теле. — ДВА. ДВА СОСУДА В ОДНОМ МИРЕ. — Глаза Сукуны сузились. — ЭТО НЕПРАВИЛЬНО. Я ЕДИНСТВЕННЫЙ КОРОЛЬ. — Ты не единственный, — твёрдо сказала Исюань. — Здесь есть ещё один. — ТОГДА Я УБЬЮ ЕГО. — Он часть Вайза. Если ты убьёшь его — Вайз умрёт. — МНЕ АБСОЛЮТНО ПЛЕВАТЬ, КТО УМРЁТ! — Годжо тебе этого не позволит. Тишина. — ...ГОДЖО. ЭТОТ НАДОЕДЛИВЫЙ ЧЁРТОВ МАГ ТОЖЕ ЗДЕСЬ? — В тюрьме. — ХА-ХА-ХА, СИЛЬНЕЙШИЙ В КЛЕТКЕ! — Он выйдет, когда захочет. — ПУСТЬ ВЫХОДИТ. МНЕ ВСЁ РАВНО. НО ВТОРОЙ... ОН МОЙ. Рот на щеке Итадори исчез. Он покачнулся и чуть не упал. Мегуми подхватил его. — Итадори! Итадори, ты слышишь меня?! — А? Что? — Итадори моргнул. Обычными глазами. — Что случилось? Я... я отключился? — Сукуна вышел, — тихо сказала Исюань. — ЧТО?! — Он спрашивал про второго себя. Сказал, что убьёт его. Итадори побелел. — Он... он никогда так не делал. Раньше я его контролировал. А тут... — Здесь другая энергия, — сказала Исюань. — Эфир. Он может влиять на него. — То есть он будет вылезать когда захочет? — Возможно. Итадори вздохнул и сел прямо на пол. — Я уже привык. Просто каждый раз как сюрприз. Мегуми смотрел на него. — Нам надо к Годжо. Чем быстрее, тем лучше. — Согласен. Исюань, наблюдавшая за происходящим, вдруг сказала: — Вы будете здесь жить, пока не решите, что делать дальше. Итадори, вам пока лучше не пересекаться с Вайзом. — Я понимаю. — Спасибо, — ответил Мегуми. — А к Годжо когда пойдём? — спросил Итадори. — Завтра, — подняла голову Мияби. — Сегодня уже поздно. Итадори улыбнулся. — Хорошо. Он откинулся на циновку, глядя в потолок. — Интересный у вас мир. — сказал он. Шуньгуан сидела в углу, гладя кролика. — Спасибо, — тихо сказала она Мегуми. — За что? — За него. — Она кивнула на кролика. — Он... хороший. — Рад, что тебе нравится. — А как его кормить? — Не задумывался... Так же, как и обычного кролика. Шуньгуан посмотрела на кролика. Тот моргнул. Исюань чуть улыбнулась — незаметно, уголками губ. — Отдыхайте, — сказала она. — Завтра будет новый день. — А Сукуна? — спросила Шуньгуан. — Будем решать проблемы по мере поступления. — А если он вылезет ночью? — Я буду начеку, — сказал Мегуми. Итадори посмотрел на него. — Спасибо, Мегуми. — Не за что. Только не отключайся без предупреждения. — Постараюсь.

***

Храм Суйбянь, глубокая ночь. Луна светит сквозь ветви старого дерева. Вайз сидит на краю веранды. Сзади слышатся лёгкие шаги.

Шуньгуан вышла бесшумно и опустилась рядом. Не сразу — сначала постояла секунду, как будто взвешивала, стоит ли. Потом всё же села. Они долго молчали. — Не спится? — тихо спросила она. — Думаю, — ответил он. И не уточнил о чём. Она не спросила. Смотрела на луну. — О том дне, — сказал он вдруг. — В каверне. Когда я умирал. Шуньгуан не ответила. Только чуть сильнее сжала руки на коленях. — Твой голос. Я его слышал. — Тебе показалось. — Нет. — Вайз… — Ты что-то говорила. — Он наконец обернулся к ней. — Я хочу знать что. — Ничего важного. — Старшая ученица. — Не надо. — Просто скажи. — Я сказала — ничего важного. — В её голосе появилось что-то жёсткое, чего он раньше не слышал. — Оставь это, Вайз. Но он не оставил. — Пожалуйста. Шуньгуан резко встала. Шагнула к двери. Идеальная осанка, только плечи чуть выше обычного — единственное, что выдавало. — Спокойной ночи. — Подожди! Она не обернулась. Рука легла на дверной косяк. — Старшая ученица, я… Пауза. Долгая. — Прости, — сказал он тихо. — Я не должен был давить. Это было не моё дело. Прости. Она стояла неподвижно. Луна светила. Где-то в ветвях качнулась тень. — Я сказала, что люблю тебя... Там, в каверне. Когда думала, что ты умрёшь. Вот что я говорила. — Она не обернулась. — Я не хотела, чтобы ты знал. Думала, ты не слышал. Думала, так будет легче. Тишина. — Теперь ты знаешь. — Голос не дрогнул, но в нём была усталость — человека, который слишком долго нёс что-то одно. — Спокойной ночи, Вайз. Она уже шагнула внутрь — когда услышала его шаги. Быстрые. — Е Шуньгуан. Впервые. Просто имя — без «старшая ученица», без дистанции. Она замерла. — Я слышал тебя, — сказал он. — Не голос — тебя. И я держался не потому что хотел выжить. Пауза. — Я держался потому что не хотел тебя огорчать. Она медленно обернулась. Он стоял в двух шагах. Смотрел на неё — серьёзно, без улыбки, с тем выражением, которое она видела у него только когда было по-настоящему страшно. — Я не говорил раньше, — сказал он, — потому что не знал как. Вы всегда были… — он запнулся на обращении. Поправил себя. — Ты всегда была выше. Сильнее. Я не был уверен, что имею право. Шуньгуан смотрела на него. — Я тоже, — сказал он тихо. — То же самое, что ты сказала там. Она молчала долго. Потом: — Ты мог сказать это нормально. — Мог. — Он чуть улыбнулся. — Но ты бы не поверила, если бы я сказал первым. Она хотела возразить, но промолчала. Он сделал шаг вперёд. Медленно — давая ей время отступить, если захочет. Она не отступила. Его рука нашла её руку — осторожно, как будто он всё ещё не был уверен, что имеет на это право. Она не убрала руку. Они стояли так в лунном свете, в тишине. — Вайз, — тихо сказала она. — М? — Больше не молчи так долго.