Может, всё по-другому?

— You just want attention, you don't want my heart Maybe you just hate the thought of me with someone new Yeah, you just want attention, I knew from the start You're just making sure I'm never gettin' over youuuuu –всю машину заполнил бодрый, но чуть хриплый с утра голос, заставивший забыть даже ужасное завывание оборотней прошлой ночью. Габриэль всячески пытается разворошить своего приунывшего брата, иногда толкая его локтем в бок. — Ну давай, Кас, это же твоя любимая песня! — Была, лет так 7 назад. Когда последний раз ты слушал радио? Ты как будто застрял в момент нашего первого расставания, даже кассеты остались те же. — Движения на соседнем сидении выдавали всё недовольство пассажира. Кас в который раз перебирал бардачок, в поисках чего-то нужного и, потерпев очередное поражение, без сил откинулся на сиденье, закинув голову назад. — И зачем я опять согласился на это?.. — Ой, вот только не начинай! Я уже почти неделю слушаю этот монолог и, если честно, даже девушки ноют меньше, чем мой брат. А девчонки те ещё... — Да ну тебя! — младший вскинул руки в возмущении, но тут же спрятал их в карманах куртки, отвернувшись к окну и надув губы. Это был классический жест протеста, недовольства и разочарования. Дальше диалог не вязался. Все попытки Гейба вернуть внимание Каса на себя бесспорно не увенчались успехом. — Ладно, я понял. Давай говорим о другом. Как ты? — Ты о чём? — Кас, тебя не было полгода, я похоронил твоё тело, не раз приходил на могилу проведать тебя и правда верил, что тебя больше нет, пока ты не появился на пороге моего дома. Весь грязный, в каких-то лохмотьях, явно не ветерком потрёпанный! — голос Габриэля стал серьёзным. Он уже не пытался подшутить над братом, эта тема была самой острой в данный момент. — Я… — Кастиэль помрачнел, сглатывая образовавшийся в горле ком. — Я сам не понимаю, что произошло. Я же… Я тогда точно умер, Гэйб! Такое не спутать ни с чем!

несколько дней назад

Яркая вспышка. Так ярко, что хочется выколоть глаза, даже пару слезинок вырывается из глаз. И мёртвая тишина…. В следующее мгновение темно. Сыро. Пахнет землёй. Глаза пытаются привыкнуть к темноте, но в панике бегают по всей округе. В ушах звенит, на ключице что-то жжёт. Пока глаза судорожно пытаются привыкнуть к темноте, все чувства обостряются. Каждый миллиметр кожи чувствует древесину, тяжёлый, спёртый воздух, очень узкое пространство. Клаустрофобия так не вовремя пробирается в сознание. Кастиэль решается, нужно действовать и как можно быстрее! Собирает всю свою силу и волю в руки и пытается вырваться из этого ужасного места. Пол часа не проходят зря. Свежий воздух. О Господи, как же его лёгкие счастливы. Наконец то! Свобода! Лёгкий прохладный ветер, щадящие лучи заходящего солнца, мягкая трава под ногами. После такой «борьбы за выживание» Кас позволил себе развалиться прямо на земле. Он часто дышит, по вискам стекают капли пота, руки немного жжёт после бойни с древесиной гроба, ноги рады размяться. А глаза небесного цвета широко распахнуты. Кас лежит некоторое время неподвижно. До сих пор не может сообразить, что вообще сейчас происходит. Почему он жив? Что случилось? Как и почему он оказался здесь? Он отчётливо помнит последние минуты своей жизни. Помнит ужасное рычание, отчаянные попытки забаррикадировать дверь, разрушенную защита от адских псов, их острые клыки и когти на своей коже… а дальше пропасть. Лишь тьма, холод и тишина. И голоса, как их можно забыть. Огромное количество голосов. Один громче другого, каждый перебивает, каждый хочет быть услышанным. И все они сливаются в унисон, проговаривая только одну фразу: «Это всё твоя ви…» Из размышлений Кастиэля вырывает жжение на ключице, которое будто усилилось в несколько раз после его пробуждения. Жжёт настолько, что мышцы начинают сами напрягаться, чуть ли не доводя до судорог. Кас быстро меняет позу и оттягивает футболку в болезненном месте, чтобы увидеть причину этой боли. И тут же замирает как статуя. На его левой ключице красуется свежий, но уже заживший ожог. Но самое странное, что ожог идеально повторяет форму чьей-то ладони, при чём так, будто руку положили со спины в приказном жесте, мол «остановись». — Что за?! — первая сказанная фраза после «возрождения» получается сиплой и хриплой, но это не мешает передать весь спектр эмоций, вложенный в неё. Кас тянется своей ладонью к ожогу и легко касается его, мягко, осторожно, будто взорвётся, если сделает что-то не так. Но ничего не происходит, со временем лишь ладонь парня свободно гуляет по своеобразному дефекту, изучая его. Шершавый, огрубевший и покрасневший, но невероятным способом прикосновения к нему… успокаивают? Кастиэль пока не понял, что именно это за чувство, но точно мог сказать, что оно не негативное. По крайней мере пока. Но всё же! В голове Кастиэля полная неразбериха. Вопросы, вопросы, вопросы и ни одного ответа… Боже, да что тут в конце концов происходит?! Ад, тьма, голоса и яркая вспышка. Задание «найди лишний элемент». И сколько его не было? Что с Габриэлем? А может Кас сам стал нечистью? Призрак, вампир, зомби? Или что пострашнее? — Что ж.… — говорит сам себе Кастиэль, поднимаясь с земли, — пора в путь. На размышления всегда найдётся время, а сейчас, ощутив снова своё физическое тело, Кас решает действовать. Нужно найти брата. И желательно по дороге раздобыть еды и воды. И машину, на своих двоих далеко он не уйдёт.

наше время

Дорога была долгой, после такого разговора атмосфера стала ещё более напряжённой. Габриэль не решился вновь включать музыку, лишь молча сжимал руль крепче и иногда кидал на брата вопросительный взгляд, если слышал тяжёлый вздох с соседнего сидения. Вскоре на обочине стало появляться всё больше знаков и обозначений, что означало их скорое прибытие на место. Найти мотель оказалось легко, в первом же им с радостной улыбкой на лице вручили ключи, не заметив махинацию с чужой кредиткой. Кас первый ввалился в номер и тут же упал на кровать, закопавшись в подушку лицом. Гейб лишь тихо усмехнулся, затащил их вещи внутрь и, потрепав брата по волосам, вышел до ближайшей закусочной. — «Нужно порыться в книгах и газетах, должно быть я многое пропустил. Да и с другими охотниками надо связаться, может хоть кто-то знает, что со мной произошло. Хотя сомневаюсь… если бы такое произошло раньше, Ронни точно рассказал бы об этом.» — снова тяжёлый вздох, с ним Кас пересел на кровать и запустил руки в волосы, — «Я точно помню, что чувствовал что-то или кого-то рядом. Оно странно на меня действовало… На адских тварей вообще не походило. Это было что-то совершенно другой природы.» Время пролетело быстро, за размышлениями Кастиэль даже не заметил, как дверь номера открылась. За ней показался Габриэль со сверкающей улыбкой на лице и большими пакетами в руках. — Касси, ты сейчас упадёшь! Там такое! ТАКОЕ! — золотые глаза сияли от предвкушения. Счастья в них было столько же, как в момент, когда Габриэль получил от отца свой первый пистолет. Кас перевёл на него уставший взгляд, но всё же натянул добрую улыбку. Он делал так каждый раз, когда понимал, что громких рассказов Габриэля не избежать. И пусть зачастую это раздражало, за столько лет совместной жизни Кастиэль постепенно привыкал и в связи с последними событиями даже радовался таким порывам брата. Они привносили щепотку обыденности в их будни. — Ну давай, рассказывай. — Он закинул ноги на кровать и сложил их в позе лотоса. Габриэль засиял ещё ярче. Каждый раз этой фразой Кас как бы обрывал брату тормоза и тот мог без препятствий выкладываться на полную. Его рассказы особенные. Он вкладывает в них всю свою душу, столько эмоций, столько переживаний и событий в них было. Слушая, сам погружался и мог прожить их, наполняясь чувствами. Вскоре они оба сидели на кровати, заваленной упаковками от бургеров, колы и другой вредной еды. Дело шло к ночи, комната освещалась лишь двумя ночниками, охотников начинало клонить в сон. — Как думаешь, Кас… — старший перевалился на свою кровать и раскинулся на ней в форме звезды, глядя в потолок, — Теперь у нас всё будет хорошо? — в его голосе проступила нота теплящейся где-то внутри надежды, но по привычке Габриэль сразу исправился, чуть откашлявшись и поменяв интонацию, — Я имею в виду… Ты вернулся, мы уничтожили Азазеля, и вроде ничего нового, грозящего всему миру гибелью, на горизонте до сих пор не появилось. Теперь будет обычная охота? Как раньше? — Я поеду с тобой на охоту только если ты перестанешь включать своё старьё. — Отпивая глоток дешёвого пива Кас сощурил глаза, кинув злобный взгляд на брата. Гейба от этих слов разразило смехом, и вся меланхолия в его образе тут же растворилась. Он протянул руку в сторону и, нащупав там подушку, запустил её в брата, не прекращая смеяться. Подушка не достигла цели, столкнувшись с рукой Каса, но заставила того вздрогнуть. — Габриэль, прекращай! Ты как маленький! А если бы попал? Тебе так охота собирать осколки с пола? — Вот именно «если бы»! Ты всегда всё ловишь, и, если поразмыслить, в этом есть моя заслуга. Поэтому не ворчи, а будь благодарен мне. Никто другой не стал бы тренировать тебя с самого детства! — ухмылка до ушей украсила лицо старшего из братьев, и он смиренно прикрыл глаза, ещё немного поёрзав на кровати. Кас не стал отвечать, не видел смысла. Лишь ещё раз тяжело вздохнул и встал с кровати, начиная собирать мусор. — «Боже, дай мне сил… когда я уже привыкну к этому?» — внутренние возмущения стали хорошим топливом для уборки, мусорные пакеты стали формироваться довольно быстро, — «Но всё же Гейб прав. Что теперь будет? Первым делом нужно узнать, что именно со мной произошло. Вся надежда на Ронни, я перечитал некоторые предания, но ничего не нашёл, а у него очень много старинных текстов. Может что-то и получится…» Выходя на улицу Кастиэль заметил, как быстро стемнело. Стоянка около мотеля была погружена в прохладный летний мрак, освещаясь всего двумя невысокими фонарями. Людей не было, поэтому звуки природы стали громче и заметнее. Ветер играл с листьями, как только мог, носил их по асфальту в произвольном направлении, обдувал на ветках, пытаясь сорвать и унести с собой. Создавался как будто небольшой гул, который успокаивал нервы и заставлял порыться в своей голове. Выкинув мешки с мусором и проходя на обратной дороге мимо Импалы, Кас задержался. Втянул влажный ночной воздух всей грудью и опёрся о капот машины. Его мысли не затихали. Их было слишком много и когда-нибудь всё равно пришлось бы с ними разбираться. Понурив голову, Кас погрузился в этот океан, окутывающий с ног до головы. В груди вспыхивает странное ощущение, охотнику показалось, что оно было и раньше, просто сейчас стало намного заметнее. Но решить, хорошо это или плохо сейчас затруднительно. Проходят минуты, и поднимается ветер. Сначала это кажется незначительным, но, когда взгляд Кастиэля ловит быстро пролетающий мимо мелкий мусор с дороги, парень поднимает голову и оглядывается. Ветер становится настолько сильным, что его и так не послушные волосы начинает бросать в стороны, а глаза сощуриваются. Тревога внутри начинает расти. Кас быстро перепроверил наличие пистолета за ремнём брюк и для большей уверенности положил на него руку. Фонари начинают мигать, да так часто, что в одном из них лопается лампочка от напряжения, а во втором просто перегорает. Кас дёргается в сторону и обходит машину, стараясь быстрее достичь багажника. Но не успевает, в ушах начинает звенеть, так громко, что ноги подкашиваются и он чуть не падает на землю. Импала чуть проскрипела от веса чужого тела, чуть ли не полностью повалившегося на неё. — К-какого чёрта?! — парень в панике и в полной растерянности. Звон не прекращается, а наоборот, становится громче с каждой секундой, уши закладывает, они начинают болеть. Нестерпимо сильно болеть, от чего Кастиэль закрывает их ладонями, полностью падая коленями на землю. Даже спустя время не становится лучше, охотник буквально чувствует, как мышцы глазных яблок беспорядочно сокращаются, перед глазами всё дрожит и размывается. Тело трясётся от страха и непонимания, голова гудит и кружится, к горлу подбирается ком и Касу кажется, что его вот-вот вырвет. Он складывается пополам, уже не представляя, что может произойти дальше и просто ждёт. Но звон резко прекращается. Наступает гробовая тишина. На столько тихо, что спустя пару мгновений охотник слышит какой-то шорох за спиной, и замирает, чувствуя на шее и спине приятное тепло, которое пропадает намного быстрее, чем Кас понимает это. Парень быстро поднимается на ноги и разворачивается, придерживаясь о багажник машины, но его глаза встречаются лишь с пустотой перед собой. Всё та же парковка, тот же мотель, деревья, пустая дорога чуть вдали. Неужели у Каса глюки после Ада? Как ему могло привидеться нечто такое?! — «Но этот звон, эта боль в голове… Да не могло мне такое просто показаться! Что за шутки?!» — он начинал очень сильно злиться. Непонимание и страх притянули к себе гнев и безрассудность. Кастиэль уже был готов идти разбираться с персоналом мотеля, будить постояльцев, если те посмели пропустить это шоу ультразвука и устроить полнейший погром в своём номере, лишь бы понять хотя бы реальность происходящего. В таком порыве Кастиэль ещё несколько раз осматривается по сторонам и останавливает свой взгляд на фонарях неподалёку. Один из них лишён лампочки, а второй просто не горит.