Как стать геем. Руководство к действию.

      После ухода Хёны, Чонгук почувствовал, что устал. Непрерывно звенящий её голосок до сих пор отдавался в его мозгах маленькими молоточками. «Ну, новостей много было, хотелось брату сразу все выложить», — оправдал он её в душе. Ему захотелось спать. Наверное, болезнь ещё не отступила. Он поднял свой матрас и вытащил из-под него пижаму. Встряхнув её, и закинув себе на плечо, он пошёл в душ переодеваться. Техён хмыкнул: — Так вот куда ты складываешь свою пижаму! А я искал в шкафу, искал, но не нашёл. Поэтому пока тебе одолжил свою. Да ты переодевайся здесь, не стесняйся! В душе неудобно. В конце концов, что я у тебя там не видел?! У тебя там всё то же, что и у меня. Чонгук приостановился. Из глубины сознания быстро замелькали картинки, как тот с него снимал одежду. Нечитаемым взглядом он посмотрел на Тэхёна. Захотелось ему всечь. Лицо его покраснело. Испанский стыд, он же раздевал, да и в туалете помогал справляться! Но тут он вспомнил разговор с друзьями, и сердце его потеплело. Он спросил: — Так значит, это ты все эти дни обо мне заботился? Зачем тебе это надо было? Ведь мы и не друзья вовсе. — Ну, знаешь, не от большого желания, — слукавил Тэхён. — Просто испугался, что ты коньки отбросишь. Да и врач я здесь только один оказался. А ты всё-таки, мой сосед. Если бы не согласился, что люди бы обо мне подумали? Вот и пришлось. — Тэхён тяжело вздохнул, показывая, как ему это нелегко далось. — Ну а друзья мы с тобой или нет, время покажет. Раз уж нам предстоит жить вместе, давай постараемся! — Ясно! — задумчиво произнес Гук. — Спасибо тебе. А пижаму твою я постираю и отдам. Значит, я тебе, как бы обязан… — Да забей! Ну было и было. Тем более это мои обязанности врача — помогать больным. Сейчас-то тебе получше стало? Но видно не совсем. Ложись, отдохни. А то видок-то ещё тот… — Тэхён тщательно взбил ему подушку и стал убирать со стола. — Да, спасибо. Что-то усталость какая-то навалилась. Надо прилечь, — пожаловался Гук Тэхёну, и быстро направился в душевую. Тэхён проводил его грустным взглядом: — «Скромняшка, ты моя, тебе ещё лежать надо», — невесело подумал он. — Застеснялся, как невинная девчонка, — Тэхён почувствовал, как сладко заныло сердце, — Такой ещё ребёнок!        Вскоре Чонгук вышел из душевой. На нём была одета пижамка с рисунком из кроликов. Тэхён умилительно прыснул в его сторону: — А тебе идёт, — сказал он. — Какая милая пижамка! Напоминает мне мою. В детском садике такая же была, только с медвежатами. А ты и сам похож на кролика. — Он подошёл к Гуку и заботливо поправил завернувшийся воротничок. Чонгук немного отстранился и смутился («Ну вот, бабушка, говорил же тебе, однотонную надо покупать»). Он смешно захлопал своими глазищами и быстро перевёл разговор на другую тему: — Ну чего ты стебёшься? Это бабушкин подарок. А помнишь, ты что-то там родителям про какого-то важного человека говорил? Неужели это про меня? Из-за меня не поехал в воскресенье домой? — Да не-е-т! С ума сошёл?! Ты о себе большого мнения. Это опять что-то Хёна надумала. А ты помнишь, кого ты звал этой ночью, как не в себя? — тоже же задал отвлекающий вопрос Тэхён («Ну, Хёна! Язык твой — враг твой! Помощница хренова»). Он хитро улыбнулся и вопросительно посмотрел на Гука. Чонгук покачал головой и недоумённо пожал плечами. — Нет. А кого я звал? Юнги? Или Чимина? И чего бы я стал их звать? Может приснилось что-то… — спросил он. — Ха! Конечно! Приснилось! Не знаю уж, говорить тебе или нет?! — улыбнулся Тэхён хитрой улыбкой. Он подошёл к кровати и присел около Гука. Потом он наклонился над ним и посмотрел ему в глаза смеющимся взглядом. Чонгук свой взгляд отвёл в сторону, и быстро отпрянув от него, прошипел зловещим голосом: — Слишком близко! Что за гейские замашки?! Ну и чё? Кого я там звал? Говори, раз начал! — Он сердито зыркнул на Тэхёна и ногой спихнул его с кровати. Тот не обиделся. Он ухмыльнулся и подвинул себе стул. Картинно задрав голову к потолку, он передразнил Гука: — Хёна! Хёна! Будь со мной! Зачем он тебе? Я лучше его!.. Чонгук покраснел. Он нахохлился и сердито пробурчал: — Ну и что? Человек в беспамятстве был, мало ли? И тем более тогда я не знал, что ты её брат, — он быстро прикусил себе губу: вот ведь, всё-таки, невзначай, проговорился! Тэхён посерьёзнел глазами. Вдруг ему на ум пришёл совсем неожиданный план по соблазнению. Немного помолчав, он тихо спросил: — Так ты влюблён в мою сестру?! Откройся мне. Я никому не скажу! Ведь мы с тобою решили стать друзьями. А если — «Да», чем могу — помогу! Ведь я её брат, и моя поддержка тебе не помешает. А ты, вроде бы, нормальный чувак, чтобы мне тебе не помочь? Ведь я её лучше всех знаю.       Чонгук молчал. Было видно, что в голове его идут мыслительные процессы. По-видимому, он внутренне взвешивал все «За» и «Против» своего признания. Он насупился ещё больше и стал похож на маленького сердитого крольчонка, который решал глобальную проблему — съесть эту морковку, или послать её куда подальше. Тэхён, в ожидающей позе, сидел рядом на стуле и молчал тоже. Он только с надеждой кидал на него ястребиные взгляды, и нервно постукивал пальцами по коленке. Ведь от ответа Чонгука зависел дальнейший план действий, который только сейчас пришёл Тэхёну на ум. План ему казался очень удачным, и не хотелось, чтобы его зарубили сразу. Краем глаза, он увидел, как Гук отмер и посмотрел в его сторону. Выказывая своё безразличие, Тэхён начал с интересом рассматривать постер на стене и вполголоса напевать какой-то кавер. — Спать хочу! — вдруг прозвучал голос, как гром среди ясного неба. Тэхён тяжело вздохнул, но не повернулся. Это значит «нет?!» Надежда рухнула! Он замер на полуслове, но собрав свою волю в кулак, опять запел безмятежным голосом. Когда он встал и посмотрел на Чонгука, тот уже, по-видимому, крепко спал. Тэхён мысленно отхлестал себя по щекам. Рано, ох, рано затеял он этот разговор. Надо было бы немного выждать, подружиться, влезть в доверие к этому интроверту! А уже потом… Но хотелось-то всего и сразу! Здесь и сейчас! Вот дурак-то! Результат не заставил себя ждать — Чонгук проигнорил его! Правильно, кто же будет сразу рассказывать о своих чувствах постороннему… Ну, почти постороннему. Что же делать, надо придумать что-то ещё! Уж слишком нравился ему этот недоверчивый кролик! И очень хотелось присвоить его и сделать навеки своим. А что «навеки», Тэхён в этом и не сомневался!              Прошёл месяц. Чонгук жил своей, какой-то своей, обособленной жизнью. Он рано уходил в универ. После учёбы с Юнги и Чимином он занимался в универском спортзале. После этого, уже поздно вечером, он приходил домой и садился за учёбу. Ложился спать, когда все уже видели третий сон. Но в те минуты, когда он засыпал, с соседней кровати на него начинала пялиться пара голодных глаз. И если с Гука случайно скатывалось одеяло, кто-то очень нуждающийся прикоснуться, быстро поправлял его и потихоньку бежал в душ. В эти предэкзаменационные дни они виделись редко. Свободного времени не было, от слова «вообще». Но когда оно всё же выдавалось, они дружески общались, но о Хёне разговор не заводили.       Тэхён видел, как тяжело приходится соседу. Он всеми силами старался подсластить ему жизнь. Когда тот приходил домой, на столе уже стоял готовый ужин. Тэхён специально заказывал доставку именно на это время. А когда Гук стал отбрыкиваться от его услуги, типа неудобно и сам разберётся со своей жратвой, Тэхён сказал, что ему не трудно, всё равно он себе заказывает. На том и порешили. Зато теперь они могли провести это недолгое время вместе. Но когда Тэхён взял на себя бремя убирать их жилище и носить в прачечную грязное бельё, тут Чонгук воспротивился от слова «совсем». У них дело дошло даже до ругачки. И лишь, когда Гук пригрозил, что переедет, тот с неохотой согласился делать это по очереди.       Вообще Тэхён понял, что ему не хватает Чонгука. Гука хотелось больше. И тогда, он стал приходить к дверям его аудитории на большой перемене. Он приносил ему разные вкусняшки, чтобы тот мог перекусить. Чонгук, как всегда отнекивался, но бурчащий от голода желудок, заставлял не противиться этой благотворительности. Однокурсники добро подсмеивались над ними, но не удивлялись. Всё-таки это его сосед, и он старше. Заботится! Уже всем было известно, как доктор Ким выходил их товарища. А ведь Чон мог и умереть! И вообще этот Ким такой красивый, и милый, и очень обходительный! А ещё, что немаловажно — щедрый! Каждый раз в столовке напитки бесплатные на всю группу покупает! А однажды даже пригласил в кафешку за свой счёт! Повезло Чону с соседом!       Тэхён нравился всем. Особенно усердствовали девчонки. Пока он смиренно стоял у двери, теребя пакеты с едой, они старались пройти мимо него так, чтобы тот обязательно обратил внимание. Одни здоровались и строили глазки. Другие, останавливаясь около него, как бы нечаянно поправляли волосы. Третьи, без смущения просили его контакты в КакаоТок. Тэхён лучезарно улыбался, кивал головой, но контакты не давал, объясняя это тем, что не любитель соцсетей. А как только выходил Чонгук, он галантно раскланивался перед обожающей его аудиторией, которая неизменно провожала его голосистым «Уиии…» Эти приходы Чонгуку не нравились. Но, скрепя зубы, он держал всё в себе. До поры, до времени. И однажды, он не выдержал и рассказал об этом Юнги и Чимину. Те переглянулись. На их лицах заиграла понимающая улыбка. Чимин спросил: — А чё тебе не нравится? За тобой ухаживают. Что в этом плохого? — Да ты дурак, что ли? Ребята уже смеются, — обиделся не на шутку Чонгук. — Я ему не девушка, чтобы за мной ухаживать! Юнги незаметно подмигнул Чимину, и назидательно произнёс: — Конечно дурак! Не понимаешь, что каждый художник, сотворив шедевр, начинает его боготворить! Каждая мать, родив в муках своё дитя, начинает его холить и лелеять! А здесь наглядный пример. Ты для него, как созданный шедевр, как дитя! Ведь он, начинающий врач, выходил тебя! И, наверняка, ты — его первый серьёзный пациент! И сейчас он боится за тебя, чтобы с тобой опять ничего не случилось. А вдруг ты голодным будешь всё время ходить и желудок посадишь? Какое же у него тогда разочарование будет?! Так что, смирись и неси эту «кару» с достоинством! Он просто заботится о твоём здоровье, вы же тем более, ещё и соседи. Он строго посмотрел на Чонгука. Тот от стыда за то, что он такой неблагодарный, покраснел и опустил голову. Чимин хитро подмигнул Юнги и незаметно показал ему «ок». Они оба по-дружески похлопали Гука по плечам, а Чимин потом обнял его и прошептал ему на ухо: — Да и вообще Ким — классный пацик! В его группе тоже все от него без ума! А девчонки аж визжат, когда он входит в класс! Так что, смирись и пользуйся своими привилегиями! — Вот девчонкам пусть свои вкусняшки и носит, — настырно буркнул себе под нос Чонгук. Почему-то ему это стало неприятно. Но, подумав, он всё же решил забить на эту заботу от Тэхёна: пусть делает, что хочет. Наверное, Юнги всё же прав. Да и возможно, он для своей сестры старается. Ну, чтобы с ним, Гуком, поддерживать хорошие отношения. Он же знает, что Гук влюблён в неё.       А сестра Кима совершенно не заботилась о чувствах Чонгука. Когда она проходила мимо него по коридору, то только наскоро здоровалась: — «Привет, братишка! Как поживаешь?» И не дожидаясь ответа, пробегала мимо. И было ясно, что спрашивает она его только из вежливости. Сколько раз он пробовал подкатить к ней, но та всегда была в окружении своих многочисленных подруг. Они всегда куда-то торопились. Было видно, что эти люди очень заняты. Подружки, по пути, нагло залипали на него. Закатывая глазки, они кричали своё неизменное «Уиии…» А когда Хёна однажды одёрнула их: — «Так, не задерживаемся! Это не наш тип!», — Чонгуку стало очень не по себе. У него упало настроение, и в душе образовалась пустота. «Когда-то я был вашим … — с грустью вспомнил он среднюю школу. — Что же изменилось?»       В тот вечер в спортзал он не пошёл. Очутившись дома, он с разбега кинулся лицом на подушку. Делать ничего не хотелось. Он стал анализировать, почему так происходит. Может быть он зря так за ней бегает? Может пора прекратить эту бесполезную гонку за несбыточным? По-видимому, он ей безразличен. Для неё он только лишь «братик». Значит пора ему уже определиться и завести себе другую девушку. Вон их сколько вокруг! Ведь все в его возрасте уже имеют пару. И хотя он знал, что пару ему завести было бы не сложно, о другой думать не хотелось. Да и не прельщали его девчонки. Все, как на подбор, они были плаксивыми манерными и очень шумными. А Гук шума не любил. Но взрослую жизнь когда-то надо было начинать! Да и стояк каждое утро уже замучил его. Хорошо, что когда он просыпался, Тэхёна уже не было в комнате. А то кринж бы был полнейший. Интересно, как он обходится без секса? Он ведь взрослее. Может пока Гук в универе, он тоже бегает в душевую? А может он в это время приводит девчонок? Хотя — не факт. Ничего такого замечено не было. От таких мыслей Гук почувствовал, как кровь прилила к вискам. Тут он вспомнил, что в холодильнике завалялась бутылка соджу. Её когда-то принесли Тэхёну за оказанную помощь. Чонгук знал, что чужое без спросу брать нельзя. Но подумав, что Тэхён бы разрешил, он без зазрения совести, вытащил её. Здесь же Гук нашёл завалявшуюся мандаринку. Взяв со стола стакан, он уселся на лоджии под растущим в кадке деревцем. Чонгук повертел в руках бутылку и просмотрел её на свет. Что он там хотел высмотреть, он и сам не знал. Глубоко вздохнув, он налил полный стакан и залпом его выпил. Он немного поперхнулся («Ну и гадость»). Почувствовав, как внутри обволокло теплотой, он опять вздохнул. Стало приятно. Посмотрев опять на начатую бутылку, он снова наполнил стакан. Выпив его, он тут же окосел. Но стало весело, и отчего-то захотелось смеяться. Потом стало грустно. Он посмотрел с лоджии вниз. Там, на спортивной площадке, парни беспечно играли в футбол. Они беззлобно переругивались и громко хохотали. И казалось, что у этих людей нет особых проблем. Чонгуку стало завидно. Неожиданно дверь лоджии открылась и вошёл Тэхён. Он удивлённо посмотрел на Гука, на бутылку, и сказал: — Привет! Ты сегодня рано как никогда. Он присел с ним рядом и участливо спросил: — Ну ты чё, Гуки? Тебя кто-то обидел? Или что-то случилось? Чонгук смутился: — Ты, меня извини, я твою бутылку взял. Я куплю тебе завтра. Что-то настроения нет. — Да ничего. Можно мне тоже чуть-чуть? Гук подвинул ему свой стакан и выплеснул туда остатки: — Хватит? Может мне сейчас сходить ещё за одной? Тэхён выпил налитое и помотал головой: — Не надо. Достаточно. Ну колись, что произошло? — спросил он Гука. Тот опустил голову. Он опять вспомнил слова Хёны, и ему стало так обидно, хоть плачь. Его губы скривились, глаза наполнились влагой. Гук внимательно посмотрел в глаза Тэхёну. Тот взгляда не отвёл. Он положил руку на плечо Гука и сочувственно похлопал. И от этой небольшой поддержки и выпитого алкоголя, Чонгук растаял. Он подумал, как всё-таки хорошо иметь рядом такого человека, который может поддержать в трудную минуту, вот так, ненавязчиво! «Наверное, надо ему всё же рассказать! — вдруг решил Гук. — Тэхён — хороший парень! И он действительно поможет, по крайней мере, хоть советом. И трепаться нигде об этом не будет!» О том, чтобы кого-то посвящать в свои личные дела, ему раньше и в голову бы не пришло… Но выпитое соджу подначивало к откровенности и дёргало за язык. И Чонгук понял, что ему сейчас необходимо перед кем-то выговориться. И если он смолчит, то так и будет ходить с этим грузом и съедать себя. А этим кто-то, был Тэхён! Внимательный и заботливый, всегда готовый помочь. И Гука прорвало!       Он, как под гипнозом, начал говорить. На Тэхёна он не смотрел, отвернулся, было стыдно. Говорил долго, сначала запинаясь, потом смелее. Рассказывая свою историю, он то краснел, то бледнел, то из глаз катились пьяненькие слёзы… Он рассказывал о своей любви всё, с самого начала, не упуская мелочей, порой вдаваясь в долгие подробности. Говорил много, монотонно, без выражения. В конце своего монолога, он отмер и повернул голову. На него сочувствующе смотрели внимательные глаза. «Глаза Хёны», — ахнул про себя Чонгук. Ему стало горько.       Тэхён подвинулся поближе и обнял его. Тот не отпрянул. Он внезапно расплакался и зарылся в его объятия. Тэхён обнял его покрепче. От такой близости сердечко его заволновалось, но он не дал себе расслабиться. Ему стало очень жалко этого пьяненького влюблённого. Он легонько прикоснулся губами к его виску и тихонечко стал укачивать в своих сильных руках. Тот немного успокоился. Вдруг он вырвался из объятий и рухнул перед Тэхёном на колени. Склонивши перед ним голову, он произнёс умоляющим тоном: — Тэхён! Ты как-то предлагал свою помощь?! Прости, что сразу не согласился! Подумал, что справлюсь сам. Но нет, не получилось. Она меня игнорит. Помоги! Надежда только на тебя! Ты же мне как друг, как старший брат! Прошу тебя! Не думай, что это я по-пьяни… Нет! Ну, хотя… Просто, по-трезвому, я бы никогда тебя не попросил бы о таком. Чонгук поднял голову. Соединив ладони перед лицом в позе «вай», посмотрел на него жалостливым взглядом побитого щенка. У Тэхёна сердечко дало сбой и повисло на рёбрах. Ему стало очень обидно. Неужели этот парень так и не заметил его стараний? Значит, все усилия пошли прахом? Значит, он совсем не приемлет связь между парнями? Да он махровый гетеро! Таких трудно повернуть к радуге лицом. Да на что ему Хёна так сдалась? Ведь он ей совсем не нужен! Неужели он до сих пор этого не понимает?       Тэхён разочаровано смотрел на поникшего Чонгука. Тот пьяненько всхлипывал. «Друг? Старший брат? Ну уж нет! Я не отступлюсь! А раз он сам попросил о помощи — ещё даже и лучше! Что ж, в таком случае — применяем План «Б»! — Встань, Чонгук! Не беси меня! — строгим голосом, не предвещающим ничего хорошего, сказал Тэхён, а сам подумал: — «Не очень я уж с ним строго? Да нет. Ведь сейчас на кону — моё всё!» Чонгук испуганно вытаращил глаза и моментально вскочил с колен. Он встал по стойке «смирно» и вытянул руки по швам. — Вольно! — скомандовал Тэхён и хитро улыбнулся. Душа его пела и плясала. Вот оно! То самое, когда он, наконец-то, возьмёт своё! Вот он, тот исторический момент начала начал! Теперь-то он своего не упустит! Гук уже фактически готов. Надо только не облажаться и всё сделать правильно. Он немного приобнял Чонгука, и уже мягким голосом (теория кнута и пряника), промурлыкал ему на ухо: — Ну ты чё, как не родной?! Я же пошутил! Увидев, как тот облегчённо выдохнул, Тэхён подумал, что расслабляться рано, и опять спросил его строгим голосом: — Я конечно же помогу тебе, я же обещал! Но сначала ответь мне на три вопроса: — Готов ли ты выслушать правду, даже если она тебе не понравится? Чонгук, глядя на него горящими глазами, опять принял постойку «смирно» и утвердительно кивнул: — Готов, сонбэним! — Готов ли ты пойти до конца, если даже не совсем обычным путём? — голос у Тэхёна перешёл на вкрадчивые нотки. — Яволь! — почему-то на немецком, ответил Гук и приложил два пальца к виску. — Готов ли ты в точности исполнять мои приказы, и делать так, как скажу тебе я? — Так точно! — теперь, уже по-русски, отрапортовал Чон и приложил к виску поднятую ладонь. — А ты в курсе, что к непокрытой голове руки не прикладывают? — опять переходя на строгий тон, спросил Тэхён. Чонгук растерялся и приоткрыл рот. Он помотал головой, а Тэхён рассмеялся. — Ну этот вопрос к нашему делу не относится. Это я так… А теперь садись и слушай внимательно!       Они уселись друг против друга. Их коленки соприкоснулись. Но никто на это не обратил внимание. Чонгук приблизил голову поближе к Тэхёну, и приготовился слушать. Тэхён, почему-то полушёпотом, начал рассказывать ему про Сёнен-ай, Яой; Биэль-лакорны и дорамы, про индустрию К-поп развлечений и про ЛГБТ — запрещённую организацию в ряде стран. Затем он перешёл к фандомам, которые всё больше занимали сердца девчонок из-за любви к красивым отношениям гей-пар… И как девчонки вступают в армии фанатов этих пар, как шипперят их, как ездят за ними по миру… И что для них это становится своего рода религией, в которой они создают своё божество и с маниакальностью поклоняются ему! Начитавшись манги, фанфиков и насмотревшись Bl-лакорнов и дорам, эти девчонки начинают идеализировать отношения геев. А как иначе? Ведь в обычной жизни, они не встречают такой любви, нежности и заботы от своих партнёров, как показывают в дорамах. Поэтому влюбляются в геев, вычёркивая свою личную жизнь, и живут чужой, красочно описанной писаками и режиссёрами. И таких фанаток по миру не мало! Он рассказывал, а Чонгук слушал. Он не понимал, для чего Тэхён всё это говорит ему. Было, конечно, интересно послушать про это. Он и не подозревал даже о таком. Правда, в средней школе он один раз читал мангу. Но это его не впечатлило. И он подумать не мог, что можно так фанатеть от гомосексуальных отношений, отказаться от своей жизни и жить чужими эмоциями в чужой жизни. Ведь они же девочки… — Они что там, все с катушек посъезжали? Нормальных парней им мало что ли? — не выдержав, спросил Чонгук. — Геев подавай им, видите-ли! Развелось их что-то, как собак нерезанных, этих геюк! — А ты что, гомофоб? — быстро прореагировал Тэхён, и с непонятной обидой взглянул на Гука. — Тебе-то, что геи плохого сделали? — Да нет, нет, — замахал руками Чонгук, вспомнив про своих друзей, — они мне всегда делали только хорошее! — Что-о-о? Это какое хорошее и кто тебе из них делал? Имена, фамилии, явки! — возмущённо рыкнул Тэхён. Лицо его брезгливо сморщилось «Он что, уже имел дело с мужчинами? Да не-е-ет, не может быть…», — пронеслось у него в голове. Чонгук испугался. Такого Тэхёна он ещё не видел. «Как он геев, оказывается ненавидит! Вот кто из нас, оказывается гомофоб! Но Юнги и Чимина предавать ни в коем случае нельзя! Я обещал хранить их секрет!» — подумал он, и лицемерно крикнул: — Ты чё, дурак, что ли? Да это я к слову, какгрицца! Пословица такая есть про собак не резанных, вот я и ляпнул. Никто мне ничего не делал! И никаких геев у меня не было и нет. Да и не будет никогда! Я не такой! — Он сердито посмотрел на Тэхёна и уже тихо добавил, — Ты же знаешь, в кого я влюблён… Но, конечно, если только твоя сестра не скрытый гей… То тогда… Нет! Всё же и тогда я в неё буду влюблён! — уже со смехом в голосе, чтобы разрядить обстановку, весело сказал Чонгук. Взгляд Тэхёна потеплел. «Я такой дурак, чё надумал! — мысленно обозвал он себя. — Ну какой же он, всё-таки, чистый и милый!» Тэхён быстро успокоился и опять присел на место. Он положил свои руки Гуку на плечи, и пристально стал рассматривать его лицо. Тот непонимающе заморгал. — А вообще-то, хочу тебе сказать, я немного понимаю этих фанаток! Ведь, действительно, когда геи влюбляются по-настоящему, они создают пару. И у них, действительно, очень романтичные отношения, заботливые и верные! Ведь гею очень трудно найти себе истинного. В мире, геев не так уж и много: всего около процента от населения планеты. И не каждому выпадает такой счастливый случай встретить свою любовь. Поэтому, если кто и нашёл себе особенного человека, то уж старается не упустить свой шанс быть счастливым. Чонгук кивнул в знак согласия и подумал: — «Это уж точно. Юнги и Чимин тому яркий пример! Так заботятся друг о друге! Иногда я даже им завидую!» Вслух же он сказал: — Ну, ладно, что это мы всё про них? Прямо-таки тематический вечер у нас какой-то получается… Давай ближе к делу. Ты обещал мне помочь! Тэхён усмехнулся: — Ну да! А ты обещал слушать! Тогда сейчас приготовься к самому неприятному! — Тэхён закрыл глаза, как бы собираясь с мыслями, и опустил голову. Посидев так с минуту, он поднял её и, не поднимая глаз, быстро выпалил: — Хёна любит геев! — Ч-что? — громко выдохнул Чонгук и от удивления вытаращил свои глазищи. — Это как? — Каком кверху! — грубо ответил Тэхён. — Я тебе что, просто так здесь распинался целый час? У меня свободного времени, что ли воз и маленькая тележка? Хёна не любит офлайн. Она не любит гетеро парней. Она не живёт в нашем мире! Пойми ты! Она ещё со школы живёт в мире Яоя. Она живёт виртуальной жизнью Bl-лакорнов и дорам, и не желает оттуда выходить. И её это устраивает. И думаешь, ты только один такой, кто старался завоевать её сердце? — Тэхён ухмыльнулся. — Нормальные парни ей никогда не нравились. И нормальные гетеро-отношения тоже. — Но… Она же… Она ещё в школе сказала, что я её типаж… — слабо возразил ему Чонгук. — Ну да, может быть! Но ты же не знаешь, с какой подоплёкой это было сказано? Во-о-от! А я тебе объясню. Во всех красавчиках она видит только потенциальных геев. Ведь по её мнению, только геи могут быть красивыми. Ты спросишь, а для чего это ей? Да для своего обожания. Ведь её фанбаза живёт по своим законам. И один из них гласит: каждому гею — по паре! Вспомни, как она тебя негласно сводила с красавчиком китайцем из кафешки. И если бы это у неё получилось, она бы души в вас не чаяла. Они бы вас шипперили с утра до вечера, ходили бы следом за вами, каждый ваш взгляд друг на друга, и не только, ловили в айфон и выкладывали бы в Какао или в Инсту. Да много всякого было бы такого, о чём я тебе сейчас рассказал… Чонгук почувствовал, как у него разболелась голова. В мозгах поселился хаос, и Гук перестал что-либо соображать. Он сидел перед Тэхёном с отсутствующим видом, и тупо глядел вниз. Тэхён подумал: — «Надо бы взять паузу, а то свихнётся ещё малыш…» Но тот неожиданно встрепенулся и спросил: — И… как мне теперь быть? — Ты чё дурак? Ты же видишь, что это случай без вариантов. Я же тебе толкую об этом целый час… — Тэхён сочувственно поджал губы и похлопал его по плечу. «Сейчас, сейчас — хитро подумал он, — ещё немного, и я его добью!» — Но… ты же обещал помочь! — резким голосом, напомнил ему Чон. Он вскочил с места и заметался по комнате. — Я так надеялся… — А обещанного три года ждут, ты разве не знаешь?! — Тэхён тоже встал с места, и больно схватив его за руку, дёрнул его на себя. Их тела столкнулись. Тот насупился, но смолчал. — Ну, конечно, есть одна лазейка… — тихо, одними губами, прошептал ему на ухо Тэхён. — Такая ма-а-ленькая лазеечка в мир твоих грёз, — он на пальцах показал насколько она мала, — Но! Наверное, ты не согласишься на это! Да что там говорить, я бы сам на такое не пошёл ни в жизнь! То есть это, прям такое себе! — Говори! — громко вскричал Чонгук. — Ну… Мне и говорить-то такое невдобняк. Скажешь ещё, что я извращенец… — процедил сквозь зубы Тэхён. На его лице появилось сомнение. Он хмыкнул и оттолкнув Гука, быстро ретировался на лоджию. Там он облокотился на перила и сверху стал наблюдать за игрой футболистов. — Говори! — с силой развернул его к себе, Чонгук. Лицо его стало красным от ярости. — Ты обещал! Тэхён пожал плечами, и как бы нехотя проговорил: — Ну что ж... Только потом не плюйся! Хотя я бы оплевался, если бы мне такое предложили, — лицемерно сказал он. — Чтобы понравится Хёне, тебе надо на время стать геем! — говоря это, он на всякий случай немного отдалился от Гука, съёжился, как будто ожидая прилёта, и зажмурил глаза. — Что?! — с силой, выдохнул Чон. Тэхён, с опаской открыл глаза и улыбнулся. «Чё будет, чё будет?! Кто не спрятался — я не виноват!» — подумал он, а вслух громко и чётко повторил: — Хочешь её любви? Тогда повторю: тебе на время надо стать геем!