Огненная лилия (ремейк)

      Столетняя война больше года как минула. Не то чтобы кто-то считал дни, ведь они были наполнены для многих повсеместным решением проблем. Мир старался прийти в норму, отдышаться после стольких лет страданий, но никто не обещал, что будет легко.       Да, худшее позади, и сейчас, откопав немного времени для отдыха в кругу старых друзей, команда Аватара воссоединилась на Угольном острове и обосновалась в семейном доме Зуко. Воспоминания сочились из каждой трещины, что ныне были с заботой зашпаклеваны, когда молодому лорду удалось выделить немного времени и бюджета на ремонт. Здание пострадало от различных факторов, коими были время, собственноручные разрушения и вандализм несогласных последователей Озая.       «Столько воды утекло с тех пор…» — Он с тоской провел ладонью по стене и, припав к ней спиной, опустился на пол у входа в большую комнату, осматривая коридор, в который едва попадал полуденный свет.       — Ну и чего ты расселся? — пока девушки готовились в соседней комнате, Сокка переоделся первее всех и вышел в общий коридор, обнаружив товарища, к своему удивлению, подавленным. — Давай, мы сюда приехали развлекаться. Не хочу видеть и капли грусти ни на едином лице, меня все поняли?       — Так точно, капитан! — Тоф бодро выскочила позади него и с привычной улыбкой до ушей толкнула Зуко в плечо, услышав в ответ слегка протестующее мычание с его стороны.       — Я вам благодарен за заботу, но идите пока без меня, я вас догоню позже, — он улыбнулся, потирая руку после удара внушительного, хоть и маленького кулачка юной преподавательницы покорения металла. — Я в порядке, просто хочу немного побыть здесь.       — Мы всё понимаем, да, Сокка? — воительница Киоши твердым шагом прошлась рядом, ухватила своего парня за руку и невозмутимо потащила в сторону пляжа. — Пойдем, обмажешь меня кремом от загара.       — Я, конечно, люблю тебя и твою прекрасную кожу, — он поравнялся и обнял её за талию, — но я надеялся, что ты искупаешься со мной.       — Присоединюсь к тебе позже, — Суюки поцеловала любимого в щеку и улыбнулась. — Захватишь кого-нибудь еще, например Тоф, ей как раз не помешают уроки плавания.       — Ты утопить меня хочешь? Я скорее научусь покорять воду, чем плавать! — Девушка последовала за парочкой, и их беседа постепенно отдалялась, скрываясь за деревьями.       Снаружи Аппа трапезничал иссушенной травой и сочными фруктами, готовясь вскоре улечься после длительного перелета на дневной сон, пока неугомонный Момо бодро сновал вокруг него в ожидании хозяина.       Катара задумчиво копошилась в своей сумке, когда Аанг подошел к ней, готовый идти к остальным.       — Я со всем закончил, пойдем? — он протянул ей руку, влюбленно улыбаясь. — Поможешь мне в практике покорения песка.       — Я не могу найти свою заколку, можешь подождать меня с ребятами, хорошо? — она неловко заглянула тому в глаза, отложив вьюк в сторону. — Или на общем пляже, взбодри местных, они наверняка узнают Аватара.       — Обязательно, если они не кинутся меня ловить, то с радостью покажу парочку своих фокусов! — Тот слегка рассмеялся и запечатлел кроткий поцелуй на губах девушки. — Тогда увидимся.       Зуко смотрел на них краем глаза, почувствовав, как что-то кольнуло в груди, но как только татуированный юноша покинул комнату, то с добродушной улыбкой проводил его, помахав рукой. После уголки губ опустились следом за ладонью.       Катара вздохнула, легким движением вытащив свое украшение, представляющее из себя кольцо со спицей, из кармана сумки, и заколола волосы на затылке в компактную прическу, отчего концы едва доставали до плеч. Поправив новый белый купальник на замену старым повязкам, она неспешно подошла и наклонилась к другу сбоку:       — По тебе не скажешь, что всё в порядке, — её взгляд задержался на шраме, а мягкий голос разрядил тишину и словно выудил юношу из унылого пространства. — У тебя часто всё на лице написано, как бы ты ни старался скрыть это.       Катара усмехнулась и присела рядом на корточки, выжидающе сверля взглядом бледное лицо. Губы парня дрогнули в нервной улыбке, а ладони сцепились в замок, усиленно переминая кожу пальцами.       — Столько всего произошло, я… я чувствую, что не могу позволить себе передышек, столько давления. Мать бросила нас ради своего парня, в итоге у меня новая сестра… Азула сбежала, и теперь только Агни знает где! Мэй ненавидит меня, а наши отношения висят на тонкой нити, я уже не понимаю, кто мы друг другу… Вся страна на мне, каждый день мне приходится принимать множество решений, иногда мне приходится просить совета даже у отца, сидящего в тюрьме, потому что не могу полагаться только на советы дяди, так как он вдали от меня в своей чертовой чайной! — тело слегка дрожало, а каждая названная причина его состояния отзывалась холодком, пробегающим по костям. — Мне… одиноко, понимаешь? И даже сейчас я готов развалиться, как песочный замок. Знаю, что не только я один погряз в делах, вам тоже многое приходится исправлять: тебе с братом на родине, у Тоф своя школа и тот парень, Сатору, Киоши стоят на моей охране, и Суюки сама словно на работе здесь… Еще этот новый город, и Аанг-…       — Эй, — девушка коснулась его плеча и прервала поток слов, заметив проступившие слезинки в уголках глаз. — Как насчет спарринга? Думаю, тебе должно стать легче.       Зуко поморгал, глядя в синеву её глубокого взгляда, ощущая себя под ним прозрачнее водной глади, вдохнул полной грудью и шумно выдохнул, поднимаясь с пола.       Верхняя одежда полетела на диван в зале, оставив Лорда Огня в свободных шортах. Отросшие волосы упали на плечи, когда он с неким облегчением снял заколку правителя и уложил поверх одеяний под внимательным взором южанки. Шрам от молнии на груди одновременно холодил её душу и согревал воспоминанием.       Пара покинула дом, уходя за него чуть поодаль, где располагался старый резервуар со скважиной, походивший на разрушенный фонтан и окруженный огненными лилиями. Покоритель огня отошел подальше от воды, разминая мышцы и слыша последующий хруст суставов, который доносился и до Катары, побудив её вздрогнуть и вскинуть брови.       — Что такое, должность Хозяина Огня тебя так быстро старит? — подначивала она его с насмешкой, веселой походкой устроившись возле фонтана и потягиваясь руками вверх. — Уже и правда песок сыпется, да трещишь по швам громче своего дяди.       — Ах так? — Зуко опешил от такого заявления, ухмыльнулся, и в его ладонях засияло пламя. — Посмотрим, кто еще тут будет трещать, Уголек.       — Это ты мне? О Ла, я так оскорблена! — Смех залил пространство, подобно потокам воды, охвативших её плечи и расстилающихся по коже, словно жидкий палантин.       Молодые люди встали в боевые стойки, не торопясь нападать первыми, внимательно наблюдая за движениями друг друга. Заметив, как девушка хочет отпустить очередную колкость в его адрес, юноша пальнул несколько огненных шаров напрямую. Та с легкостью заблокировала удары и демонстративно зевнула:       — Слишком медленно, дедуля.       — Пробный заход. И я не сильно старше тебя, знаешь ли, — он вошел во вкус, виднелись клыки, все ярче проступала улыбка, а по телу с каждым равномерным вздохом ощущались потоки ци. Давнее чувство постепенно пробуждалось, скопленные эмоции обращались силой, что просилась наружу. — Я только разогреваюсь.       Катара присвистнула, выгнув бровь и образовав вокруг себя осьминога: «Тогда покажи, на что способен». Последующая череда огненных выстрелов, во время которых Зуко перемещался в сторону по кругу, была потушена водой, и испарившуюся жидкость приходилось постепенно пополнять из скважины. Юноша с таким облегчением посылал пламя, что почти не чувствовал тяжести своего тела, лишь наполняющий его жар, словно отрывающий от земли. Девушка подметила, что соперник хочет подобраться ближе, и поспешила двинуться в сторону, захватив с собой водяные запасы:       — Я поддамся, так уж и быть, — план определенно был в том, чтобы отдалить её от резервуара, — но не думай, что будет легко.       — Просто не пожалей о своем решении.       Из ладоней полыхнули сильные струи огня, образовавшие собой подобие мечей, и сухие пальцы машинально их сжали, будто ощущая физическую оболочку и с тоской вспоминая палаши, что ныне висят давно не тронутыми в ожидании, когда к ним вновь прикоснутся для боя. Шаг за шагом Зуко решительно приближался к оппоненту, разрезая стремящиеся поразить цель водные хлысты. Сокращение дистанции еще казалось хорошей идеей, до тех пор, пока его ноги не были заморожены, стоило ему подойти достаточно близко, а Катара между делом с грацией лисоантилопы отскочила на несколько метров, попутно поливая парня водой и обращая её льдом на его теле. Задор и смех девушки раздражали его, но в то же время будоражили изнутри неким весельем, распаляя с такой силой, что быть охлажденным ему приходилось недолго. Мгновение, и юноша, охваченный паром, вновь в движении ловко настигал соперницу.       Парочка бухнулась оземь. Огненный покоритель навис над Катарой, одной рукой держа ту за запястье, а второй упираясь в иссушенную траву. В свободной ладони поблескивал ледяной кол.       — Будь это настоящее сражение, я бы проткнула тебе глаз, — как бы заявляя о своей победе, она ухмыльнулась и подняла брови. — А теперь можешь отпустить меня.       — Будь это настоящее сражение, — парировал он со смешком в голосе, — я бы взял тебя в плен. А что, тебе ведь это знакомо, не так ли?       — Да ты наглец! — девушка насупилась и пыталась ударить его коленом в живот, но Зуко навалился на неё всем телом, отрезав пути к отступлению. — Конечно, раздави меня… — Образовавшаяся поза и его бархатистый негромкий смех смутили проигравшую до жара на кончиках ушей.       Их взгляды встретились. Легкий ветерок доносил с пляжа едва слышимые запах морской воды, подхваченный шумом волн шелест листвы и веселые возгласы. Ледышка растаяла, впитавшись обратно в землю, а слегка грубые пальцы парня ослабили хватку.       — Я помню каждую нашу встречу, — тихо заговорил он, утопая в темно-голубых глазах и рассматривая радужку с таким упоением, словно не видел ничего прекраснее. — С тобой во мне скапливается столько противоречивых чувств. Я ощущаю дикую дрожь и в то же время умиротворение, которого не могу постичь сам уже давно. Может ошибаюсь, но… Ты ведь осталась со мной не только, чтобы подбодрить, верно?       Улыбка померкла на смуглом лице, а взгляд скользнул в сторону:       — Мне больно смотреть на то, как ты пытаешься в одиночку решить проблемы… Да, мы все были рядом, когда могли себе это позволить, но почему-то я чувствую вину за то, что не могу полноценно поддержать тебя на этом пути, однако… — Катара заставила себя вновь посмотреть в янтарные глаза, и её веки дрогнули. — Я тоже помню каждую нашу встречу, и совру, если скажу, что не вспоминала их с определенной целью, особенно последнюю…       Щеки обоих залил румянец. Их последний раз был слово вчера, когда южанка обсуждала с ним торговые пути для помощи своему племени. Тогда Зуко в шутку предложил свадебный союз, ведь её родине было нечего дать столь развитой стране, и образовавшаяся перепалка чуть не обернулась для особ ошибкой.       — Если бы мы тогда не остановились, клянусь, что завалил бы тебя на карту, — он неловко улыбнулся и поджал губы, жалея о сказанном вслух и немного приподнимаясь, чтобы больше не давить телом, а то и вовсе уйти.       — И что бы ты сделал потом?       Вопрос застал юношу врасплох. Он осматривал её лицо в попытках обнаружить, шутит ли над ним Катара или хочет подловить на чем-то, но взгляд той отражал лишь вожделение и интерес.       — Я бы… взял тебя за руку, — его ладонь, что ранее сжимала тонкое запястье, поползла выше и сплелась пальцами с её, — зарылся бы в твои волосы, — вторая рука потянулась к заколке, с легкостью выудив спицу и заставив кольцо упасть на траву, отложил в сторону, пальцами постепенно закапываясь в пышные волны цвета темного шоколада, — и-и-и, хм, даже не знаю…       Лукавая ухмылка растянулась на лице, когда Зуко приблизился к губам девушки, уже почти касаясь их. Однако спустя несколько секунд он чуть отдалился, явно колеблясь о том, стоит ли ему вообще так поступать.       Она вдруг подала голос, немного хмурясь: «Знаю, о чем ты думаешь: я предаю своего лучшего друга, пытаюсь увести любовь всей его жизни, какой же я друг после этого, — ведь так? — На его физиономии безошибочно читались сомнения и чувство вины. — Всё… очень сложно. Но я чувствую, что хочу этого. Хочу с тобой».       Теперь уже девичья свободная рука сделала свой ход, слегка настойчиво уложившись на черные волосы и опуская ближе к себе. Заметив, будто слов было недостаточно, чтобы убедить юношу в своих намерениях, она заглянула ему в глаза, встретившись взглядом, и добавила полушепотом: «Я не стану жалеть о том, чего желаю. А что насчет тебя?»       Катара словно ощущала цепи, которыми тот себя сдерживал, ведь наравне считала неправильным то, что собиралась сделать. Однако, будет ли верным игнорировать свои чувства, не узнать, как тебе может быть с человеком, к которому тебя влечет всей душой и телом. Она осталась именно за этим и сейчас, крепко схватившись за его непослушные пряди, подтянулась и поцеловала его тонкие сухие губы, немного требовательно прижимая к себе рукой и второй удерживая ладонь.       Зуко не противился. Немного погодя, он ответил на жест, мягко опускаясь обратно и прикрывая глаза. Девушка водила ноготками по затылку и шее покоренного повелителя пламени, нарочно раздражая и чувствуя в ответ легкую дрожь, как вдруг тот заставил её мыкнуть от неожиданности, прижав колено к её паху. Южанка немного поерзала от нарастающего тянущего тепла внизу живота и машинально сжала коленями его ногу. Юноша был настойчив и, разорвав поцелуй, перешел на нежную кожу шеи, с пробуждающимся аппетитом покусывая её и опаляя своим горячим дыханием. Ряд мурашек пробегал по телу Катары от прикосновений, вызывающих дрожь и побуждающих выгибаться в спине ближе…       Девушка поймала себя на мысли, что их спарринг перешел в нечто большее, и проигрывать не собиралась. Приподняв ногу, которая из сложившегося положения находилась аккурат меж его, с хитрой улыбкой она потерлась коленом, чувствуя уплотнение в штанах. Зуко напрягся, сильнее сжав её ладонь пальцами, отпрянул от шеи и с прищуром посмотрел на смуглые черты.       — Может, тебя водой облить? У тебя лицо горит, — усмехнулась покорительница, скрывая собственное смущение и замечая, как краски на щеках Хозяина Огня становится больше от колкостей и возбуждения.       — Что ж, возможно оно остынет, если ты сядешь на него, — он быстро сместил вторую руку с темных локонов к нижнему белью и нагло пробрался под него к половым губам, — потому как здесь уже довольно мокро.       От возмущения и чувства стыда Катара ахнула и зажмурилась, а после стала тихо похныкивать и сжала всеми фалангами его волосы и костяшки сдерживающей руки, когда парень начал медленно поглаживать клитор по кругу подушечками пальцев.       — Т-ты эту шутку сам п-придумал или тебе мой брат подсказал? В любом случае, это ужасно… — она почти шептала, хватаясь за каждую возможность распалить Хозяина Огня, но, судя по всему, этого больше не требовалось.       — Я прикончу тебя, если ты будешь думать сейчас о Сокке, — он закатил глаза и коснулся её губ, с нарастающей страстью переминал их своими, немного касаясь кончиком языка.       Его средний и безымянный пальцы поступательными движениями проникли внутрь влагалища, плавно скользя меж теплых стенок в обилии смазки, чувствуя, как с каждым разом она вытекает наружу и попадает на кожу.       Постыдное блаженство растекалось подобно выделяющейся от желания жидкости, но еще не настолько затмевало разум, чтобы забыть о соперничестве. Растрепав черную шевелюру и превратив её тем самым в беспорядочное гнездо, девушка провела указательным пальцем вдоль тела вниз по животу и вторглась под последнее одеяние на Хозяине Огня, обхватив всей ладонью напряженный половой орган, ощущая исходящий жар и влажность. Она гладила его, изучающе массировала, наблюдая за тем, как меняется в лице юноша от мучительного наслаждения, как из приоткрытых губ слышатся тихие постанывания, а движения его руки стали слегка дрожать и от того становилось лишь приятнее.       — Знаешь, я… — Катара старалась размеренно дышать и сглатывала слюну, которой выделялось к её удивлению слишком много, словно она долгое время голодала и наконец вкусила сочный плод. — Я думаю о том, насколько… это ярче, чем в моем воображении… Слишком хорошо…       — Нх-а-ах… Я п-предпочту не думать вообще, — быстро проговорил он на выдохе, опустился на локоть, всё еще держа её руку. — Как насчет ничьей? — Зуко лукаво улыбнулся, вытащил пальцы, намекнув взглядом на узелки нижней части купальника, которые удерживали ткань на смуглых бедрах.       — В чем дело, уже чувствуешь поражение? — Однако, никаких стараний уже не хватило бы, чтобы убедить даже её саму в том, что она не сгорает от желания так же сильно, как и он. Тем более, зайдя так далеко. Девичья рука тянула шорты вниз, пока те не упали к коленям. — Да кого я обманываю… — Шептала она, вновь сглатывая и закатив глаза. — Просто возьми меня уже.       Узелок был развязан. Ткань покинула кожу, оголив набухшую от возбуждения зону от лобка до самой промежности, где блестела липкая прозрачная субстанция. Парень плавно скользнул внутрь, постепенно двигаясь вперед-назад, пока его член полностью не оказался внутри влагалища, где недавно еще хозяйничали его пальцы, а сейчас они упирались в землю по бокам от девушки.       Катара обхватила руками широкую бледную спину, прижимая к себе и сталкиваясь своим дыханием с ярко проступающей ключицей. В такт движениям сжимались её пальцы. По напряженным бицепсам стекали капли пота. Всё громче и быстрее вырывались стоны из уст обоих.       Сейчас они были не Хозяин Огня и принцесса Южного Племени Воды. Даже не Зуко и Катара. Они были парой молодых людей, что просто хотели быть друг с другом. Больше ничего сейчас не имело значения. Ими движет любовь и страсть.       Тела прижимались так сильно, словно готовы были слиться в единое целое. Удовольствие наполняло их жаром, что застилал глаза непроглядной пеленой, а звуки заглушались и ощущались далеко, как под поверхностью воды.       Еще немного и они затаили дыхание.       Оргазм разливался внутри, последующие волны импульсов отзывались приятной слабостью в каждой мышце. Даже мелкое напряжение вызывало легкий спазм, вынуждая расслабиться и насладиться послевкусием.       Пара облегченно развалилась на траве, укрывая интимные места одеждой и вдыхая полной грудью свежий воздух. Минуты неспешно текли по воздуху.       Катара подняла взгляд и обратила внимание на цветы рядом, от которых веяло неприятными воспоминаниями, и с грустью послышался её тихий голос:       — Это огненные лилии, насколько я помню. Они растут только на землях Страны Огня и… — она коснулась ярких лепестков и чуть сжала пальцы на одном, чувствуя нежную бархатистость и хрупкость.       — И цветут всего несколько недель в году, всё так. Символизируют чистую любовь, пылающую как огонь страсть, — Зуко улыбнулся, наблюдая за глазами девушки, и как контрастно в них отражается красный цвет. «Ей так идут красные оттенки… Как ни посмотри, а ей очень пошло бы стать принцессой моей страны…». — Они прекрасны, хоть и не сравнятся с твоей красотой. — Вызвал тихий смешок и кроткую улыбку на смуглом лице. «Я слишком забегаю вперед… Как наивно…»       — Я видела их раньше, но к сожалению мне не довелось сполна насладиться их красотой. Столько времени прошло. — Вздохнув, она потянулась второй ладонью к юноше и сцепила свои пальцы с его. — Я рада, что могу себе это сейчас позволить, еще и рядом с тобой… Это особенный момент.       Влюбленные смотрели в глаза друг друга, вникая в свои чувства и думая о том, что сейчас произошло. Осознав, что их могут начать искать, молодые люди поспешили привести себя в порядок и слегка шаткой походкой отправились на пляж, держась за руки, пока их не было видно за пышными кустами и деревьями. Несмотря на то, что Катара обладала превосходными навыками водного исцеления, а юный лорд был с ней осторожен и ласков, он то и дело бросал на неё обеспокоенные взгляды что до, что во время и после пребывания на пепельных песках.       Вскоре когда пара вернулась к друзьям, те уже планировали перебраться на общий пляж, пожелав оставить скульптуры из песка наедине друг с другом. Уставший от людей Хозяин Огня удивился пышущему энтузиазмом Аватару и не поддержал эту идею, решив остаться в стороне, где его не будут видеть местные. Аанг же бодро подхватил Катару на руки, чмокнув в щеку, и с возгласом «Кто последний, тот готовит ужин!» поскакал через разделяющие остров скалы, чем вызвал у Сокки массу недовольства. Он одним только взглядом приказал Суюки залезть себе на спину и потопал с ней по тропинке со стороны берега, бурча под нос, что магия ни по чем его воинскому духу и мышцам.       Зуко двинулся следом, только чтобы быть уверенным, что всё будет хорошо, аккуратненько постоять в тени и наблюдать. Однако твердая рука остановила его, схватив за локоть. Тонкие губы чуть сжались, дыхание затаилось в ожидании. Ровный звонкий голос наконец содрогнул воздух рядом:       — Ты осознаешь свои действия? — тон был ровным и, казалось, не осуждающим. — Просто хочу убедиться, что ты не совершаешь глупость. У всего есть последствия.       — От тебя как всегда ничего не скроешь, — сердце стало биться заметнее, когда в горле встал ком, а вдыхаемый воздух будто стал прохладнее. — Я… всё понимаю, Тоф. Я не собираюсь разрушать их отношения.       — Ты не делаешь лучше, ставя Катару в положение, когда ей придется разрушить отношения либо с ним, либо с тобой.       Парень возмущенно развернулся лицом к подруге, попытавшись возразить:       — Но я вовсе не со-       — Значит ты не осознаешь, — она резко перебила, слегка погрубев и нахмурившись, — насколько она дорога Аангу. Как поведет себя этот неженка, если любовь всей жизни разобьет его хрупкое сердце? Что может снова произойти с миром без Аватара, если тот поди еще на сотню лет пропадет с новой болью? Всё равно что закинуть булыжник в корзину, полную камней, а потом надеяться, что дно не прорвется.       — Выходит, этот булыжник я должен забрать себе — это ты хочешь сказать?       Подобное казалось для юноши оскорбительным. Внутри больно защемило от нарастающей обиды, стремительно разжигая пламя.       Возникшее молчание разносилось ветром, подобно песку. Не нашлось подходящего ответа на вопрос Зуко, как и не смог он найти в лице Тоф малейшую поддержку. Чувства есть у каждого, и очевидно, что с ними придется считаться. Однако, кто будет считаться с чувствами одинокого Лорда Огня? Очередной вопрос без ответа.       Тишина разрушилась хрустом песчинок под ногами мастера земли, преобразовавшиеся в плотную плиту, на которой девушка удалилась прочь, оставив друга наедине со своими мыслями. Он проводил её взглядом и обернулся к горизонту моря, к его соленым бесчисленным волнам, дышал полной грудью. Всё чаще и чаще.       Парень сорвался с места, стремительно заходя в холодную глубину, поверхность которой начала испаряться от исходящего жара, и нырнул с головой.       «Что же мне делать?»       Пузыри воздуха кружились вверх, растворяя слова в пустоте.       

«Неужели я совершаю ошибку?»

      Пар вздымался, скрывая волнение.       

«Почему мне нельзя любить её?»

      Кричал что есть мочи. Всплывал за очередным глотком воздуха, только чтобы потом заглушить своё отчаяние в воде. Снова. И снова. Лишь когда он наконец устал, опустошив свои эмоции, то позволил волнам нести его обратно к берегу, сверля глазами ненавистное небо, что давило своей величиной.       Это стало очередным испытанием для Зуко. Отношения не давались ему легко, приходилось врать, скрывать, расставаться, чтобы разобраться в самом себе. И теперь всё по-новой? Нет, стало только сложнее. Потому что проблема было не только в нём.              Глаза цвета янтаря задумчиво наблюдали за происходящим, скрываясь в тени нависших скал: Аватар с крылатым попутчиком веселился с местной молодёжью, демонстрируя своё мастерство покорения воздуха и рассказывая веселые байки; Катара помогала Тоф справиться с боязнью воды и учиться чувствовать её; Сокка охранял Суюки от приставучих парней, демонстративно ухаживая и ревниво зыркая. Не доглядел, ведь три наглеца как из воздуха образовались рядом с ней, стоило тому отлучиться за мороженным на пару минут. Громкая возня и последующая драка позабавили и удивили Зуко, заметив, как возросли умения воина Южного Племени в рукопашном бою. Он самостоятельно расправился с приставалами, пока его любимая наслаждалась сладостью. Может Сокка и пропустил один удар по лицу, но победа была за ним, и боле никто не посмеет лезть к его девушке.       «Они так счастливы и хорошо дополняют друг друга, — светлой завистью проносились мысли. — Может ли у нас получиться так же, легко и безмятежно?»

      «Как же глупо. Конечно нет…»

      Закупив на рынке множество продуктов, ужин по итогу готовили все, ведь оставлять такое важное дело на кого-то одного довольно проблематично. После активного дня приготовленная своими силами еда казалась особенно вкусной под открытым небом, полным бесчисленных звезд, да в кругу верных друзей — эта атмосфера возвращала в не столь далекие воспоминания о путешествиях. Ребята дурачились, делились историями и впечатлениями за трапезой, наслаждаясь вместе уютным вечером.       К сожалению, рано или поздно хорошее заканчивается, а в случае повелителя Страны Огня рано, не успело светило достигнуть и пика на небосводе. Прилетел почтовый ястреб со срочным письмом из дворца. Добрых вестей мало, и как бы Сокка ни уговаривал, воительница Киоши решительно вызвалась вернуться с Зуко назад, ведь помощь её и отряда сейчас явно понадобятся. Аанг отвезет друзей к порогу новых забот и вернется на остров — тут уже явились дела духовные для самого Аватара.       Возиться долго не пришлось, и в скором времени компания разделилась, прощаясь. Катара, сославшись на утомление, оставила Сокку вдвоем с Тоф и удалилась в комнату, что временно была в её власти.       За закрытой дверью не было слышно и без того глухих вскриков, пропадающих в толще подушки, как не видно и соленых капель, исчезающих в ткани. Бурный поток мыслей бился о скалы извечных вопросов. Что правильно, а что нет? Ответом истина будет каждому своя. И от того лишь сложнее, ведь даже если за тебя решит нечто иное, ответ может не устроить. И вновь, правильно ли это, идти против? Неизвестно.       Южанка вышла на балкон, устремив взгляд в небо. Все сомненья кроются в самом себе. Лишь разрешив их, рассеются и тучи. Ветер унесет их прочь, прояснив голубой небосвод, как и разум. Свежий морской бриз успокаивал беспокойное сердце.       Краем глаза девушка увидела под окном небольшой букет из аккуратно сорванных огненных лилий. Она присела рядом и взяла их в руки, чувствуя слабый аромат. Хоть и цветение их скоро подойдет к концу, воспоминания о вчерашнем дне никуда не исчезнут.       Очи цвета океанских глубин задумчиво вглядывались за горизонт. Цветы были прижаты к груди и, если бы те могли, то слышали бы, как горько бьется горячее сердце, разрываясь от сомнений, которые рано или поздно придется разрешить.