Ложь во спасение

Глава 12 Сальвадор Была тысяча вещей, которые я хотел, но ни одну из них я не мог иметь. По крайней мере, на данный момент. Теодор буквально был у моих ног, и я не мог не улыбнуться этому зрелищу. Если бы он провел больше времени глядя вверх, он увидел бы, как я его сфотографировал. Ему было бы все равно, но его отец – совсем другая история. Он так усердно работал над созданием своего имиджа, и я готов поспорить, что его убило бы то, что у него есть сын, с которым он не смог справиться. — Хм, чего я хочу? — произнес я издевательским тоном. Я хочу смерти твоего отца. Это было бы только начало, потому что прежде всего – я заставлю его страдать так же, как страдаю я. Конечно, я ничего из этого не сказал. — Приходи ко мне домой после дебатов, и тогда мы сможем продолжить разговор, — сказал я, убрав ногу с его позвоночника, и, не сказав больше ни слова, вышел. Мой кузен и бородка Теодора ждали возле ванной. Леанна выглядела разъяренной, а Армандо удивленным. Он держал ее за руку, вероятно, не давая вмешаться в мой разговор с Тео. — Ты засранец, — выплюнула она и бросилась в ванную, чтобы помочь другу. Я был не уверен, были ли эти слова направлены на меня или на Армандо. — По крайней мере, не микро-член. Армандо рассмеялся, и я присоединился к нему. — Ты получил, что хотел? — спросил он. — Почти у цели. Прошло несколько мгновений, прежде чем он заговорил. В этом и был весь Армандо. Он никогда ничего не делал и не говорил, тщательно не взвесив последствия. Именно благодаря ему я научился держать язык за зубами, когда злился. — Я не собираюсь говорить тебе, как вести дела, но помни, что сейчас, они как никогда пристально следят за нами, и ты не можешь дать им еще один повод посчитать тебя слабым. Я стиснул зубы, потому что знал, что это не было личным выпадом в мой адрес. Это было напоминание о том, что поставлено на карту, и я не мог рисковать. — Не волнуйся, ответной реакции не будет. Теодор Лайонс был не более чем галочкой в моем списке. Армандо, казалось, принял это. — Что ты собираешься делать с Томасом? Я ухмыльнулся. — Как думаешь, Кристиан хочет немного развлечься? Бровь Армандо поползла вверх. Его явно интересовало, что у меня на уме. — И почему же ему будет не плевать на Лайонса? — Не знаю, как ты, но я слышал, что Томас говорил какую-то гадость о Каро. Зачем делать всю грязную работу, если за меня ее может сделать кто-то другой? Если бы я попал в беду, дядя Лучано и пальцем не пошевелил бы, чтобы помочь мне выбраться из ямы, в которую я попал, но если это был Крис, тогда он заплатил бы кому нужно, чтобы держать все в тайне. Никто не мог связываться с теми, кого защищали Зинетти. — В твоем плане есть один недостаток, — сказал Армандо, похлопывая меня по спине. — Пожалуй, не стоит меня недооценивать, — усмехнулся я, направляясь в библиотеку, уже пропустив половину урока. Человек, которого я хотел видеть, находился у задних стеллажей. Не обращая внимания на происходящее вокруг, я направился прямо к ней. — Сал, дорогой, что ты здесь делаешь? — Кассандра Мауро поприветствовала меня первой. Внутренне я застонал. Глядя в глаза моей маленькой кузине, я мог сказать, что это ее позабавило. Отец Кассандры тоже знаком с образом нашей жизни. Он был умным мужчиной среднего звена, увязнувший достаточно глубоко, чтобы зарабатывать хорошие деньги, но отступивший ровно настолько, чтобы его не поставили во главе какого-либо подразделения. На мой взгляд, он поступил умно, соблюдая баланс. Он не был на том низком уровнем, чтобы быть жертвой, но также не хотел давления и ударов, которые непременно сопровождали пребывание на вершине. Его жена воспринимала эту реальность так, как никогда не делала моя мать. Таким образом, Кассандра была избалованным ребёнком, преклоняющимся только перед Каролиной, и то потому, что она превосходила её по рангу. — Я пришел поговорить с моей маленькой принцессой, — с ухмылкой ответил я Каро. Она ненавидела это прозвище, но также Кассандра ненавидела тот факт, что я никогда не буду называть ее так. По словам ее семьи, моя мать хотела, чтобы я женился на Кассандре. Если бы я хотел узнать правду, мне пришлось бы провести гребаный спиритический сеанс, а разговаривать с мертвыми мне не хотелось, поэтому я просто уклонялся от якобы предсмертного желания моей матери каждый раз, когда возникал разговор об этом. — Если ты нас извинишь, нам с Сальвадором есть о чем поговорить. Я не мог не рассмеяться, когда Кассандра фыркнула, уходя. — Ты хорошо ее надрессировала, — сказал я. Она тем временем рассматривала свои острые красные ногти. — Однако никто и не подумает сделать меня капо. — Поверь мне, ты не хочешь этого. Ты видела, как мы, Зинетти, пали один за другим. Она притворно надулась, а затем глубоко вздохнула. — Ты прав. Я слишком красива, чтобы попасть в тюрьму. — Я тоже слишком красив, чтобы оказаться за решеткой. Вот почему мне нужна твоя помощь. Эти слова привлекли ее внимание. — И что тебе нужно от меня? — положив обе руки под подбородок, она захлопала длинными темными ресницами. — Не скромничай. Тебе это не идет. Она закатила глаза. — Посмотрим, помогу ли я тебе когда-нибудь снова ускользнуть от Касс. — В конце концов, она от нас откажется. Каролина лишь усмехнулась. — О, дорогой, тебе не следовало лишать ее девственности, если ты хотел, чтобы она оставила тебя в покое. Все, что ты сделал, это лишь подпитал ее влажные фантазии. После ее слов я поморщился. Я наделал много всякой ерунды, и Касс была на вершине этого списка, но у меня было предчувствие, что это место скоро будет занято. — Мы отклоняемся от темы, — я пренебрежительно махнул рукой. — Ну, давай к делу, — сказала она. — Технически, мне нужно, чтобы ты сделала две вещи. Первая – сказала Крису, что Томас приставал к тебе, когда ты была одна, — идеально ухоженная бровь Каролины поползла вверх, но она не перебила меня. — Вторая – подружись с Теодором Лайонсом и его маленькой подружкой. — Леанна Ливингстон… не так уж сложно запомнить имя дочери сенатора, — ее тон был насмешливым, но я чувствовал обвиняющие нотки. Я хмыкнул от досады. — Сможешь ли ты оказать мне эту услугу? Она постучала указательным пальцем по подбородку, наслаждаясь моментом. Хоть Каро и сестра-близнец Кристиана, у нее была такая же сильная связь со всеми кузенами. — Почему ты вовлекаешь моего младшего брата в свои дела? Кристиан был на три минуты младше Каро, и она никогда и никому не позволяла забыть об этом. — Он выпустит пар, пропустит школу, а твой отец похвалит его за то, что он защитил твою честь. Мне кажется, он выиграет от этого больше всего. В глазах Каролины зародилось понимание. — И никто и глазом не моргнет, если Кристиана отстранят, но, если отстранят тебя, возникнут вопросы. Вот почему ты хочешь, чтобы я подружился с Теодором. Если я прикрою его спину, никто не будет с ним связываться, и они не узнают, что Сальвадор Зинетти заботится о ком-то, кроме себя самого. Каролина не могла быть жертвой. И Армандо понял бы это сразу, как только услышал об этом, но Кристиан не стал бы сомневаться. Он не был глуп. Он просто не думал, что его семья будет манипулировать им для собственной выгоды. — Назови свою цену, Каро. Каролина Зинетти была устрашающей, когда ей этого хотелось. Она откинулась назад и расслабила плечи. — Я хочу одну услугу. Нет срока годности, нет вопросов. Я приду, и ты поможешь мне, не распространяясь перед семьей. — Во что ты ввязываешься? — спросил я, сдвинув брови в замешательстве. — Мне просто нравится быть готовой к будущему, дорогой. Кроме того, похоже, что у тебя своих забот по горло. — К чему ты клонишь? Я сел прямо и наблюдал, как Каро закинула волосы за спину. — Как ты думаешь, насколько серьезно все у Леанны и Тео? Он очень милый. Эти волосы и ямочки. То, что я начал чувствовать в желудке, скорее всего, было изжогой, а не чем-то еще. — Ты не в его вкусе, — мой тон прозвучал гораздо резче, чем я намеревался, что только заставило ее улыбнуться шире. — Кто-то должен сказать Леанне, что ее кавалер предпочитает блондинов. Я даже не стал отвечать, так как знал, что она лишь дразнит меня. Моя кузина насмешливо ухмылялась все время, пока собирала свои вещи, оставив меня в одиночестве сидеть за столом.