Ложь во спасение

Глава 1 Сальвадор 24 года. — Твой отец, должно быть, гордится тобой, — усмехаясь, тараторил судья Лайонс после судебного заседания по случаю моего ареста. — Идешь по его стопам. Не могу сказать, что я удивлен. Рано или поздно все вы, Зинетти, падете. Стараясь не показывать никаких эмоций, выражение моего лица оставалось невозмутимым. Люди ослабляли бдительность, когда думали, что победили тебя, а мне просто нужно было, чтобы он выдал какую-либо полезную информацию. Как бы сильно мне не хотелось, рассказать судье, как несколько часов назад я трахал его сына, я молчал. И не только потому, что пытался защитить этого трусливого засранца. Если бы зал суда был переполнен, я бы сказал ему, как сильно его Теодору нравилось, когда я его трахал. Я мог только представить, насколько дикой была улыбка, украшающая мои губы. Мой малой изменил правила нашей игры, и как только я выйду, мне придется с ним разобраться. Взгляд судьи Лайонса был обращен на меня, и все, что я мог видеть, это ненависть. Я поднял голову, пытаясь найти сходство с Теодором, но оно было едва заметно. — Скоро увидимся, — с издевкой произнес я, когда меня уводили. Все еще в наручниках меня потащили назад, чтобы затем отправить в исправительную колонию. Армандо уже ждал меня на выходе. Он выглядел разозленным от происходящего, но мы оба знали, что это единственный шанс получить реальные ответы. — Ты выглядишь уставшим, — сказал я ему, как только он подошел ко мне. — У меня нет времени на твою чушь, Сал, — выплюнул он. — Мы не готовы. Я пожал плечами. — Я имею в виду, что время неподходящее, но раз у нас появилась такая возможность, давай не будем ее терять. Взгляд Армандо был в лучшем случае забавным. Его чертов план провалился в тот момент, когда Теодор решил, что больше не хочет быть пешкой. Часть меня гордилась тем, что он поставил себя на первое место, даже ценой моей свободы. — Ты воспринимаешь это гораздо лучше, чем я думал, — Армандо настороженно посмотрел на меня. — Я трахался прошлой ночью, думаю, это отголоски после секса, — с ухмылкой ответил я, и этот ублюдок ударил меня. Он откашлялся, когда увидел одного из приближающихся охранников. — Скажи моему старику, что я передаю привет. Дай мне хотя бы три месяца, чтобы я смог разобраться с этим дерьмом. Я едва успел кивнуть, когда меня начали уводить. Все было сделано быстро, плавно и, главное, тихо, что только подтвердило то, что мы с Армандо уже знали. В нашей семье были крысы, и жили они там уже давно. Как только я сел, готовый к транспортировке, мои мысли вернулись к прошлой ночи. Я не видел Теодора с момента окончания школы. Тогда мне нужно было, чтобы он уехал, потому что я понимал, что он хочет остаться, поэтому я сделал единственное, что посчитал правильным в тот момент. Отпустил его. Из меня вырвался горький смешок. Если судить по моему нынешнему затруднительному положению, все сработало слишком хорошо. Мы встретились пять лет спустя, и казалось, что ничего не изменилось, словно время остановилось для нас. Увидеть его вчера было гребаным шоком. Мне следовало остаться в стороне, но у меня это никогда не получалось хорошо. — Копы здесь, — выплюнул Кристиан, входя в комнату охраны клуба. Мы с Армандо тут же перевели разговор на другую тему. Не то чтобы мы ему не доверяли, но лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. — Они ничего не найдут, — сказал ему Армандо, лениво растягивая слова. — Я знаю. Просто это чертовски раздражает, — фыркнул Кристиан. Я вздохнул и откинулся на спинку стула. Его вспыльчивость действовала мне на нервы. Поскольку его отец в настоящее время отвечал за семью, наше будущее не сулило ничего хорошего, если Кристиан окажется у руля. Он был избалованным маленьким засранцем, которому плевать и на наше, и на свое будущее. — Кто на этот раз? — спросил я у Армандо. Он начал переключать камеры, чтобы посмотреть, сколько полицейских приехало, размышляя сколько нам потребуется денег, когда мое внимание привлек вид каштановых кудрей. Мое сердце ускорилось, и, прежде чем я успел побороть свою реакцию, я отобрал компьютерную мышь у Армандо. — Это сын судьи? — оживился Кристиан. Когда кто-то попадал на его радары, жажда кровопролития заполоняла все его мысли. Моя рука легла ему на плечо и толкнула обратно вниз. — Я разберусь с этим, — сказал я, не глядя ни на кого из них. Хотя я чувствовал на себе взгляд Армандо, ему не нужно было говорить, что это плохая идея, потому что я и так это знал. Прежде чем кто-либо успел открыть рот, я вышел за дверь. Направляясь в вестибюль, я был похож на наркомана, бегущего за своим любимым наркотиком после рецидива. Я просканировал клуб, как только добрался до первого этажа, и сразу же нашел его по чертовым волосам. Адреналин начал разливаться по моим венам. В последний раз, когда мы виделись, все закончилось не очень хорошо, но, возможно, еще не поздно кое-что исправить. Теодор Лайонс был в баре и выглядел таким же неуместным в моих владениях, как я чувствовал себя всякий раз, когда он был рядом. Он стал чуть выше, чем я помнил, но ненамного. Его каштановые волосы все еще завивались, но были короче. Это ему шло и делало его старше. Его щеки уже не были такими круглыми, а немного впалыми, но в нем все еще было что-то мягкое. Полицейская форма меня позабавила. Я думал, что он пойдет не по этому пути, тем более что его отец счел бы, что это ниже их достоинства, но я гордился тем, что он по-своему утер нос судье Лайонсу. — Могу я помочь тебе, львенок? — прошептал я, стоя рядом с ним. Даже в шумном клубе я слышал его резкий вздох. Он должен был знать, что я буду здесь, и от этого осознания у меня закружилась голова. Тео медленно повернул голову, его карие глаза нерешительно смотрели на меня. — Зинетти, — сказал он, кивнув головой в знак признания. Я рассмеялся. — Значит, я больше не Сал? — его челюсть сжалась, — хотя мне больше нравилось, когда ты называл меня Богом, — его ноздри раздулись, и я подавил улыбку. Гнев был лучше, чем вообще ничего не чувствовать, верно? — Синий тебе идет, — подразнил я, прислонившись к стойке и подав бармену знак подойти. Тео никак не удавалось привлечь его внимание. — Пьешь на работе? Он глубоко вдохнул. Когда бармен подошел, он задал ему несколько вопросов относительно вызова, ради которого они приехали. Судя по всему, кто-то позвонил по поводу пары придурков, принимающих таблетки. Бармен посмотрел на меня, словно спрашивая разрешения говорить, поскольку мы предпочитаем заниматься такими вещами самостоятельно. Легким кивком я дал согласие, и он рассказал Тео необходимую информацию. Как только они закончили, он подождал секунду, прежде чем обернуться. — Было приятно снова увидеть тебя, Тео, — сказал я ему, имея в виду именно это. Я обернулся, готовый вернуться в комнату охраны, когда он схватил меня за руку. В эту секунду моя кожа ожила. Это было лучше, чем любой кайф, который я когда-либо чувствовал. Я ничего не сказал. Просто вопросительно поднял бровь. Мне надоело слушать себя, я просто хотел послушать его голос. Он открыл рот, но не смог произнести ни слова, как будто пытался придумать хоть что-то. — Я ухожу с работы через два часа, — нерешительно, едва слышно произнес он. Мое сердце пропустило несколько ударов. — И меня это волнует, потому что…? — безразличие в моем тоне удивило даже меня. — У моей машины спустило колесо. Я знал, что это была ложь, но, разумеется, не сказал ему об этом. Он набрал номер своего участка и ушел, не сказав больше ни слова. Это меня беспокоило, но через полтора часа я уже был за дверью. Он не сказал ни слова, когда забрался в мою машину. Мой телефон продолжал звенеть от текстовых сообщений и звонков Армандо. Я лишь взглянул на них, но в остальном проигнорировал. — К тебе или ко мне? — выплюнул я. Это было иррационально, но после всех этих лет я так и не смог представить себе нашу первую встречу. Если бы вы спросили меня этим утром, я бы сказал вам, что даже не рассматривал такую возможность. Но вот мы здесь, и правильно это или нет, я собирался сдаться. — К т-тебе, — его голос дрогнул, и я крепче сжал руль. Мы быстро добрались до моей квартиры. Я открыл дверь, и Тео молча последовал за мной. Стоило нам переступить порог, как я зарычал, рывком разворачивая его за плечо лицом ко мне. Он нахмурился, но не сопротивлялся, когда я подтянул его ближе к себе. В этот момент из моей головы вылетели все слова. Я коснулся его губ, наслаждаясь сладостью. Обман на его губах на вкус ощущался как рай. Его спина ударилась о стену с большей силой, чем необходимо, но это, похоже, его не беспокоило. Руки Тео обвили мою шею, и часть меня почувствовала себя легче. Моя рука пробралась к его волосам и схватила мягкие кудри. Он оторвался от меня с тихим стоном. Пока я вел его к своей кровати, мы срывали друг с друга всю одежду. Мой член пульсировал от возбуждения, и я знал, что его тоже. Этот секс не будет быстрым. Часть меня хотела увидеть, как он выкладывается на полную специально для меня. — Я не собираюсь быть нежным, — сказал я ему между поцелуями, когда задняя часть его ног коснулась моей кровати. Тео легко прикусил мою губу в ответ. — Я знаю. Ебать. Я оттолкнул его назад, любуясь видом. Он все еще был меньше меня, но в лучшей форме, чем раньше. У него был пресс из четырех кубиков, которые слегка просматривались, когда он вздрагивал под моим взглядом. Его член натягивал боксеры, и возбуждение уже пропитало ткань. Никто никогда не выглядел в моей постели так же хорошо, как он. Я наклонился и положил руки по обе стороны от его головы. — Ты скучал по моему члену, львенок? — с ухмылкой спросил я. Он не ответил, но и не остановил, когда я стал целовать его в шею. Я опустил одну руку на его торс и начал исследовать контуры его тела. Мои губы коснулись его груди, я лизнул сосок, и из него вырвалось тихое поскуливание, что-то среднее между стоном и смехом. — Все еще щекотно, — пробормотал между поцелуями я больше себе, чем ему, двигаясь ниже. Языком я провел по линиям его едва заметного пресса. Дыхание Тео стало прерывистым. Я прокладывал дорожку поцелуев вниз, пока мои пальцы не коснулись резинки его боксеров. Он сдвинул бедра, позволяя мне снять их. — Ты собираешься держаться и ждать меня, или кончишь, как только я прикоснусь к тебе? Его глаза пылали похотью. Тео облизнул губы, когда я навис над его членом. — Это было только один раз, — выдохнул он. Я улыбнулся, облизывая головку. Он зашипел. — Сал… — выдавил он, и у меня в груди все сжалось. Он наблюдал за мной, пока я брал его глубоко в рот. Моя рука обхватила его яйца, и его бедра приподнялись, когда он попытался трахнуть меня в горло. Отпустив его с громким хлопком и закончив снимать одежду, я потянулся к ящику рядом с кроватью, вытащив смазку и презерватив. Глаза Тео сверкнули, и я хорошо знал этот взгляд. Я ухмыльнулся ему. — Я чист, если ты предпочитаешь, чтобы я трахнул тебя без них. Он сглотнул, но покачал головой. — Это не мое дело. Верно. Происходящее сегодня вечером никогда больше не повторится. Прежде чем момент был упущен, я лег на кровать, снова начав его целовать. Его губы все еще были мягкими, но уже не нежными. Тео обнял меня за плечи и начал исследовать мое тело. Моя рука скользнула между нами и схватила его член, слегка подрачивая. Он застонал у моих губ, и я воспользовалась этой возможностью, чтобы проникнуть языком между ними. Ему нравилось, когда я захватывал все его чувства. — Посмотри на себя, — простонал я. — Ты так чертовски сильно этого хочешь. Мой рот нашел то самое место на его шее, которое всегда приводило его в неистовство. Он приподнял бедра, умоляя о большем. — Я тоже хочу прикоснуться к тебе, — прошептал он, пытаясь, но безуспешно, схватить мой член. — Скоро, — ответил я, откидываясь назад. Я брызнул смазкой на ладонь. В его глазах сверкнула нерешительность, когда я взялся за свой член, но затем он резко выдохнул, когда я начал одновременно поглаживать наши члены. — Сал… быстрее… черт. Я отпустил его прежде, чем он успел кончить. Вместо этого я раздвинул его ноги и нанес еще смазки на руку. Я задержал дыхание, вставляя в него первый палец. Он глотнул воздуха, и мой член запульсировал. Мне чертовски нравились звуки, которые он издавал. Что-то среднее между болью и удовольствием. Как будто ему было недостаточно, но в то же время, он не решался полностью принять меня. Я трахал его одним пальцем, потом двумя. Когда я добавил третий, он уже корчился от удовольствия. — О... Боже, — простонал он, когда я надавил на его простату. Его тело хоть и изменилось, но все еще было мне знакомо, как будто я мог забыть все способы, которыми мог заставить его умолять обо мне. — Что… — не дав ему закончить, я поцеловал его, не в силах насытиться, при этом поворачивая нас так, чтобы он оказался сверху. Его руки лежали на моей груди, лаская меня, пока я рвал зубами упаковку презерватива. — Ты собираешься… — Мне все равно… — мои слова прервались стоном, когда он коснулся моего члена. Отбросив его руку, я быстро расправился с презервативом. Тео попытался лечь обратно, но мои пальцы впились в его бедра. — Ты хотел этого, львенок, теперь, черт возьми, возьми. Он посмотрел на меня, и его охватила буря эмоций. Задержав дыхание, я надеялся, что он не отступит, так и не закончив то, что мы еще даже не начали. В тот момент, когда его рука коснулась моего живота, а другая потянулась позади нас, меня охватило ужасающее чувство покоя. Это затишье перед бурей. Он поднялся и направил мой член в себя. — Сал, — простонал он, когда головка моего члена проникла в него. — Еще, — выпуская воздух сквозь зубы, попросил я. Он вцепился в мои плечи, пока опускался на мой член. — Сал, — заныл он. — Я не могу. Он старался изо всех сил, но все еще боролся сам с собой. Крепко держа его бедра, я толкнулся, и он издал что-то среднее между стоном и шипением. — Перестань говорить, что ты не можешь, — простонал я ему в шею, прежде чем прижаться к нему бедрами, — когда мы оба знаем, насколько хорошо ты можешь это выдержать. Я обнял одной рукой его талию, а другой обхватил затылок. — Посмотри на меня, — потребовал я. В его глазах стояли слезы, рот распух и приоткрылся, но член все еще был чертовски твердым. — Ты идеален, — прошептал я. — Сал, — тихо произнес он. Это было не то, что я хотел услышать, но этого было достаточно. — Трахни меня, — приказал я, и он повиновался. Было так легко двигать телами, ведь мы знали, что они идеально подходят друг другу. С каждым толчком я не мог оторвать глаз, наблюдая за его хрипами и стонами, за тем, как трепещут его ресницы. — О, Боже, — Тео откинул голову назад, и его бедра начали дрожать. — Мне чертовски нравится, как хорошо ты принимаешь меня, — сумел выдавить я. — Блядь, ты такой тугой. — Сал, мне нужно… — Я знаю, — прошипел я ему в губы. Я отпустил руку, которая была зарыта в его волосах, и вместо этого обхватил пальцами его член. — Сал, — снова простонал он. — Кончи для меня, Тео. При упоминании его имени он кончил мне на грудь, и я перевернул нас, что бы я мог кончить на его. Когда мы закончили, его глаза смягчились, и тот гнев, который я чувствовал до этого, вернулся. — Сал… — начал он, но я не хотел этого слышать. Лучше бы он вообще молчал. — Ш-ш-ш, всё в порядке, Тео, — успокаивающе произнес я, хотя мне хотелось свернуть его чертову шею. Вместо этого я нежно поцеловал его, убаюкивая, но не спал всю ночь, гадая, что мне с ним делать. Хорошо сыграно, львенок. Просто отлично. Он меня буквально трахнул. Нет ничего лучше, чем побыть наедине с собой, чтобы привести все мысли в порядок. Я откинул голову назад и рассмеялся из-за всей этой чертовой ситуации и незнания, что делать дальше. Но в одном я был уверен на сто процентов. Теодор Лайонс был моим.