Я знаю как всё исправить!

Соулмейты в его мире не были обузой. Многие писали книги, где на самом деле соулмейты созданы для любви, но только мысль об этом доставляет головную боль. Страдать всю жизнь и так и не встретить того самого? Нет, спасибо. Страданий у него и так хватает. Вы знаете, как дорого в Китае иметь жильё, даже съёмное, при условии, что родители просто забили на него? К счастью для многих, соулмейты — те, кто поймёт с полуслова, поддержит, поможет. Но в отношениях зачастую эти пары ужасны, поэтому эти метки на предплечье называют "платоническими". Сян Фэю нужны были деньги, а тема с "любовниками"-соулмейтами продавалась слишком хорошо, поэтому он вынужден был написать про это. Он, может, и не самый умный, но не идиот. Размер хейта на эту сторону его работы был прямо пропорционален донатам за порно. В его произведении метки были, но случалось и то, что люди рождались без меток, пусть и очень редко. Он ввёл это, чтобы Ло Бинхэ не спалили сразу, ведь у него, как у демона, метки не было. Эта особенность была с самых первых его черновиков. Даже со всей нелогичностью и сюжетными дырами он понимал, что демоны в его работе — не те, кто будут выбирать вторую половинку вместо власти. Это древний Китай, тут роль играет происхождение, а у демонов вдобавок и сила. Это породило бы слишком огромные дыры и не позволило бы Ло Бинхэ собирать гарем в царстве демонов. С людьми проще: у той девушки соулмейт умер, у той убили, к тому же это даёт возможность прописать больше пыток и убийств его главному герою для крутости. У демонов было бы сложнее. Кто же знал, что он попадёт в свою же писанину, которую похоронил сразу же, как начал прогибаться под читателей?! И самое ужасное, что его метка тут совпадала с той, что у него была в прошлой жизни. Это насмешка судьбы? А меняется ли соулмейт из-за попадания в другой мир? Это тот же человек или просто имя то же? Система не отвечала на эти вопросы. Она в принципе не выползала, если это не был какой-то важный сюжетный поворот или он сам звал её. Он даже не пытался искать своего соулмейта в том мире, так как не видел в этом смысла. Он даже из дома выходил только на подработку да в магазин, к чему ему какой-то посторонний в его комфортной (сомнительно) жизни? Ему пришлось бы налаживать связь, а он довольно социопатичный человек. Он не умеет общаться, да и не горит желанием. Ему хватило школы, спасибо. Тем не менее факт остаётся фактом. Он в своём романе. Даже нашёл своего верного хейтера. У него есть работа, он нужен, у него есть любимые ученики, его (идеальный мужчина) король перед глазами и друг. Ему не на что жаловаться. Вон, поработал и расслабился с другом за выпивкой. Правда, друг не сильно доволен, хотя получил целого главного героя! Нашёл на что жаловаться! — Слушай, бро, мы прошли через весь сюжет и выжили, но я всё не могу оставить мысли... — начал Шан Цинхуа, переводя тему с неприятной, но стабильной, насчёт того, как хреново он прописал персонажей. — И что пришло в твою голову? Я надеюсь, что это не какой-то сюжет жены номер чёрт знает какой, в который ты влип? — Не, я не о том. Как тебя звали в нашем мире? — Удивительно, что мы раньше не думали об этом. Шэнь, порядком пьяный, морщится от боли и садится прямо. — Я Шэнь Юань. Вот и познакомимся наконец-то. Глаза Шан Цинхуа расширяются. Он секунду молчит, после чего начинает смеяться. — Совсем уже кукуха поехала с документами? Тебе больше не наливаем. — Не, бро, просто это такой абсурд... Я взял твою фамилию для написания Шэнь Цинцю. — Мы были знакомы? — Не лично, но моё имя — Сян Фэй. Шэнь Цинцю издаёт нервный смешок. Он показывает свою руку, сняв бинты, на которой всё ещё было его имя. Шан Цинхуа делает то же самое. — Стоп, то есть ты использовал имя своего соулмейта, чтобы назвать поддонка-злодея?! Шан Цинхуа уклоняется от летящего в него веера. — Ничего личного, бро, у меня было плохое настроение, а тут твоё имя глаза мозолило. Очередная попойка закончилась спорами и едва ли не дракой. Через неделю у них снова была встреча, где вина было больше, чем обычно. И тут Шэнь Цинцю не выдержал после очередной фразы Цинхуа про то, как тому повезло, что он урвал целого главного героя. — Повезло?! Да ты смеёшься! Я ни дня не провожу без боли, а попытка отказать превращается в грёбанную пытку, где он ревёт, но это не мешает ему копаться в моих внутренностях своими паразитами!... Шан Цинхуа слушает своего друга. Тот говорит и говорит, а сам он от ужаса рот открывает. Как он не замечал? Эти издевательства были на поверхности, но он скидывал всё на цундере-характер друга и смотрел на всё через призму непогрешимости главного героя. Он думал, что друг преувеличивает, но вспомнил. Цинхуа же сам прописал главного героя таким: мелочным, жестоким, манипулятивным. Но что он мог сделать? Подскажите, пожалуйста, умные читатели! Он честно прислушается к вашим советам!