SSV «Нормандия»

                   Выпускной в офицерской школе оказался не таким захватывающим событием, как она ожидала, вероятно, потому, что ей не нравились люди, у которых не было амбиций и которые были там только для того, чтобы их родители не болтали лишнего, а также не нравились чрезмерно амбициозные националистически настроенные ублюдки, которые хотели навести в мире свой порядок. Когда её выпустили из этого заведения, она почувствовала облегчение, хотя и не представляла, что ждёт её дальше. Теоретически она была хороша, теоретически у неё было своё задание, но она даже не знала, для кого предназначена. Адмирал, возглавлявший её группу, был не слишком разговорчив. Она получила два письма, и на этом всё. Первое было от Альянса, который должен был о ней позаботиться, а второе — от её будущего капитана, ответственного лица на SSV «Нормандия».       Первым местом, куда она попала, был Системный Альянс, где она познакомилась с адмиралом Андерсоном. Он показался ей дружелюбным, и он действительно был таким. Он прочитал письмо, которое она ему передала, и сказал, что ей придётся нелегко. Однако он предложил ей прогуляться по докам и показать ей место, где пришвартовалась «Нормандия». У неё не было возражений.       Кларк увидела его, когда стояла на мостике. Когда герметичная дверь открылась, она увидела мужчину. По крайней мере, так ей показалось с первого взгляда, потому что, когда она присмотрелась. Мужчина оказался женщиной — высокой, в брюках карго, тяжёлых ботинках и чёрной рубашке с длинными рукавами. У неё были выбриты виски, а длинные тёмные волосы собраны в хвост, и у неё было много серёжек. С того места, где она стояла, Кларк не могла разглядеть выражение её лица, но это продолжалось недолго.       — Капитан. — Кларк услышала. Она с нежностью смутилась, поняв, что эти слова предназначались молодой женщине с мостика. Она быстро и уверенно подошла. Она очень уверена в себе подумала Кларк, когда капитан пожала руку адмиралу Андерсону.       — Адмирал. — её голос был довольно низким и резким, как будто она много курила. Её интонация подразумевала, что она не из тех, кого с радостью пригласишь на рождественскую вечеринку. Кларк посмотрела на неё, пытаясь разглядеть что-то ещё. Овальное лицо придавало ей суровый вид, а шрам, идущий от правой брови через нос к левому уголку рта, делал её похожей на человека, готового надрать задницу любому, кто посмеет пойти против неё. Серьёзный взгляд её тёмно-зеленых глаз заставил Кларк подумать, что она сверлит её взглядом. Как будто она сканировала её прямо в этот момент. Но это длилось недолго, потому что она перевела взгляд на адмирала.       — Значит, теперь ты не будешь учиться тому, насколько непрофессионально пялиться?       Кларк тут же покраснела и опустила глаза.       — Будьте милосердны, капитан, она ваш новый член экипажа. — Адмирал улыбнулся, и Кларк застенчиво подняла взгляд.       — Шепард, это старшина третьего класса Гриффин, ваш новичок на борту. Гриффин, командир Шепард, ваш новый лидер. — Он наклонился к Кларк и сказал немного тише: не обращай внимания, Шепард ... специфична, но её руки, безусловно, лучшие во всей галактике, в которых можно находиться.       Кларк слышала много мнений и сплетен о нескольких командирах, но теперь? Она и подумать не могла, что ей суждено служить под началом человека, чья слава была не самой приятной. Истории о командире Шепард, легенды, связанные с её именем, были невероятными и… достаточно сказать: ужасающими. Говорили, что во имя победы она отправила на смерть половину своего отряда. Кларк не хотела в это верить, это было невозможно, вот что она думала. И... она встретилась с ней лично и подумала, что, возможно, что-то из этого правда. Харрис сказал ей только, что Шепард очень замкнутая и суровая, но справедливая. Она не терпела никакого неповиновения, но была способна выслушать веские аргументы. Гриффин не знала, стоит ли ей бояться или надеяться. Она не знала, стоит ли ей просто довериться решению и наблюдать за тем, что будет происходить на корабле и с её новым капитаном. Она понятия не имела, стоит ли верить слухам о Шепард.       Она решила не поддаваться эмоциям, и голос Шепард отвлёк её от мыслей.       — Может быть, пришло время показать молодёжи, на что она будет тратить остаток своей жизни.       Кларк взглянула сначала на Шепард, а затем на адмирала Андерсона, но не произнесла ни слова.       — Солдат, я оставляю тебя здесь, в хорошем месте. — сказал он, отдавая честь. — Веди себя хорошо.       — Да, сэр! — Кларк тоже отдала честь. Ей ничего не оставалось, кроме как наблюдать за уходящим адмиралом, и она подумала, что это единственный дружелюбный человек в этом месте.       — Давай, — услышала она резкий голос Шепард. — «Нормандия» не будет ждать.       У Гриффин не было другого выбора. Она последовала за своим новым командиром, и в голове у неё была только одна мысль: «Дружба? Я могу забыть об этом прямо сейчас».

*

      У Кларк было странное ощущение, что долгое пребывание рядом с Шепард может негативно сказаться на её психике. Однако она старалась не быть слишком строгой к своему новому капитану, потому что понимала, что в этой специфической работе ей приходится сдерживать все свои эмоции и чувства. Гриффин сидела в одном из кресел для членов экипажа и наблюдала за тем, как её командир изучает данные для их следующей миссии. В единственном свете, который мигал на экране, не было ничего примечательного. Из-за теней на её лице шрам казался ещё глубже, чем был на самом деле, а само лицо — ещё суровее.  Интересно, чем она любит заниматься в свободное время. — подумала Кларк. И занимается ли она чем-то помимо убийств.       — Гриффин, тебя что-то заинтересовало? — внезапно услышала она и вздрогнула. Шепард смотрела на неё, повернувшись спиной к экрану компьютера.       — Я… нет… То есть… нет, командир. — Заикаясь, она тут же вскочила. Она не хотела, чтобы Шепард подумала, что она её не уважает.       — Иди сюда. — Она снова повернулась к клавиатуре. Её пальцы заплясали по клавишам, извлекая мелодию, известную только ей. — Почему Альянс, Гриффин?       — Я не знаю. Я просто хотела быть полезной. В школе у меня всё было хорошо, и я хотела позлить своих родителей. Они хотели, чтобы я работала в лаборатории, а я не захотела. — Заявила она, взглянув на своего командира. Казалось, её не очень интересовало то, что говорила Кларк, но, с другой стороны, у Кларк не было никаких причин думать, что она спрашивала просто для того, чтобы убить время. Шепард была занята, и у неё действительно было много работы.       — Ты думаешь, что армия — лучшее место для того, чтобы позлить своих родителей? — спросила она, приподняв брови и закрыв программу, в которой печатала. В комнате стало темно, и Кларк почувствовала, что воздух стал горячим. Или ей только показалось. — Ты должна быть осторожной, Гриффин. У меня нет привычки щадить кого-то. Я забочусь о своей команде, и они должны быть верны мне и выполнять мои приказы в точности, как они были отданы, понятно?       — Д-да, командир.       — Хорошо. Инструктаж завтра ровно в девять. Вольно, старшина третьего класса.       — Командир.       Кларк уже собиралась уходить, но поняла, что на самом деле не знает, куда ей идти. Однако не успела она о чём-то подумать, как услышала за спиной:       — Помещения экипажа находятся на нижней палубе, ты помнишь?       Когда Кларк обернулся, чтобы поблагодарить её, Шепард уже ушла.       Она прошла по главному коридору к лестнице, ведущей на нижний уровень, и вошла в комнату с койками для членов экипажа. Она надеялась, что её новые сослуживцы не будут вести себя так же, как её командир.       — Ты ведь Гриффин, верно? Октавия Блейк. Я так рада, что они наконец приняли в команду кого-то нового.       — Что ты имеешь в виду? — спросила Кларк, не совсем понимая, что происходит. Члены экипажа встретили её очень тепло, и она была рада. Она удивилась, потому что ожидала, что они будут вести себя так же, как капитан, и не обратят на неё внимания.       — Командир Шепард очень избирательна в выборе членов своей команды. Она завершила нашу подготовку, и после этого она не взяла ни одного человека, который не казался бы выдающимся. К сожалению, она считала, что выдающихся людей не существует, и всех, кто мог бы быть здесь с нами, просто отсылала прочь.       — Значит, она свободна...       — Тссс. — Октавия прикрыла рот Кларк рукой. — У стен есть уши. Лучше не говори так, с командиром всё в порядке.       — Ты шутишь? — сказал один из мужчин, представившийся как Коллинз. — Она тиран. Мы даже пукнуть не можем без её разрешения. Мы должны работать идеально, а она должна держать всё под контролем.       — Ты преувеличиваешь. — Высокая, хорошо сложенная женщина подвела итог. Она лежала на своей кровати, закрыв лицо обложкой «Евангелия от Локи». Она опустила книгу и с отвращением посмотрела на своего, скажем так, друга.       — Шепард особенная, у неё действительно жёсткий характер, и она не из тех, кто любит компанию, но она из тех, кто очень заботится о своей команде. У нас всё в порядке. Мы даже не можем сказать, сделал ли Совет что-то новое или нет, нам просто всё равно.       Коллинз решил промолчать, и Кларк это удивило. Она привыкла к тому, что её собеседники обычно готовы бороться за свои слова, но, возможно, этот был не таким. Может быть, он думал о том, о чём думал, и ему было всё равно на остальных. Кларк не была до конца уверена, нравится он ей или нет.       — Да, я бы точно заботился о своей команде, если бы у меня было такое прошлое, как у неё. — фыркнул другой мужчина, Роан. Кларк не знала, было ли это его имя, фамилия или прозвище. Ей было всё равно, пока все называли его так.       — Итак, по этому поводу… в чём дело? Я слышала разрозненные сплетни и истории, но… не было ни одной официальной версии. - спросила Кларк, глядя на лица своих спутников. Она некоторое время ждала, прежде чем одна из них, Ориана, решилась заговорить.       — Честно говоря, нам больше ничего не известно. Мы знаем, что до того, как командира Шепард назначили в «Спектры», она служила в другом подразделении, в Альянсе. Однажды её команда выполняла задание на планете под названием Торфан, но я не знаю, в чём именно оно заключалось. Это была адская битва, и в итоге вся команда Шепард погибла. Её приказы привели их к смерти, а она сама выжила. На её месте я бы… Тогда я бы хотела умереть, а не жить, когда все взгляды были и остаются прикованы ко мне. Говорят, она ни о чём не жалеет — ни о том, что произошло, ни о своих решениях. У неё каменное сердце, но я не боюсь быть в её команде. На самом деле она гораздо больше заботится о нас, потому что Совет всё ещё наблюдает за ней. Довольно странно, что она занимает такой высокий пост. Если бы это зависело от меня, я бы скорее разжаловала её после Торфана, чем повысила. Но я не член Совета и вхожу в её команду, так что я должна быть верна ей. И я верна.       — И… всё было именно так? — Кларк не могла поверить, что полученная ею информация правдива. — Но это… невозможно! Как, чёрт возьми…?       — Никто не знает. Это просто случилось, вот и всё. Её повысили, и Совету она в некоторых случаях нравится, так что, возможно, она их подкупила. — Роан пожал плечами.       — Она тебе на самом деле не нравится ... — Кларк скорее утверждала, чем спрашивала. Октавия вздохнула, глядя на неё. Она встала и медленно прошлась по комнате, повернувшись спиной к своим собеседникам.       — Трудно испытывать симпатию к тому, кто в любой момент может отправить тебя на смерть. И у тебя не будет другого выбора, кроме как уйти.       У Гриффин сложилось впечатление, что в голосе Блейк прозвучала нотка горечи, но что-то странное подсказывало ей, что эта горечь была вызвана не тем, что она могла погибнуть из-за приказа. Скорее, это было связано с тем, что она видела, что остальные члены экипажа не относятся к её капитану с должным уважением. Кларк была с этим согласна: они были членами команды Шепард и должны были уважать её, а не сплетничать о ней. Это было… просто неуместно. Однако Гриффин не сказала ни слова в защиту своего командира. Она знала, что, будучи новым членом экипажа, не может с уверенностью сказать, что правда, а что — ложь. В такой обстановке они разошлись по своим койкам, и больше никто ничего не сказал. Кларк почти сразу заснула, надеясь лишь на то, что сама смерть не постучится к ней слишком скоро.