Поцелуй Перед Рассветом. (A Kiss Before Dawn)

Вэй Усянь сидел в своих покоях, глядя на своё отражение в полированном бронзовом зеркале. Его губы всё ещё кривились в подобии ухмылки, но мысли его были далеки от веселья. Так вот каким был император. Лань Ванцзи был таким, каким его описывали слухи, — стойким, непроницаемым, холодным до такой степени, что даже самый величественный зал казался пустой оболочкой. Во время их первой встречи он едва взглянул на Вэй Усяня. Один взгляд, короткое приветствие, а затем ничего. Вэй Усянь годами оттачивал своё мастерство, совершенствуя искусство соблазнения, и всё же Лань Ванцзи даже не взглянул на него. Он провёл пальцем по краю туалетного столика, снова и снова прокручивая в голове этот момент. Когда он склонился перед императором, когда его голос зазвучал с привычной мягкостью, призванной соблазнять, никакой реакции не последовало. Ни интриги. Ни любопытства. Впервые в жизни Вэй Усянь столкнулся с противником, который не играл по правилам. Его запах всё ещё витал в воздухе — тонкий, сдержанный, едва заметный. В отличие от большинства альф, Лань Ванцзи не позволял своему присутствию заполнять собой всё пространство. Он контролировал его, сдерживал, превращал себя в нечто неприкосновенное. Как это расстраивает. Тихий стук в дверь прервал его размышления. “Входи», — позвал он, откидываясь на спинку своего сиденья. Деревянная перегородка отодвинулась, и Вэнь Нин вошёл внутрь. Вэнь Жохань отправил Вэнь Нина присмотреть за ним и убедиться, что он сосредоточен на своей задаче.  — Мой господин, — тихо сказал Вэнь Нин, склонив голову. — Ваша ванна готова. Вэй Усянь взглянул на него и улыбнулся. «Вэнь Нин, не нужно быть со мной таким официальным. Мы же выросли вместе, не так ли?» Вэнь Нин колебался, в его тёмных глазах мерцало что-то непонятное. — Тем не менее, я должен относиться к вам с уважением. Вэй Усянь драматично вздохнул. «Дворец и так скучный, а ты ещё и служанку из себя строишь»? Он встал, лениво потянулся и направился в купальню. «Иди, поговори со мной, пока я отмокаю. Мне нужно разработать стратегию». Вэнь Нин последовал за ним без колебаний, хотя по-прежнему держался с той же спокойной учтивостью, что и всегда. Вэй Усянь погрузился в тёплую воду, позволяя теплу окутать его мышцы. Он откинул голову назад и ненадолго закрыл глаза, прежде чем заговорить. — Он другой, — пробормотал он. Вэнь Нин не стал спрашивать, кто. Он и так знал. — Да, — просто сказал он. Вэй Усянь ухмыльнулся. «Его будет нелегко соблазнить». — Нет, - согласился Вэнь Нин. — Но от этого только веселее, — сказал он, откинув голову назад и рассмеявшись. Вэнь Нин заколебался, слегка сдвинувшись с места. — Господин Вэй… Вы уверены в этом? Вэй Усянь приоткрыл один глаз и лениво притворился, что задыхается. Ты сомневаешься во мне? — Нет, но… — Вэнь Нин понизил голос. — Тебе никогда раньше не приходилось никого преследовать. И император… он не такой, как остальные. Ухмылка Вэй Усяня на мгновение дрогнула. — Я знаю. И в этом-то и заключалась проблема. Лань Ванцзи был другим. Он не был ослеплён похотью, его нелегко было покорить сладкими словами или соблазнительными взглядами. Вэй Усяню придётся быть осторожным — более осторожным, чем когда-либо. Потому что, если бы он не был… Он просто может в конечном итоге сам заблудиться в погоне.   ~   Дворец был целым миром в себе — огромным, величественным и пропитанным атмосферой спокойной, неизбежной власти. Всё в нём говорило о могуществе, от высоких ворот до тщательно отполированных каменных полов, на которых не было слышно ни единого шага. Вэй Усянь побывал во многих дворянских поместьях, соблазнил многих влиятельных мужчин, но это место было не похоже ни на что из того, с чем он сталкивался раньше. Его вес, само присутствие этого места давили на него, как невидимая сила, нашептывая на ухо единственную истину: это не то место, где ты можешь позволить себе потерпеть неудачу. Его прибытие, как и ожидалось, прошло без особой помпы. Дворцовая служанка — пожилая бета-женщина с суровым лицом, не склонная к любезностям, — провела его по величественным залам, едва взглянув в его сторону. Не было нужды представляться, объяснять, зачем он здесь. Он был просто ещё одной наложницей. Ещё одним украшением, заполняющим нетронутый гарем императора. Тишина нарушилась, только когда его привели в его покои. — Вы подготовитесь к вечернему собранию с дворянами, — отрывисто сказала женщина. — Его Величество будет присутствовать, но не ждите аудиенции. Он редко разговаривает с наложницами. Не позорьте себя, добиваясь его внимания. Вэй Усянь одарил её ослепительной улыбкой, игриво склонив голову набок. — О? А что, если я захочу сделать себя незабываемым? Женщина почти не отреагировала, лишь приподняв бровь. — О тебе забудут ещё до конца ночи. Вэй Усянь усмехнулся, но про себя отметил эту информацию. Значит, император действительно не потакает своим наложницам. Интересно. — Очень хорошо, — сказал он, входя в роскошную комнату, выделенную ему. — Вы можете идти. Я сам займусь приготовлениями. Женщина поклонилась и вышла, не сказав больше ни слова. Вэй Усянь медленно выдохнул, разминая плечи и оглядываясь по сторонам.  Комната была красиво оформлена: изысканный туалетный столик, задрапированная шёлком кровать, резные деревянные ширмы, отделяющие зону для купания. Но, несмотря на элегантность, в ней не хватало чего-то важного: жизни. В воздухе не чувствовалось ни запаха, ни присутствия наложницы, которая жила здесь раньше. Император никогда не приходил, никогда не брал то, что ему предлагали. Комнаты могли бы оставаться нетронутыми. Вэй Усянь ухмыльнулся про себя. Какой странный, обворожительный мужчина. Он подошёл к туалетному столику и лениво открыл ящики, чтобы осмотреть оставленные безделушки. Красивые заколки, изящные аксессуары — орудия красоты, соблазнения. Орудия, которыми до сих пор никто не пользовался. Его пальцы замерли над тонкой серебряной расчёской. Он поднял её и покрутил в руках, размышляя. Лань Ванцзи был совсем другим. ~   Все средства, которые он когда-либо использовал, — его обаяние, его красота, его способность одним взглядом подчинять себе мужчин — не подействовали на императора. Но Вэй Усянь не отчаивался. Напротив, он был заинтригован. Он положил гребень и поднялся на ноги, вытянув руки над головой. Шелковые одежды, в которые он переоделся, свободно облегали его фигуру, ткань соскользнула с одного плеча, прежде чем он рассеянно поправил её. Пришло время скорректировать свой подход. Он пришёл сюда, готовый соблазнить императора, но, возможно, соблазнение не было ключом к этому конкретному мужчине. Возможно, он нуждался во внимании другого рода. Стук в дверь оторвал его от размышлений. «Входи,» — позвал он. Вэнь Нин вошёл внутрь с непроницаемым выражением лица и слегка склонил голову. «Господин Вэй, вечернее собрание начинается. Наложниц приглашают в Зал фонарей». Вэй Усянь хмыкнул, проведя рукой по своим распущенным волосам. — Как мило. Полагаю, Его Величество тоже будет там? Вэнь Нин замялся. — Да… но, как вам и сказали, он не общается с наложницами. Он просто наблюдает. Вэй Усянь усмехнулся и подошёл к Вэнь Нину. — Тогда пусть понаблюдает. Он протянул руку и осторожно поправил воротник Вэнь Нина. — Что бы ты сказал, если бы я сказал тебе, что собираюсь привлечь его внимание? Вэнь Нин слегка напрягся. — Я… я бы сказал… — Он сглотнул, понизив голос. — Что слишком быстро привлекать к себе внимание опасно. Вэй Усянь наклонил голову, внимательно наблюдая за ним. — Ты думаешь, я не справлюсь? Вэнь Нин вздохнул, отводя взгляд. — Я думаю, тебе нравится бездельничать больше, чем следовало бы. Вэй Усянь ухмыльнулся. «Ну, что за удовольствие быть осторожным?» С этими словами он повернулся к туалетному столику, достал изящную заколку и закрепил свои длинные волосы, уложив их в свободную причёску. Он разгладил свою одежду — тёмно-красную, расшитую золотыми нитями, которая резко контрастировала с бледными шелками других наложниц. Осознанный выбор. — Пойдём, — сказал он, подмигнув Вэнь Нину и направляясь к двери. ~ Ночью в Зале Фонарей захватывало дух. Мягкий свет сотен фонарей мерцал в свете свечей, отбрасывая тёплые блики на собравшихся наложниц. На заднем плане звучала музыка, нежная и утончённая, создавая атмосферу утончённой элегантности. Вэй Усянь вошёл с непринуждённой грацией, его шаги были неторопливыми, пока он осматривал зал. Женщины и омеги сидели группами, перешёптываясь между собой, их взгляды время от времени устремлялись на возвышенность, где сидел император. Лань Ванцзи был там, в точности как и ожидалось. Он был одет в тёмно-синее и белое, его золотистые глаза не выражали ничего, когда он смотрел на собравшихся. Его поза была идеальной, сдержанной — словно он был высечен из камня. Рядом с ним, чуть ниже, сидел Лань Сичэнь, старший брат императора и его самый доверенный советник. Вэй Усянь отвел взгляд, притворяясь незаинтересованным, и направился к столику у края комнаты. Он чувствовал на себе пристальные взгляды других наложниц, любопытные и настороженные. Он был новичком. Он был неизвестным элементом. И уже одно это делало его опасным. Он взял в руки маленькую фарфоровую чашку и налил себе сладкого вина. Поднеся чашку к губам, он бросил взгляд на императорскую платформу — всего на секунду, чтобы посмотреть, не наблюдают ли за ним. Лань Ванцзи ни разу не взглянул на него. Вэй Усянь улыбнулся в свой бокал. Хорошо, Ваше Величество. Посмотрим, как долго вы сможете игнорировать меня. Вечер прошёл в спокойной элегантной обстановке. Наложницы исполняли свои обычные роли: одни играли на музыкальных инструментах, другие читали стихи или вели тихие беседы. Вэй Усянь, однако, оставался на своём месте, потягивая вино, наблюдая и слушая.   Лань Ванцзи так и не произнес ни слова. Лань Сичэнь, однако, был далеко не так сдержан. Он время от времени наклонялся к брату и бормотал что-то, от чего император слегка хмурился. Затем Лань Ванцзи впервые за эту ночь повернул голову. Вэй Усянь встретился с ним взглядом. Это был мимолетный взгляд, едва ли больше, чем просто взгляд, но этого было достаточно. Золотые глаза императора задержались на нем на долю секунды дольше, чем нужно, прежде чем он отвернулся. Вэй Усянь ухмыльнулся. Прогресс.   ~ Когда собрание закончилось, Вэй Усянь вернулся в свои покои, его шаги были лёгкими, а сердце билось от волнения. Вэнь Нин ждал его внутри. «Ну?» — спросил Вэнь Нин. Вэй Усянь драматично плюхнулся на кровать. «Кажется, он посмотрел на меня». Вэнь Нин вздохнул, потирая висок. «Господин Вэй...» — Расслабься, Вэнь Нин. — Вэй Усянь приподнялся на локтях и улыбнулся. — Я пока не собираюсь совершать безрассудные поступки. «Только что?» Вэй Усянь рассмеялся. — Ну же, неужели ты думал, что я просто буду сидеть сложа руки и вечно терпеть это? Вэнь Нин помедлил, прежде чем понизить голос. — А что, если он продолжит игнорировать тебя? Улыбка Вэй Усяня стала резкой. — Я найду способ заставить его остановиться. — сказал он с ухмылкой. ~   На следующее утро Вэй Усянь проснулся от тихого шороха шёлка, с которым Вэнь Нин перемещался по его покоям. В воздухе витал тонкий и успокаивающий аромат свежезаваренного чая. Он лениво потянулся, позволив халату соскользнуть с одного плеча, прежде чем вернуть его на место. — Доброе утро, Вэнь Нин, — протянул он, протирая глаза. Вэнь Нин повернулся, уже протягивая чашку чая. — Ты вчера поздно лёг. Вэй Усянь с ухмылкой взял чашку. «И всё же я выгляжу прекрасно. Как несправедливо по отношению к остальным». Вэнь Нин вздохнул. — Ты собираешься рассказать мне свой план прямо сейчас? Вэй Усянь хмыкнул, постукивая пальцем по краю чашки. — План? Какой план? “Господин Вэй”. Вэй Усянь рассмеялся, отмахиваясь от него. — Ладно, ладно. Я лишь имел в виду, что мне, возможно, придётся проявить…изобретательность. — Он медленно отпил чай, наслаждаясь его теплом. — Император не реагирует на обычные уловки. А значит, мне нужно перестать вести себя как наложник. Вэнь Нин нахмурился. «Ты наложник». Вэй Усянь ухмыльнулся. — Да, но мне не обязательно вести себя как он. Он встал, разминая плечи. «Если Лань Ванцзи отказывается замечать меня так, как он замечает других, то мне придётся заставить его признать меня другим способом». Вэнь Нин нахмурился ещё сильнее. — Ты собираешься устроить неприятности. Вэй Усянь подмигнул. — Это зависит от того, насколько легко Его Величество выходит из себя. ~ Такая возможность представилась раньше, чем ожидалось. Позже в тот же день наложницам разрешили прогуляться по дворцовым садам — редкая привилегия, предоставляемая только в тех случаях, когда император не должен был проезжать мимо. Был тёплый день, и солнце заливало золотым светом тщательно ухоженный ландшафт. Вэй Усянь прогуливался по одной из извилистых каменных дорожек, притворяясь, что его интересует пейзаж, но прислушиваясь к шёпоту вокруг. Поблизости раздался тихий смех, за которым последовал голос, в котором слышались одновременно веселье и разочарование. — Ты дерзкий, — сказала мадам Лю, одна из самых уважаемых наложниц. Она была красива — высокая и утончённая, с тёмными, как чернила, волосами, уложенными в замысловатую причёску, в которой сверкала золотая заколка. — Я уже вижу, что от тебя будут проблемы. Вэй Усянь повернулся к ней с лёгкой улыбкой. — Вы ранили меня, госпожа Лю. Что навело вас на такие мысли? Госпожа Лю склонила голову набок, и на её губах появилась ухмылка. — Ты ведёшь себя не так, как все мы. Как только ты вошёл во дворец, ты не был скромным. Ты не был осторожным. — Она огляделась и слегка понизила голос. — Ты не смотришь на Его Величество так, как должна смотреть наложница. Вэй Усянь усмехнулся. — И как мне на него смотреть? — Как будто он неприкасаемый. Как будто он солнце на небе — то, чему нужно поклоняться на расстоянии, но не претендовать на него. Вэй Усянь хмыкнул, склонив голову набок в притворном раздумье. — Звучит не очень весело. Госпожа Лю покачала головой и тихо вздохнула. — Вы думаете, что это игра, не так ли? «Разве так не должно быть?» Госпожа Лю долго изучала его, прежде чем тихо рассмеяться. — Ты действительно опасен, — пробормотала она почти про себя. Затем, изящно взмахнув рукавом, она повернулась и пошла прочь. — Будь осторожен, Вэй Усянь. Император не играет в игры. Вэй Усянь смотрел ей вслед, его ухмылка не сходила с лица. Так зачем же мне осторожничать, если рисковать гораздо веселее? Когда он повернулся обратно к пруду с карпами кои, то почувствовал, как что-то изменилось в воздухе — явное ощущение, что кто-то наблюдает за ним. Его взгляд метнулся вверх. Лань Сичэнь наблюдал за ним из другой части сада, сидя в тени цветущей сливы. В отличие от своего брата, Лань Сичэнь был тёплым и золотистым, как осенний солнечный свет. Но за этой теплотой скрывалось нечто более острое — интерес, любопытство. Вэй Усянь встретился с ним взглядом, позволив этому мгновению растянуться настолько, чтобы действовать осознанно. Затем он отвернулся, изображая безразличие. Итак. Старший брат императора заинтригован. Вэй Усянь улыбнулся про себя. Интересно. ~ В тот вечер Вэй Усянь бродил по дворцовым залам. Он притворялся, что заблудился. Императорская библиотека была одним из немногих мест во дворце, куда наложницам не разрешалось входить без разрешения. И всё же, повернув за угол, он обнаружил, что стоит у входа в библиотеку и моргает, словно в замешательстве. Перед ним тянулись ряды высоких полок, в воздухе стоял густой запах пергамента и чернил. Комната была тускло освещена, вдоль каменных стен плясали тени. «Ты что, заблудился?» Голос был глубоким, спокойным, с нотками чего-то нечитаемого. Вэй Усянь ухмыльнулся, затем быстро обернулся, широко раскрыв глаза от удивления. «О! Ваше величество… — Он склонился в поспешном поклоне, волосы упали ему на лицо. Он заговорил, придав своему голосу нотку нервозности. «Я не хотел вторгаться.» Лань Ванцзи стоял у входа с невозмутимым, как всегда, выражением лица. Но было кое-что ещё — что-то почти незаметное в том, как его золотистые глаза задержались на Вэй Усяне, острые и оценивающие. — Тебе не следует здесь находиться, — сказал Лань Ванцзи тихим, но твёрдым голосом. Вэй Усянь прикусил губу, оглядывая просторное помещение. — Я знаю. Я просто пытался найти дорогу обратно в восточное крыло, но дворец такой большой, и я, должно быть, свернул не туда… — Он замолчал, и в его голосе послышалась неуверенность. Взгляд Лань Ванцзи оставался пристальным, непроницаемым. Долгое мгновение он ничего не говорил. Затем — едва заметно — его брови  нахмурились. Это было едва заметное изменение в выражении лица, но Вэй Усянь его уловил. Подозрение. Лань Ванцзи изучал его — не с обычной отстранённостью, с которой он смотрел на других наложниц, а с чем-то похожим на настороженность. А. Он ему не поверил. Не полностью.  Вэй Усянь расслабил плечи и сделал невинное лицо. — Я правда не хотел доставлять вам неприятности, — легко сказал он, смущённо улыбаясь. — Мне спросить дорогу у слуги? Лань Ванцзи ещё мгновение молчал, прежде чем наконец кивнуть. — Возвращайтесь в свои покои. Вэй Усянь снова поклонился. — Конечно, Ваше Величество. Когда он повернулся, чтобы уйти, он всё ещё чувствовал на своей спине взгляд Лань Ванцзи. Это был не тот взгляд, которым мужчина просто отмахивается от наложницы. Это был взгляд человека, который заметил что-то, чего не мог объяснить. Значит, вы уже подозреваете меня, ваше величество? Исчезая в коридоре, Вэй Усянь улыбнулся про себя.