Уберечь от темноты

Эду ни капли не беспокоило опоздание Болата на встречу. Когда-то она помогала с оформлением интерьера этого ресторана растениями, так что сейчас наслаждалась приятной беседой с сотрудниками, которые помнили её с тех пор. У директора Османа родился долгожданный внук, у менеджера зала Аслы скоро свадьба, а официанты Джем и Саре закончили университет — всё это Эда узнала, сидя за барной стойкой и поедая вкуснейшее шоколадное суфле, которое приготовили специально для неё. Однако она всё равно высматривала среди входящих Болата. В жизни она никогда его не видела — лишь на фото в журналах. В очередной раз обернувшись на дверь, Эда уже собиралась вернуться к разговору с барменом, когда вдруг ощутила мурашки вдоль позвоночника. Ровно в тот момент дверь распахнулась и в помещении оказался Серкан Болат. Слишком идеальный в своей строгости: чёрное поло и чёрные брюки — словно в насмешку над июльским зноем. Он вслед за хостес прошёл к столику и, лишь когда заметил, что он пуст, немного растерялся, параллельно в очередной раз проклиная Лейлу. Не показывая своей растерянности, он лениво обвёл взглядом помещение. Взгляд его остановился на брюнетке, что сидела за барной стойкой. Их взгляды встретились на секунду… Эда засуетилась: поднялась со стула, осторожно одёрнула платье и жилет классического кроя, который надела для придания образу солидности. Десять шагов — и вот она оказалась у нужного столика. Серкан учтиво поднялся ей на встречу. — Эда? — Да, Эда Йылдыз, — она протянула руку. — Серкан Болат. Приятно познакомиться, — он дежурно поприветствовал девушку. — Что ж, я полагаю, вы в курсе сложившейся ситуации. Эда кивнула. — И вы готовы заключить брак с незнакомцем ради сестры, которую никогда не видели? — Серкан чуть склонил голову в бок, пристально наблюдая за Эдой. Она пожала плечами и чуть стушевалась, смутилась под его взглядом. — Если так будет лучше для Кираз… — Для Кираз будет лучше, если в её жизни не случится новых потрясений. Поэтому предлагаю не тратить время и отказаться от этой идеи. Я позабочусь о сестре. А родственники с вашей стороны могут её навещать. Если, конечно, вам это интересно. Не припомню, чтобы до смерти родителей, кто-то из вашей семьи интересовался Кираз. Эда на мгновение вспыхнула, дёрнулась, пристальным взглядом вцепившись в Серкана. — Вы, я так понимаю всё уже решили? К чему тогда этот цирк? — Я считаю, что каждое решение проблемы заслуживает шанса. — Но при этом искреннее никогда не рассматриваете их все, — Эда разочарованно покачала головой. — Чтобы пережить потерю, ребенку нужны внимание и любовь. Получит ли это Кираз от человека, который постоянно в командировках? — Вам ничего не известно о моей жизни, — резко выставил границу Серкан. Он не распространялся о личном и не любил, когда касались этой темы. — Что ж, в таком случае, пусть всё решает суд. Вместо слов прощания, Эда одарила Серкана уничтожающим взглядом, заставив его на секунду задержать дыхание, чтобы ни один мускул на лице не дрогнул, сохраняя маску самоуверенности и превосходства. Из машины он позвонил своему адвокату — Синану Башару. — Что мы ещё можем сделать, чтобы мне дали опеку над Кираз? — Ты уже встретился с Эдой? — Да. — И вы поговорили? — В общих чертах. По ответам Синан понял, что встреча прошла не по плану, поэтому сменил тактику. — Приезжай, я ещё в офисе. Обсудим ситуацию. Спустя час Синан Башар с задумчивым видом взирал на своего клиента, пытаясь подобрать слова. Встреча с Эдой прошла не по плану — совсем не так, как рассчитывали они с Джерен и госпожой Семихой. Синан знал Эду с детства, ведь она дружила с его дочерью, оставалась с ночёвкой, играла в их саду, веселилась в компании подруг у бассейна… Эда была милой и чуткой девушкой. Откуда взялось то, что описывал Серкан? — Ты точно её ни с кем не перепутал? — Синан, почему это тебя так беспокоит? Давай лучше обсудим варианты, как мы можем решить вопрос без её участия. — Серкан, послушай, мы не найдём варианта лучше. — Почему ты так настаиваешь? — Потому что я знаю Эду — она выросла с моей дочерью на моих глазах. И я уверен, что она сможет заменить девочке мать. Ты сам сказал мне, что у тебя нет невесты или девушки. Сейфи — это хорошо, он поможет заботиться о Кираз. Но что насчёт материнской заботы и ласки? — Хочешь сказать, что эта взбалмошная госпожа — лучшая кандидатура? Да я лучше выпишу Кираз гувернантку из Лондона. — А что же сразу в пансионат не отправишь, как тебя когда-то, а? Синан надавил на больное. Первые несколько лет после смерти отца и брата до сих пор отзывались кровоточащей раной. Мать тогда была не в силах заботиться о нём — слишком сильным оказалось горе. Её поместили в лечебницу. А единственный живой родственник — дедушка — был уже слишком стар и слаб, поэтому из лучших побуждений отправил внука в пансионат в Великобритании. Годы, проведенные там, закалили характер Болата, но маленький и обиженный на весь мир мальчик иногда напоминал о себе. Хочет ли он такой судьбы для Кираз? Нет. Сможет ли он дать ей то душевное тепло, о котором толковал Синан? Нет. Не в его характере проявлять чувства — этому его научила жизнь. Чувства — это слабость, а значит по больному месту и будет бить тот, кто хочет тебя унизить или уничтожить. — Дай Эде ещё один шанс? Поговори спокойно, не делая поспешных выводов. Хорошо? Серкану ничего не оставалось, как согласиться. Так он вместе с Синаном оказался на пороге цветочного магазина в Уксюдаре. — Дядя Синан? — Эда, собиравшая композиции для утренних доставок, удивилась визиту отца Джерен, но после заметила следующего за ним Болата. — Эда, мне кажется, вам стоит поговорить ещё раз. Понимаю, что ситуация сложная для вас обоих, вы переживаете, не знаете, как лучше поступить. Попробуйте услышать друг друга. — Я не… — попыталась возразить Эда, но Синан её перебил. — Поговорите спокойно, пожалуйста. Ради Кираз, — он выразительно посмотрел на Эду и на Серкана, благо жизненный опыт и статус позволяли ему поступать по отношению к ним по-отечески.