Hand of the Creator

Казармы гудели, как улей. Вещмешки хлопали о койки, кто-то ругался, кто-то смеялся. Захария сидела на своей кровати, методично укладывая в рюкзак всё, что могла унести: форму, запасные очки, маленький набор инструментов и крошечный медальон. Посох лежал у изголовья — старый, потрескавшийся, но теперь уже её. В соседней койке Селина громко обсуждала с Леной, кто из них быстрее переберётся из казарм в настоящую офицерскую комнату. Обе были злы: Захария, по их мнению, просто "прошмыгнула вперёд", и непонятно как — без связей, без блата. — Сама-то хоть поняла, как тебе это обломилось? — ядовито бросила Селина, даже не глядя в её сторону. — Такие как ты обычно в шахтах дохнут. — А такие как ты обычно дохнут от зависти, — отрезала Захария и поднялась. — Надеюсь, тебе там на фронте достанется богомол побольше моего. Лена фыркнула, но промолчала. Видимо, помнила рассказы. Про купол и клешни. Захария решила не провоцировать соседок дальше, и вышла из комнаты, прихватив рюкзак. Она медленно шла в сторону выхода из Часовни, неохотно переставляя ноги. В коридоре она столкнулась с Аланом — тот шёл навстречу, опустив плечи, но при виде неё резко вскинулся. — Вот это и есть справедливость, да? — зло сказал он, — Я тянул лямку два года, а ты — сирота из трущоб, за которой тянется шлейф грязи — и теперь техномант. А меня даже на испытания не взяли. Захария остановилась, тяжело вздохнула, протерла глаза рукой, и подняла взгляд, всматриваясь в лицо Алана. — Ты думаешь, это награда? — Думаю, что ты просто удачно сошлась с мастером Шоном. И теперь тебя ждут привилегии посвященного техноманта, а мне неизвестно сколько еще торчать в учебке — раздраженно выдал Алан. Захария молча проглотила намек про Шона. — Подумай башкой хоть немного, Алан. Иногда это очень полезно. Он хотел что-то сказать, но его перебил резкий голос появившегося из бокового коридора посыльного: — Лейтенант Захария? Вас просят срочно явиться в диспетчерскую для получения нового приказа. Предыдущий отменятся. Они с Аланом переглянулись, обменявшись одинаково недоумевающими взглядами. --- В диспетчерской её уже ждали: дежурный, угрюмый мастер Шон, и какой-то офицер в форме с эмблемой штаба. — Вызывали? — Захария шагнула внутрь. Офицер молча передал ей планшет. На экране — новый маршрут, личный номер назначения и подпись командующего. Шон заглянул через плечо и вскинул брови. — Элиза? Ты серьёзно идёшь в её роту? — Элиза? — переспросила Захария, сбитая с толку. — Капитан Элиза Мейр. Командир гарнизона “Офир-Три”. Уже пару лет требует себе техноманта, но её запросы всегда отклоняли. А теперь... вдруг утвердили. Штаб подписал. — Шон потер подбородок. — Что-то странное. Офицер кивнул и ушёл, оставив их вдвоём. — Ты не знаешь, почему? — тихо спросила Захария. — Если бы знал — ты первая бы услышала. Но я рад. — Он коснулся её плеча. — Там ты, по крайней мере, не окажешься на передовой. Захария не ответила. В голову опять пришли слова грандмастера, пересказанные ей Шоном: "На фронте скоро может стать безопаснее, чем в Ордене." Она сжала планшет. Что-то пошло не так. Или — по плану, но явно плану кого-то другого. --- Захария спускалась в подсобный коридор за положенным ей как лейтенанту набором формы, который как обычно потеряли сотрудники склада. Полки, бетон, тёплый сухой воздух, гул вентиляции. Она свернула за угол — и остановилась, услышав знакомые голоса, мужской и женский. — …она ведь должна была уйти. Уже всё подписали, Трия. — Да. Но потом всё… как-то поменялось, — голос Трии был глухим, будто она говорила сквозь зажатое горло. — Мастер сказала мне, что приказ пересмотрен. Никаких объяснений. И что она больше ничего не сможет сделать. И что ей жаль. — Когда тебя отправляют? — прозвучал обеспокоенный голос Майкла. Майкл. На три года старше. Служит в архивах, талантливый техник. Именно из-за последнего факта Захария знала его лично - они часто пересекались в общей мастерской, куда Захария частенько заходила. Не попал ни в одну из волн призывов, по слухам был довольно посредственен в учебных сражениях. Майкл всегда с ней здоровался с ней и улыбался ей при встрече в коридоре. Иногда они даже обсуждали особо заковыристые микросхемы в мастерской. — Не знаю. Они и сами не знают, кажется. Купол ведь эти двое разнесли к чертям. Им надо придумать ему какую-нибудь замену для испытания перед посвящением. Майкл тяжело вздохнул. — Тебе страшно? — Мне стыдно. Повисла тишина. Потом Майкл неловко пробормотал: — Когда тебя посвятят, я вызовусь добровольцем. — Ну ты и идиот — почти неслышно прошептала Трия. Раздался всхлип. Потом странный полузаглушенный вздох. Стон. Захария отступила в тень, сжавшись, как будто сама вдруг стала частью стены. Сердце билось слишком громко. Она вышла только тогда, когда шаги этих двоих удалились. Внутри теснилось неприятное чувство. Майкл все знал, и видимо давно. Перед тем днем, когда все началось, он уже точно должен был знать, что она отправится на фронт в качестве пушечного мяса вместо его подружки. Она помнила, что в предшествующий вечер они случайно встретились в коридоре, и он все также доброжелательно улыбаясь, спрашивал, как прошли ее экзамены. Её губы сами по себе скривились в кривую усмешку, полную горечи.