365 дней

Глава 19. День девятнадцатый. Апрель. Вторник Часть 1. Утро после отъезда Ильи Ира проснулась от странного чувства — в квартире было слишком тихо. Ни топота ног Ильи, ни его утреннего «пап, а где мои носки?», ни бесконечных вопросов за завтраком. Она повернулась на другой бок и уткнулась носом в плечо Кости, который уже не спал, а смотрел на неё с улыбкой. — Доброе утро, — прошептал он, целуя её в лоб. — Как спалось без нашего шумного соседа? — Странно, — призналась Ира. — Тихо слишком. А ты чего не спишь? — Думаю, — загадочно ответил он. — У нас две недели свободы и куча планов. Я уже весь в предвкушении. — В предвкушении ремонта? — усмехнулась она. — Ты единственный мужчина на свете, который может радоваться пыли и грохоту. — Я радуюсь не ремонту, — он притянул её ближе. — Я радуюсь тому, что мы будем делать это вместе. И тому, что можем делать всё, что захотим, не боясь, что Илья ворвётся без стука. — Например? — игриво спросила она, проводя пальцем по его груди. — Например, — он перевернулся, нависая над ней, — можем начать утро прямо сейчас. Их губы встретились в долгом, сладком поцелуе. Руки Кости скользили по её телу, и Ира уже чувствовала, как утреннее желание разгорается внизу живота, когда вдруг зазвонил телефон. — Чёрт, — выдохнул Костя, глядя на экран. — Илья. — Ответь, — засмеялась она. — А то будет обижаться. Костя принял вызов, и из динамика раздался радостный голос: — Пап! Доброе утро! А мы с бабушкой Шурой и дедушкой Ваней уже позавтракали! Баба Шура такие оладушки сделала! С мёдом! А вы как? — Мы тоже завтракаем, — соврал Костя, подмигивая Ире. — Только встали. — А Ира рядом? Передай ей привет! И скажи, что я её люблю! — Передам, — пообещал Костя. — Ты там слушайся бабушек и дедушку, хорошо? — Слушаюсь! — отрапортовал Илья. — Мы сегодня в лес пойдём! Бабушка Шура сказала, что уже подснежники цветут! А дедушка Ваня научит меня птиц узнавать по голосам! — Отлично, сынок. Вечером перезвоним. Целую. — Пока! Костя отключился и повернулся к Ире. — Ну что, продолжим? — спросил он с надеждой. — Продолжим, — она притянула его к себе. — Но у нас ещё куча дел, так что давай быстро. — Быстро не получится, — пробормотал он, целуя её шею. — Я по тебе соскучился. — Мы только проснулись! — Ну и что? Она засмеялась и перестала спорить. Часть 2. Завтрак и грандиозные планы Через час они наконец выбрались на кухню. Костя сварил кофе, Ира пожарила яичницу. Сидели за столом, держась за руки, и строили планы. — Значит так, — начала Ира, доставая блокнот. — У нас две недели. Нужно успеть полностью обновить комнату Ильи. Стены, пол, мебель, декор. — Я уже всё придумал! — Костя вскочил и начал жестикулировать с энтузиазмом ребёнка. — Мы купим обои с динозаврами! На всю стену! А кровать — с изголовьем в виде тираннозавра Рекса! Представляешь? Он будет засыпать в пасти динозавра! Ира смотрела на него с лёгким ужасом. — Кость, ты серьёзно? — Абсолютно! — глаза его горели. — А на потолке сделаем натяжной потолок с фотопринтом — динозавры в джунглях! И ночник в виде яйца динозавра, которое светится! — Костя, — Ира аккуратно взяла его за руку и усадила обратно на стул. — Давай подумаем рационально. Илье одиннадцать лет. Через пару лет ему станут неинтересны динозавры. Он вырастет, у него появятся другие увлечения — музыка, спорт, девочки наконец. И что мы будем делать с комнатой, которая кричит «динозавр» из каждого угла? Костя нахмурился, обдумывая её слова. — Но он же любит динозавров... — Любит, — согласилась Ира. — И эту любовь можно выразить в деталях. Подушки с динозаврами, постельное бельё, постеры, фигурки на полках. Это легко менять. А стены и мебель должны быть нейтральными, чтобы комната «росла» вместе с ним. Костя смотрел на неё с уважением. — Ты права, — сказал он наконец. — Я как ребёнок, честное слово. Всё самое крутое хочется запихнуть сразу. — Ты и есть ребёнок, — засмеялась она. — Но я тебя за это и люблю. — Ладно, — он вздохнул. — Тогда давай выбирать нормальные обои. Но хотя бы одну стену можно сделать акцентной? С каким-нибудь принтом? — Можно, — согласилась Ира. — Только не агрессивным. Что-то графичное, стильное. Пусть чувствует себя взрослым. — Договорились. Часть 3. Бюджет и неожиданное открытие Они открыли ноутбук и начали выбирать материалы. Ира записывала цены, прикидывала бюджет, и с каждым новым пунктом её брови поднимались всё выше. — Кость, — сказала она через полчаса. — Ты посмотри на эти цифры. Обои, краска, мебель, светильники, текстиль... Это же целое состояние! Мы не потянем такие траты на одну зарплату. Костя удивлённо посмотрел на неё. — Какую зарплату? — Ну, врачебную, — пояснила Ира. — Мы оба хирурги, у нас хорошие оклады, но это всё равно очень дорого. Может, взять что-то попроще? — Ира, — Костя взял её за руки. — Ты забываешь, что я не просто хирург. — В смысле? — Мой отец — Герман Лазарев. Ты, наверное, слышала эту фамилию. Ира замерла. Герман Лазарев? Известный бизнесмен, телеведущий, владелец сети платных клиник и заводов по производству медицинского оборудования? Она слышала о нём, конечно. Кто в медицинских кругах о нём не слышал? Но чтобы Костя... — Подожди, — выдохнула она. — Герман Лазарев — твой отец? — Был, — поправил Костя. — Он умер несколько лет назад. Сердечный приступ, прямо в своём кабинете. — Кость, я не знала... Ты никогда не говорил. — А зачем? — пожал он плечами. — Я не люблю это афишировать. Отец был известным человеком, но я хотел сам всего добиться. Сам поступил в ординатуру, сам стал хирургом, сам прошёл все эти годы. Мне не нужны были его деньги. — И что теперь? — тихо спросила Ира. — А теперь я его наследник, — просто сказал Костя. — Вместе с мамой. После его смерти мне отошла солидная доля в бизнесе. Клиники, заводы, счета. Я вполне обеспеченный человек, Ира. Даже очень. Она смотрела на него с открытым ртом. — Но почему ты продолжаешь работать в Склифе? Почему не занимаешься бизнесом отца? Костя улыбнулся и погладил её по щеке. — Потому что я хирург, Ира. Это моё призвание, моя жизнь. Я хочу помогать людям, а не сидеть в кабинете и считать прибыль. У меня есть талант к хирургии, а не к бизнесу. А бизнесом занимаются знающие и доверенные люди, которых отец подбирал годами. Я только получаю дивиденды. Она молчала, переваривая информацию. — Так что, Ирина Алексеевна, — Костя подмигнул, — вы, можно сказать, будущая жена весьма завидного жениха. Ира вдруг покраснела и отвела взгляд. — Мне предложения ещё никто не делал, — тихо сказала она. — Но я не хочу сейчас об этом думать. Давай сначала ремонт сделаем, а потом... — А потом? — с надеждой спросил он. — А потом посмотрим, — улыбнулась она. — Всему своё время. — Хорошо, — согласился Костя. — Я умею ждать. А сейчас — давай выбирать обои без оглядки на бюджет. Мы можем себе позволить всё самое лучшее. Часть 4. Мечты о взрослой кровати После обеда они переключились на обсуждение мебели для своей спальни. Точнее, Костя переключился. — Ира, — сказал он, листая каталог на планшете. — А давай мы себе тоже купим новую кровать? — Зачем? — удивилась она. — У тебя вполне нормальная. — Нормальная, но скучная, — возразил он. — Посмотри, какие сейчас делают! С ортопедическим матрасом, с массажером, с подсветкой, с сейфом для документов... — С сейфом? — рассмеялась она. — Кость, зачем нам сейф в кровати? — Ну мало ли, — пожал он плечами. — Деньги хранить, драгоценности... твои новые серёжки... — Мои серёжки лежат в шкатулке, — отрезала она. — Ира, — он подсел ближе, заглядывая в глаза. — Посмотри на эту модель. Она огромная, с мягким изголовьем, с массажером, с беспроводной зарядкой, и ещё куча крутых функций. Настоящий траходром, как мы любим. — Траходром? — фыркнула она. — Кость, ты невозможен. — Зато честен, — он чмокнул её в щёку. — Ну пожалуйста. Давай купим. Ты же хочешь, чтобы нам было комфортно? Она колебалась. Кровать действительно была шикарной — огромное ложе, подсветка по периметру, встроенные колонки, даже небольшой холодильник в основании. — Это же безумно дорого, серьёзно, ты готов отдать триста тысяч за кровать? Хотя теперь я понимаю, что тебя это не останавливает. — Не останавливает, — подтвердил он. — И я хочу, чтобы моя женщина спала на лучшей кровати. — Кость... — выдохнула она, чувствуя, как его руки скользят под её футболку. — Мы не можем принимать такие решения... вот так... — Можем, — шептал он, целуя её грудь. — Мы взрослые люди. Мы можем всё. Она уже не сопротивлялась, когда он аккуратно уложил её на диван. Его губы двигались по её телу, спускаясь всё ниже. Когда он добрался до самого сокровенного места, Ира выгнулась дугой, забыв обо всём на свете. — Кость... — простонала она. — Ты нечестно играешь... — Я играю честно, — пробормотал он, не отрываясь. — Я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Через полчаса, обессиленная и удовлетворённая, Ира сдалась. — Хорошо, — выдохнула она. — Покупаем эту чёртову кровать. — Ура! — закричал Костя, как ребёнок, и тут же потянулся за планшетом. — Сейчас оформлю заказ! Ира смотрела на него и качала головой. Этот мужчина умел добиваться своего. Часть 5. Звонок Куликову Вечером, когда основные заказы были сделаны, Костя вдруг хлопнул себя по лбу. — Ир! А как мы всё это будем собирать? Мебель, кровать, стену разбирать... Нам понадобится помощь! — Рабочих нанять можно, — предложила она. — Рабочих? — скривился он. — Они денег сдерут как за пересадку сердца на черном рынке, а сделают, как почку к уху пришьют. Нет, надо звать своих. Он схватил телефон и набрал номер. — Серёга! Привет! Выручай! — Чего случилось? — раздался голос Куликова. — Ты чего такой возбуждённый? — Мы с Ирой ремонт затеяли! Комнату Ильи переделываем! А потом и спальню! Поможешь? — Ремонт? — переспросил Куликов. — Лазарев, ты в своём уме? Я хирург, а не строитель! — Ну Серёга, — заныл Костя. — Мы же свои люди, тем более ты сам недавно ремонт делал. Приезжай, поможешь, я тебя шашлыком накормлю. На даче у Шуры, как закончим ремонт. — Шашлыком? — оживился Куликов. — Это другой разговор. Ладно, уговорил. Когда выходить? — Завтра с утра. И Брагина захвати, если сможешь. — Брагина? — усомнился Куликов. — Он же старый, надорвётся. — Вы ж одногодки, Серёг! Не надорвётся, — засмеялся Костя. — Он крепче нас с тобой. Скажи, что Ира лично будет за процессом следить, он сразу прибежит. Ира закатила глаза. — Кость, ты меня используешь как приманку? — Как лучшую приманку, — поправил он, чмокая её в нос. Куликов на том конце провода хмыкнул. — Ладно, позвоню Брагину. Завтра будем. Адрес скинь. — Спасибо, Серёга! Ты настоящий друг! Костя отключился и довольно потёр руки. — Ну вот, команда собрана. Завтра начинаем большую стройку. Часть 6. Вечерние хлопоты Остаток вечера они провели в приятных хлопотах. Ира распечатала список покупок, разложила по папкам, составила график работ. Костя тем временем нарезал круги по квартире, прикидывая, где что будет стоять, и периодически выдавал новые идеи. — Ира, а может, в комнате Ильи ещё шведскую стенку поставим? Чтобы он качался? — Кость, у нас нет места для шведской стенки. — А если кровать сдвинуть? — Кровать мы уже заказали определённого размера. Ничего не сдвинется. — А турник в дверной проём? — Кость, отстань, — засмеялась она. — Иди лучше посуду помой. — Слушаюсь, — он отдал честь и ушёл на кухню. Ира смотрела ему вслед и улыбалась. Она не думала, что в её жизни снова будет такое — простые домашние хлопоты с любимым мужчиной, дурачества, споры о мелочах. После Гены, который всё делал напоказ и для публики, эта обыденность казалась настоящим счастьем. Костя вернулся через полчаса, вытирая руки полотенцем. — Ну что, — сказал он. — Завтра у нас тяжёлый день. Может, ляжем пораньше? — Может, — согласилась она. — Но сначала я хочу показать тебе кое-что. Она повела его в ванную, где уже стояли новые баночки — пена для ванны, соль, ароматические свечи. — Расслабляющая программа перед тяжёлым днём? — догадался он. — Именно. Они набрали горячую воду, зажгли свечи, включили тихую музыку. Ира забралась в ванну первой, Костя сел сзади, обнимая её. — Знаешь, — сказал он, целуя её в плечо. — Я так счастлив, что даже не верится. — Почему? — Потому что всего месяц назад я был один, с диваном в гостиной и мыслями, что личная жизнь не для меня. А теперь у меня есть ты. И Илья счастлив. И мы делаем ремонт, как настоящая семья. — Мы и есть настоящая семья, — ответила она. — Самая настоящая. Они долго сидели в тёплой воде, разговаривая ни о чём и обо всём. Потом перебрались в постель и уснули в объятиях друг друга, чтобы завтра начать большую стройку. Часть 7. Утро стройки Утром их разбудил звонок в дверь. Костя посмотрел на часы — восемь утра. — Кого там носит? — проворчал он, накидывая халат. На пороге стояли Куликов и Брагин. Сергей Анатольевич был в строительной робе, с инструментами в руках. Олег Михайлович — в спортивном костюме и с термосом. — Ну что, молодожёны, — усмехнулся Брагин. — Принимайте рабочую силу. — Мы не молодожёны, — смутилась Ира, выходя в коридор. — Пока не молодожёны, — поправил Куликов. — Но всё идёт к тому. Лазарев, ты обещал шашлык. Когда шашлык? — Вечером, — пообещал Костя. — Сначала работа. — Жестокий ты человек, — вздохнул Куликов, но в дом зашёл. Через полчаса квартира наполнилась шумом. Мужчины выносили мебель из комнаты Ильи, сдирали старые обои, обсуждали, куда поставить новую кровать. Ира командовала процессом, периодически вмешиваясь в мужские споры. — Олег Михалыч, не туда! — кричала она. — Шкаф в другой угол! — Ирина Алексеевна, вы как главврач, командуете, — усмехался Брагин. — Но здесь я главный строитель. — Здесь я главный дизайнер, — парировала она. — Так что слушайтесь. Мужчины переглядывались и качали головами, но спорить не смели. К обеду комната Ильи представляла собой пустую коробку с голыми стенами. Уставшие, но довольные, они сидели на кухне и пили чай с бутербродами. — Ну что, мужики, — сказал Костя. — Спасибо за помощь. Без вас бы не справились. — Справились бы, — отмахнулся Куликов. — Но с нами веселее. — И главное — шашлык будет, — добавил Брагин. — Ты обещал. — Будет, — засмеялся Костя. — Как только закончим — шашлык на даче у Шуры. — Договорились. Вечером, когда гости ушли, Костя и Ира рухнули на диван. — Я никогда так не уставала, — простонала Ира. — У меня всё болит. — И у меня, — ответил Костя. — Но это хорошая усталость. Мы сделали большое дело. — Сделали, — согласилась она. — И завтра продолжим. — Завтра продолжим, — эхом отозвался он. — А сейчас — спать. Они едва доползли до постели и уснули, едва коснувшись подушек. Завтра был новый день новой жизни.