365 дней

Глава 20. День двадцатый. Апрель. Среда Часть 1. Утро новой стройки Ира проснулась оттого, что всё тело ломило после вчерашнего дня. Она открыла глаза и поняла, что Костя уже не спит — сидел на краю кровати и растирал плечо. — Доброе утро, — прошептала она, касаясь его спины. — Болит? — Всё болит, — признался он. — Я и не знал, что у меня столько мышц, о существовании которых я даже не подозревал. — А теперь знаешь, — усмехнулась она. — Как думаешь, наши гости сегодня придут? — Да они без напоминания припрутся, — вздохнул Костя. — Им же шашлык обещан. А пока шашлыка нет, они будут нас мучить. Словно в подтверждение его слов, в дверь позвонили. — Ну вот, — Костя встал, накинул халат. — Легки на помине. Ира тоже поднялась, быстро натянула джинсы и футболку. Через минуту они уже открывали дверь. На пороге стояли Куликов и Брагин. Сергей Анатольевич был в камуфляжных штанах и старой футболке с надписью «Строитель — звучит гордо». Олег Михайлович — в добротном рабочем костюме, с ящиком инструментов в одной руке и термосом в другой. — Ну что, молодые, — усмехнулся Брагин, оглядывая заспанных хозяев. — Принимайте рабочую силу. Оплата — шашлыком и уважением. — Проходите, мужики, — Костя посторонился. — Ира уже кофе варит. — Уже бегу, — отозвалась Ира и скрылась на кухне. Брагин и Куликов прошли в гостиную, где ещё царил вчерашний полухаос, но комната Ильи уже радовала глаз чистыми стенами. — Ого, — присвистнул Куликов. — А вы вчера не филонили. Стены — загляденье. — Это Ира командовала, — Костя зевнул. — Я только инструменты подавал. — Молодец, Ирина Алексеевна, — одобрительно кивнул Брагин. — Организаторский талант не пропьёшь. Ира вышла из кухни с подносом, на котором дымились чашки с кофе и тарелка с бутербродами. — Олег Михалыч, Сергей Анатольевич, доброе утро. Спасибо, что снова пришли. — Ирина Алексеевна, для вас — хоть на край света, — галантно ответил Брагин, принимая чашку и задерживая взгляд на её руке чуть дольше положенного. — А вы сегодня прямо светитесь. Ремонт, видно, идёт на пользу. Ира улыбнулась профессиональной улыбкой: — Спасибо, Олег Михалыч. Вы тоже отлично выглядите для человека, который собрался второй день воевать с моими стенами. — Для вас я готов воевать хоть каждый день, — подмигнул Брагин. Костя, стоявший чуть поодаль, напрягся, но промолчал. Ира заметила это и едва заметно покачала головой. Часть 2. Планы на день — Ну что, — сказал Брагин, отставив пустую чашку. — Какая задача на сегодня? — Сегодня шлифовка и грунтовка, — отрапортовала Ира. — Стены уже зашпаклеваны, теперь надо выровнять окончательно и прогрунтовать под покраску. — А обои? — удивился Куликов. — Вы же вроде обои хотели? — Передумали, — ответил Костя. — Ира сказала, что краска практичнее и современнее. А на одной стене сделаем акцентную — с принтом. — Мудрое решение, — одобрил Брагин. — Краску легче обновить, если что. А с принтом — вообще стильно. — Олег Михалыч, вы прямо дизайнер, — хмыкнул Куликов. — Я просто отец троих дочерей, — парировал Брагин. — Я через такие ремонты прошёл, что мне сам Минздрав аплодировал бы. — Минздрав предупреждает, — вставил Костя, — что ремонт опасен для вашего кошелька и нервной системы. — А у кого она ещё осталась, нервная система, — махнул рукой Куликов. — Мы ж хирурги. Нас так просто не проймёшь. — Ладно, мужики, — Ира встала. — Хватит лясы точить. Работа ждёт. Часть 3. Битва с шлифовкой Комната Илья встретила их чистыми стенами и горой строительного мусора, которую вчера так и не успели вынести. Задача на сегодня: отшлифовать шпаклёвку до идеальной гладкости и нанести грунтовку. — Олег Михалыч, вам шлифовальная машинка или предпочитаете ручной труд? — спросил Костя, доставая инструменты. — Мне, Костя, лучше сразу командовать, — усмехнулся Брагин. — А вы с Серёжей работайте. — То есть как? — опешил Куликов. — Мы будем пыль глотать, а ты стоять и смотреть? — Я буду контролировать качество, — поправил Брагин. — И следить, чтобы вы ничего не испортили. А то знаю я вас, горе-строителей. — Олег Михалыч, вы бы лучше пример показали, — вмешалась Ира, беря в руки шлифовальную губку. — А то мы, неопытные, можем что-то не так сделать. Брагин крякнул, но спорить с главврачом не решился. Взял инструмент и профессиональным движением начал шлифовать стену. — Смотрите, — комментировал он. — Движения плавные, без нажима. Шпаклёвка — материал нежный, если перестараться, можно до бетона стереть. Вот так, аккуратно... — Олег Михалыч, да вы прямо виртуоз! — восхитился Куликов. — А ну-ка, дайте я попробую. Он выхватил губку и с энтузиазмом принялся тереть стену. Через минуту в воздухе поднялось облако пыли, а на стене образовалась борозда. — Серёжа! — гаркнул Брагин. — Я же сказал — без нажима! — Я без нажима, — закашлялся Куликов. — Это она сама... — Она сама не умеет, — вздохнул Брагин. — Давай сюда инструмент. Будешь мусор мешки вязать. — А что я? Я всегда мусор, — Куликов с сожалением отдал губку и поплёлся к мешкам. Ира работала рядом с Брагиным, и тот то и дело бросал на неё заинтересованные взгляды. — Ирина Алексеевна, а у вас лёгкая рука, — заметил он. — Стена ровненькая получается, прямо как после операции. — Стараюсь, — улыбнулась она. — Навыки переносятся. — Это точно, — согласился Брагин. — Хирургия и ремонт — родственные профессии. Там и там нужна точность и терпение. Костя, который в этот момент пытался отшлифовать угол, вдруг замер и покосился на Брагина. Тот смотрел на Иру с таким откровенным восхищением, что у Кости внутри что-то ёкнуло. — Олег Михалыч, — позвал он. — А вы не подскажете, где тут у нас грунтовка стоит? — В коридоре, в коробке, — ответил Брагин, не отрывая взгляда от Иры. — Ирина Алексеевна, а вы всегда так аккуратно работаете? Прямо ювелирно. — Стараюсь, — снова улыбнулась Ира, но краем глаза заметила, как напрягся Костя. Она усмехнулась про себя и продолжила работу. Часть 4. Ревность Через час, когда Куликов утащил очередную партию мусора, а Брагин отправился в ванную мыть руки, Костя подошёл к Ире. — Ты заметила? — спросил он тихо. — Что именно? — сделала она невинные глаза. — Как Брагин на тебя смотрит! — выпалил он. — Он же откровенно с тобой флиртует! Ира рассмеялась. — Кость, ты серьёзно? — А что тут смешного? — нахмурился он. — Он тебе комплименты говорит, в глаза заглядывает... — Олег Михалыч? — переспросила она. — Да он всю жизнь такой. Он со всеми женщинами так. Ты что, не замечал? — Замечал, но... — Костя запнулся. — Но ты же не все женщины. Ты — моя. Ира отложила губку, подошла к нему и взяла за руку. — Кость, посмотри на меня. Он поднял глаза. — Брагин — бабник, — сказала она спокойно. — Ты же сам знаешь. Он всегда такой. Со мной, с медсёстрами, с пациентками. Это его стиль общения. — Раньше я не обращал внимания, — буркнул Костя. — Потому что раньше ты не была моей. Ира улыбнулась и, встав на цыпочки, поцеловала его прямо в губы. — Вот именно, — прошептала она. — Любимый. Твоя. Успокойся и не обращай внимания на Брагина. Вы же друзья. Костя выдохнул и обнял её. — Ладно, — сказал он. — Но если он хоть пальцем... — Ничего не будет, — перебила она. — А теперь иди работай. А то Сергей Анатольевич скоро вернётся и увидит, что мы тут прохлаждаемся. — Пусть видит, — проворчал Костя, но послушно взял губку. Часть 5. Грунтовка и анекдоты Вернулся Куликов, следом за ним вышел из ванной Брагин. Работа закипела с новой силой. Теперь предстояло грунтовать стены — дело ответственное, но менее пыльное. — Мужики, — сказал Куликов, разминая спину. — А давайте я расскажу анекдот, пока мы тут мажем? — Давай, — разрешил Брагин. — Только чтобы не про строителей, а то мы сами уже как те герои. — Хорошо, — согласился Куликов. — Про врачей можно? — Про врачей валяй. Куликов откашлялся: — Значит так. Приходит пациент к хирургу. Хирург его осматривает и говорит: «У вас, батенька, аппендицит. Надо резать». Пациент: «Доктор, а может, не надо? Может, таблеточками обойдёмся?». Хирург: «Таблеточками? Ну можно. Только потом, когда лопнет, мы вас по частям собирать будем». Пациент: «А часто собираете?». Хирург: «Да каждый день. У нас тут конструктор „Лего“ для взрослых». Все засмеялись, даже Ира. — Хороший анекдот, — одобрил Брагин. — Жизненный. — Олег Михалыч, а вы анекдоты умеете рассказывать? — спросила Ира. — Умею, — скромно ответил он. — Но мои больше для взрослой аудитории. — А мы тут все взрослые, — подмигнул Куликов. Брагин покосился на Костю, потом на Иру и решил: — Ладно. Приходит мужик к врачу. Врач его осмотрел и говорит: «У вас, батенька, аллергия на деньги». Мужик удивился: «А как это?». Врач объясняет: «Как только они у вас появляются, у вас начинается сыпь, чесотка и желание их немедленно потратить». Мужик: «И что делать?». Врач: «Отдайте их мне, я их правильно утилизирую». — Олег Михалыч, — засмеялся Костя. — Вы прямо философ. — Жизненный опыт, — вздохнул Брагин. — Анекдот старый, но актуальный. Особенно когда видишь, как некоторые на ремонт тратятся. — Это вы на что намекаете? — насторожился Костя. — Да ни на что, — отмахнулся Брагин. — Грунтуйте давайте. Часть 6. Обед с продолжением К обеду стены были отшлифованы и прогрунтованы. Уставшие, но довольные, они сидели на кухне и уплетали пиццу, которую снова заказала Ира. — Ирина Алексеевна, — сказал Куликов с набитым ртом. — А вы когда успеваете всё? И работать, и ремонт, и Костю этого воспитывать? — Я не воспитываю, — улыбнулась она. — Я просто направляю. — Направляет она, — фыркнул Костя. — Да она из меня верёвки вьёт. — И правильно, — одобрил Брагин. — Женщина должна мужчиной управлять. Тихо, незаметно, но эффективно. — Олег Михалыч, а вы свою жену так же строите? — спросил Куликов. — Я? — Брагин усмехнулся. — Моя жена мной управляет так, что я даже не замечаю. Думаю, что всё сам решаю, а на деле — всё как она хочет. И ведь счастлив! — Это называется любовь, — сказала Ира. — Это называется мудрость, — поправил Брагин. — Женская мудрость. После обеда работа продолжилась. Куликов, воодушевлённый похвалой, взялся за грунтовку и умудрился замазать не только стены, но и пол, и собственные штаны. — Серёга, ты чего творишь? — всплеснул руками Костя. — А что? Я стараюсь, — невозмутимо ответил Куликов. — Ты стараешься, но не туда, — засмеялась Ира. — Давай-ка я тебе покажу, как валик держать. Она подошла к нему, поправила руки, показала движение. Куликов послушно повторил, и на этот раз грунтовка легла ровно. — О, работает, — удивился он. — Ирина Алексеевна, а может, вас к нам в бригаду нанять? — Я дорого стою, — усмехнулась она. — Оплата — шашлыком и пожизненным обслуживанием. — Дороговато, — вздохнул Куликов. — Придётся самим. Часть 7. Вечерние итоги К вечеру комната Ильи приобрела почти готовый вид. Стены были гладкими, прогрунтованными, ждали только финишной краски и акцентного панно. Пол был застелен плёнкой, мебель ещё не завезли, но уже чувствовалось — здесь будет уютно. Брагин и Куликов, уставшие, но довольные, сидели на табуретках и допивали чай. — Ну что, мужики, — сказал Костя. — Спасибо огромное. Без вас бы не справились. — Справились бы, — отмахнулся Брагин. — Но с нами веселее. — И главное — шашлык будет, — напомнил Куликов. — Будет, — пообещала Ира. — Как только закончим — шашлык на даче у Шуры. И баня. — И баня? — оживился Куликов. — Тогда я завтра с утра как штык. — Завтра, Серёжа, — поправил Брагин. — Если силы будут. А то после сегодняшнего дня я уже не уверен. — Олег Михалыч, вы же у нас крановщик, — поддел Куликов. — Крановщики народ живучий. — Крановщики — да, а я уже просто пожилой хирург, — вздохнул Брагин, поднимаясь. — Ладно, пойду я. Жена заждалась, наверное. — Передавайте привет, — сказала Ира. — Передам, — кивнул Брагин. — И вам, Ирина Алексеевна, удачи с ремонтом. И с этим, — он кивнул на Костю, — товарищем. — Справлюсь, — улыбнулась она. Когда гости ушли, Костя и Ира рухнули на диван. — Я никогда так не уставала, — простонала Ира. — У меня всё болит. Даже то, что не болело вчера. — А у меня, — ответил Костя. — Но это хорошая усталость. Мы сделали большое дело. Ещё пара дней — и комната будет готова. — Пара дней, — эхом отозвалась она. — И Илья вернётся. — Илья вернётся в новую комнату, — Костя притянул её к себе. — И будет счастлив. — А мы? — А мы будем счастливы вместе с ним. Часть 8. Ночной разговор Ночью они лежали в постели, обнявшись. За окном шумел город, а в комнате было тихо и спокойно. — Кость, — вдруг сказала Ира. — А знаешь, мне сегодня снова понравилось. — Что именно? — Всё. Ремонт, твои друзья, даже то, как ты ревновал меня к Брагину. — Я не ревновал, — буркнул он. — Я просто обратил внимание. — Ага, — усмехнулась она. — Обратил он внимание. У тебя аж губка из рук выпала. — Не выпала. — Выпала. Я видела. Костя вздохнул. — Ладно, ревновал. Но ты же сама сказала, что он бабник. — Он и есть бабник, — подтвердила Ира. — Но это не мешает ему быть отличным хирургом и хорошим другом. И ты это знаешь. — Знаю, — согласился Костя. — Просто... ты для меня слишком важна. Чтобы я спокойно смотрел, как кто-то на тебя пялится. — Никто на меня не пялится, — успокоила она. — А если и пялится — мне плевать. Я с тобой. Он поцеловал её в макушку. — Я тебя люблю. — Я тоже тебя люблю. А теперь спи. Завтра красить стены. — Жесть, — простонал Костя. — Я лучше сто операций сделаю, чем ещё один день ремонта. — Ничего, привыкнешь, — улыбнулась она. — Осталось всего ничего. — Всего ничего — это сколько? — Дня три-четыре. — Господи, — выдохнул он. — Дай мне сил. — Я тебе дам, — прошептала она, прижимаясь крепче. — Я же рядом. Они уснули, прижавшись друг к другу, и во сне Ира улыбалась. Завтра был новый день новой жизни. И новый этап ремонта.