Змеиное братство

      Утром восьмого дня Том проснулся от пронизывающего холода.       Ноябрьское утро выдалось особенно прохладным — морозным, колючим, пробирающим до костей. Окна изнутри покрылись плотной изморозью, а дыхание превращалось в белые облачка пара. Том натянул тонкое одеяло до самого подбородка и скосил глаза на угол.       Гарри лежал свернувшись в тугой комок и крупно дрожал. Выданное миссис Коул одеяло — дырявое и застиранное до состояния марли — наполовину сползло на пол.       Мальчишка отчаянно пытался согреться, обхватив себя руками, но его била непрекращающаяся лихорадка.       Том смотрел на это, и внутри снова заворочалось то самое раздражающее, непрошеное чувство.       «Оставь его. Это не твоя проблема».       Но Реддл уже начал действовать. Том откинул одеяло, босиком подошел к комоду и вытащил из ящика свою вторую рубашку — старую, с заплатками на локтях, но плотную, шерстяную. Он подошел к углу и небрежно бросил её на Гарри.       Мальчик вздрогнул и открыл глаза. Огромные, усталые от недосыпа, они смотрели на Тома с привычным настороженным недоумением.       — Тебе холодно, — резко бросил Реддл. — Надень. И подбери одеяло, оно не кусается. Мне не нужен сосед, который умрёт от воспаления лёгких и привлечёт сюда врачей.       Гарри медленно сел. Его пальцы дрожали, когда он сжал шерстяную ткань. Он перевёл взгляд с рубашки на Тома, губы разомкнулись, словно для ответа, но звука не последовало.       Вместо этого Поттер быстро, судорожно кивнул и натянул рубашку поверх своей одежды.       Том в тоже мгновение развернулся, не дожидаясь благодарностей, и шмыгнул обратно в постель, отвернувшись к стене.       Мельком Реддл чувствовал, как Гарри плотнее укутывается в кокон из шерсти и старого одеяла, как его дрожь постепенно стихает, сменяясь ровным дыханием.       «Слабость, — прошипел внутренний голос. — Ты становишься слабым».       Том стиснул зубы, приказывая себе уснуть. Но, к сожалению, не спалось. В груди нарастало странное, упрямое удовлетворение от того, что его приказ был исполнен.

* * *

      Днём, когда они держали путь на обед, случилось то, чего Том никак не мог предвидеть.       Коридор второго этажа был узким и вечно сумрачным, с облупившейся зелёной краской и предательски скрипучими половицами. Гарри следовал за Томом, как тень — бесшумно, осторожно, стараясь слиться со стенами. Реддл уже почти добрался до лестничного пролёта, когда позади раздался глухой удар и сдавленный вскрик.       Он резко обернулся.       Билли Стаббс возвышался над Гарри, который лежал на полу, рефлекторно прижимая руку к ушибленному боку. Лицо Поттера было смертельно бледным, губы сжаты в тонкую белую линию. Не было ни слёз, ни просьб о помощи. Только пустой, застывший взгляд снизу вверх.       — Ой, прости, Поттер, — протянул Билли с наглой, кривой ухмылкой. — Я тебя не заметил. Ты такой мелкий.       За его спиной неуверенно хихикнули Деннис Бишоп и Эми Бенсон — приютские подпевалы, привыкшие самоутверждаться за счёт тех, кто был слабее.       Том остановился на полпути к лестнице. Внутри мгновенно проснулось и заворочалось нечто холодное, тёмное и очень голодное.       «Это не твоё дело, — шепнул холодный рассудок. — Пусть разбирается сам».       Но другая часть Тома — та самая, что бесилась при виде синяков на чужой спине, — властно требовала вмешаться. Поттер был в зоне его ответственности.       Гарри начал подниматься — медленно, опираясь ладонью о стену. Билли тут же снова толкнул его в грудь. Резко и сильно. Мальчишка рухнул обратно, больно ударившись затылком о деревянную панель. В зелёных глазах промелькнула вспышка — боль? страх? — но Поттер не проронил ни звука.       — Что такое, Поттер? — Билли издевательски навис над ним. — Ты слишком слабенький? Или ты думаешь, что твой новый дружок Реддл тебе поможет?       Том сделал абсолютно уверенный шаг назад. К ним. Его лицо оставалось маской идеального, пугающего спокойствия.       — Убери от него свои руки, — тихо произнёс Реддл.       Билли почти тотчас обернулся. Ухмылка на его веснушчатом лице расширилась, но взгляд блуждал.       — А, вот и он. Защитник убогих. — Стаббс картинно скрестил руки на груди. — И что ты мне сделаешь, Реддл?       — Я сказал, — повторил Том ещё тише, понизив голос до змеиного шипения, — убери от него свои руки.       Было что-то в его тоне — в этой ледяной, потусторонней интонации, — от чего всем стало не по себе. Стих даже скрип половиц. Билли уставился на Тома, и спесь начала медленно исчезать с его лица, уступая место первобытному страху.       — Ты... ты меня не пугаешь, — попытался огрызнуться он, но голос дал петуха.       Том сделал ещё один тихий, но абсолютно уверенный шаг вперёд. Его глаза — серые, бездонные и холодные как январское небо — впились в Стаббса.       — Если ты ещё раз к нему прикоснёшься, — каждое слово падало, как камень в спокойную воду, — то ты пожалеешь об этом. Возможно, не сегодня. И, возможно, не завтра. Но однажды ты проснёшься и поймешь, что что-то пошло не так. Может, исчезнет твоя любимая вещь. Может, ты найдёшь что-то или кого-то мёртвого. А может... — Том грациозно наклонился ближе, и Билли инстинктивно отшатнулся, — может, ты просто увидишь нечто в темноте. Нечто, что будет шептать твоё имя, пока ты не сойдёшь с ума.       Повисло полное безмолвие.       Билли смотрел на него выпученными от страха глазами. Эми Бенсон тихо заскулила, закрывая рот обеими руками. Деннис Бишоп стоял как парализованный.       — Ты... ты больной псих, — выдохнул Билли.       Том усмехнулся — одними уголками губ, без капли юмора.       — Возможно. Хочешь проверить?       Секунду Билли затравленно озирался, а затем резко развернулся и бросился почти бегом прочь по коридору. Эми и Деннис рванули за ним, даже не оглядываясь.       Том смотрел им вслед, пока их шаги не стихли на лестнице. И лишь затем неторопливо повернулся к Гарри.       Мальчишка всё ещё сидел на полу, прижимаясь спиной к стене. Он смотрел на Тома снизу вверх, но теперь сквозь привычную настороженность в зелёных глазах пробивалось нечто иное. Потрясение? Признание силы? Но Тому было плевать на этом.       — Вставай, — скомандовал он. — Из-за тебя стынет обед.       Гарри послушно поднялся, цепляясь рукой за стену. Он приоткрыл губы, собираясь что-то сказать, но Том уже развернулся и направился к лестнице.       — Иди за мной, — бросил Реддл через плечо.       Позади послышался лёгкий топот шагов. Гарри снова следовал за ним. Но теперь эти шаги звучали чуть твёрже. И чуть ближе.       А внутри Тома мрачно, но удовлетворённо сворачивалось клубком осознание: он защитил своего. Даже если со стороны это выглядело как слабость.