Дело Адель

      Громкая музыка обволакивала клуб. Диджей играл популярные треки, разогревая аудиторию перед масштабным концертом.       Мы с Зеном стояли на балконе, в вип-ложе, смотря сверху вниз на заполненный танцпол. Я попросила его сделать мне несколько фотографий, которые потом рисковали оказаться в историях инстаграма, а после притянула его к себе, снимая селфи. Зен корчил рожицы, а я показывала язык, чувствуя себя безгранично счастливой.       Честно говоря, я долго убеждала себя перед выходом, что это обычное свидание, а потому джинсы и футболка-мерч любимой группы — отличный вариант для похода на концерт. Однако, в последний момент меня все же сорвало на юбку, высокие кожаные сапоги и кружевную ленточку, которой я обвязала хвост с накрученными локонами. Надела любимые украшения, кольца. Мне до жути хотелось произвести на Зена впечатление. И, судя по его реакции — у меня получилось.       Когда все началось, я с восторгом прижалась к балюстраде, смотря на любимчиков восхищенным взглядом. После короткого представления заиграла первая песня из нового альбома — одна из моих любимых — Serotonin. Их песни о любви всегда отзывались в груди бешеным ритмом сердца. А сейчас, когда мелодия и голос сливаясь воедино, обволакивали тело и душу, я кажется вообще растворилась в эйфории.       Зен подошел ко мне ближе, приобнимая со спины за талию. Я опустила руку на его ладонь, некрепко сжимая, и тихонечко танцевала, наслаждаясь объятиями, ароматом вишневых духов и любимыми песнями.       Все показатели сошлись в один миг, позволяя мне испытать невероятный экстаз.       Тихий голос Зена подпевал песни, мурча их мне на ухо. И эта деталь стала для меня значимой — еще вчера он говорил, что вообще не знаком с группой и не слышал ни одного их трека, а сейчас, он наизусть поет со всеми текст Chemicals, как будто сам же его и написал.       Его подход к такому не мог не удивить.       Завершать концерт Normandie решили лирикой. Мягкий мотив располагал. Голова Зена опустилась на мое плечо. Его руки крепче прижали меня к себе. Наши щеки соприкоснулись. Он медленно раскачивал меня из стороны в сторону, имитируя танец. Я запрокинула голову назад, широко улыбаясь.       Ощущение близости… Я так давно не чувствовала чего-то столь дурманящего. Как будто и не представляла, что в жизни вообще может быть нечто подобное. Такая приятная уловка судьбы. Череда случайных встреч привела меня в нужный момент туда, где я оказалась поистине счастливой. Удивительно, как судьба иногда сводила раненные сердца.       Зен смотрел на меня своими топазовыми глазами, а я таяла от того, сколько в одном этом взгляде было чувств.       Когда я решилась рассказать про Зена маме сегодняшним утром, она отреагировала на наши встречи скептически, одаряя меня десятком вопросом. После определенных событий, она стала подходить к окружающим ее и меня людям с опаской. Во всех искала подвох, держала дистанцию и все в таком духе.       Рассказав маме о сегодняшнем походе на концерт, мама бросила мне фразу, вполне в ее духе — ты уверена, что он не маньяк? может он специально тебя заманивает, чтобы что-нибудь с тобой сделать? — я лишь посмеялась ее подозрениям. Зен ведь полицейский. Он не мог быть маньяком или кем-то вроде того.       Да и не слишком ли долгий и сложный путь для того, чтобы заманить кого-то в свои цепи?       Рядом с Зеном я чувствовала себя спокойно. Он был выше меня почти на целую голову, обладал широкими плечами, крепкими мышцами. Один его вид внушал уверенности. Он точно сможет защитить, если что-то случится. Уверена, что подготовка в военной школе привила ему ещё десяток качеств, в виде ловкости, выносливости и быстроты. На него можно было положиться.       Концерт закончился, а чувства в груди продолжали пылать. Люди потихоньку разбредались, а мы с Зеном продолжали стоять на балконе.       Я танцевала, наугад напевая любимые строки, а Зен снимал меня на видео, забавно его комментируя.       На улицу мы вышли держась за руки. Зен хотел угостить меня горячим глинтвейном, но я была против. Уж слишком много его финансов было потрачено на меня. Он немного покряхтел, но позволил мне оплатить согревающие напитки самостоятельно, чтобы скрасить прогулку до моего дома.       Снег пушистыми хлопьями падал с неба заменяя собой звезды. Чарующий вечер в компании приятного человека.       — Как тебе концерт? — Зен поправил шарф на моей шее, смахивая с шапки снежинки.       — Это было восхитительно! Поверить не могу, что несколько лет сдерживала себя абсолютно глупыми отговорками! Спасибо тебе, огромное! — я крепче сжала его ладонь под гнетом чувств.       — Ваш покорный рыцарь рад служить вам, Ваше Высочество, — улыбка украсила его уста, заставляя меня невольно залюбоваться чертами мужского лица. Он был каким-то неземным.       — Все еще рыцарь? — я усмехнулась. — Не хочешь вырасти до звания Принца?       — Думаешь, уже пора? — я едва заметно растерялась, продолжая улыбаться. — Тогда, следующее свидание с тебя.       — Чего-о? — я зарделась, возмущенно уставившись на Зена.       — Буду с нетерпением ждать этого. — он ущипнул меня за нос. Я нахмурилась. — А пока, расскажи-ка мне, что там с твоей статьей?       — О! — я хлопнула в ладоши, потирая варежки друг о друга. — Всем очень понравилось! Мне даже премию пообещали за нее. А еще, сказали, что если наберем нужное количество просмотров, то сделаем отдельную рубрику, с криминальными подкастами, которую я буду вести. Ты можешь себе представить?! Я до сих пор в шоке!       — Поздравляю. — Зен потрепал меня по голове, натягивая шапку мне на глаза, дурачась.       Я задрала голову, через щели смотря на Зена, и едва не поскользнулась, шагая в слепую вперед.       — На тебя сила притяжение сильнее что-ли действует, чем на других? Ты чего всегда вниз стремишься?       — Спасибо! — я ухватилась руками за его плечи, принимая устойчивое положение. — В который раз уже меня спасаешь.       — Да ладно тебе, не преувеличивай.       — Я серьезно! Если бы не ты, я бы уже давно в углу умирала от глубокой депрессии. — Зен остановился, заглядывая мне в глаза. Брови его изогнулись волной, требуя объяснений. — Переживаю первый осознанный кризис. Кажется, будто делаю не то, живу не так, люблю не тех. — я допила глинтвейн и выбросила стаканчик в урну. Зен повторил за мной. — Ты заставляешь меня верить в то, что это не так.       — А кого любишь?       — Что значит, «кого люблю»?       — Ну, ты говоришь «люблю не тех». «Не те», это кто?       Я в удивлении хлопала ресницами. Конечно, речь шла об Атори, но я почему-то замешкалась, почувствовав странную ноющую боль в грудной клетке, а после со всей силы дернула Зена за шапку, точно так же закрывая ему обзор.       — А тебе все возьми, да скажи! Секрет! — я зашагала вперед, бросаясь убегать.       Зен, быстро сориентировавшись, бросился за мной. Он похлопал меня по плечу, потянул на себя, и мы, не устояв на ногах, оба рухнули в сугроб.       Снег продолжал падать хлопьями. Город мерцал яркими огнями. А внутри, весенним приливом расцветали бутоны пионов.       — Ты что творишь? — я повернулась к Зену, громко смеясь.       — Спасаю тебя от затяжной депрессии.       — Дурак,       — Не дурак, а Ваше Высочество! Сама повысила меня в звании!       Я толкнула его в плечо, заливаясь смехом.       Обычный вечер обернулся парадом ярких фейерверков.       Я пыталась подняться на ноги, но Зен вновь толкал меня в сугробы, делая из моей куртки снеговика — снег был везде: в сапогах, капюшоне, карманах. Мы дурачились, петляя по дорожке, пока его вопрос в очередной раз не застал меня врасплох.       — А что там со вторым твоим расследованием?       — Расследованием? — я сперва не сразу даже поняла, что он имеет в виду. Брела по тротуару, вытряхивая снег, и пыталась не упасть на обледеневшем асфальте.       — Ну, ты говорила, что уже пишешь о каком-то криминале.       — А? Да разве это криминал? Разгадываю тайны местных легенд. Всего-то. — я сболтнула первое, что пришло в голову, стараясь выглядеть по-прежнему невозмутимой.       — Например?       — Ну, сейчас вот разгадываю историю о таинственной невесте, пугающих людей на пристани Темзы. Слышал о таком?       — Разве это не просто выдумка? — в глазах Зена мимолетно проскочило какое-то разочарование. Он явно ожидал другого ответа.       — Вот это я и пытаюсь выяснить. Звучит глупо, но моя мама говорит, что видела ее. И, пока ты не успел выкинуть какую-нибудь глупую шутку, — я указала на Зена пальцем. — Скажу, что мама моя находится в трезвом уме и выдумывать такие небылицы просто так никогда бы не стала.       — Пф-ф-ф, какого ты обо мне мнения?       — Самого наилучшего. Разве не очевидно? — Зен затормозил, а я в недоумении на него уставилась, совершенно не замечая дверь собственного дома, за спиной. — Ой,       — Что ж, Принцесса. Рад был провести с тобой этот вечер. Надеюсь, следующая наша встреча не заставит себя ждать. — Зен убрал руки в карманы, смотря куда-то в сторону. Пара его светлых прядей торчала из-под шапки, переливаясь серебром в свете ярких уличных фонарей. В огромном зимнем пуховике и широких синих джинсах, он выглядел уютно, несмотря на окружающих холод, свойственный данному времени года.       — Спасибо тебе огромное, — в очередной раз поблагодарила я Зена, проворачивая ключ в замочной скважине. — Не знаю, когда последний раз так хорошо проводила с кем-то время.       Уголки его губ приподнялись в легкой улыбке. Он склонил голову набок, пошевелив кончиком покрасневшего от холода носа. И в этом его виде, я ощутила волну острой необходимости в том, чтобы стать к нему чуточку ближе.       Разум перекрыла белая пелена, вынуждая меня наклониться вперед. Руки в пушистых варежках легли на мужские скулы. Привстав на носочки, я коснулась губами уст Зена, утопая в ярком аромате кислой вишни. Всего пару секунд.       Я отстранилась так же внезапно, как и поцеловала его, встречаясь взглядом с полными растерянности топазовыми глазами. Как будто я сделала что-то такое, чего делать было нельзя.       — Прости! — щеки вспыхнули алым румянцем уже не от холода. — Я думала, что это… — продолжение глупого извинения растворилось в воздухе. Зен шагнул вперед, сокращая между нами дистанцию. Мы вновь слились губами в поцелуе. Уже не таком скромном. Я прижалась спиной ко входной двери, не сумев удержаться на ногах от накатившего жара.       Наши губы сплетались между собой. Сначала медленно, пробуя друг друга на вкус, а после — жестче, с намеком на нечто большее, чем пара простых поцелуев на прощание.       Зен отстранился, заглядывая мне в глаза, словно задавая вопрос. В ответ этому, я на ощупь дернула ручку, позволяя коридорному мраку поглотить наши тела.       Куртки рухнули на пуфик в прихожей. Обувь суматошно свалилась на коврик, позволяя нам пройти в глубь дома, не разрывая поцелуй ни на секунду.       Его руки требовательно скользили по моему телу. Холодные пальцы нырнули под футболку, вызывая мурашки на теплой коже. Мужские губы коснулись шеи. Я вздрогнула, шумно выдыхая.       Все тело обдало языками пламени.       Машинально пятясь в темноте, мы оказались в ванной. Зажглись бледные огни светодиодной ленты, приятным сиренево-голубым светом.       Моя футболка рухнула на пол. Следом полетела толстовка Зена. Прелюдии оказались лишними. Желание превышало, отказываясь от ненужных ласк. Кружевной лиф ловким движением мужских пальцев скользнул по плечам, падая у ног вместе с ленточкой, распуская волосы. А дальше и вся остальная одежда легла тряпками на ворсистый ковер.       Включился кран. Вода шумно разбивалась о дно ванны, пузырясь. Аромат мужских духов дурманил сознание. Я вела дорожку поцелуев от сонной артерии к его ключицам, пальцами спускаясь ниже, по рельефному телу.       Зен поднял меня на руки, опуская в бурлящий водопад ногами. Озябшую кожу стоп обожгло теплой водой. По коже побежали мурашки, вынуждая меня рвано выдохнуть.       Зен коснулся руками моей талии, скользя к ягодицам. Обнаженные тела соприкоснулись.       Переключив режим с крана на душ, нас окатило прохладной водой. Температура быстро сменилась, возвращая тепло.       Влажные волосы прилипали к лицу и шее. Капли воды очерчивали силуэты, заставляя любоваться отблесками светодиодных огней, отражающихся в прозрачной воде, скользящей по телам.       Прикосновения стали грубее. Требовательнее. Оттягивать близость более не имело смысла.       Губы сливались изгиб в изгиб, языки переплетались, пока тела сливались воедино.       Эйфория проникла в каждую клеточку организма. Рваные дыхания, стоны, хрипы — стали единым целом, заполняя пространство ванной комнаты.       Зеркало запотело, позволяя каплям стекающим по нему, рисовать витиеватые узоры.       Перед глазами замелькали звездочки. Тело зашлось приятной судорогой. Имя Зена слетело с губ последним поцелуем, позволяя мне обмякнуть в его руках.       Сознание затуманилось. Мне потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя и зардеться от смущения. Благо, в полумраке бледных светодиодов этого не было видно.       Смыв с себя остатки откровений, я укуталась в любимый халат, предлагая Зену чистое полотенце.       Он принялся вытирать светлые волосы, открывая взору рельефный торс. Я старалась смотреть в другую сторону, но получалось сомнительно.       Собрав с пола свою одежду, Зен принялся разглаживать ее.       — Ты не останешься? — тоска проскользнула в моем голосе, касаясь надеждами его кожи.       — А ты хочешь, чтобы остался?       — Хочу, — не думая ответила я. — Ты работаешь завтра?       — Выхожу в ночной патруль.       Я улыбнулась удачному стечению обстоятельств, выныривая в коридор. Влажные волосы осьминожьими щупальцами разметались по плечам.       — Дай, я постираю.       — Хочешь, чтобы я спал раздетым?       Я смущенно толкнула Зена в грудь. Неужели он думает, что мне нечего ему предложить в качестве пижамы?       Зен сложил стопочкой свои вещи на краю ванной и вышел за мной. Пара кружек горячего шоколада и просмотр второй части Аватара выступили в продолжении ночи. Я выдала Зену свои баскетбольные шорты, на несколько размеров больше, чем носила обычно. Они пришлись ему в разы лучше, нежели мне. Вероятно потому, что были как раз.       Удобно устроившись на кровати, я время от времени поглядывала на Зена, словно пытаясь убедить себя в том, что все происходящее — не сон, а реальность. На автомате я гладила его по рукам, прижимаясь к нему всему телом, пока не почувствовала от чего безграничную усталость. Веки стали тяжелыми, и я, не в силах сопротивляться, провалилась в сон, ощущая редкие поцелуи на собственной макушке.

***

      Острое чувство жажды выдернуло меня из лап сладкого сна. Поднявшись с кровати я медленно побрела к лестнице. Спустившись на первый этаж, залпом осушила стакан воды, отставляя его в сторону. Приятная ночная прохлада, витающая по дому, касалась кожи. Захотелось поскорее вернуться в спальню, чтобы ощутить тепло мягкой постели и продолжить сон, прячась от зимних отголосков, пытающихся проникнуть в комнату.       Убрав стакан обратно в шкафчик, я собиралась идти наверх, но несколько повременила, услышав тихий стук.       Только сейчас я вспомнила, что находилась дома не одна. Может, Зен спустился за мной? Я глянула в окно. Глубокая ночь. Чего нам обоим только не спится?       Взгляд скользнул по столу, замечая упаковку таблеток. Глаза пробежали по надписи, вынуждая меня встревоженно поморщиться. Снотворное. Я частенько принимала его, когда мучали кошмары, однако сегодня, могла поклясться, что не доставала эти таблетки из аптечки.       Я помотала головой, пытаясь разогнать все наваждения. Это же просто бред.       Выйдя в коридор, я резко замерла, прислушиваясь. Звуки доносящиеся из глубин дома не были похожи на шаги. Скорее, это было…       Сердце рухнуло вниз. Паника мгновенно сковала тело.       Я слышала, как клочьями разрывалась бумага, как шелестели газетные листы.       — Нет… — под ребрами заныло.       Моля всех богов, чтобы мои догадки оказались ложными, я тихонечко подошла к лестнице, с безграничной обидой замечая лучик света, проникающий из щели приоткрытой двери, ведущей в гардеробную.       Этой щели было достаточно, чтобы разглядеть Зена, роющегося в документах, написанных мною от руки.       У меня внутри все перевернулось. Теперь стало ясно, почему он расспрашивал меня о статьях, которыми занимаюсь. Почему возился со мной.       Все встало на свои места, разбивая мои розовые очки стеклами вовнутрь. Зен изначально обо всем знал. Специально сблизился со мной, пользуясь своим обаянием. Выцепил в клубной толпе, пустил пыль в глаза.       Я готова была разреветься от обиды, чувствуя, как все мое тело дрожит, теперь уже не от холода.       — Положи на место. — я постаралась произнести слова наиболее грубым тоном, на какой только была сейчас способна.       Зен вздрогнул, не ожидая, что его вот так поймают с поличным. Он замер, не поворачиваясь ко мне.       — Кто такая Адель?       Меня словно ледяной водой окатили. Зен стал первым человеком, посягнувшим на то, что никогда и никому нельзя было трогать.       — Я сказала, положи на место. — злость кипела под кожей. Я невероятно злилась, но не на Зена, а на себя. За то, что была такой наивной и глупой.       Стоило обо всем догадаться уже после первой встречи в клубе. Откуда Зен мог знать о моем расставании с Атории? — Он следил за мной. Поэтому наши «случайные» встречи так часто сводили нас друг с другом.       — Я слишком долго искал это. — Зен поднялся на ноги, беря с пола кипу моих задокументированных бумаг. Он ничего не объяснял, предпочитая молчать, и это молчание резало мое сердце острым лезвием. — Отойди.       Я перегородила ему путь. Выпускать его из дома с моими вещами я была не намерена.       — Отойди, — его голос сердитым басом коснулся моего слуха во второй раз, а после, груди коснулось дуло пистолета.       Зен достал его буквально из неоткуда. Холодный металл одним прикосновением заполнил мое тело страхом.       Зен взвел курок, и мне, ведомой ужасом, пришлось отойти в сторону. Я почувствовала, как немеют руки. Как бешено в груди бьется сердце.       — Мне жаль.       Он лгал. Плевать ему было и на меня и на то что между нами было. Иначе он бы он этого не сделал.       Зен прошел мимо, направляясь к входной двери, и я, под гнетом разбушевавшегося отчаяния, попыталась со спины броситься на него. Очевидно, что он ожидал чего-то подобного, потому что быстро развернулся, заламывая мои руки за спину. Зен вжал меня в стену, вынуждая больно удариться плечами и лбом, а после, быстро ушел, оставляя меня одну.       Лучше бы это все оказалось сном.       Всхлипнув, я опустилась на пол, сворачиваясь калачиком. Слезы утопали в высохших волосах. Страх цепями оковал стопы, не давая возможности подняться.       Если даже Зен узнал обо всем, то он тем более уже обо всем осведомлен.       И он придет за мной, как только подвернется шанс. Он заберет меня так же, как когда-то забрал Оши.       Моя бедная Адель.