В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 718 Напряжение, витающее в необычайно тихом помещении, казалось приобрело физическое состояние, а пятеро человек, включая одного юношу без сознания, казалось были не более, чем каменными статуями, замерев в неподвижных позах, и не издавая ни малейшего звука. Шух… — К-кажется всё… — Дрожащим, и смертельно уставшим голосом прошептала Цунаде, выглядя при этом неестественно бледной. — Уверена?.. — Безэмоционально переспросил Кеншин. — Д-да… — Собрав последние частицы оставшейся чакры, и в очередной раз проверив состояние пациента, кивнула она. Бум! В следующее мгновение, незримое давление внезапно пропало, а Кеншин, словно потеряв землю из-под ног, рухнул на твердый, мраморный пол, громко ударившись головой. Остановить его от болезненного, и унизительного падения было попросту некому, ибо все присутствующие истратили практически все свои силы, и держались на ногах лишь усилием воли, ибо сложность операции по пересадке легендарного Тенсейгана, в несколько раз превзошла их ожидания. Пуф! Осознав, что все кончено, следом за Кеншином рухнула и до смерти уставшая Кохару, смягчив себе падение его мягким телом. Лишь Цунаде и Конан, из последних сил сохраняли сознание, но даже их живучести не хватило на компенсацию всех моральных, и прежде всего энергетических затрат. А по сему, спустя несколько минут, все пятеро человек в комнате оказались без сознания. ***** — Прошло уже шесть часов… Я волнуюсь… — Всхлипнула Макото, и вновь прижалась к груди лучшей подруги. — Я тоже… — Вздохнула Карин, погладив ее по голове: — Но сейчас мы можем только ждать. Ждать, что наш с тобой муж, в очередной раз явит нам настоящее чудо! *Всхлип* — Т-ты правда т-так думаешь?.. — С надеждой в голосе всхлипнула Макото. — Конечно! Кеншин сделает все, что в его силах! Он безумно любит Пятьдесят Седьмого, и не пошел бы на такой риск без полной уверенности в успехе. Ты должна верить, Макото! Кеншин говорит, что Вера — сильнейший инструмент в руках каждого человека! — Х-хорошо! Ты права! — Решительно шмыгнула носом Макото, и сжав кулачки, уставилась в направлении большого грузового лифта, ведущего в подземелья Клана Накаяма. ***** Открыв уставшие глаза, и с трудом подняв каменные веки, Кеншин моментально раскинул свое «Духовное Чувство», и осмотрел не только помещение, но и свое текущее состояние. — Что случилось?.. — Удивился он, взглянув на право. С правой стороны от него, на идентичной медицинской кровати лежал Пятьдесят Седьмой. Однако первый же взгляд в сторону его забинтованной головы, напомнил Кеншину обо всем, что произошло. — Помолчи, ты всех разбудишь… — Устало вздохнула Цунаде, погладив его по щеке. — Т-твоя рука!.. — Ошеломленно дернулся он, ощутив шероховатость ее кожи, которой не должно было быть. — Кажется, я слегка перестаралась… — Криво усмехнулась она, от чего морщины на ее постаревшем лице, стали еще более заметными. В это мгновение, Кеншина словно ударила молния, а сознание приобрело невиданную ясность. Осознав, что страшнейший кошмар одной из самых любимых жен воплотился в реальности, он немедленно поднялся на ноги, и встал напротив нее. — Я не хочу, чтобы ты смотрел… — Отведя глаза, прошептала она. — Помнишь, я обещал тебе вечную молодость?.. — С нежностью в голосе прошептал он, и прикоснулся к ее щеке, на что Цунаде едва заметно кивнула. — Моя способность не идеальна, и не может дать ее в полной мере… Однако, я не забывал о данном обещании ни на день. — Не отводя взгляда, и нисколько не стесняясь ее глубоких морщин, любящим голосом сказал Кеншин, после чего провел правой рукой по всему ее лицу. Шух… Словно в сказке, в долю мгновения, все морщины на лице Цунаде разгладились, а кожа приобрела былую эластичность и яркий, румяный цвет, оставив ее в полнейшем шоке и ступоре. — Ах! — Всхлипнула она, и невольно по ее щекам потекли слезы: — Н-но как?! — Так уж вышло, что возвращать смертным молодость, это одна из моих специальностей… — Ухмыльнулся он, и обнял обрадованную женщину. ***** Прежде, чем выйти наружу, и обнародовать результаты операции, Кеншин решил привести в порядок не только себя, но и измотанных женщин, что не жалея своих сил, старались на благо его сына. Он очень ценил столь рьяную самоотдачу со стороны Цунаде и Кохару, и пообещал себе сполна отплатить за их старания. Однако, если они являлись членами его семьи, и так или иначе находились под действием чар системы, то самоотверженность Конан многократно превысила его ожидания, и это не могло не изменить его отношения к ней. — Ммм… Ч-что ты делаешь?! — Открыв глаза, охнула Конан. — Не волнуйся. Это позволит вам всем быстрее набраться сил… — Мягким тоном прошептал Кеншин, и продолжил вливать Пси в их тела, изгоняя вредные микро-элементы из их мышц и внутренних органов, параллельно насыщая кровь кислородом, и укрепляя истощенные каналы чакры. — Все в порядке. Доверься ему… — Устало прошептала Кохару, заметив пристальный и взволнованный взгляд своей помощницы, и по совместительству хорошей подруги. Кеншин только и мог, что с улыбкой покачать головой, после чего, завершив терапевтические мероприятия, подошел к лежащему без сознания, виновнику всего «торжества» Шух! В следующее же мгновение, его могущественная душа восстала из физического тела, и нависла над Пятьдесят Седьмым, уставившись на него пристальным, пронзающим взглядом, от которого не могло скрыться ни что физическое, и ни что духовное. — Хм… — Послышалось недовольное хмыканье из уст замершего Кеншина. «Его душа слишком слаба, чтобы насильно пленить эти глаза…» — Неудовлетворительно подумал Кеншин, и с явным нежеланием принял единственно возможный в этой ситуации, план. ***** Бррр! Едва слышимый грохот в глубине шахты лифта, мгновенно всполошил всех людей в вестибюле, среди которых была не только большая часть жен Кеншина, но и многие из его сыновей, что в этот день не были заняты важными делами Клана или Империи. — Ах! Т-ты слышишь? К-кто-то поднимается! — Подскочив на ноги, воскликнула Макото, и в мгновение переместилась к створкам большого, грузового лифта. — Успокойся. Возьми себя в руки. — Гораздо менее радостным тоном сказала ей Карин, взяв подругу за руку. То, что операция могла закончиться неудачно — не было каким-то откровением для большинства людей. В особенности тех, кто был знаком со статистикой пересадки уникальных глаз человеку, не связанному с носителем кровными узами. Поэтому, единственной мыслью Карин в последние несколько часов, было смягчение психологического удара для Макото, в случае неудачи. Шух! Створки лифта едва слышимо раскрылись, и следующие мгновения для Макото и Карин, растянулись казалось на целую вечность. Их глаза судорожно цеплялись за малейшие зацепки в мимике и взгляде Кеншина, пока наконец не узрели улыбку на его лице. — К-Кеншин! — Задыхаясь прокричала Макото, и грубо вырвав свою руку из ладони Карин, устремилась к нему. — Все в порядке. Пятьдесят Седьмому ничего не угрожает. — Приобняв щуплую девушку, и разрыхлив ее пышные волосы, сказал Кеншин, после чего обратил взор на примчавшихся по его зову, Ичиро и Двадцать Первого. — Отец. — Синхронно заявили они, и уважительно поклонились. — До вечера найдите мне сотню душ. Не женщин, не детей, и не праведников. — Властно заявил он, одним лишь тоном давая понять, что этот вопрос более, чем серьезный. — С-сотню?! — Удивился Двадцать Первый, мгновенно осознав масштаб задачи. — Есть. — Отчеканил Ичиро, и одернув младшего брата, немедленно удалился. — Сотню душ… — Едва слышимо прошептала Карин, запоздало осознав количество людей, что окажется приговорено к смерти по воле ее отца. Однако, парадоксальным образом, эта мысль не только не вызвала в ней отвращения, но и какого-либо желания отговорить его от столь тяжкого решения.