В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 687 Время неспешно шло, и в рутине незаметно пролетело две недели. Клан Накаяма, и сам Кеншин в частности, не покладая рук делали все, что было в их силах на благо прогресса в достижении результатов основополагающих планов развития. После злополучного столкновения с Низшим Демоном, Кеншин решил временно не появляться в Царстве Хаоса, и сосредоточить все усилия на помощи женам и Пятьдесят Седьмому, в подготовке грядущей пересадки глаза. В этом вопросе от него зависело не многое, но полностью вникнув в медицинский и технический процесс операции по пересадке глаза, он мог контролировать ключевые этапы подготовки, и получил компетенцию в принятии итогового решения. Ключевой проблемой в пересадке глаз, и в особенности глаз с додзюцу, был фактор отторжения. И если в случае обычных глаз, отторжение могло быть сугубо физическим, то в случае додзюцу, отторжение так же носило не материальный характер. Осознание огромного множества различных нюансов, позволило Кеншину наконец понять истинную уникальность случая Хатаке Какаши, шансы на успешную пересадку шарингана которому, не превышали пяти процентов. В случае с Пятьдесят Седьмым, Цунаде могла значительно увеличить шансы на успех, и даже с учетом могущества Тенсейгана, гарантировала 50-70% вероятности на благоприятный исход, что совершенно не устраивало Кеншина, и привело их к ситуации некого «застоя», с беспрерывным совершенствованием методов, и повышением шансов на успех. Что еще сильнее могло повысить шансы на успех, так это повышение в ранге. Ибо сопротивляться и соответствовать могучей чакре Тенсейгана, будучи в ранге Джонина, было ни в пример сложнее, нежели противодействовать ей находясь в ранге Элитного Джонина. Таким образом, ему по большей части приходилось просто ждать хороших новостей от своих жен и детей, не имея возможности повлиять и ускорить этот процесс. Все, что ему оставалось делать — это сосредоточиться на других задачах. Одной из глобальных задач, отложенных в последнее время на последний план — было стратегическое планирование и внедрение реформ в Империи Накаяма, ибо с течением времени, готовность к переменам повышалась все сильнее, оказавшись в точке, когда перемены стали критически необходимым условием для сохранения целостности структуры всей Империи. За последние пол года Академия Накаяма смогла выпустить первую партию квалифицированных управленцев, с перечнем разнообразных навыков, и способностью в кротчайшие сроки освоить управление любой административной или промышленной единицей. Параллельно с Академией Накаяма № 1, ускоренную подготовку заканчивали так же Академии под номером 2,3,4 и 5. И хотя все это казалось незначительным на фоне размаха нынешних глобальных проблем и компетенций Кеншина, он старался уделить этому вопросу повышенное внимание, ибо две с половиной сотни выпускников пяти академий, при должном подходе могли бы обучить несколько тысяч студентов через год. Стараясь как можно меньше вмешиваться в локальные вопросы, не связанные с его прямой компетенцией, Кеншин тем не менее не стеснялся задавать и корректировать общий курс, позволив сыновьям, занявшим министерские должности, формировать собственные команды, и привлекать людей со стороны. Привлечение чужаков к управлению различными структурами, не являлось чем-то удивительным для элит этого мира, но практически всегда подобные меры имели локальный характер с множеством ограничений, основой которых было железное правило, воспрещающее давать полноту власти безродным и внеклановым чужакам. Подход Кеншина, с тем, чтобы привлекать в управление людей, не взирая на социальный статус и прошлые заслуги — был единогласно оценен в элитных кругах, как эксцентричное безумие получившего излишнюю силу, глупца. Тем не менее, Кеншин прекрасно знал насколько губительным для общего развития является фаворитизм, кумовство, и прямая коррупция. Избежать этого, будучи Императором и главой Клана Накаяма, чьи сыновья занимали все ключевые посты, было попросту невозможно, однако это не мешало ему стремиться к созданию самоподдерживающейся социально-политической системы, которая в последствии самостоятельно породит великих политиков, ученых, и даже военных. Одним из знаменательных и уникальных событий в этом направлении, стало делегирование полномочий взаимодействия с «Системой» людям, не являющимся членами Клана Накаяма. ***** Оглядываясь назад, Комамура Данро не мог поверить в тот головокружительный вираж, который совершила его карьера по пути из самого дна, на самый верх. И тот факт, что властный, представительный, и очень уважаемый Министр Тяжелой Промышленности Империи Накаяма, всего полтора года назад был незначительным кузнецом, не укладывался в голове не только у тех, кто знал его в прошлом, но и у него самого. Шух, шух, шух… Едва вернувшись из недавней рабочей поездки на север Империи, отдохнув всего час, Комамура был вынужден приняться за так не любимую им, бумажную работу, невольно фыркая, но продолжая скрупулезно заполнять генеральный отчет на имя единственного, кто имел законодательное право с него требовать. Тук, тук, тук! Внезапный стук в тяжелую, деревянную дверь потревожил покой грузного мужчины, от чего чернильная ручка в его руках слегка дрогнула, и оставила на белоснежной бумаге небрежную, черную кляксу. — Вот черт… Войдите. — Сдерживая зудящее недовольство, буркнул он. — Г-господин Комамура, к-к вам… — Заикаясь начал было его личный секретарь и помощник. — Что? Кто там, Нахио? Что ты мнешься, говори прямо! — Еще более раздраженно фыркнул Комамура. — Хм? Может быть позволишь мне пройти? — Удивленно поинтересовался до боли знакомый ему голос. — Ах! — Испуганно воскликнул Нахио, молниеносно отскочив в сторону, и принявшись активно кланяться. — В-вы?! Г-господин! — С широко раскрытыми глазами воскликнул Комамура, и подпрыгнул на ноги. — Брось, Комамура-сан. — Отмахнулся Кеншин, и прошел до свободного кресла, усевшись в него без спроса. — Оставь нас. — Бросив мимолетный взгляд на застывшего в проходе Нахио, заявил Кеншин. — Д-да, п-простите, господин! — Еще раз склонившись, воскликнул мужчина средних лет, и спешно скрылся за дверью. На несколько секунд возникла неловкая пауза, где Кеншин расслабленно сидел на удобном кресле, а Комамура пытался вспомнить предпосылки к причине визита самого Императора, аудиенцию которого месяцами не могли добиться главы очень крупных кланов. — Кхм… Что-то случилось, господин?.. — Не придумав ничего лучше, напрямую спросил он, почесывая затылок. — Случилось, Комамура-сан. — Кивнул Кеншин, и прежде чем тот успел подумать о чем-то плохом, улыбнулся и добавил: — Случилось то, что ты, и твое министерство от месяца к месяцу показываете феноменальные результаты, и самое важное — тебя для этих результатов совершенно не обязательно контролировать. В отличие от кое-кого… — О… Благодарю, господин. — Удовлетворенно кивнул Комамура, осознав, что поводом для посещения послужило не недовольство его работой, а совсем наоборот. Шух. — Взгляни. — С легким хлопком положив плотную папку на стол, сказал Кеншин. Комамура, сохраняя контроль и сдержанность, осторожно притянул ее к себе, после чего развернул, и принялся внимательно читать. С каждым прочитанным словом, его лицо изменяло свое выражение, а последнее предложение и вовсе выбило из него весь самоконтроль. — Ч-что?!.. — Выпучив глаза, воскликнул он: — К-контроль над стратегическим резервом?.. В-вы уверены, господин?.. — Более, чем. — Кивнул Кеншин: — Ты уже показал себя, как преданного и ответственного управленца. Лучшего человека на должность министра тяжелой промышленности, просто не найти… И в то же время, с тем количеством проектов, что находятся под твоей юрисдикцией, доступ к Стратегическому Резерву, просто необходим. Внедренный им термин «Стратегический Резерв» был необходим для бюрократической документации, и обозначал доступ к ресурсам «Убежища», о чем, впрочем, за пределами Клана Накаяма знало очень мало людей. — Хм?.. Соглашение о неразглашении?.. — Удивился Комамура, впервые увидев подобную строчку. — Именно, Комамура-сан. То, что вы узнаете — должно быть сохранено в строжайшем секрете. — С благостной улыбкой кивнул Кеншин, и добавил ледяным тоном: — В противном случае… Впрочем, лучше вам даже не знать, какая судьба уготована изменникам первой категории. — Я… Я понимаю… — Тяжело задышав, ответил бывший кузнец, и не взирая на свои габариты, почувствовал себя крохотным мальчишкой на фоне гиганта, способного раздавить его, словно таракана.