Вкус твоих чувств

Когда Ризли закончил свой рассказ, в комнате на долгое время воцарилась гробовая тишина. Пока его гость молча переваривал полученную информацию, герцога разрывало изнутри. Было очень тяжело на душе. Все эти годы он держал это в себе и особо не распространялся о своём прошлом с кем-то из знакомых. На суде ему никто не верил, в том числе и адвокат. Обожаемый и почитаемый Архонт, символ правосудия, и вовсе отвернулась от него. В Меропид у него не было человека, которому можно было бы так легко открыть душу. Однако, Нёвиллет стал исключением из правил. Гидросущество может считывать эмоции людей и отличает правду от лжи. Он не станет разбрасываться нелепыми обвинениями или ставить под сомнения сказанное. И он точно тот, кто имеет полное право знать правду, ведь она касается его маленьких подруг. Но всё же то, как эта информация повлияет на отношение дорогого гостя – удручающая загадка. Они еще мало знакомы, чтобы понимать как гидросущество отреагирует на это и какие выводы сделает. Вдруг он затаит обиду, рассердится и вовсе исчезнет из жизни герцога. Станет избегать и строго запретит мелюзинам даже приближаться к нему - к убийце, к никчёмному человеческому отродью. Ризли стало вдвойне паршиво на душе. Он не хочет портить только налаживающиеся отношения с собеседником. Не хочет лишаться общества прекрасных существ, так ярко скрашивающих его жизнь. Он упрямо смотрит себе под ноги, боясь поднять глаза. Он опасается того, что может там увидеть. Но на удивление герцога, Нёвиллет мягко взял его за руку и стал успокаивающе поглаживать. - Мне очень жаль, что тебе пришлось пережить всё это… - Прости, твоих малышек не было среди тех, кого я смог освободить. - Не вини себя за чужие злодеяния. Ребёнок не смог бы противостоять в одиночку такой огромной силе. Ты искренне пытался спасти всех этих несчастных существ, я верю тебе. Приятное пробирающее чувство. Тягучий камень, поселившийся в душе Ризли растрескался от утешающих слов. Ему верят и сочувствуют. Его впервые кто-то понимает и не осуждает. Он смог себе позволить немного расслабиться и выдохнуть с облегчением. - Всё, что я знаю, это что обеих мелюзин купил некий «Д» из Снежной. Я могу только догадываться кто это может быть. Но обещаю тебе, что сделаю всё что в моих силах, чтобы отыскать их. Если есть маленькая крупица надежды на то, что они живы, то её нельзя упускать. - Хорошо. Спасибо. Ризли осмелился посмотреть в глаза собеседнику. Нёвиллет не смотрит на него. Его глаза опущены, пасмурный взгляд направлен куда-то сквозь пол. Он глубоко погружён в свои мысли. Снова болезненный камень сдавил орган в груди. Герцог прекрасно понимает, что чувствует человек, узнавший ужасную правду спустя десятилетия. Такой удар тяжело принимать в одиночку, и он осознаёт, что должен поддержать своего нового друга в такой трудный момент. - Нёви, в тот день мы оба потеряли кого-то очень ценного… - Извини, я лучше пойду. Береги себя. Сухой сдержанный голос. Острые камни заполнили изнутри всё тело герцога, вызывая горькое удушье. Худшие опасения вернулись. Его излишняя честность и открытость обернулись против него самого. Нёвиллет выпустил Ризли из рук. Гость вяло поднялся с места и направился к секретной двери, на выход. Подавляемое годами чувство вины герцога опутало ржавыми цепями и сдавливало тисками, не давая возможности пошевелиться. Глаза расстроенно пригвоздились к бездушному полу. Прекрасный гость не впервые избегает его, но этот уход самый болезненный для сердца. Оно кричит, ревёт, умоляет остановить друга. Никто из них не должен сейчас оставаться в одиночестве. Но тугие цепи намертво приковали его к месту. За спиной слышится звук движения деревянного шкафа. Ризли слушает, как собеседник снова покидает его. Скрип открывающейся металлической двери. Свербящая ржавчина, наждачкой прокатывающаяся по давно зажившим шрамам. Ужасная боль, раздирающая изнутри и почти осязаемая. Пол и окружение перед ним стали мутными. Глаза наполнились неконтролируемой влагой. Камни толкают к горлу ужасный горький ком. Паршиво на душе. Ржавая дверь закрылась. Нёвиллет ушёл. Теперь, оставшись в одиночестве, герцог больше не мог сдерживать своих эмоций. Попытки открыть душу и поделиться переживаниями оказались еще более жалкими. Шрамы на теле и раны на душе, которые никогда не заживут, заныли с новой силой. Несправедливое прошлое, которое невозможно изменить, тяжким грузом опустилось на плечи. Упущенное время, которое не обернуть вспять, ужасно подавляло изнутри. Впереди лишь мрачное бесперспективное будущее, наполненное удручающим одиночеством. Такое же размытое, как непрекращающаяся мокрая пелена. Ризли неожиданно напрягся. Он почувствовал, как позади него прогнулся матрас под чьим-то весом. Тут же белые руки с жемчужными когтями обхватили его за плечи в обнимающем жесте. Чужое холодное тело прильнуло к широкой спине, укрепляя объятья. Герцог удивлённо вздохнул, поспешно смахивая с лица следы минутной слабости. Морское дыхание щекочет кожу шеи. Лёгкий шёпот возле уха. Мягкий голос, эхом проникающий в самую глубокую и тёмную часть души. - Ризли, ты не виновен. Лёгкая вспышка белого света, исходящего от Нёвиллета, на мгновенье осветила маленькую тусклую комнату. Крошечные вибрации проникли под кожу и устремились к сердцу. По ощущениям это было похоже на электроимпульсы, только более лёгкие и щекотливые. Неизвестная сила пронзила его чистейшей энергией. Удар расщепил в пыль гнетущее и подавленное чувство вины. Ржавые оковы прошлого разорвались под яркий звон колокольчиков. Он ощутил такое приятное окрыляющее облегчение. Душевные раны больше не болят, лишь покалывают, заживляясь и рассасываясь. Груз на плечах обратился в невесомые перья и ласково укутывал невидимым тёплым одеялом. Что-то изменилось внутри него. Сломалось и раскрошилось, высвобождая крошечный свет, заполняющий внутреннюю тьму. Не прерывая приятных объятий чужих рук, он повернулся к гидросуществу. Они обменялись недоумевающими взглядами. На прекрасном лице отражалось искреннее непонимание. Нёвиллет что-то сделал с Ризли, но сам этого не понял. - Что это было? Что ты только что сделал? - Я не знаю. Просто подался порыву, и оно само произошло. Извини, я рождён без памяти о прошлом и совсем не знаю о своей истинной силе. - Что бы это ни было, оно облегчило мою душу. Твои слова очень помогли мне. Словно это именно то, чего я искал и ждал все эти годы. Спасибо тебе. Ты сегодня спас меня дважды. -…всегда пожалуйста. Влага снова подступила к глазам герцога, но на этот раз не от боли, а от чувства облегчения. Плевать на не верящих людей, плевать на отвернувшегося от него Архонта. Главное, что Нёвиллет не бросил его. Несмотря на собственную боль и переживания, он вернулся и разорвал чужую печаль. Не стал равнодушно относиться к чужому горю. Проявил сочувствие и понимание, подобрал нужные слова. Ризли будто окрылён от своих чувств. Словно ему только что помогли подняться с глубокого дна и набрать полную грудь воздуха. Он смущённо переводит взгляд на всё еще обнимающие руки и бережно берёт одну в свою ладонь. Невесомо проводит пальцами по маленьким прозрачным чешуйкам, по гладкой белой коже. Любуется острыми длинными коготками, красиво переливающихся перламутром. Герцог борется с желанием расцеловать каждый этот белый пальчик, каждый жемчужный ноготок. Но мрачный осадок пережитых ощущений всё еще витает в воздухе. Сейчас не самое подходящее время для изливания чувств. Он возвращает свой взгляд к чужому лицу. Нёвиллет больше не выглядит опустошённым и удручающим. Видимо, разделив печаль с другим, ему самому стало легче на душе. Ризли от этого рад вдвойне. Для него стала невыносима даже мысль о том, что что-то может расстроить его друга. Он чувствует, что готов голыми руками порвать любого, кто осмелится попытаться навредить прекрасному существу. Нёвиллет сейчас очень близко к герцогу. Душа ликует и кружится от радости. Ближе, чем когда-либо. Так близко, что спина сквозь ткани одежды чувствует удары чужого сердца. Так близко, что морское дыхание до сих пор приятно щекочет кожу шеи. Так близко, что Ризли может разглядеть всё разнообразие цветовой палитры невероятных выразительных глаз. Основной и самый яркий - розово-сиреневый, плавным градиентом перетекающий в светло-розовый и тёмно-синий. Тёмно- фиолетовая окантовка белых острых вертикальных зрачков, создающая эффект звезды. Дразнящие проблески красного и голубого, подчёркивающие зрачки снизу. Он никогда в жизни не видел ничего более прекрасного, чем эти глаза. Они подобны лунным лучам, проникающим сквозь поверхность океана, освещающим алые кораллы и сияющие ромарины. Лунный свет, стремящийся к глубокой тьме, но не способный полностью осветить её, оставляя скрытыми таящиеся в ней вековые тайны. Всё это укрывается под острыми разрезами глаз, украшенных длинными серебряными ресницами, с маленькой аккуратной синей ресничкой на уголке. Маленькой, почти незаметной и, по его мнению, очень милой. Ризли потерял счёт времени, купаясь и утопая в чужом очаровании. По большей части потому, что гидросущество позволяет это делать, не удаляясь как обычно в своей манере. Окутанный чарующим дурманом, герцог, хоть и не надеялся получить положительный ответ, но всё же осмелился озвучить свою маленькую просьбу. - Нёвиллет, пожалуйста, останься ещё хотя бы ненадолго. Он чуть крепче сжал чужую ладонь и сделал подобие «щенячьего взгляда» для придания веса словам. Тень сомнения промелькнула в чужих глубоких глазах. Очаровательное лицо слегка нахмурилось и спрятало свои необъятные океаны под серебряными ресницами. Собеседник тяжело вздохнул. - Хорошо, я останусь. Нёвиллет выпустил герцога из объятий, чтобы осторожно прилечь на вторую половину кровати. Наслаждаясь мягкой постелью, он довольно растёкся на ней во всю длину, оперся на локти и выжидающе смотрит. Уровень счастья поднялся выше нормы и кричал о тревоге. Ризли не верил своим ушам и глазам. Он радостно завилял воображаемым хвостом и поспешил присоединиться. Быстро снял обувь и зеркально улёгся рядышком, не позволяя себе оторваться от чужих глаз. У герцога сегодня был поистине тяжелый день, насыщенный на события. Несущее гибель пророчество отложено на неопределенный срок. Он облегчил душу от терзающего чувства вины и освободился от мучительных оков прошлого. Но самое главное - он смог хоть немного сблизиться с загадочным существом, поглотившим все его мысли. Сегодняшний день даровал новую жизнь и надежду на светлое будущее. Ризли кладёт голову на подушку и вдохновлённо смотрит на лежащего рядом. Нёвиллет тепло улыбается и позволяет взять себя за руку. Прекрасный образ расплывается, мир погружается во тьму, сознание растворяется. - Дамы и господа, леди и джентльмены, ликуйте и трепещите! Такого вы еще не видели! Редчайший экземпляр из самых тёмных и потаённых глубин Кур-де-Фонтейн! Наполовину человек наполовину… «О, нет…» Ризли стоит в тёмном помещении, окружённый тёмными людьми в масках. Яркий свет освещает расплывчатый силуэт ведущего, демонстрирующего «эксклюзивный товар». - Данный экземпляр обладает поистине красивой и плотной чешуей. Его когти настоящие жемчуга, а элегантные переливающиеся плавники… «Только не это…» Ведущий озвучивает «прелести товара» и демонстративно касается неприкрытых частей тела связанного Нёвиллета. Гидросущество брыкается и пытается освободится, но чем больше он двигается, тем сильнее цепи опутывают его. Заряженные электро, они оставляют на его белой коже болезненные багровые следы. От этого возмутительного зрелища сердце Ризли сжимается от боли, а кровь закипает неистовым гневом. «Убери от него свои сраные руки, ублюдок!» Разъярённый герцог злобно рычит сжимает кулаки. Он пылает алой яростью. Грубо расталкивает впереди стоящих людей и быстро движется вперед. Он больше не маленький беззащитный ребенок и может дать отпор страшному врагу. Ледяные тяжёлые шаги отбивают ритм бешено колотящегося сердца. Он идёт вперед, но расстояние не уменьшается. Он начинает бежать, но только отдаляется. Страх начинает преобладать и покрывать тело ледяной коркой. Людей становится всё больше. Они выкрикивают числа по возрастающей и идут вперёд. Часть уже проникла на сцену. Они окружают «желаемый товар». Каждый пытается потрогать, присвоить себе, оторвать хоть часть от прекрасного существа. Их не волнует чужое страдание, их волнует лишь собственная выгода. Ризли не может позволить им навредить Нёвиллету. Пылающая ярость разбивает хрупкий парализующий лёд и концентрируется в кулаке. Он встаёт в боевую стойку, вижн угрожающе вибрирует, алая аура питает силой и уверенностью. Он замахивается кулаком и ударяет точно в цель. Крио кристаллы смертоносным ураганом проносятся по чужакам. Сметая и уничтожая всё на своём пути, лёдяные клинки сбрасывают оковы с пленника, даруя желанное освобождение. Пространство вокруг светлеет. Освободившееся гидросущество мгновенно оказывается перед ним. Белая ладонь с жемчужными коготками ласково обхватывает ледяной кулак. Нёвиллет осторожно приобнимает его второй рукой. Приятный морской аромат уносит их из этого проклятого места под воду. Он ласково говорит что-то герцогу, но речь в воде звучит приглушено и неразборчиво. Хоть слов не разобрать, это успокаивает беспокойную душу. Ризли крепко прижимает Нёивллета к себе. Оставшееся время он осторожно водит пальцами по чужим свежим ранам, замораживая их и исцеляя. ______________ «Сколько еще мелюзин, о существовании которых я не подозреваю?» После открывшейся правды о пропавших, у Нёвиллета вся почва ушла из-под ног. Он понимает, что есть шанс на то, что они ещё живы, но не понимает, что ему делать. Отправиться в неизвестность, цепляясь за призрачную надежду - означало оставить остальных мелюзин одних на произвол судьбы. В его отсутствие, люди смогут беспрепятственно посещать остров Элианаса и беспредельничать. Дракону нужно тщательно обдумать свои дальнейшие действия. Он также очень переживал не только за пропавших малышек. Переживал за судьбу всех людей и животных, оказавшихся в клетках под клеймом «товар». Нёвиллет не впервые сталкивается с человеческой жестокостью, но это всегда ужасно травмирует. В тот момент, ему захотелось вернуться в Меруси и проведать малышек. Ему не нужно считывать гидро чтобы понимать, что в тот момент чувствовал Ризли. Даже несмотря на собственное подавленное состояние, человек проявил сочувствие и пытался оказать поддержку. Это очень растрогало внутреннего дракона, но он не понимал, что делать с этими чувствами. Если бы Ризли был мелюзиной, то дракон принялся бы обнимать и утешать печальное создание. Но человек не мелюзина. Терзаемый внутренними противоречиями, он решился покинуть чужое логово и побыть наедине со своими мыслями. Нёвиллет колебался перед открытой дверью. Впереди ждала его обычная повседневная жизнь. Позади утопленный горем человек. Горькие эмоции захлёстывали и мешали дышать. Дракон разрывался на части. Чужая боль не должна его волновать. Он не должен привязываться к смертным. Он должен оставить герцога одного со своими страданиями. Но он не может. Не тогда, когда эти глубокие и искренние человеческие эмоции, находили отклик в его собственной душе. Не тогда, когда душевная боль вызывала моросящую дрожь по всему телу. Даже если он не хочет привязываться к смертному, это не значит, что нужно вести себя с ними так беспощадно. Не в силах уйти, он закрыл перед собой дверь. Горечь с новой силой нахлынула и заполонила всё крошечное пространство человеческого логова. Тихий всхлип. Искренний чистый поток душераздирающих чувств. Ринофоры легко засветились, поглощая появившуюся солёную влагу. Отягощающая глубокая печаль. Нёвиллет понимает, что жизнь обошлась с человеком очень несправедливо. Ризли лишился близкого друга и поддержки, лишился доверия к людям. Но он не стал беспомощно опускать руки и избавил своих сородичей от повторения судьбы пострадавших. Это благородный поступок и убийство должно было быть полностью оправдано. Но человеческие законы и события, пропитанные ложью, были повёрнуты против него. Гидроповелитель вспоминает о предложении Фокалорс. Он на секунду задумался, как бы он поступил, будь он в тот день судьёй. Осудил бы, беспристрастно следуя человеческим законам или оправдал бы, понимая степень серьезности мотивов. В любом случае это сейчас не важно. Он не живет среди людей по их законам, и его внутренняя чаша весов полностью склоняется в пользу герцога. Нёвиллет сам не ожидал, что его слова и действия имеют настолько необузданную силу. Он сделал это от всего сердца, искренне поделился своим взвешенным «вердиктом». Он был очень удивлён, почувствовав, как его внутренняя драконья сила просочилась наружу. От него не скрылось и то, что внутри человека что-то изменилось. От взгляда Ризли перехватило дыхание. Его глаза подобны водной глади, спокойные и умиротворяющие. Ровные, голубые, словно отражающие ясное небо снаружи. Зрачки чёрные как ночь, поглощающие звёздный свет внутри. Их белая окантовка подобна полной луне. Она контрастом подчёркивает бескрайнюю тьму и отделяет от чистого неба. Густые чёрные ресницы словно тёмный дремучий лес, находящий своё отражение в воде. Обычно хмурые и широкие брови подобны скалам, угрожающе нависающие сверху. Но когда Ризли смотрит на Нёвиллета, скалы приподнимаются вверх, а лес расступается в сторону, раскрывая потрясающий вид на сияющую ровную гладь. Нёвиллет сомневался, стоит ли оставаться или уйти сейчас же. Он и так слишком много времени уделил человеку и хочет вернуться к мелюзинам. Но внутренний дракон протестует. Он не позволяет уйти, когда перед ним такие невероятные, кристально чистые и искренние эмоции. Словно слизкие щупальца с ледяными присосками крепко опоясывают кольцом, не позволяя отступать назад. Лишь когда герцог сладко уснул, они ослабили свою хватку. Буря ярких эмоций улеглась, и внутренний дракон расслабился. Успокоившись, он молча наблюдал за умиротворительным лицом спящего. Спокойный, довольный и лохматый. «Жаль, что ты всего лишь смертный человек.» Прядь чёрных волос с чёлки угрюмо сползла на глаза. Рука Нёвиллета машинально потянулась к чужому лицу и заботливо заправила волосы за ухо. Коснувшись тёплой кожи, пальцы отказывались отлепляться и продолжили плавные движения. Сначала спустились вниз по скулам к немного колючему подбородку. Затем снова поднялись вверх по щеке ближе к правому глазу. Остановились, наткнувшись на небольшое шершавое углубление. Это старый маленький шрам - напоминание о пережитой им боли. Ясные мыли заставили Нёвиллета одёрнуть руку обратно. Он мысленно поругал себя за проявление слабости. За то, что его магнитом тянет к смертному и за то, что он плохо сопротивляется этой силе тяготения. Он осторожно отодвинулся от спящего и прекратил считывать чужие эмоции. Он закрыл глаза и приложил руку к своей груди, пытаясь прислушаться к себе. Нёвиллет мысленно задаёт себе вопросы, чтобы понять, как ему следует поступить. Продолжать поддаваться странным приятным чувствам, что подобны ароматной мяте и сверкающим ромаринам. Или отвергнуть, забыть, закрыться, изолироваться, чтобы избежать повторения неизбежных травмирующих событий. Внутренняя чаша весов маячит в разные стороны, взвешивая все «за» и «против». - Нет…Нёвиллет… Гидро повелитель отвлекается на своё имя, прерывая взвешивание вердикта. Человек беспокойно ворочается и бубнит во сне. Он дёргает руками и ногами, тяжело дышит и не прекращает взволнованно звать Нёвиллета. Ему снится кошмар. Кошмар, вынуждающий источать неподдельный страх и переживания. - Не смейте…не трогайте… Температура воздуха стала быстро опускаться, покрывая лёгким инеем всё окружение. Это вынудило дракона быстро избавиться от маскировочного гидро, чтобы не оказаться заточённым в глыбе льда. Человек источает алую ауру чистой ярости. Его рука угрожающе сжимается в кулак и с треском покрывается ледяной коркой. Капли пота и слезинок, скатывающихся по лбу и щекам от переживаемого стресса, заледенели и примёрзли к коже, не успев доползти до подушек. Нёвиллет осторожно обхватывает ладонями заледеневшую руку, пытаясь подобрать нужные слова. - Ты больше не одинок. Мы справимся с этим вместе. Чего бы там человеку не снилось, слова гидросущества дошли до разума спящего и подействовали успокаивающе. Человек постепенно расслабился, дыхание выровнялось. Алая аура исчезла, воздух стал возвращаться к первоначальной температуре, образовавшийся лёд таять. Чувство облегчения мягким одеялом укутали беспокойное тело. Неожиданно для Нёвиллета, руки герцога обхватили его и крепко прижали к себе. Оставшись без гидробарьера, он ощущает на себе каждое мягкое прикосновение к своим коже и чешуйкам. Влажное и холодное от оттаявших льдинок лицо уткнулось в шею, приятно щекоча кожу. Холодные ладони мягко обхватывают сзади, проводя пальцами по спине. Он не стал сопротивляться и пытаться вырваться из объятий, видя, как успокаивающе это действует на рядом лежащего. Игривое движение рук по спине обернулись полной капитуляцией для дракона. Он задрожал, с трудом сдерживая стон, ощутив моросящий лёд, скользящий по гладкой коже. Чужие пальцы, покрытые ледяной корочкой, плавно двигаются по спине и плечам, вычерчивая непонятные узоры. Нёвиллет любит холод, и этот холод, исходящий от человека, начинает приятно согревать изнутри, заливая белые щёки алым румянцем. Лёд двигается дальше, ниже, вынуждая невольно подрагивать от приятных касаний. Пальцы медленно проводят по коже и ребристым чешуйкам, оставляя за собой подтаявший влажный след. Ледяные капли скатываются вниз, блаженно морося и пуская волну мурашек. Лёд на пальцах стал более пластичным, пикантно проникающим под чешуйки. Губы сильно сжимаются, плохо сдерживая тихое хныканье от приятных моросящих ощущений. Приятное тепло концентрируется внизу живота. Ромарины распускают свои бутоны и щекотливо толкаются лепестками и листьями изнутри. Когтистые пальцы на руках и ногах непроизвольно сжимаются и разжимаются. Ноги подгибаются в коленах, тело подрагивает и извивается. Ринофоры и плавники слабо светятся. Различные чувства, чужие и собственные, знакомые и непонятные – все перемешались в одну кучу. Гладкой коже не привыкать к холодным температурам, но то, что скрыто под чешуёй, намного чувствительнее. Каждое ледяное прикосновение подкидывало больше страсти в этот ураган безумия. Постепенно движения замедлились, и он стал успокаиваться. Чужие руки остановились и нашли свой покой на чешуйчатых бедрах и ягодицах. Лёд с пальцев окончательно растаял, позволяя ледяным каплям игриво проникать туда, где им быть не положено. Гидроповелитель вздохнул с облегчением. Закрыв глаза, он сам погрузился в успокаивающий сон. Нёвиллет проснулся, почувствовав, как кто-то проводит пальцем по его лбу, заводя упавшие волосы за ухо. Медленно открыв веки, его взору открылось очень близкое к нему лицо Ризли. Мягкая улыбка, вдохновлённый взгляд и тихий приятный голос. - Нёви, доброе утро. Извини если разбудил. Ты голоден? Я могу организовать что-нибудь по-быстрому. Очнувшийся моментально вспомнил все вчерашние события. Правда об исчезновении мелюзин, отложенное пророчество, необъяснимая внутренняя сила и ураган немыслимых эмоций, разбушевавшийся в чужих объятьях. Он быстро принял вертикальное положение и, скрепя сердцем, направился к выходу. - Прошу прощения, я больше не могу задерживаться. Остров нельзя надолго оставлять без защиты. Находясь здесь, я подвергаю мелюзин опасности. - О, да, я понимаю. Тогда спасибо тебе еще раз. За всё. - И тебе. Пока Нёвиллет открывал шкаф с потайной дверью, к нему подбежал Ризли чтобы проводить. Вдвоём быстро прошли по сырой пещере к подземному озеру ведущему к морю. Дойдя до воды, они обнялись на прощанье. Оба не хотят расходиться, но оба прекрасно понимают, что это необходимо. Тогда человек удивил дракона, шепнув ему на ухо своё неожиданное предложение. - Нёви, ты согласишься со мной пообедать, если я найду способ как защитить ваш остров?