Match Fit/В Лучшей Форме

       …и Поттер приближается к снитчу! Ковальски быстро догоняет, это будет напряженная борьба, они буквально в нескольких сантиметрах друг от друга и… Мерлин, какой нырок! Поттер делает обманный маневр и Ковальски попадается на него, Поттер тянется прямо к снитчу, но Возняк быстро приближается и… ПОТТЕР СОРВАЛСЯ, он падает, он…

~*~*~*~

      Гарри с глубоким резким вдохом открыл глаза, но тут же зажмурился от ослепительного света, бьющего прямо в голову.       — Где я? — сонно спросил он и его тут же затошнило от собственного охрипшего после долгого молчания голоса.       Пробуждение в ярко освещенной комнате, не помня, как он ложился спать, обычно означало только одно — травму.       — Доброе утро, мистер Поттер, — раздался незнакомый женский голос с отчетливым немецким акцентом. — Как Вы себя чувствуете?       — Все в порядке, — пробормотал Гарри. — Голова немного кружится.       Он прищурился, пытаясь разглядеть размытую фиолетовую фигуру рядом с собой.       — Вам нужно это? — спросила она.       Прежде чем Гарри успел спросить, что ему предлагают, в руке оказались настойчиво втолкнутые очки. Он надел их и огляделся, пытаясь проморгаться, а затем застонал от отчаяния, когда стерильное окружение сфокусировалось, подтверждая его опасения.       Он явно находился в больнице. Магической, если судить по самозаполняющимся картам и парящим бутылочкам с зельями в разных углах комнаты. Гарри оглядел белые стены и накрахмаленные простыни, прежде чем его взгляд остановился на суровой целительнице рядом с кроватью. Это была миниатюрная женщина с ястребиными чертами лица, одетая в ярко-сливовую мантию.       — Мистер Поттер, меня зовут целительница Кляйн. Вы помните обстоятельства, по которым Вас привезли сюда? — спросила она, тут же привлекая внимание Гарри своим раскатистым «р» и хриплыми гласными.       Он долго думал, но на ум ничего не приходило. Он покачал головой.       — Нет, последнее, что я помню, это как я начал падать…       Целительница Кляйн кивнула и взяла планшетку со стола у изножья кровати.       — Как и следовало ожидать, медицинская бригада на поле дала Вам большую дозу Сна без сновидений. Боюсь, Вы получили травму во время матча.       — Насколько все плохо? — спросил Гарри, не зная, действительно ли он хочет знать ответ.       Целительница взглянула на свою планшетку и начала, как ему показалось, рассказывать заученный наизусть текст.       — По мнению целительницы на поле, вы получили значительные разрывы мышц в результате…       — Подождите, — перебил Гарри, наконец-то придя в себя. — Извините, но Вы не знаете, поймал ли я снитч?       Целительница Кляйн уперла руку в бедро и бросила на него неодобрительный взгляд.       — Мистер Поттер, сейчас крайне важно сосредоточиться на Вашем здоровье.       — Да, знаю, просто… мне действительно нужно знать, — убеждал ее Гарри. — Какой был счет?       Ответ пришел не от целительницы, а со стороны входа, голосом с сильным ливерпульским акцентом.       — Да, Гарри, ты поймал снитч. 230:160.       В дверном проеме появился Терри Хиггс, его широкие плечи почти полностью заполнили пространство, и это на мгновение напомнило Гарри Хагрида.       Он с облегчением откинулся на подушку.       — Слава яйцам, — выдохнул он, а затем тут же покраснел, увидев возмущение на лице целительницы Кляйн. — Простите, просто Анджелина бы меня убила, если бы я проиграл матч, а еще и получил травму! Скорее всего, это ее последний чемпионат в качестве капитана, и… ладно, неважно, — кисло закончил он, пока хмурое лицо целительницы продолжало становиться еще более хмурым. — Так что же со мной случилось? — спросил он, меняя тему разговора.       Но целительница Кляйн обратила свое угрюмое лицо на Терри, который все еще стоял в дверях.       — Извините, сэр, но кто Вы? Это частная больница. Вам нужно уйти.       — Все в порядке, он может остаться, — вмешался Гарри. — Он мой менеджер.       После недолгого раздумья целительница Кляйн неохотно кивнула и снова посмотрела на записи Гарри.       — Здесь написано, что Вы соскользнули с метлы, когда делали победный рывок…       — И это все благодаря этому ублюдку Возняку, который дернул тебя, когда ты уже держал в руках этот чертов снитч! — прошипел Терри, его лицо почти побагровело от ярости при этом воспоминании.       Целительница Кляйн подняла на него взгляд, плотно сжав губы.       — Да, в записях указано, что мистера Поттера толкнул член команды соперников… а затем, во время падения, его ударило по бедру бладжером, прежде чем один из судей остановил падение… я не уверена в произношении английского заклинания, заставляющего предметы парить, — сказала она, указывая на один из висящих в воздухе флаконов с зельем.       Гарри поморщился.       — Вингардиум Левиоса, — произнес он. — Ну, по крайней мере, сейчас я чувствую себя хорошо.       Челюсти целительницы Кляйн сжались.       — Мистер Поттер, вам нужно кое-что знать, — сказала она.       По тому, как она избегала смотреть ему в глаза, Гарри понял, что это будут плохие новости.       — В чем дело?       — Нам пришлось полностью удалить мышцы-сгибатели бедра с левой стороны вашего таза.       Гарри заставил себя сосредоточиться.       — Ладно… И что это значит?       — Что ж, мы восстановили их с помощью волшебной паутины и сыворотки для роста мышц, но новые мышечные волокна, скорее всего, будут напряжены в течение нескольких недель, — объяснила она. — Я рекомендую Вам как минимум месяц воздерживаться от любых физических нагрузок.       Ее слова поразили Гарри, как бладжер, только на этот раз он получил удар в живот.       — Месяц?! — пробормотал он. — Н-нет, это слишком долго. А как же финал?!       — Похоже, вы меня неправильно поняли, мистер Поттер, — нетерпеливо сказала целительница Кляйн. — Ваши травмы были очень серьезными. Вы три дня находились под действием чар Стазиса и Магических Бинтов. Думаю, в ближайшие несколько месяцев о квиддиче не может быть и речи, — добавила она, пока Гарри продолжал качать головой.       — Но я чувствую себя прекрасно! — возразил он, ища поддержки у Терри.       Однако тот, похоже, лишился дара речи от этой новости.       Целительница Кляйн немного смягчилась; тень сочувствия прокралась на ее лицо.       — Мистер Поттер, сейчас на Вас действует ряд обезболивающих заклинаний, а также мы каждый час наносим на пораженный участок маринованный корень мандрагоры, так что не удивительно, что вам легче. Однако, как только действие заклинаний закончится, вы, вероятно, начнете чувствовать сильную боль.       Гарри в отчаянии откинулся на подушку.       — Я должен оставаться здесь?       — Нет, конечно, — фыркнула целительница Кляйн, мгновенно возвращая свою строгость. — Вы, английские пациенты, как дети! Вы можете уйти, как только подпишете документы о выписке. Я сейчас же подам запрос. Но Вам нужно будет вернуться через две недели на осмотр, если Вы все еще будете в Берлине, или же я могу организовать перевод документов в Вашу местную больницу в Англии.       — Хорошо, — согласился Гарри, с нетерпением ожидая возвращения в отель, чтобы точно проверить, насколько сильно напряжены его новые мышцы. — Спасибо.       Целительница Кляйн кивнула и вышла из комнаты, даже не скрывая своего неодобрения относительно Терри, оттолкнув его в сторону.

~*~*~*~

      Несмотря на то, что ему много раз обещали, что он сможет уехать с минуты на минуту, к тому моменту, когда документы о выписке были готовы, солнце уже зашло, а Гарри успели навестить несколько его товарищей по команде.       — Вот вам и немецкая эффективность, — слабо пошутил он, хромая от больницы на костылях, в сопровождении разъяренной Анджелины Джонсон, которую вызвали с вечерней тренировки, чтобы помочь ему вернуться в отель.       Гарри был не в настроении разговаривать, но это не имело значения: Анджелина заполняла тишину непрерывным бормотанием.       — Хуже всего то, что это был чертовски блестящий момент, — сказала она скорее себе, чем Гарри. И несколько минут спустя продолжила, — …и Возняк знал, что снитч уже у тебя, это был грязный ход, он сделал это специально…       — Расслабься, Эндж, — вмешался Гарри, когда она наконец остановилась, чтобы перевести дыхание.       — И как я, по-твоему, должна это сделать? — негодовала она. — На случай, если ты забыл, финал Кубка Мира уже через десять дней, а два моих лучших ловца выбыли из строя!       У Гарри не было ответа на этот вопрос. Его извиняющееся пожатие плечами спровоцировало новую волну гневного негодования Анджелины; она даже не остановилась, когда они дошли до вестибюля отеля, и продолжала говорить, пока они не добрались до его номера.       — Ты завтра придешь посмотреть тренировку? — спросила она, когда Гарри открыл дверь и, хромая, вошел внутрь.       Он покачал головой.       — Терри не хочет, чтобы я даже приближался к полю, пока не будет составлен правильный план лечения. Он сказал, что это для того, чтобы у меня не возникло соблазна полетать, но, скорее всего, он просто не хочет, чтобы я отвлекал Моррис, пока она привыкает играть с вами.       Анджелина ответила не сразу; она осталась стоять в дверях, рассеянно теребя одну из ярких бусинок, украшавших концы ее косичек.       — Мы всегда можем попытаться связаться с…       — Нет. Категорически нет, — сухо ответил Гарри, перебивая ее на полуслове. — Не с ним. Буквально с кем угодно, только не с ним.       Анджелина нахмурилась.       — Целитель Малфой — лучший из лучших. Он блестяще справился с моим вывихнутым плечом, специалисты в больнице Святого Мунго не могли поверить в то, как быстро оно восстановилось!       В животе у Гарри закипело раздражение.       — И что с того? Он все еще полный придурок. Уверен, что есть много других целителей, специализирующихся на спортивной физиотерапии.       — Конечно, ты прав, — фыркнула Анджелина. — Наверняка есть… если у тебя в запасе имеется шесть месяцев на восстановление.       — Мне плевать! — прошипел Гарри, понимая насколько капризно он сейчас звучит. — Мы с Малфоем не ладим. Все это знают, и никто в здравом уме не доверит ему мне помогать!       Анджелина схватила его за руку.       — Гарри, не будь ебланом. Это слишком важно. Неужели ты всерьез думаешь, что кто-нибудь из нас все еще будет играть на профессиональном уровне к следующему Чемпионату Мира?       — Ты нормально сыграешься с Моррис, у нее был отличный сезон, — слабо возразил Гарри, пытаясь — безуспешно — скрыть разочарование в голосе.       — Да, но если ты действительно веришь, что у нас есть хоть капля надежды выиграть финал Кубка Мира с нашим вторым запасным ловцом на поле, то эти обезболивающие, однозначно, размягчают тебе мозги! — прошипела Анджелина, сжимая кулаки от досады. — Если ты думаешь, что я позволю твоей нелепой школьной обиде встать на пути моего последнего шанса на победу в Чемпионате, тебе стоит пошевелить соображаловкой еще раз. Он уже не такой придурок, как раньше. Я собираюсь поговорить с Терри и попробовать связаться с ним.       Гарри вздохнул; он знал, что она права. Он снял очки и несколько минут щипал переносицу.       — Ладно, — фыркнул он, надевая их обратно. — Свяжись с Малфоем. Он, скорее всего, все равно откажется, как только узнает, что это для меня.       — Посмотрим, — сказала Анджелина, сжав челюсти и приобретая то самое решительное выражение лица, которое появлялось, когда она выводила команду на поле. — А теперь отдохни, пока есть возможность. Если целитель Малфой согласится тебя взять, то это будут очень напряженные две недели.       С этими словами она развернулась и быстро пошла по коридору, оставив Гарри стоять одного в дверях его номера.       Он дождался, когда она скроется за углом, а затем закрыл дверь и, хромая, поковылял к дивану. С трудом опустившись на него, Гарри вздрогнул от резкой боли в левом бедре.       — Блять, — пробормотал он.       Однако он не стал долго размышлять о своем невезении: коктейль из обезболивающих зелий, казалось, подействовал на него моментально. Отказавшись от плана сидеть, погрузившись в раздумья, он осторожно переместился на спину и тут же провалился в глубокий сон.

~*~*~*~

      Без своих обычных трехразовых тренировок Гарри не знал, куда себя девать.       Из-за выработавшейся за годы предрассветных тренировок привычки, он проснулся в пять утра, и после того, как спало сонное замешательство от обнаружения себя на диване, попытался снова заснуть, но безуспешно.       После нескольких часов напряженного хождения по номеру, он снова плюхнулся на мягкий диван, решив просмотреть подборку кадров из Омута памяти с последних десяти матчей Франции, потому что, раз он не может тренировать свои тактические приемы, то хотя бы сможет изучить приемы своих противников.       Однако даже это не смогло надолго удержать его внимание, и, как только солнце поднялось достаточно высоко, чтобы его друзья в Лондоне успели проснуться, Гарри опустился на пол перед камином и позвонил единственному человеку, у которого, он был уверен, получилось бы его утешить.       После невероятно долгого ожидания, в поле зрения появилось веснушчатое лицо Джинни.       — Извини, — сказала она, тяжело опускаясь в кресло, — В последнее время я двигаюсь со скоростью флоббер-червя. — Она несколько минут взбивала подушки и устраивалась поудобнее, а затем снова обратила внимание на Гарри. — Ну что, как там твои ранения?       Гарри вздохнул, не в силах выразить свое разочарование словами.       — Я просто… не могу в это поверить, — поморщился он.       Джинни покачала головой.       — Я чуть не сломала свое радио, когда услышала комментарии, Дин сказал, что никогда не слышал от меня таких выражений. И, конечно же, ты умудрился получить травму прямо перед финалом.       — Я бы хотел, чтобы люди перестали так говорить, — сказал Гарри. — Я же не ищу неприятности сам. И кроме того, — добавил он, смягчаясь, — Это все полностью твоя вина.       Джинни нахмурилась.       — Это с какого такого перепугу?       — Если бы ты не забеременела, я бы вообще не попал в основной состав! — объяснил Гарри. — Сидел бы себе спокойненько на скамейке запасных со всеми своими мышцами, наслаждаясь матчем, как и все остальные.       — Мерлин, ты абсолютно прав. Это было так эгоистично с моей стороны! — подмигнула она, и тяжесть на сердце Гарри немного отступила. — Так, какие дальнейшие действия? Есть ли шанс, что ты придешь в форму, или тебя официально исключат из актива команды?       Гарри рассказал Джинни о планах Анджелины связаться с Малфоем, ожидая, что она тоже поморщит нос, но та только пожала плечами.       — По крайней мере, ты получишь лучшее лечение, Гвеног говорила, что он был просто изумителен, когда она к нему обращалась. Он буквально спас ее карьеру после травмы колена.       — Знаю, все говорят, что он великолепен, — согласился Гарри. — Просто он, знаешь ли…       — Малфой? — подсказала Джинни. — Невыносимый засранец? Бывший Пожиратель Смерти, высокомерный зануда и король школьных хулиганов?       — Именно. Вообще-то, не из-за Пожирателей Смерти; я понимаю, почему он в это ввязался. Дело скорее в его общей выебистости, — задумчиво произнес Гарри.       Джинни кивнула.       — Но ведь это не проблема, верно? Тебе постоянно приходится иметь дело с придурками, в конце концов, ты же в одной команде с МакЛаггеном, ради бога!       — Справедливое замечание, – согласился Гарри. — Но в целом, шансы на то, что я буду играть в финале, практически равны нулю, если только Малфой не согласится мне помочь и не сотворит чудо каким-то образом. Но пока этого не произошло, вместо меня будет играть Моррис.       Джинни откинулась назад, положив руки на свой огромный живот.       — Черт возьми. Думаю, я смогла бы обыграть Моррис даже сейчас, – вздохнула она.       Гарри фыркнул.       — Джин, ты на девятом месяце. Тебя бы приняли за квоффл.       — Именно! – усмехнулась она. — Это было бы идеальным отвлекающим маневром! Никто не посмел бы швырнуть в меня бладжер!       Они были увлечены обсуждением плюсов и минусов использования беременных игроков в качестве отвлекающего маневра, когда настойчивый стук в дверь заставил Гарри вздрогнуть.       — Джин, мне нужно идти, кто-то стучит, — сказал он. — Спорю, это та горничная, которая постоянно ругает меня на немецком за раскиданную по полу одежду.       Джинни кивнула.       — Без проблем. Удачи тебе с горничной, и с физиотерапевтом!       Оставив камин затихать, Гарри поднялся на ноги и осторожно прихрамывая направился к двери. Он заглянул в глазок, наученный прошлым опытом стычек с одержимыми фанатами, когда открывал дверь не удосужившись посмотреть кто там, и моргнул. В коридоре отеля стоял Драко Малфой, одетый в элегантную белую рубашку и серый жилет, слегка перекосившись набок под тяжестью большой кожаной сумки.       Гарри ошеломленно открыл дверь.       — Малфой?       Выражение лица Малфоя оставалось совершенно нейтральным, когда он оглядел Гарри с головы до ног, подмечая поношенные спортивные штаны, сплошь усеянные порхающими снитчами, и мятую футболку.       — Привет, Поттер.       — Э-э, я никого не ждал, — словно защищаясь произнес Гарри, пожалев, что не догадался надеть джинсы перед тем, как открыть дверь. — Что ты здесь делаешь?       Малфой посмотрел на него так, словно никогда не встречал настолько глупого человека.       — Я думал, что у тебя травма паха, а не мозга. — Он недоверчиво покачал головой. — Твой очаровательный менеджер потребовал, чтобы я отменил все свои текущие дела и немедленно отправлялся сюда портключом, на помощь тебе. Он сказал, что если я не буду здесь к утру, он… как же там было? Ах, да. Он угрожал засунуть метлу мне в задницу.       Гарри поморщился.       — Извини за это. На нем сказывается стресс из-за турнира… ты бы слышал, как он называет нас на тренировках. И, честно говоря, моя травма подлила масла в огонь.       Малфой поднял бровь.       — Да, я полагаю, что это не очень-то улучшило его настроение.       — В любом случае, как ты меня здесь нашел? — спросил Гарри, не в силах скрыть в голосе нотку подозрения.       К счастью, Малфой, похоже, этого не заметил.       — Анджелина дала мне номер твоей комнаты, — ответил он. — Она сказала, что сегодня ты не будешь присутствовать на командной тренировке, и предположила, что ты сможешь начать восстановление прямо сейчас.       — О.       Гарри замолчал, озадаченный разумностью его ответа.       Когда Малфой понял, что Гарри больше ничего не собирается говорить, он многозначительно посмотрел через его плечо в номер.       — Ты меня впустишь? Эта сумка довольно тяжелая.       — О. Да, конечно, — сказал Гарри, хотя можно было этого и не делать; Малфой протиснулся в гостиную, прежде чем Гарри успел отойти в сторону.       — Тогда, с твоего позволения, я все подготовлю, — произнес он, ставя свою сумку на пол, пока Гарри закрывал дверь. — Это займет всего минуту.       Гарри моргнул.       — Да, хорошо.       Малфой вытащил палочку, чтобы с ее помощью убрать диван и журнальный столик к задней стене, освободив пространство посреди комнаты. После короткой паузы он произнес второе заклинание, от которого разбросанные по комнате вещи подскочили и сложились в аккуратную стопку.       — Мерлин, ты такой неряха, — пробормотал он себе под нос.       — Как я уже сказал, я никого не ждал, — процедил Гарри сквозь стиснутые зубы, его щеки покраснели от смущения.       Однако Малфой его уже не слушал; он был занят тем, что доставал из сумки разные предметы: странный металлический пояс, черный кожаный блокнот, рулон фиолетовых бинтов. Гарри наблюдал за ним из дверного проема, ощущая себя так, будто попал в параллельную реальность.       Малфой выглядел иначе, чем в их последнюю встречу. Это не должно было быть удивительным, ведь Гарри видел множество его фотографий за эти годы — этот скользкий тип постоянно появлялся во всех журналах о квиддиче до своего раннего ухода из французской лиги, и даже сейчас он время от времени мелькал в них, но уже в качестве человека, спасшего чью-нибудь карьеру — но это все равно никак не подготовило Гарри ко встрече лицом к лицу со своим старым школьным соперником после столь долгого перерыва.       Малфой стал выше, чем помнил Гарри, и выглядел еще чуть выше за счет худобы. Он все еще был остроносым, но за последнее десятилетие черты лица приобрели более выразительную форму, по крайней мере, он избавился от того безумного, истощенного взгляда, который Гарри помнил по послевоенным слушаниям. Даже он должен был признать, что Малфой выглядит хорошо.       Он рассеянно думал о том, когда Малфой успел так коротко подстричься, когда понял, что тот выжидающе на него смотрит.       — Земля вызывает Поттера.       Гарри тряхнул головой.       — Извини. Немного устал, – пробормотал он.       — Хм, — Малфой скрестил руки на груди. — Что ж, осмотр не займет много времени, это будет всего лишь предварительная оценка. Наша настоящая работа начнется завтра. Целью сегодняшнего сеанса является определение степени повреждения твоего бедра и выявление любых других незначительных травм, которые могут быть. Полученные данные я смогу использовать для составления плана лечения, которому мы будем следовать в течение следующих нескольких дней. — Он взял блокнот и взмахнул палочкой, чтобы вызвать из своей сумки роскошное павлинье перо. Гарри еле сдержал смешок: вот это было больше похоже на того Малфоя, которого он помнил. — Начнем с основ, — сказал он, написав имя Гарри вверху новой страницы. — Как бы ты описал уровень боли при ходьбе?       Гарри сделал несколько шагов, безуспешно попытавшись скрыть свою легкую хромоту.       — Довольно низкий, может быть, два из десяти? Я бы даже сказал, что это скорее скованность, чем боль. О, но все становится хуже, когда спускаюсь по лестнице, — добавил он, вспоминая мучительный спуск в столовую отеля на завтрак.       Малфой кивнул и сделал пометку.       — Понял. А как ты себя чувствуешь, когда сидишь на метле?       — У меня еще не было возможности попробовать, — сказал Гарри. — Я только вчера выписался из больницы, и моя метла заперта в кладовой.       Малфой вернулся к сумке и достал изящный «Нимбус 2010». Видимо, на сумке были какие-то мощные заклятия незримого расширения.       — Попробуй на моей, — предложил он. — Это, конечно, не изготовленная на заказ «Сверхновая туманность», но для наших целей пойдет, — добавил он с кривой улыбкой.       Гарри взял метлу Малфоя, с тоской вспоминая свою «Туманность»; он ни разу не оставлял ее так надолго с тех пор, как прикоснулся. Ручка этой метлы была слишком длинной, что неудивительно, учитывая, что Малфой был на несколько дюймов выше него, но ощущение полированного дерева под пальцами все равно вызвало дрожь.       Под пристальным взглядом, Гарри забрался на Нимбус и, осторожно оттолкнувшись от пола, завис в нескольких сантиметрах над ним, выравнивая осанку, прежде чем медленно двинуться по кругу.       — Ты морщишься, — мягко сказал Малфой.       Гарри вздохнул, приземлившись.       — Все в порядке, если я просто зависаю на месте, но, когда начинаю пытаться управлять метлой, чувствую натяжение, — объяснил он. — Хотя это все не имеет значения, Терри не подпускает меня к метле на пушечный выстрел.       Малфой одобрительно кивнул и что-то записал в блокноте.       — Мудрое решение с его стороны, по крайней мере, пока мы не узнаем, с чем имеем дело.       Гарри хмыкнул: знание того, что Терри и Малфой за одно, ничуть не облегчало принятие ситуации.       — Какие были ощущения при посадке на метлу? — спросил Малфой. — Было ли что-нибудь неприятное, когда ты поднимал ногу?       — Нет, все было хорошо, но я всегда поднимаю правую ногу, так что…       — Я так и думал, — сказал Малфой, делая еще несколько заметок. — Тогда попробуй левой ногой.       Гарри попробовал, чувствуя на себе взгляд Малфоя.       — Уф… да, довольно больно.       Малфой кивнул.       — Неудивительно. Тебе нужно будет чередовать ногу на тренировках, в течение следующих нескольких месяцев, — сказал он. — Обычно это одно из последних движений, которое восстанавливается, особенно если травма не на ведущей стороне, поэтому любая дополнительная растяжка может ускорить процесс.       — Хорошо, — согласился Гарри, пока Малфой рассеянно играл цветным кончиком своего пера, видимо, глубоко задумавшись.       — Как ты себя чувствуешь, когда переходишь из положения стоя в положение сидя? — спросил он. — И наоборот?       На этот вопрос было проще ответить.       — Ни то, ни другое не очень хорошо, но переход из положения сидя в положение стоя, очевидно, хуже, — сказал Гарри. — Особенно в конце движения, когда я выпрямляюсь.       Малфой написал еще несколько строк в своем блокноте.       — Хорошо. А как насчет секса? Есть ли боль или это скорее дискомфорт?       Гарри разинул рот от удивления.       — Что?!       Малфой закатил глаза.       — Как старомодно с твоей стороны, — вздохнул он. — При восстановлении мышц-сгибателей бедра люди обычно чувствуют легкую или умеренную боль во время большинства повседневных действий, но при выполнении движений вперед боль становится гораздо ощутимей.       — Я, эмм, не знаю, — пробормотал Гарри, желая провалиться под землю. — Как я уже говорил, я выписался из больницы только вчера вечером. И, эмм, в любом случае, сейчас у меня нет возможности это проверить, — тихо добавил он.       — Бедняжка, — усмехнулся Малфой. — Сочувствую. — Он набросал еще пару строк в свой блокнот. — Это тебе не особо понравится, но боюсь, тебе придется сделать несколько тазовых движений, чтобы проверить максимальную амплитуду.       — Я в восторге, — вздохнул Гарри.       Малфой усмехнулся.       — Все так говорят. Ладно, раз уж ты уже в спортивной одежде, можем попробовать прямо сейчас. Давай для разминки сделаем несколько выпадов.       Произнося эти слова, он посмотрел на спортивные штаны Гарри, и тот почувствовал, как его щеки, уже раскрасневшиеся от смущающего вопроса о сексе, запылали еще сильнее.       После нескольких выпадов и серии ужасных подъемов бедер, на самом деле оказавшихся не такими уж ужасными, Малфой заставил Гарри надеть тот странный металлический пояс. Он был покрыт разноцветными шипами, которые, по словам Малфоя, должны были «собирать данные об активности мышечных волокон», но, несмотря на сходство со средневековым орудием для пыток, он совсем не причинял боли.       Гарри внимательно следовал инструкциям Малфоя, позволяя ему направлять себя в движениях.       — Надави немного вперед, — сказал Малфой, а затем поправил, — Нет, сейчас ты используешь мышцы живота. Надави только бедрами… да, вот так. Как ощущения?       Гарри вздрогнул, когда усилил растяжку.       — Ох, блять! Больно! — прошипел он, когда обжигающая боль пронзила левую сторону его таза.       Малфой кивнул.       — Хорошо, остановись и наклонись вперед. Вот так, — промурлыкал он, его голос был странно успокаивающим. — Просто дыши, пока боль не утихнет.       — Как думаешь, есть хоть какой-то шанс, что я буду готов играть? — простонал Гарри несколько минут спустя, осторожно выпрямившись и сняв пояс.       Малфой прикусил нижнюю губу, обдумывая ответ.       — Думаю, тебе будет сложно показать себя с лучшей стороны, но мы, скорее всего, сможем довести тебя до восьмидесяти процентов восстановления. Но это в том случае, если ты будешь делать, как я говорю, и приложишь максимум усилий.       Гарри моргнул.       — Но целители из больницы Святой Хильдегарды сказали, что пройдет как минимум месяц, прежде чем я вообще смогу снова сесть на метлу, — сказал он.       Малфой протянул руку и взял пояс из протянутой руки Гарри, его выражение лица было необычайно миролюбивым.       — К слову, немецкие целители, как правило, придерживаются исключительно консервативного подхода к восстановлению после травм. Месяц без полетов кажется мне излишней мерой.       Сердце Гарри замерло.       — Да?       — Да. Если все пойдет хорошо, то мы полетим уже в эти выходные. — Он застегнул сумку и с приглушенным ворчанием закинул ее на плечо. — Спасибо за уделенное время, несмотря на то, что я заявился без предупреждения. Уверен, что у меня есть все необходимое, чтобы подготовить весь план лечения. Начнем завтра утром в девять?       — Да, звучит отлично, — кивнул Гарри, наблюдая, как тот поднимает свою куртку.       Когда Малфой уже собрался идти, он снова повернулся к Гарри.       — У тебя есть какие-нибудь интересные планы на остаток дня?       Гарри вздохнул.       — Не особо. Позже я отработаю кое-какую тактику с Моррис, и все. А у тебя?       — Немного посплю, а потом начну работать над планом лечения, — сказал Малфой, перетаптываясь на месте под тяжестью сумки. — Я ненавижу международные порталы, они всегда выводят магию из равновесия. У меня такое чувство, будто я только что вышел из дуэли с троллем.       Это признание собственной слабости очень удивило Гарри; ему потребовалось пара мгновений, чтобы прийти в себя.       — Я тебя отлично понимаю, — ответил он, поняв, что Малфой действительно выглядел уставшим. Ему вдруг стало немного стыдно, что он не заметил этого раньше. — Думаю, травм в квиддиче было бы вдвое меньше, если бы существовало окно длиной в сутки между использованием портала и полетом.       — Если бы его ввели, я бы, наверное, потерял половину своих клиентов, — усмехнулся тот, направляясь к двери.       — Спасибо, Малфой, — сказал Гарри. — Ну, знаешь, что так быстро пришел мне на помощь. Я это ценю.       — Пожалуйста, — сухо ответил он. — Мне совсем не хочется нести ответственность за поражение Англии на Чемпионате Мира.       Гарри открыл дверь и вежливым жестом предложил Малфою выйти.       — Уверен, если это случится, то разъяренная толпа набросится на меня, — вздохнул он. — Ну, или на Возняка.       — Ммм, это был исключительно гнусный поступок с его стороны, — согласился Малфой. — Увидимся завтра ровно в девять. И прошу, не надевай эти спортивные штаны.       Гарри проводил его взглядом по коридору, затем закрыл дверь и начал вторую разминку. Немного дополнительной практики никогда не помешает.