Победитель получает все

      Дверь в кабинет ЗоТИ захлопнулась, отрезая от нескончаемого гула. С самого появления гостей весь Хогвартс ходил ходуном, а теперь, когда объявили имена чемпионов, все как-будто с ума сошли. И только в классе Защиты было спокойно — студенты догадывалась, что у профессора Поттера, победителя Волдеморта и мракоборца в отставке, не самые приятные ассоциации с этим мероприятием. — Поздравляю, Северус. Ты получил не только статус чемпиона, но и прекрасный повод заткнуть некоторых идиотов. — усмехнулся профессор, усевшись на собственный стол. Обычно он пытался хотя бы сделать вид, что беспокоится о правилах приличия, но с Северусом никогда не заморачивался такими глупостями. Это было приятно. — Тебя завистники ещё не избили? — Нет. — соврал Северус, не моргнув подбитым глазом. — Если вы задержали меня только из-за поздравлений, то несколько опоздали. Окружающие уже выразили мне свой… восторг.       Несмотря на чары гламура, глаз ещё саднил, но хотя бы не светил фонарём на весь коридор. В любом случае это не отменяло его маленькой победы — из всех семикурсников Хогвартса Кубок Огня выбор его. Не придурка-Поттера или блохастого Блэка, а именно его, Северуса. Правда, теперь его ненавидела вся школа, — даже слизеринцы были не в восторге от такого чемпиона — но все это стоило того. Он покажет себя, и все дороги в мастера ему открыты.       Поттер покачал головой, усмехнулся. На эту улыбку Северус мог любоваться вечно. — Иди сюда. — поманил его профессор, закатывая рукава.       Сердце учащенно забилось, и Северус сделал шаг, потом ещё один, пока не упёрся в столешницу прямо между разведенными коленями. Под ложечкой сладко засосало от непрошенных фантазий, и он до побелевших пальцев вцепился в ремень старой сумки. Нельзя. Трогать. Профессора Поттера. Тем более за бедра. — Вообще-то я хотел убедиться, хватит ли у моего чемпиона ума не нарваться на неприятности или хотя бы выйти из них целым. — наконец соизволил ответить Поттер. Тёплые мозолистые пальцы ухватили Северуса за подбородок. Профессор буквально сдул с него гламур и недовольно цокнул языком, увидев фингал. — Горе ты моё.       Северус замер, как загипнотизированный, запоминая изгибы длинного белого шрама, пару родинок у правого глаза, несколько серебряных нитей в тёмных, неукротимых волосах. Он чувствовал осторожные пальцы и кончик палочки на своей коже, вдыхал запах, характерный, поттеровский, впитывал тепло его тела. Он стоял, пойманный в ловушку пристального зелёного взгляда, и внутри все дрожало от возбуждения и неловкости. Мир сузился до этого кабинета, до стола, до человека, который держал его, словно что-то очень ценное. Холодок, побежавший от палочки, ни капли не отрезвлял, скорее только больше раззадоривал и без того беспокойное сердце.       Удостоверившись, что синяк сошёл и ничего другого диагностическая чары не показали, Поттер посмотрел на него одним из самых серьёзных взглядов. — Я разберусь с Поттером и Блэком, они не посмеют тебя тронуть, по крайней мере сейчас. — Я сам.! — Я разберусь. — с нажимом повторил он. — Теперь ты — лицо Хогвартса, нравится им это или нет, и любая помеха тебе будет расцениваться как саботаж Турнира. С этим не шутят.       Северус постарался состроить самое недовольное лицо, но профессорские пальцы, все ещё держащие его за подбородок, изрядно отвлекали. — Даже когда я выиграю, вряд-ли что-то поменяется.       Он вздохнул, без слов смиряясь с помощью профессора. Поттер, правда, понял это по-своему и нежно (Мерлин, Северус мог бы умереть от этого прикосновения) провел пальцами по его скуле. — Кубок выбрал тебя, потому что ты этого достоин. Хогвартсу повезло с чемпионом.       И так легко и искренне это было сказано, что в груди тут же заныло. Северус достаточно хорошо читал Поттера, чтобы понять — профессор уверен в нем абсолютно и безоговорочно. И никто и никогда не поверит в него так, как поверил сейчас Гарри Поттер. — Вы… — горькие слова сами сорвались с языка. — Вы единственный, кто так считает.       Поттер лукаво улыбнулся, и обида сразу стала ощущаться как что-то глупое и несущественное. Северусу стоило неимоверных усилий оторвать взгляд от этих губ. — Мне казалось, моё мнение тебе важнее. — он помолчал, глядя прямо в глаза Северуса, и голос его приобрёл новые, глубокие нотки, от которых вниз по позвоночнику побежали мурашки. — Я видел, как ты колдуешь в заброшенном классе. Что-то не по программе, тёмное, но чертовски… красивое. Мощное. Даже воздух трещал от концентрации твоей магии… Они все увидят, как ты искусен в колдовстве, и умрут от зависти.       Щеки будто обдало кипятком, во рту пересохло, и Северус в смятении уставился на дурацкий галстук со снитчами, с трудом вспоминая, как дышать. Нет, он, конечно, в любом случае собирался показать себя лучшим, но теперь он сделает все и даже больше, лишь бы Поттер не пожалел о своих словах.       Он выиграет этот дурацкий кубок, цена не имеет значения. И если… нет, когда он выиграет, жизнь начнётся с чистого листа. Жизнь победителя, а не неудачника. И первое, что он сделает в новой жизни, — переступит страх и поцелует профессора Поттера.