Встретить однажды новый рассвет

Повторное ранение, часть руки оторвана механической акулой. Аластор вновь весь в своей крови и не знает, что болит больше: грудь или новый повреждённый участок плоти. Рядом с ним Чарли и маленький ангелочек, пожертвовавшая одним из своих крыльев, дабы не дать лучу из пушки, подпитываемой энергией их короля, обратить демона в пепел. Страшно. И он не может избавиться от чувства благодарности к этой ангельской девочке, поэтому отползает в сторону, чтобы следующий выстрел не зацепил ни её, ни принцессу. Знает ведь, Вокс целится в него, именно Радио‐демона он хочет убить за то, что тот скинул его с вершины, на которую до этого помог подняться. А все ведь так хорошо начиналось… Уверовавший в свою победу Винсент продолжал оставаться слепым, оскорблять Чарли, пытающуюся доказать возможность искупления, установить связь с Раем. Используя соглашение с принцессой, управляющий вынудил девушку признать на камеры главу Ви самым сильным грешников в Аду. Сделка между Аластором и Рози оказалась нарушена, первые оковы спали, а после треснула и другая цепь. Глупенький теле‐демон так и не понял игры слов, коснулся принцессы, даруя свободу своему пленнику. Ал не смог сдержать торжественного смеха и выговорил всё, что накопилось внутри за последние дни старому знакомому, все оскорбления, издевки, сдерживаемые на языке, пока он был связан. Что же, Винсент получил в конце то, на что и рассчитывал Радио демон, расплачиваясь за все формы унижения, через которые провел оверлорда, когда тот сдался в плен. Правильные слова, брошенный вызов сломали разум главы Ви. Он потерял желанный субъект. Не получил от него признания, поклонения, сожаления. Да и никогда бы не получил, поздно понял, Аластор все время игрался с телеведущим ради достижениях своих целей. Без применения силы упрямца не сломить, не взять, не заставить смотреть только на него. Завязалась драка, в процессе которой Вокс начал сдавать позиции, хотя в первые минуты нанёс несколько крепких ударов радиоведущему. Ал все ещё был ослаблен из-за раны, но смог взять первенство, пока Винсент не позвал на помощь свою любимую механическую акулу, и та не отвлекла разъярённого Радио-демона, не успевшего ещё и за короля поквитаться. Вокс же окончательно лишился рассудка, видя перед собой только того, кем хотел обладать. «Не доставайся же ты никому», — с этими мыслями он стал стрелять из пушки по городу, снося все здания, испепеляя грешников, что поддерживали его все время. Новый удар по нарциссической натуре, требующей внимания, любви публики, прилетел незамедлительно. Рейтинги теле демона средь населения стали падать, души обвиняли в обмане, доводя до предела хрупкое эго. Сумасшествие Винсента создало тот момент, где раненый Аластор старался отвести выстрел от двух девушек. — Вокс, прекрати, ты сейчас перегрузишь оружие, и умрём мы все! — крикнула Кармила Кармайн, пытаясь привести опасного грешника в чувства. — Плевать, — злобно произнёс глава Ви, склоняясь с пушкой над жертвой своего гнева, вокруг него угрожающе летали провода. — Мне плевать, если я смогу стереть эту улыбку с лица Аластора, — на экране задребезжала одинокая слеза, но она не вызвала сочувствие у Радио демона, ибо друг из прошлого сам пришёл к этому концу. Сам кузнец своих бед, своих чувств, своих потерь. «Люцифер», — подумал оверлорд, не представляя насколько ангелочку сейчас больно, когда с него максимально качают энергию, насколько он ослаблен, а главное не погибнет ли после. Даже если остановить Вокса, смерть дьявола уничтожит весь Ад. Переломный момент. Последнее зерно посаженное Аластором. Именно коллеги теле‐демона нанесли решающий удар, останавливая своего компаньона. Валентино в ярости оторвал голову любовника. Потеряв тело, Вокс не лишился жизни, телевизор продолжал функционировать, глаза видеть. Узрели они вскоре неприятную для себя картину… Оверлорды, спасая свои жизни, уж вряд‐ли большинство из них прониклось силой дружбы и любви, вложили максимально энергии, чтобы создать щит вокруг пушки, которая вот-вот готова была одним взрывом снести как минимум половину верхнего круга, забрав с собой всех независимо от статуса. Раненый Аластор не сразу присоединился к общей группе, в тени ожидая разгневанную леди, с которой отныне оверлорд мог поговорить по душам. — Не хочешь им помочь? — сурово спросила Рози, становясь подле бывшего слуги. Она была недовольна, лишившись сильной боевой единицы. — Я не работают за даром, — черт насмешливо глянул на даму. — Хочешь, чтобы я помог, плати, мои условия знаешь. — Они умрут, включая его, — черные глаза блеснули хищно, понимая, какие струны надо задеть. — Тебе может быть все равно на других, но не на того, кто сумел проникнуть в сердце. — В моем черном сердце давно пустота, милая, — умело соврал демон, делая шаг на женщину, испепеляя её злым алым блеском своего взора. — Я ничего не чувствую, частично твоими стараниями, ведь это ты толкала меня в чужие объятья, это были не мои чувства. Всё, что меня волнует, веселье, дабы развеять скуку. — Ты настоящий демон, — пренебрежительно фыркнула. — Говори условия своей сделки, — на губах появилась усмешка, когда ей протянули сломанную трость микрофон. Едва стоило получить назад всю свою мощь, оверлорд вместе с дамой присоединился к общей массе, укрепляя защиту, что сдержала взрыв и не дала уничтожить город. Всё счастливы и довольны результатом, но не хватало одного… Люцифер выбрался из разрушенной капсулы шатаясь, чувствуя как из открытых ран медленно вытекает кровь. Увидел дочь, обнимающую Вегги и Эмили, на лице возникла улыбка, прячущая всю боль и недомогание. — Папа? — удивилась появлению родителя принцесса, в глазах промелькнула тревога. Она кинулась к нему. — Ох, во имя семи кругов, что с тобой стряслось? Это все Вокс? — в глазах промелькнул гнев. — Всё хорошо, солнышко, — не моргнув, соврал падший, бережно касаясь щеки своего дитя. Огромный экран, который Вокс использовал для трансляции себя любимого, вспыхнул нежно-голубым светом. На нем появилась фигура бывшего постояльца отеля сера Пентиуса. Чарли заметалась взглядом между ним и раненым отцом, сжимающим её ладони. С одной стороны родитель, крепкий несокрушимый папа, с другой товарищ, вознесшийся на Небеса, олицетворяющий мечту, достижение цели. Принцесса долго скорбела по Пентиусу, когда тот исчез в золотом луче Адама, думала погиб, защищая их, что это её вина, обещала безопасность и не сберегла. Потом змей стал светом надежды, когда выяснилось куда он попал. Первый искупившийся грешник, поставивший на истреблении большой крест. — Иди, со мной все в порядке, — погладив дочь по пальцам, заверил её Люцифер, зная, как это важно для неё. Врал, ему было паршиво, но он не мог этого показать, всегда должен оставаться крепким родительским плечом для своей девочки. Чарли кинулась к экрану, чтобы поприветствовать Пентиуса, рассказывающего о своём искупление наконец-то внемлющему Аду. Когда король пошатнулся, принцесса стояла к нему спиной. Он был уверен, сейчас точно упадёт, но сзади оказалась твёрдая опора. Кто-то придержал падшего за плечи. — Выглядите ещё хуже чем обычно, — услышал знакомый ехидный голос, правитель запрокинул голову, чтобы встретиться взглядами со смеющимися алыми очами. — Почти как после секса с тобой, — с улыбкой тихо произнёс. — Ты же зубы никогда при себе не держишь. — Не слышал от вас прежде жалоб, — закатил глаза Аластор. — Я и не жалуюсь, мне нравится, — устало прикрыл глаза, сейчас он мог немного расслабиться, ибо все вновь становилось на свои места. Парочка и не подозревала о наличие у них невидимого свидетеля. Голова теле‐демона лежала рядом, и он все слышал, ощущая, как что-то ухает где-то внутри души болью. Почему жалкий коротышка получил того, кем он хотел обладать? Чем никчёмный король лучше него? Вокс видел, как Аластор аккуратно взял истощенного падшего на руки и унёс с поле битвы, пока его экран поднимал Валентино, чтобы уйти в остатки башни Ви, находящейся в противоположном направлении. То, как Радио демон уносит раненого правителя, заметил не только бывший глава Ви, но и почти все, кто был средь руин последнего сражения. Данная сцена звучала почти как признание, в особенности для Рози, следившей за всем из тени. На её губах играла хищная улыбка. Аластор зашёл со своей ношей в пустой отель. К тому моменту пташка в его руках успела пригреться, выглядела крайне довольной и крепко обнимала демона за шею. Восстанавливается серафим с завидной скоростью, не смотря на то, что ему пришлось пережить, да и сколько энергии из него выкачали. «Если б он мог убивать грешников, сидели бы мы все послушными девочками и мальчиками, не смея лишний раз шелохнуться», — подумал Радио демон, опуская правителя на диван, при этом ловко подкладывая подушку под спину. Услышал возмущённое сопение, кому-то явно понравилось сидеть у него на ручках. Радиоведущий глянул на свои ладони, на них блестели остатки золотой крови, крови ангела. Испугавшись, оверлорд быстро разобрался со сложными застежками на белом пиджаке, где виделись дыры от впившихся проводов и пятна драгоценной жидкости. За минуту оголил грудь правителя, проверяя серьёзность ран. Маленькие, глубокие прорези в нескольких местах, что ещё кровоточили, но не сильно. — Хорошо, что никто не видел, как ты срывал с меня одежду в пустом отеле. Слухи бы пошли, — ехидно подметил падший, который не сопротивлялся действиям управляющего, видя его испуг. Тронут тревогой. — Ваше величество? — тихо позвал Аластор, обводя пальцами следы чужих посягательств, чем вызывал табун мурашек у короля. — Что? — усмехнулся Морнингстар. — Я вынес вас на ручках с поля боя на глазах у всех оверлордов и грешников. Слухи и так пойдут, — тяжело вздохнул. — Хотя и без этого стараниями Вокса моя репутация рухнула окончательно, один хороший жест никак не повлияет. — Пф, репутация дело поправимое, — фыркнул. — Меня больше злит: ты рисковал своей жизнью, чтобы показать всем какой умный. — Зачем мне это? — рассмеялся Аластор. — Потому что ты идиот, — весело бросил король, заходясь смехом, но ойкнул, вспомнив о ранах. — Что же, сложно устоять, когда почти все в Аду играют в домино, часть в шашки, а меньшинство в шахматы, включая меня, — произнеся эти слова, добавил закадровые смешки через микрофон. — Знаете, когда вокруг тебя большинство живут лишь с прямой извилиной, становится жутко скучно, как будто пытаешься поговорить с рыбками из аквариума, но все что они могут делать это лишь беззвучно открывать рот. — Вот же, ехидна зубастая, — закатил глаза Люцифер. Падший взглянул на истерзанную руку черта, разодранный пиджак, алую кровь медленно стекающую на пол. Как он ещё на ногах держится с таким ранением? Вспомнил о следе оставленным Адамом, и злость накрыла с головой. О других он заботится, а сам делает вид будто с ним все хорошо! Ну в самом деле идиот! Упрямый олень, игнорирующий факт того, что ему могут помочь! Собравшись с силами, Люцифер резко схватил оверлорда за здоровую конечностью и утянул на диван, переворачивая того на спину. Не дав даже шанса возмутиться от подобной наглости, разорвал пиджак и рубашку, оголяя грудь демона. Взгляд мгновенно уткнулся в отвратительную рану с запекшейся кровью и грубо перешитую толстыми нитями. — Седьмое пекло, какой же кретин! — крикнул на демона король, смотря в красные глаза, полные то ли недоумения, то ли раздражения. — Вместо того, чтобы сразу прийти ко мне и попросить лечения, ты, кусок упрямого недоразумения, решил ходить вот с этим на груди! — указал на некрасивый след драки с первым мужчиной, добавляя наверх ещё парочку хлестких ругательств. С минуту Ал сидел шокированный, слушая гневную триаду короля, при этом часто моргал, будто не понимал смысл всех сказанные слов. Отойдя от первого эмоционального всплеска, демон искренне улыбнулся, а после, не выдержав, рассмеялся. — Это не смешно, — буркнул Люцифер, складывая руки на груди. — Ваше величество, — успокоив потеху, Аластор мягко взглянул на собеседника, — думаю вы не хуже меня знаете парадокс того, кого все считают самым сильным. Да, тебя боятся и не нападут лишний раз, но из близких никто и никогда не спросит о твоём самочувствии, нужна ли тебе помощь, ведь ты же сильный, ты можешь все, тебе ни одна беда не страшна, — склонил голову на бок, любуясь негодованием падшего и осознанием правдивости слов. — Вы первый, кто сейчас выразил беспокойство о моем самочувствии, наверное, потому что сами сталкивались с этим не раз. — Дело не в этом, — Морнингстар наклонился ближе к губам управляющего, — я волнуюсь за дорогого для себя человека, и это нормально, Ал, переживать, а ещё нормально демонстрировать эмоции, проявлять милосердие, потому что ты не станешь от этого слабее, наоборот, как по мне, способность показывать себя настоящего, а не надевать защитные маски, настоящий признак сильного существа, — коснулся уст черта в лёгком поцелуе. — Надеюсь, однажды ты это поймёшь, Бэмби, — вздохнул, отстраняясь. — Давай залечим твою грудь, — направил сияющую золотым светом руку к демону. — Подождите, — перехватил владыку за запястье. — Стоит заняться вашими ранами и восстановлением, прежде чем вы потратите остатки сил на меня и рухните без чувств. В зеркало очевидно давно не смотрелись, но у вас мешки под глазами размером с озеро Понтчартрейн, это раз, — загнул палец на руке. — Два, следует переместиться к одному из нас в номер, ибо если сейчас кто-то зайдёт, оправдаться мы не сможем, и слухи пойдут такие, что опровергнуть и шанса не будет, — обвел взглядом их фигуры, застывшие на диване. Люцифер увидел картину со стороны. Король вполне уверенно и удобно устроился в вызывающей позе на чужих коленях. Оба в порванной одежде, любой бы предположил, что вошёл в момент страстного порыва. — А ещё у нас есть Энджел, который непременно скажет «о, как горячо, могу я к вам присоединиться», — добил последним аргументом Радио демон, пытаясь скопировать манеру речи розового паучка. Вышло плохо, ибо натуры абсолютно разные. — А нахуй он не сходит с такими предложениями? — проворчал падший. — Не хочу вас огорчать, но это специфика его работы, — пошутил Аластор. В спальне короля Ада началась новая борьба. Радио демон попытался уложить правителя в постель отдохнуть, вставляя в спор несколько фактов: с раной на груди он ходит давно, ещё сутки потерпит, а рука и так затянется, ибо была повреждена не ангельской сталью, а значит регенерация грешника сделает все сама. Падший же в ответ напомнил, он быстро восстанавливается, а раны нанесённые ему ангельским металлом, пусть и медленнее, но заживут. Спустя длительный срок выиграл Люцифер, уложив оверлорда в свою постель и сев сверху. Заткнул все его возмущения поцелуем. — Так, и на чем мы остановились? — довольный собой спросил Морнингстар, потирая ладони. Пользуясь моментом дезориентации упрямого оленя, приложил светящиеся пальцы к дыре на груди. Грубые нити растворились под натиском целебных чар, а рваные края стали срастаться. Аластор предполагал, процедура будет болезненная как прижигание, но получил лишь приятную щекотку и тепло. Люцифер отстранил пальцы, когда на коже остался лишь едва заметный рубец, увы, окончательно избавиться от действия ангельской стали даже он не мог, ибо она повреждала душу. Не тратя время, приступил к руке. — Довольны? — спросил Радио демон. Хотел бы сказать «спасибо» за лечение, но ему не нравилось положение проигравшего, уложенного на лопатки. — Жду как минимум благодарности, — широкая хитрая улыбка украсила рот дьявола. — И не только на словах, хотелось бы чего-то весомого, — потёр двумя пальцами, будто между ними находились купюры. — И чего же желает мой король? — усмехнулся черт, знал же, придётся платить. — Нет, — сказал как отрезал, когда Морнингстар покосился на огромный макет утки. — Никакой Ути! — Ну вот, а я уставший, потратил столько сил, чтобы позаботиться о тебе, — наигранно грустно произнёс. — Так вас никто и не просил! — прикрикнул Аластор, скидывая с себя карлика. — Хорошо, — процедил сквозь стиснутые зубы, ловя на себе щенячий взгляд правителя. Возликовать падший не успел, дверь в комнату распахнулись, и в их общее пространство ворвалась запыхавшаяся, встревоженная Чарли. К счастью к этому моменту мужчины сидели на кровати порознь друг от друга. Узнав от Вегги, что Радио‐демон унёс с места происшествия её отца, она испугалась не на шутку. Да, Ал во много ей помог, но все ещё являлся для девушки опасной загадкой, к тому же с королём они очевидно, в её глазах, не ладили, а правитель сильно ослаб после трюков Вокса. Добавить к этому факт того, что принцесса только сейчас от своей девушки узнала о неспособности Люцифера противостоять грешникам, и вот она внезапная паранойя. Её всемогущий папа впервые показался ей невероятно хрупким и уязвимым, ещё и в лапах опасного демона. — А что у вас тут происходит? — оглядела с подозрением мужчин, не успевших сменить порванную одежду, да ещё и с оголёнными торсами остались. — Оказание медицинских услуг, — весело произнёс Аластор, спасая неловкую ситуацию и давая вполне понятное объяснение, когда указал на свою целую руку. — Ал! — возмутилась принцесса. — Папа и так измотанный, а ты забрал его, чтобы он тебя подлечил? — Какого низкого ты обо мне мнения, дорогая, — искренне обиделся управляющий. — Твой отец не мог на ногах сам стоять, но постеснялся тебе об этом сказать, — заработал укоризненный взгляд правителя. — Поэтому я доставил его скорее в отель, чтобы никто не воспользовался ситуацией в нашем аморальном обществе. А вот лечить меня он взялся чисто из своих каких-то альтруистических соображений, не слушая мои доводы против. — Ох, правда, прости, — выдохнула Чарли, прогоняя от себя тревоги. — Я было подумала, — осеклась, побоялась вновь оскорбить Аластора своими предрассудками. — Спасибо за помощь, и очень рада видеть вас не цапающимися хотя бы сейчас. — Не стоит благодарности, — Радио-демон поднялся с постели и подошёл к принцессе, собирался уйти из комнаты, чтобы дать им поговорить. Он точно не знал, лишь по добравшимся слухам, но перед всеми событиями отец и дочь успели поругаться, и им надо вновь настроить отношения на нужный лад, а управляющий тут третий лишний. — Он и вправду измучен, не усугубляй положение долгими речами, — ласково коснулся макушки принцессы, после чего растворился в тенях, игнорируя ревнивый взор короля. — Папа, прости меня! — Чарли кинулась к отцу, стоило им остаться один на один. — Я такая дура, что тогда накричала на тебя, — обняла родителя. — Ты хотел помочь мне, пошёл к Воксу, хоть для тебя это было смертельно опасно. Почему никогда не рассказывал о том, что не можешь вредить грешникам? — отстранилась, вглядываясь в лицо близкого существа. Боялась смотреть ниже, где виделись следы ран. А если бы он погиб? — Потому что я твой отец и всегда должен быть крепкой опорой для тебя во все времена, мне жаль, что поздно понял это и оставил тебя одну надолго, — бережно коснулся щеки своего чуда. Симфония нового витка загробной жизни звучала как торжественный марш. Казалось мир, до этого скрипящий ржавыми петлями, хорошо смазали маслом, и он наконец-то работал исправно. В отеле стало невероятно шумно из-за обилия грешников, однако в этот раз пришедших не с целью убивать ангелов, а пройти путь искупления. Конечно в тени оставалось несколько печальных пятен, таких как уход Энджела из отеля, боявшегося навредить друзьям из-за гипноза Вокса, и скучающих по паучку Черри и Хаска, последний пил больше обычного, Люцифера, часто не выходящего из комнаты и по долгу крутящего свое обручальное кольцо в руке. Тоска по Лилит стала в разы меньше, да и в его жизнь вернулись красные оттенки в лице оверлорда, что был здоров, полон сил и теперь не сторонился правителя шипя от боли. Морнингстар всегда встречал своего мужчину с озорной улыбкой, кучей безумных идей, одну из которых радиоведущий исполнил, связанную с несчастной «Утей», обещал ведь. И все же Аластор замечал странную тень грусти на лице сюзерена, и частично понимал её причину, как и то, почему король редко показывал нос из комнаты, не рискуя выбираться в толпу грешников в холле отеля. Раны оставленные той машиной затянулись, но вот следы полученные из-за Вокса нет, повязывая падшего цепочкой страхов. Плохая погода в Аду выдавала настрой владыки, поэтому Радио-демон взял на себя обязательство исправить ситуацию. За одно следовал вернуть Энджела, поскольку не нравилось управляющему с какой частотой его контрактник прикладывался к бутылке, тоскуя по первому постояльцу отеля. Благодаря своему вмешательству в устранение последствий безумств Вокса, Валентино и Вельвет смогли спасти репутацию Ви, а их активная рекламная компания после дала новую жизнь прежнему бизнесу. На везенье Аластора, посетившего башню для решения своей проблемы, эти двое ещё не успели простить друга и восстановить его тело, позволяя Винсенту существовать в виде головы-телевизора. Все стычки из прошлого с ними подвязаны на личном конфликте Радио-демона с телемагнатом, поэтому прежнего вражеского настроя не сохранилось. Наоборот, его без проблем пустили в башню, провели в кабинет, где Ал последние месяцы нередко находился связанным, а так же встретили с улыбкой, точнее встретила Вельвет. — Я уже сама думала тебя искать, мы так и не обсудили моду «ревущих двадцатых», — весёлая девушка вышла к нему как всегда с новым нарядом и причёской. В этот раз воздушный темно-фиолетовый комбинезон на бретельках, длинные сапожки и две свободные французские косы. — Жаль нам тогда пришлось прерваться, но буду рад пополнить твой багаж знаний, — спокойно сказал демон, вежливо подавшись вперёд в лёгком наклоне. — Ох уж эти стариковские манеры, — закатила глаза. — Впрочем в этом имеется свой шарм. Как в отеле дела? — Прекрасно, нет отбоя от постояльцев, — позволил ненадолго увлечь себя в ничем не примечательную беседу, стараясь не замечать голову Вокса лежащую на столе и раздражённо сопящую. Как этот олень посмел явиться сюда? — Hola, amigo, — бодренький Валентино зашёл в кабинет в окружении нескольких дам из своего личного владения. — Какими судьбами? По плену соскучился? — Только если вы меня сможете снова поймать, — посмеялся Аластор. — Разговор есть, только между нами тремя, — покосился в сторону остатков Вокса, выдающего словесные ругательства. Одна из мер наказания, все делали вид, будто его не существует. Валентино довольно сощурил глаза, скрытые под очками в форме сердечка. На секунду победно глянул на своего любовника, ощущая дикий восторг от издевки: он ведёт дела с желанным им оленем тайком, и сам Аластор проявляет больше интереса к нему, Валу, а не к этому предателю. — Пройдём в мой кабинет, отныне я el gran jefe, — весело произнёс, панибратски обнимая гостя за плечо. Аластору это не понравилось, но руку он не скинул, позволяя себя вести в другую комнату, маленькая месть Воксу, можно и потерпеть чужое прикосновение. Не шипеть же в присутствие теле-демона, надо разыграть все так, будто он увёл у него приятелей, пусть понервничает. — О чем ты хотел поговорить? — спросил Вал, когда они разместились на диванах подле панорамного окна. Механизированный робот подал каждому напиток. — О его величестве, — строго произнёс Аластор, сжимая стакан. — Усилиями Вокса всплыла информация о проклятье нашего короля, я хочу, чтобы Ви опровергли эту информацию перед всем Адом. Придумайте историю, мол, не стал вредить, боясь разочаровать дочь, что так печётся о грешниках. Мне ли вас учить искажать факты? — Для чего нам это делать? — насмешливо спросила Вельвет, скучающе изучая свои страницы в социальных сетях. — Разве это наша проблема? — Это проблема нас всех, — тяжело вздохнул Радио демон, отпивая из стакана. — Секрет правителя я знал задолго до того, как это стало достоянием общественности. Думайте, не воспользовался бы этим, чтоб поднять свою репутацию. Убийца дьявола, звучит красиво. Все не так просто. Сущность короля завязан на самом Аде, — решил выдать одну из хранимых им тайн, — умрёт он, сгинем мы все. Сейчас любой захудалый бродяга, решившийся прославиться, может на него напасть с ножом из ангельской стали, ведь мы все знаем как убивать крылатых. Что произойдёт тогда? — он серьёзно взглянул на двух приятелей, надеясь на их разумность. Они остановили Вокса, когда тот сошёл с ума, помогли с пушкой, а значит хотят жить и править тем, что у них осталось. — Ты сейчас не блефуешь? — нахмурилась Вел, откладывая телефон в сторону. — Так бы мне и дела не было до короля, — пренебрежительно фыркнул Ал. — Да ладно, amigo, все видели, как ты на ручках его выносил, не строй из себя холодного и недоступного. Чем вы там потом занимались? Такая порнушка побила бы все рейтинги, — грубо рассмеялся Валентино. — Я вынес его, потому что он был ослаблен и мог найтись желающий ему навредить, — не зная зачем стал оправдываться радиоведущий, хотя это не имело смысла. Слухи уже ползли, в отеле верили им единицы, видя общение на повышенных тонах между пернатым и оленем. Они точно вели себя не как любовники на глазах публики, да и без ссоры не могли прожить и дня. — Ну-ну, — хихикнул Вал, — у Вокси не было похоже шансов с самого начала. — Я сделаю несколько записей на своих сайтах, запущу процесс смены информации, — сказала Вельвет, закидывая ногу к себе на колено. — Поверила на слово? — усмехнулся Радио-демон. — Блефуешь или нет, неважно, в случае если ангелы захотят вновь начать истребления, он наша козырная карта против них, да и если ты прав, то лучше перестраховаться, — накрутила на пальчик кончик косички. — А какие у вас там шуры-муры, нас мало касается, своих забот после истерик Вокса навалом. Аластор не стал переубеждать в опасности Рая, и сейчас ангелы мирно настроены, одна из них проводит с ними ну уж слишком много времени. Та самая маленькая девочка, что спасла жизнь оверлорда, пожертвовала одним крылом. Конечно в полной мере тут отплатить нельзя, но он выразил благодарность, выловив вечно суетящееся между Раем и Адом пернатое создание, вручил букет цветов и золотой браслет с крыльями, украшенными алмазами, сделан был на заказ. Малышка расцвела на глазах и кинулась обнимать демона, будто это не он должен быть ей благодарным за свою жизнь. — Хочешь очистить репутацию короля, выполни одно из наших условий, — Вельвет материализовала несколько конвертов, Аластор напрягся, хоть он и ожидал подобного, все же не мог предсказать, чего захотят бывшие друзья его одержимого фаната. — Мы тоже сейчас чистим свое имя после делишек Вокса, а отель, который поливался со стороны Ви грязью, набирает своих почитателей. Все в курсе наших недомолвок. Нужно хотя бы образно зарыть этот топор войны. У меня показ мод на этой неделе, — отдала пригласительные в руки Радио демона. — Хочу, чтобы на нем присутствовала королевская семья и ты, все-таки ваша драка с «плоскомордым принцем» пол города разнесла. Не буду возражать, если принцесса прихватит свою подружку, она у неё горячая, — Вел и Ал понимающие переглянулись между собой. Для него за все время пребывания в плену эта девчонка была безопасной зоной, ибо увлекалась она исключительно своим же полом. — Никакого подвоха? — насмешливо спросил Радио демон, пряча конверты в карман пиджака. — Мне ли тебя учить насколько важна репутация и любовь публики в средствах массовой информации, — хмыкнул хозяйка модной ниши в Гордыни, возвращая прежде брошенные её собеседником слова. — Согласен, — кивнул Аластор, решая, это неплохая альтернатива скоротать время, да и Люцифера давно пора вытащить из его комнаты. — Предлагаю скрепить наш мир ещё одним соглашением, — Радио демон приподнял свой стакан, будто собирался произнести торжественную речь. — Валентино, подаришь мне душу Энджела? — С ума сошёл! — гневно воскликнул мотылёк. — Отдать тебе мою звёздочку? — Давай смотреть на вещи здраво, он не звездочка, а твоя одержимость, напомнить до чего зацикленность на мне довела Вокса? — усмехнулся радиоведущий, сумел задеть, лицо собеседника исказилось от ярости. — К тому же твоя игрушка давно сломана и не пригодна для использования. И я не предлагаю просто так отдать мне его, — демон щёлкнул пальцами, и из тени появилось трое привлекательных грешников, две женщины и один мужчина. — Это будет своего рода обмен на новое и более эффективное. Вельвет окинула заинтересованным взглядом стройную девушку с серебристыми волосами и огромными бордовыми глазами в обрамление длинных пушистых белых ресниц. Эта грешница была альбиносом при жизни, что выдавали кожа, ногти, губы, и Ал знал, Вел та понравится, ведь именно такую модель глава дома моды и искала. — Мне по душе твоё предложение и она, — заинтересованная Вельвет подошла к приглянувшейся девчонке. — Беру её, — подцепила грешницу под руку. — Вел, мы даже не обсудили! — возмутился сутенер. — А что тут обсуждать? Аластор прав, Энджел изжил себя, ты его настолько замучил и опоил наркотой, что он с трудом работает, мы теряем зрителей, а это, — она указала на других. — Свежая кровь с идеальной внешностью, которая придётся многим по вкусу. Отдай ты уже одну жалкую душонку! — Хорошо, — скрепя зубами, согласился Вал. — Только на кой хрен тебе Эндж? — Он первый постоялец отеля и дорог Чарли, она по нему скучает, ублажаю потребности королевской семьи, — отшутился Радио демон. — Только в таком ключе ты их ублажаешь? — хохотнул мотылёк, а его собеседник раздражённо цокнул языком. — Так или иначе это уже тебя не касается, — строго произнёс Аластор. — Займёмся оформлением сделки. Спустя два часа оверлорд шёл к отелю с едва перебирающем ногами паучком, который словил первые приступы ломки без яда бывшего хозяина. Энджел даже толком ничего не понял, когда Валентино притащил его к управляющему отеля и вручил розовую цепь вместе с договором. Некоторое время Даст сопротивлялся, кричал, что он опасен для друзей, не хотел уходить, и тогда оверлорду пришлось применить грубость, поставив перед фактом, что теперь его душа принадлежит ему, и он обязан подчиняться. Паучок умолкнул и покорно последовал за новым хозяином. — Энджел, такими темпами мы не дойдём до завтра, — строго произнёс Радио демон, который раз останавливаясь, чтобы дождаться спутника. — В своём номере отлежишься. — Зачем ты это сделал? — едва ли не всхлипнул Даст. — Вытащил тебя из рук Валентино? — насмешливо спросил Аластор. — Видишь ли, мой женоподобный друг, Хаскер ну уж очень сильно по тебе скучает, настолько, что не отлипает от бутылки, — подошёл близко, вынуждая смотреть на себя. — Он моя козырная карта, но бесполезен в таком состоянии, поэтому тебе предстоит исполнить одну мою задачу: контролировать норму спирта в его крови. — Это все? — удивился Энджел. — Поверь, твои услуги ночной бабочки мне абсолютно не интересны, — покачал головой. — Прости, но в данном вопросе для меня ты слишком грязный. Я бы с радостью снял с тебя поводок, однако ради твоей тушки отдал три высококачественные души, надо это хоть немного компенсировать. — Я тебя понял, — кивнул паучок. — Слушай, не будет возражений, я тут в одном казино на сцене подрабатываю… — Мне плевать, — строго перебил оверлорд. — Послушай, условия работы со мной крайне просты: даю поручение, ты исполняешься, а чем занимаешь в свободное время, сколько у тебя любовников за ночь, не моё дело. Слышал о системе кнута и пряника? — насмешливо спросил, но в ответ получил лишь мотания головой. — У Хаска спросишь. В остальном ты не лезешь в мою жизнь, я в твою, приказы выполняются чётко и вовремя, и мы мирно сосуществуем. Все ясно? — Даст покорно кивнул. — Вот и славно. Поторопись, хочу успеть к ужину. — Подожди, если гипноз Вокса ещё действует, я могу опять начать вредить отелю, — встревоженная произнёс, стараясь попасть в быстрый темп ходьбы Радио-демона. — На принадлежащие мне души не действует, с момента заключения договора накладываю определённые защитные барьеры, — объяснил Аластор. — Не люблю, когда трогают и обижают моё, считаю это личным оскорблением. Так что тут тебе не о чем переживать, от подобных воздействий ты отныне под защитой. — Спасибо, — прошептал паучок. Энджел не был в восторге от ситуации с одной стороны, его как куклу продали из одних рук в другие. И все же Аластор не Валентино, приказ у него вполне приемлемый, использовать тело бывшей порно звезды точно не намерен, а с отвращением радиоведущего к сексуальным извращённым практикам, вероятность оказаться в постели в нелицеприятном виде почти равно нулю. Да даже если бы и имелась, Ал симпатичен и частично попадает во вкусовую категорию паучка. И ко всему прочему Радио демон дал понять, за пределами их сотрудничества Даст свободен, будет больно, только если он посмеет нарушить приказ и перечить, но в этом случае не страшно, Эн умел подстраиваться под обстоятельства, быть послушным и податливым. Вспомнил общение между Хаском и его хозяином, их вечную грызню и подколы, обмен ядовитыми фразами. Да Аластор закрывал глаза на все то, за что другие оверлорды оторвали бы голову! У него буквально приятельские отношения с его контрактниками, особенно если вспомнить тёплые слова и заботу в адрес Ниффти, часто катающейся на плечах демона и хватающей его за уши, другим это было категорически запрещено, конечности лишатся. Возвращение в отель оказалось достаточно громким. Чарли, увидев Энджела, едва не сбила того с ног, заключая в объятья. Следом за ней выскочила Черри. Хаск же ещё долго мялся у стойки, не решаясь произнести и звука. Аластор тенью скользнул к контрактнику, опустил локти на бар, а после острый подбородок на совмещенные пальцы. — Так и будешь стоять, не хочешь поприветствовать друга? — весело спросил оверлорд котика. — Я из-за тебя его вытаскивая, торгуясь с Валентино. — И эта моль его так легко отпустила? — удивился бармен. — Конечно же нет, — Ал раздражённо цокнул языком. — Пришлось отдать ему Клэр, Лору и Ника. — Ты серьёзно позволил им попасть в руки к этому садисту, зная, как он обращается с душами? — взбесился бывший повелитель. — Они сами согласились, когда я предложил, к тому же Вал плохо составляет сделки, — на лице отобразилась скука. Ни одного достойного противника в этой игре, всех легко обмануть точно детей. — Дал им подсказку как разорвать эти контракты. Только похоже Лоре это не грозит, она уж очень понравилась Вельвет, и думаю это взаимно, — хмыкнул, вспоминая заинтересованный взгляд девушки альбиноса. — Ну как, будем дальше ворчать, и мне вернуть Энджела Валентино? Или же ты наконец-то насладишься воссоединением с другом? Убеждать повторно Хаска не потребовалось, он направился встречать своего паучка, который едва не расплакался при виде старого картежника, сам кинулся обнимать его, утыкаясь лицом в мохнатое плечо. Довольный результатом оверлорд направился наверх, переместился в яблочную башню. Шагал беззвучно, точно подкрадывающийся к жертве кот. Он включил на радио знакомую композицию, привлекая внимание короля, решившего наконец-то разобрать подарки от князей. С губ владыки сорвался смешок, ибо в этот раз ему попался дар Асмодей в виде различных игрушек для интима. — Может выберем что на вечер? — весело спросил падший, частично оборачиваясь к подданному, присевшему на кровать рядом. — Ещё раз подумаете об этом, и ноги моей здесь не будет, — предупредил Радио демон, стараясь не смотреть на бесстыжие вещи. — Не хотите прогуляться в город? Вы ведь давно не были на улицах Гордыни, не знайте их. — Хочешь сходить на свидание? — поинтересовался правитель, путаясь в длинных рукавах растянутого розового свитера. — Лучше тогда в ресторан к Оззи или можем прогуляться по набережной в Зависти, там есть чудесный бар… — Ваше величество, — строго перебил управляющий, — вы знайте все о чужих круга, где какое хорошее заведение. А как же Гордыня? Тут не меньше мест, куда можно заглянуть, чтобы приятно провести время. — Аластор, это не лучшая идея для меня выходить к грешникам, после того фиаско, — мотнул головой. — Среди рождённых в Аду я чувствую себя куда безопаснее. — Начнём с того, что с вами буду я, — отметил демон, — на мне проклятье не лежит, и грешников могу хоть в бараний рог скрутить. Хотя вряд ли это понадобится, большинство моего взгляда боится. К тому же у вас есть мимикрия, смените облик и все, — потянулся к телефону короля, небрежно сжал его между двумя пальцами и вложил в чёрные ладони. — А на десерт почитайте новости. Решив в этот раз не спорить, падший сделал, как ему сказали. Лицо вытянулось от удивления, глаза округлились. Весь интернет, а точнее грешники, обсуждали лживую информацию от Вокса о том, что правителю нельзя трогать души людей. Тот лишь на самом деле не убил бывшего главу Ви из-за большой любви принцессы к пропащим созданиями, её стремления всех искупить. — Все снова остерегаются того, что однажды ваше величество сорвётся и размажет какого-нибудь наглеца по стенке, — весело отметил Аластор, бегая глазами по буквам. — Так что, будем бояться дальше или попробуем наконец-то ужиться с человеческой частью своего народа? — Это ты все устроил? — удивлённый спросил Люцифер. — Нет, это остатки Ви пытаются умаслить королевскую семью, — с лукаво улыбкой соврал управляющий. — Вот, даже приглашение на показ мод прислали, — отдал конверт королю. — Ловушка? — правитель неуверенно потряс запечатанным письмом. — Попытка заключить пакт о ненападении, — задорно произнёс Радио демон. — Надеюсь не Молотова-Риббентропа? — усмехнулся владыка Ада. Аластор шутки не понял, ибо не изучал историю людей после своей смерти. Падший отмахнулся, не намереваясь погружать мужчину в долгий рассказ о Второй мировой войне. Морнингстар нежно коснулся скулы демона, припал губами к уголку неестественной улыбки, благодаря за помощь. Чтобы этот черт не говорил, но бывший серафим знал, тот пошёл в логово бывших врагов ради него, дабы защитить, уберечь. Люцифер с трудом мог вспомнить, когда в последний раз он ощущал на себе вот такую чужую тревогу за него, обычное живое существо, а не сильного и грозного дьявола. Поцелуй углубился, когда под движением настойчивых пальцев, надавивших на подбородок, оверлорд разомкнул уста. Демон откинулся назад, увлекая за собой карликовое недоразумение, что без угрызений совести активно хозяйничало своим языком у него во рту, будто так и должно быть, и это место без всяких споров принадлежит ему. Одежда на полу либо в первозданном виде, либо частично порванная, потому что кто-то оказался слишком нетерпелив. Люцифер никогда не лишал внимания каждый участок кожи, каждый изгиб тела, оставляя на них свой следы в виде узоров укусов, багровеющих пятен или прозрачной влаги слюны. Он безумно любил долго пытать существо под ним лаской, заставлять его собранный и холодный разум погружаться в хаос, пока тот не сломится под напором истинных желаний, сам не протянет руки к ангелу. — Может мне в этот раз выпустить крылья, как ты любишь? — дразнящий змеиный шёпот раздался у самого кончик алого уха. За время их отношений он выучил все слабости партнёра, все его фетиши, и один из них тот, который мог предоставить не каждый — оперенья райских пташек. Оверлорд, уже почти потонувший в общей неразберихе мыслей и эмоций, сосредоточенный на процессе, любовнике, отстранившийся от мира за пределами кровати, неуверенно кивнул. Король не часто такое предлагал, то ли чтобы не избаловать, то ли потому что партнёр в пиковые моменты уже несколько раз умудрялся вырывать у него перышки. — Хорошо, но взамен, — прикусил тонкую кожу на шее, — ты позволишь и мне добавить немного остроты в наш секс. — Это наглая манипуляция, — едко заметил Аластор, впиваясь когтями в белое плечо. — Кто бы говорил о наглых манипуляциях, — посмеялся падший, дразня, лаская любимого в районе живота, забредая пальцами ниже, но не касаясь плоти. — Один маленький эксперимент, мой стеснительный демоненок, не понравится, больше повторять не будем, — говорил, едва задевая губы черта. Аластор никогда не любил соглашаться на неизвестные условия, но с этим карликом все всегда выходило за рамки разумного для Радио демона. Эксперименты становились постоянной константой в их постели, расширяя границы взаимодействия. Люцифер учил медленно, постепенно, ни к чему не принуждая, принимая каждое вдохновение в вопросе интима, что могло озарить ушастую голову. — Хорошо, — через статический звук согласился оверлорд. Морнингстар не дал объяснений что делать и как. Он распахнул крылья, позволяя черту погрузить пальцы с острыми когтями в мягкое оперенье, коснуться основания. Сами действия демона осторожны, приятны, вызывают дрожь во всем теле, пока любовник падшего не начинал сжимать с силой по несколько перышек, едва не выдергивая их. Именно это он сделал в ту секунду, когда на возбужденную плоть надели эрекционное кольцо, стимулирующее ещё больше желание. Одна из тех игрушек, присланных Оззи, когда он узнал о том, что король вновь сошёлся со своим парнем. — Я вас ненавижу, — прошипел оверлорд, осознавая, попался как мальчишка, которого заманили сладким угощением. — Я тебя тоже, любимый, — рассмеялся дьявол, целуя до онемения чужие уста. Ночь завершилась восстановлением дыхания. Регенерацией, медленно затягивающей следы от зубов и когтей. Алой и золотой кровью на разодранных простынях. Перьями, лежащими на полу вместе с одеждой. Они никак не могли научиться любить друг друга тихо, всегда это происходило с наплывом эмоций, безумством страсти, где страдала мебель и тела, однако при этом возвращались друг к другу снова и снова. Любовь на демоническом языке? Люцифер даже не знал как обозвать все эти порывы. Вот они мирно слушают музыку, читают, разговаривают, а в какой-то момент реальность меняется. Ядовитые слова, выражение презрения, сарказм мягче шёлка и острее лезвия, отравляющий существование. В одни из таких дней Аластор пытался отсечь голову непутевого ангела саблей, гонясь с ней по всей комнате за королём, принимающим облик различных животных. Из-за чего сцепились? Никто не помнил. Откуда сабля? У правителя всякого в номере хватало, спальня владыки своего рода выручай-комната, чего тут только нет. Закончилось все тем, что ловкий король сумел схватить подданного, выбить оружие и скрутить руки, и все перешло в попытку растерзать, однако иным образом. — Ты лучшее, случившееся в моей жизни за последнее время, — раздаётся с придыханием в темноте голос Люцифера. — Согласен, — посмеялся оверлорд. — Я лучшее в вашей жизни. — Гад высокомерный, — буркнул падший, метка ударяя демона по самодовольному лицу подушкой. — Мог бы что-нибудь романтичное сказать, — пристроил голову на груди любовника. — И вовсе я не высокомерный, — изобразил обиду в голосе. — Ты смотришь на всех так надменно, будто нищему милостыню подаешь, — съязвил в ответ. — А с гадом получается согласен? — Спите уже, на что я точно не соглашусь, так это на второй акт.