Покой мне только снится

      Июнь 1943 — секретная лаборатория С.Н.Р., Нью-Йорк       Я оторвала взгляд от оборудования, не понимая, почему это все так резко замолчали. Заметив, что все смотрят в одну точку, я задрала голову и заметила Стива и Пегги, стоящих на верху лестницы у самого входа в лабораторию. Что ж, значит, время пришло.       Как только они спустились к нам, я откинулась на спинку стула и помахала Стиву.       — Ну как, готов встряхнуться? — с ухмылкой спросила я. Увы, реакция вышла не такой, как я ожидала: от Пегги повеяло холодной серьезностью, а Говард так и вовсе хлопнул меня по затылку планшетом. — Что? — спросила я.       Роджерс вяло улыбнулся мне, пока шел к доктору Эрскину. Я развернулась к Говарду; он отложил планшет и смерил меня строгим взглядом.       — Эд, постарайся сегодня не слишком много шутить, — он глянул по сторонам, после чего наклонился к моему уху. — Эти вояки только и ждут повода заслать тебя обратно в Германию.       Я вздохнула, ссутулившись на стуле.       — Да, да. Понял. Сидеть и помалкивать. Устроит?       Говард покачал головой и закатил глаза.       — Их — да. А вот я бы хотел попозже пообщаться с одной оторвой-егозой. Нам нужно обсудить кое-какие расчеты.       Я не совсем поняла, что он имел в виду под «егозой», но всё равно кивнула и повернулась к центру лаборатории, где Стив, снявший рубашку и пилотку, забирался в металлическую капсулу на постаменте.       — Мистер Старк, что с уровнями? — спросил доктор Эрскин. Говард отошел от меня и взошел на центральную платформу.       — Уровни на ста процентах. Возможно, оставим без света пол-Бруклина, но мы готовы. Как никогда прежде, — услышала я его голос, пока вертелась на стуле.       Мне велели сидеть смирно и при необходимости ассистировать Говарду. Но я торчала здесь уже битый час; руки так и чесались заняться… хоть чем-нибудь!       — Эдвард.       Я развернулась на стуле и подняла взгляд на Пегги. Быстро обернувшись к центральной платформе, она нагнулась ко мне и тихо попросила:       — Проследишь, чтобы всё прошло хорошо?       Я слабо представляла, как мне может это удастся, но…       — Сделаю, что смогу, — ответила я. Не хотелось заряжать пессимизмом еще и ее. Пегги напряженно кивнула и пошла вверх по лестнице к рубке.       Раздались громкие щелчки и оглушительный звон, и мое внимание вернулось к центральной платформе. На ней, перед металлической капсулой, стоял доктор Эрскин, держа перед собой что-то вроде микрофона.       — Меня слышно? Он включен? — спросил он; его голос эхом разносился по лаборатории. — Дамы и господа, сегодня мы сделаем не очередной шаг к самоаннигиляции, а первый шаг на пути к миру.       Он сам писал эту речь или его заставили ее произнести? Я склонялась к последнему — слышать от него подобные слова было по меньшей мере странно…       — Мы начнем с серии микроинъекций в основные группы мышц испытуемого. Введение сыворотки повлечет за собой мгновенное изменение клеток. Затем, для стимуляции роста, испытуемый будет пронизан вита-лучами.       Стимуляции? Стив подрастет? Но как? Может, здесь задействован принцип равноценного обмена? Сыворотка же должна повлиять на все части его организма: как на мышцы, так и на кости с органами. Если он не будет расти…       От одной лишь попытки представить итоговый результат меня затрясло от отвращения.       От этих мыслей меня отвлек голос доктора.       — Введение сыворотки. Приготовились: пять, четыре, три, два, — он для успокоения положил ладонь Стиву на плечо. — Один.       Как только Стиву ввели синюю сыворотку, он застонал. Надеюсь, не от боли… Жаль, что никто не сказал мне, болезненный ли это процесс.       — Давайте, мистер Старк, — приказал доктор Эрскин.       Говард потянул за рычаг, и постамент начал подниматься; капсула закрылась и заперла Стива внутри. Пока ученые подсоединяли к ней трубы, Эрскин подошел к окошку на самом ее верху и постучал по крышке.       — Стивен? Слышишь меня?       — Наверное, уже поздно в туалет сбегать, да? — раздался изнутри голос Стива.       Поверить не могу…       Доктор с улыбкой развернулся.       — Будем продолжать.       Говард кивнул ему, подошел к пульту управления вита-лучами и медленно повернул переключатель. Затем, надев очки с темными стеклами, он схватился за клапан и стал крутить его, объявляя проценты мощности. С каждой названной цифрой из окошка капсулы бил всё более и более яркий свет.       Но на 70% что-то произошло. Стив закричал от боли; что бы с ним ни происходило, он явно страдал. Неужели… неужели это его убьет?       Я вскочила со стула в тот же момент, как Эрскин подбежал к капсуле и застучал по крышке, зовя Стива.       — Отключайте! — крикнула Пегги, выбежав из рубки. — Скорее, отключайте!       Я мигом оказалась у панели управления и принялась гадать, какой рычаг или переключатель прервет процесс. Я не позволю ему умереть! Когда броня пошла трещинами, разрушая кровавую печать Ала, я могла лишь наблюдать. Сегодня такого не повторится!       — Мистер Старк! — донесся до меня встревоженный голос Эрскина. — Вырубайте реактор, ну же…       — Нет! Не надо! Я выдержу! — раздался из капсулы голос Роджерса.       Мы все замерли. Я глянула на Говарда, и тот, с мгновение поколебавшись, вновь взялся за клапан. Когда он дошел до ста процентов, свет стал и вовсе нестерпимым; вокруг нас закоротило аппараты и панели, полетели искры, но я не отводила взгляда от капсулы, в которой лежал Роджерс.       Рано или поздно всё затихло и свет внутри нее погас. Несколько секунд мы стояли, затаив дыхание, после чего Эрскин обернулся и крикнул:       — Мистер Старк!       Говард быстро кивнул и нажал на кнопку. Капсула раскрылась, и я едва не потеряла дар речи от увиденного.       Ох-       Ре-       Неть.       Это… Это невозможно! Я отвернулась и глубоко задышала, стараясь сбить румянец с ушей и шеи. Он… Стив, он…       Да что со мной такое? Я видела Армстронга без рубашки и куртки чаще, чем могла сосчитать! Черт, даже в нашу последнюю встречу на нем были только штаны! Но… Боже. Стив радикально преобразился, превратившись из щуплого паренька в мускулистого высокого мужчину.       Покачав головой, я развернулась и зашла на платформу, где доктор Эрскин и Говард уже помогали Стиву выбраться из капсулы. Пегги подтянулась следом, и я едва сдержала смешок, заметив, что и она смущена. Да, конечно, чья бы корова мычала, но я хотя бы успела это скрыть.       — Как… Как ты себя чувствуешь? — выдавила она, протягивая ему майку. Стив огляделся, пытаясь отдышаться.       — Выше.       Меня кольнула зависть. Если бы я всё же согласилась, люди наконец-то перестали бы отпускать шуточки насчет моего роста. Но эти мысли пропали так же быстро, как и появились. Ни за какие сантиметры роста я не соглашусь вновь связаться с армией! Так что я беззлобно шлепнула Стива по ныне мускулистой руке, привлекая его внимание.       — Ну как, встряхнулся?       Он хмыкнул, натягивая майку через голову.       — Бывало и лучше.       — Когда, на учениях? — съехидничала я. — Военный лагерь, поди, уже по тебе соскучился. Поедешь обратно?       Он хотел было ответить, но тут рубку сотрясло от взрыва. Я пригнулась и, обернувшись, увидела, что весь верхний этаж охвачен пламенем.       Какого черта?       Быстро выпрямившись, я посмотрела по сторонам, выискивая детонатор. Первым мне на глаза попался доктор Эрскин; он стоял неподалеку, спиной ко мне.       А перед ним я увидела мужчину с пистолетом.       — Нет!       Я бросилась к доктору, но выстрел уже прогремел. Я заметила, как дернулся Эрскин, но успела оттолкнуть его, прежде чем мужчина выстрелил вновь. Вскинув голову, я заметила, что он всё ещё целится в нас, и отпихнула доктора. Мне даже хватило времени перекатиться, пока не раздался третий выстрел.       Или я так думала.       Как только я попыталась подняться, мою правую икру охватило болью; я вскрикнула и упала на пол. К счастью, стрелявший бросился к лестнице; мы с доктором его уже не интересовали.       Доктор!       Я обернулась и заметила Стива, склонившегося над Эрскином. Доктор ничего не сказал — лишь поднял руку и ткнул Роджерса в грудь, туда, где сердце. И… Всё. Он уронил руку и обмяк. Его грудь больше не вздымалась, дыхание прекратилось.       Нет…       Он… Он не мог…       Я ударила по полу правым кулаком и яростно взревела. Почему? Почему со мной это происходит?! Эрскин не заслуживал умереть вот так!       — Эд…       Я развернулась и заметила Говарда; он наклонялся ко мне, стараясь не смотреть мне за спину — туда, где лежало тело доктора. Присев, он взял меня под руку и помог подняться. Я судорожно выдохнула, хватаясь за его предплечье. Стоило хоть чуть-чуть перенести вес на правую ногу, как икра отзывалась резкой болью; я практически ощущала пулю, застрявшую в мышце. Я пошатнулась, но Говард вовремя меня перехватил.       — Идем, поищем тебе врача, — сказал он, и я, запрыгав на левой ноге, кое-как спустилась вместе с ним с платформы. Внизу я огляделась, понимая, сколь многое разрушил не только взрыв, но и сам эксперимент. И это произошло за считанные минуты…       Как за такое короткое время всё успело пойти наперекосяк?       Мы же только…       Стоп.       — А где Стив? — спешно спросила я, не замечая в лаборатории подросшего солдата. И не только его. — И агент Картер?       — Они побежали за убийцей. Будем надеяться, они его поймают, — пробурчал Говард, подводя меня к лестнице. — Взобраться сможешь?       Я кивнула и отпустила его, после чего крепко схватилась за перила и подтянулась на них, опускаясь лишь на левую ногу. Так или иначе мне удалось добраться до самого верха, и только там я наконец-то рискнула взглянуть на рану.       — Черт…       Я съехала на пол, схватилась за полы лабораторного халата и с легкостью оторвала от них кусок ткани. Подбежавший было Говард смотрел во все глаза на то, как я быстро перевязала рану. Не хватало еще лишиться сознания от потери крови — ни сейчас, ни в дальнейшем. Единственный человек, знавший, кто я на самом деле, погиб. Реакцию правительства США и их армии на подобное открытие мне даже представлять не хотелось.       А уж что скажут Пегги, Говард или Стив, если я открою им правду…       Великолепно. Просто великолепно…