The Neighbourhood

Where have you been?

Do you know when you're coming back?

'Cause since you've been gone,

I've got along but I've been sad.

Высокий, долговязый силуэт резко вылетает из своего домика в Олимпийской деревне, останавливаясь и ища по карманам излюбленные наушники. Без музыки он не может, слишком громко, почти кричаще, потребность заглушить почти такая же, как у странника в пустыне выпить воды. Однако на улице тихо, чуть ли не могильная тишина. Все жители комплекса спят в 4 утра. Шумно не на улице - шумно внутри. Гремучая смесь переживаний, страхов, надежд, однако надежд не своих, а надежд страны, название которой даже сказать нельзя. Флаг которой не будет развиваться, в случае победы единственного допущенного фигуриста. Это сжирает Петю - ощущение отрезанности от своих, ощущение своего одиночества перед сборными других стран, однако перед сборной США, это щемящее чувство одиночества чувствуется сильнее, намного ярче. Как будто в наказание, с глупой издевкой, Гуменника селят рядом с самым ярким представителем этой сборной. Да что уж сборной, с самым ярким представителем мужского фигурного катания, с королем четверных, quadgod'ом, называйте как хотите. Петя, в сердцах, называет просто гадом, без помпезной приставки quad. Двери соседнего строения открываются, и Гуменник уже заранее знает, кто из них выйдет. Петя клянет себя за нерасторопность, если бы искал наушники быстрее, то ушел бы уже вперед и может не произошло еще одной встречи. Малинин уже успел надоесть спортсмену, уж слишком его много, слишком ярко вокруг него. Аж глаза режет, светит Илья — как 10 солнц. Их встречи стали частым делом. Гуменник сначала не замечал, но все же постоянное нахождение Малинина рядом раздражало. Соседние домики, соседний тренажер в зале, бронь ледового корта сразу после Гуменника, соседний столик в столовой, золотистые кудри на верхних трибунах, во время тренировки Пети, столкновение взглядов множество раз за день. Это отвлекало, глаза мозолило. Грешным делом, парень задумался, что Илья специально пытается быть на периферии, однако Петя себя одергивал. Не нужно искать смысл там, где его быть не должно. Догадки Гуменника подтвердились. Из двери мягко выплыл главный претендент на олимпийское золото, копаясь в телефоне и активно набирающий сообщение кому-то. Пока что, Петя был незамечен и собирался воспользоваться этим, что бы уйти быстрее. Гуменник знал, что Малинин не подойдет к нему, открыто не заговорит, но будет наблюдать, как и все дни до этого. Пытливо смотреть, пытаться разгадать. Пете смешно, может Илья прознал про мемы из тик тока, и все эти ухищрения только ради поиска мифической стратегии. Уже отдаляясь от домиков, Гуменник слышит за спиной быстрые шаги, человек позади явно хочет догнать. Но зачем? Они ни разу не говорили, ни одной фразы. Петя думал, что так все и останется, на уровне быстрых взглядов и недосказанности. Неосознанно Гуменник ускоряется, не хочет быть пойманным, хочет идти до столовой для олимпийцев в полном одиночестве. Из компании, для него только музыка, только на английском, только что бы не слышать шум внутри. Рукав светло-голубой куртки, формы спортсмена в нейтральном статусе, дергает на себя рука в синей куртке сборной США. Везде чувствуется дух своей страны, Пете тоже хочется. Хочется, что бы на его куртке, вместо стерильной пустоты голубой ткани, красовалось Team Russia, но пока что, это только мечты. — Hello, my neighbor , — мягко говорит Илья, поравнявшись с Петей и перейдя с почти бега, на шаг. Голос Малинина вырывает парня из неприятных мыслей. Вынимая наушник из уха, и лихорадочно думая, что же нужно от него сопернику, Гуменник пытается придумать ответ. — Good morning, Ilia, — произносит Петя с явным, славянским акцентом. Ему кажется их диалог странным, карикатурным. Ведь оба знают русский, он сам слышал, как Малинин говорит на нем. К чему этот фарс? Он смотрит на Илью впервые, с такого ракурса. Парень идет рядом, и что-то говорит на беглом английском. Петя выше на сантиметров 10, и не понимает ни слова, слишком уж быстро тараторит будущий чемпион. Разум Гуменника выхватывает отдельные слова: что-то про завтрак, вечерние прокаты, соседство. Во втором ухе солист группы The Neighbourhood поет до боли знакомые слова. Пете снова смешно, кривая ухмылка тянет губы. Малинин замечает, осекшись на полуслове, рассказывая уже про командный турнир. Илья понимал, что собеседник, вероятнее всего, не разобрал и половины слов, надеялся, что парень все же пытался понять, но как оказалось, он даже не слушал. Малинин смотрел на украшенное полуулыбкой-полуухмылкой, лицо Гуменника и недоумевал. — Я сказал что-то смешное?, — вопросительно интересуется парень. Ему даже обидно. Многие мечтают, что бы он одарил их вниманием, завел диалог, дал хоть крупицу своего времени. — Наконец-то звучишь понятно. К чему весь фарс с английским, я плохо говорю, если честно, — в голосе слышится налет стыда. Знал ведь, английский — язык мира, но для изучения все равно выбрал французский. — Зачем ты постоянно в поле моего зрения, почему всегда рядом?, — Гуменник добавляет рискованный и не самый корректный вопрос. Он и не думал спрашивать лично, но если Илья сам завел разговор, то почему бы и нет? Брови Малинина взлетают, он и не подозревал, что микро-слежка так заметна. Его интересовал одинокий фигурист, его вечная нелюдимость. На лице всегда непроницаемая маска, красивая маска. Красивое катание, красивый профиль, красивая фигура. Малинин восторгается искренне. Куча "красиво" в голове, по отношению к Пете. Он под впечатлением уже давно, с того момента, как фамилия Гуменника была вписана в список участников Олимпиады. Тогда он несколько часов изучал. Пытливо рассматривал каждую программу. Онегин, Парфюмер, Дюна. Он смотрел все. После прибытия Пети в Олимпийскую деревню, Малинин начал наблюдать лично, в живую. Украдкой смотрел тренировки, в перерывах от своих. Медленно подбирался ближе, впутывался в привычную рутину Пети. Выбрать ближайший столик к нему в кафетерии. В спорт-зале использовать тренажер, без разницы какой, главное рядом с ним. Задержаться в общей зоне подольше, что бы увидеть его. Илья списывал эту странную зависимость быть рядом, быть в поле его зрения, на простой интерес к сопернику, с нетипичным поведением. Да, возможно он перегнул с преследованием, раз был замечен, но все же не хотел прекращать эту странную игру. — Многословный ответ, Илья, — пробурчал, уставший ждать ответа, Гуменник. Он и не надеялся получить внятный ответ, только лишь обозначить, что все видит и подмечает. Петя хотел смутить, внешне такого самоуверенного парня, и у него это получилось. — А...мм.., — Малинин все еще пытался подобрать подобающий ответ, как и для Пети, так и для себя. Природа интереса была непонятна и самому Илье. — Тебе не нужно оправдываться передо мной. Приятно было поговорить, удачи, — Гуменник вошел в двери корпуса столовой, придержав их, для слегка отстающего Малинина, и свернул в длинный коридор, ускоряя шаг, оставив собеседника молча смотреть себе в спину. — I tried to put it out for you to get. Could've, should've, but you never did , — вторил негромко Илья песне, слегка расслышанной из наушников Пети. Парню стала понятна ухмылка своего соперника. Малинин уже хочет инициировать следующую встречу, но все же постарается сосредоточится на сегодняшнем прокате произвольной программы.