Успеть переиграть смерть.

      Время крошкой просачивалось сквозь узкое горлышко невидимых песочных часов. Раздражающе медленно. Две проклятые луны так и не разъединились, похоже ночь в этом мире длилась значительно дольше, чем на Земле.       Кровать раздражала, стул раздражал, чертов Всадник бесил до скрежета зубов. Девушка пнула ножку стола, тот подскочил и с грохотом развалился, скосившись на один бок.       – Прекрасно, Вики, просто прекрасно! Давай еще доломаем остатки древней мебели, чтоб ему негде было лежать, сидеть, ходить и, возможно, тогда он вернет тебя домой! – уже не скрываясь проорала она окончание фразы, надеясь, что кое-кто ее прекрасно слышит.       На смену гневу, пришло потерянное опустошение.       «Чтобы там добили по-тихому».       И чего она так разозлилась? Голод спас ей жизнь.       «Для своих целей».       Он не собирался уничтожать ее мир.       «Если верить ему на слово».       А она почему-то верила, несмотря ни на что. Если не ему, то некому больше, и тогда становилось по-настоящему тошно.       Бессмертная замерла у окна, вглядываясь в темную пустошь.       Одинокие бледно-желтые кольца лун едва заметно пульсировали светом. Сухой воздух пылью застревал в горле. Тишина стояла оглушающая.       «Жить здесь – какое-то безумие. Зачем так издеваться над собой?»       …       «Словно в наказание…»       Она чувствовала, что вот-вот поймет что-то, что дошла до какой-то грани, шагни дальше – все станет понятно, но туда нельзя, себе же во благо. Там тьма, боль и пустота, там ненависть, там страх. Не всплыть – засосет.       Вики раздраженно поправила разодранный грязный рукав кофты, посмотрела на дырявые штаны и поняла, что больше так не может. Она тихонько выбралась из комнаты, чтобы добыть хоть какую-то одежду, и плевать, что это будет дизайнерский комплектик тысячелетнего древнего мужика!       Налет на гардеробную всадника выдался почти удачным – отдельное помещение встретило парой шкафов и рядами каких-то разномастных коробок. В комоде у стены лежали стопки чистого постельного белья, как раз отсюда они растерзали на бинты простынь.       Серое, серое, черное, темно-синее – комната отдавала унылым холодом.       Черная водолазка перекочевала на согнутую руку, штаны же оказались слишком широкими, оставшись лежать на полке.       Она зацепилась вниманием за кожаный плащ, подумав, прихватила и его, решив запахнуть, как платье. Еще нашла пару стопок носков. На этом все.       Всё еще недоумевая, как можно ходить без трусов, девушка заглядывала во все полки. Свои хотелось сменить невыносимо, но мысль, что она будет в водолазке, плаще и без белья, как-то застревала в мозгу, буксуя на картинках, как она подходит к Голоду и распахивает этот плащ, потрясывая несуществующим достоинством.       А вот что приятно удивило – это наличие пакета резинок для волос, кто бы мог подумать – цветных. Рядом с ними лежала помятая коробка от настольной игры. Почему-то на губах растянулась улыбка.       «Уходи, тварь, я раздражена на него» – безрезультатно гнала она ее прочь, вновь разливаясь, как сочное яблочко.       Закинула голову вниз, со стоном помассировала макушку и собрала высокий хвост.       С удовольствием скинула с себя остатки одежды, оставшись в одних черных стрингах.       Его водолазка пахла сигаретным дымом и пыльной ночью. Мягкая, теплая ткань приятно легла по коже, закрывая все тело до середины бедра. И вот теперь Вики окончательно поняла, что Голод ей небезразличен. Что к нему тянет с сумасшедшей, необъяснимой силой, и она не может это контролировать. Не хочет. Что ищет малейшие детали, которые рассказали бы о нем больше. Что готова ходить в этой тоскливой черной водолазке не вылезая, и что между ног приятно немеет при мысли, что он может с нее эту водолазку снять.       Вики накинула плащ, подвязала на манер приталенного платья, решительно двинулась к выходу. Она почти дошла до двери, когда над ухом раздался пробирающий до костей шепот:       – Подворооовываем?       – Твою мать! – вздрогнула Вики всем телом, стремительно разворачиваясь. – Да какого черта?!       – Думал, дай зайду – душенька моя бьется, наверное, в истерике, надо спасааать, а она, оказывается, уже освоилась, подалась в уголовщину, тащит добро из дому. Кхм. Могу предложить свои штанишкиии, – Смерть оттянул ремень свободных брюк, – если подвязать, думаю, сойдут за палацоооо.       – В другой раз, – стараясь вернуть себе самообладание ответила Вики, отходя от него на шаг.       «Если еще и этот без трусов, то я вообще не знаю, как буду дальше жить».       Тот зловеще улыбнулся, покачал головой. Его змеиные глаза врезались куда-то под ребра, засасывая желтым омутом бесконечности. Он шагнул к ней, забирая все свободное пространство.       – Тсс, не шевелииись, я греееюсь, – мурчание в его исполнении могло бы довести до холодного пота и заикания, но Вики уже начала привыкать, лишь боялась лишний раз глубоко вдохнуть.       – Г-греетесь?       – Угуу. Такаая сладенькая, тепленькая душа. Словно сам боженька благословил. А пойдем гульнем?М?       – Аа? Ээ, что?       – Ну, гульнем, – и взгляд такой честный-честный.       – Да уж нагулялась, что-то больше не хочется, а работать вам сегодня не нужно? – почти не нервно спросила девушка.       – Не нужно, – и Смерть посмотрел так радостно, словно отпуск впервые в жизни взял.       – Я как-то слабо себе это представляю, куда мы здесь пойдем? – все еще отпиралась она.       Всадник отмахнулся.       – Не здесь. Цепляяяйся. – мужчина протянул согнутую руку, приглашая. – Есть у меня одно местечко на примете, там все очень милые, добрые существа, тебе понравится. С восходом солнца верну обратно, обещаааю.       Такой он был располагающий в своей жуткой настойчивости! Вики с содроганием взялась за локоть, погружаясь во тьму перехода.       Стоило бы спросить, когда в этом мире наступит восход.

***

      Когда Вики осмотрелась, выплывая из черной воронки небытия, первое, что ей бросилось в глаза – это множество голых мужских торсов. Накачанных, загорелых, сочных. Слишком красивых. Слишком много. В раю такого не было…       И обилие ярких бликов – лампы, элементы одежды, декор. Глаза цеплялись за детали, но шум музыки мешал сосредоточиться.       Это был обычный земной ночной клуб. Смерть стоял рядом, довольно оглядываясь по сторонам. Он выглядел человечнее, насколько это вообще было возможно в его случае – белые волосы стали короче, собранные в хвост они болтались за спиной, заканчиваясь где-то в районе лопаток. Черные классические брюки, свободный белый пиджак надет на белую майку. Вики даже увидела два массивных кольца на безымянном пальце и мизинце. Единственное, что отдаленно напоминало, кто перед ней – это кулон с символом смерти на шее.       – Вооу, а меня можете научить так быстро переодеваться?       Всадник прожег ее своими медно-желтыми глазами, ему явно понравилось, что она оценила.       Мимо прошел очередной сногсшибательный мужчина, замедлился перед Смертью, подмигнул располагающе-открыто. И тут, наконец, пазл для Вики собрался воедино, явив простой ответ на вопрос: «а откуда столько красоты в одном месте?» – это был гей клуб! И, похоже, всадник не вдуплял, что здесь все такие приветливые, потому что хотят его попросту снять.       Она еще пару секунд держалась, рассматривая наивную, довольную моську жнеца, а потом сложилась пополам, истерично всхлипывая где-то в районе пола.       – Вики, душечка, ты чего? – взволнованно вопросил мужской голос откуда то сверху, – Тебе плохо?       – О, да, – давясь хохотом, вытерла она выступившие слезы. – Боже, это слишком смешно! Скажите пожалуйста, а вы часто тут бываете? – она сейчас просто взорвется.       – Второй раз, первый был по работе… А что? – От наивного недоумения на его лице ржать было уже физически больно.       Вики наконец выдохнула, подняла от пола спокойный взгляд, готовясь удивить бедолагу, и тут же сложилась обратно, переживая вторую волну хохота.       Высокий, растерянный, он терпеливо ждал, когда же ее уже отпустит.       – Фууух, – взяла она себя наконец в руки. – Понимаете…это гей клуб. Все эти милые люди хотят вас, как бы это сказать…в общем, слиться воедино – и далеко не душами.       Всадник завис. Минутная театрально-красноречивая пауза чуть не загнала Вики обратно под пол. Это его совершенно детское удивление на точеном породистом лице.       – Господи, забери меня отсюда, я больше не могу, – всхлипы стали сопровождаться икотой.       – Я не господь, но забрать могу, – как-то зловеще ответил ей жнец, затягивая в черный омут перехода.       – Прости, – виновато (нет) улыбнулась Вики, снова оказавшись в замке Голода.       Смерть какое-то время раздраженно рассматривал ее, а потом широко оскалился – смех был низким, отдавал щекоткой где-то в животе, и Вики поймала себя на мысли, что больше его не боится.       – Могу я узнать, как вас зовут? Неудобно называть Смертью в общественных местах.       Его взгляд потемнел, стал глубже. Она все также не видела его силы, но всей кожей ощутила, как ее стремительно тащит в промозглое, застывшее безвременьем, небытие. По рукам побежали колкие мурашки.       – Иери, – наконец серьезно сказал он в ответ, – и мне не нравится твое «Вы», сменим на более личное «Ты».       – Хорошо, – кажется кто-то в очередной раз сглупил, но пока не понял в чём и чем это потом аукнется, и этот «кто-то», блядь, она!       Вики сглотнула пересохшим горлом.       – Куда дальше?

***

      – Да ладно…       Вики стояла посреди непроглядной тьмы. Перед ней под светом одного единственного фонаря виднелась часть черной высокой стены с огромной деревянной дверью, окованной железом.       – Шутишь? – спросила Вики, рассматривая невзрачную вывеску, закрепленную над дверью:

«Вальгалла».

      – Не-а.       – Ты хочешь сказать, что там за дверью Вальгалла? Небесный чертог павших в бою воинов?       – Немного осовремененный его вариант. Не дрейфь – место, проверенное столетиями, – он толкнул дверь, пропуская даму вперед.       Ее тут же оглушил вполне себе современный фолк-рок. На входе стоял бородатый рыжеволосый викинг в доспехах и с мечом.       – Назови…Ооо, – его глаза восторженно вспыхнули, – великий Один, сам Смерть к нам пожаловал! Сегодня нас ждет разгульное пиршество! – его меч звонко ударил по щиту. – Друг, как же тебя давно не было видно! Без тебя, знаешь ли, брага не так крепка, женщина не так сладка, битва - не битва!       – Я не мог, Вульфгард, – Вики заметила, как от такого теплого приема плечи жнеца едва заметно расслабились, а взгляд стал мягче.       – Да уж понятно, провожать через грань и держать равновесие, великое дело требует много внимания.       – Все, что есть.       Пока они перебрасывались фразами, девушка осмотрела бар. Большое затемненное помещение уходило куда-то вглубь, дальней стеной словно растворяясь во мгле. Те же ощущения создавал потолок, точнее его отсутствие. Везде непроглядная пелена, словно весь бар выступал из серной туманной дымки. Хорошо хоть пол был вполне себе обычным.       Приглушенный свет точечно освещал барную стойку, танцпол, столы, какую-то большую клетку. Не клетку - ринг! Стены же украшали двери. Множество самых разных дверей – деревянных, железных, стеклянных, из бамбука, из пластика, с узорами, простых форм, странных форм. Вики откровенно засмотрелась.       – А это кто с тобой? – гостеприимно поинтересовался бородач, – Валькирия?       – Почти. Это Вики – моя коллега.       – Оу, дева смерти? – многозначительно протянул Вульфгард, – Что ж, скажу своим сегодня тебя не беспокоить… Или вы не против большей компании? – с надеждой спросил воин, ему хотелось угодить Смерти, и он точно знал, как это сделать.       Иери задумчиво окинул Вики взглядом, и, веселясь, хмыкнул:       – Нет, друг, спасибо, сегодня мы предпочитаем побыть вдвоем.       Когда они отошли от охранника подальше, Вики спросила:       – О чем он?       Впервые на остром лице мелькнула мягкая улыбка.       – О девочках, – всадник сощурил глаза, – только скажи, если будешь помогать, трех-четырех я вполне осилю.       – Э? Оу…, – зависла Уокер переваривая информацию.       Музыка громкой мелодией врывалась в уши, но почему-то его тихий смех она услышала отчетливо.       – Один-один, – прошелестел вдруг жутко довольный мрачный голос.       В ответ в ее глазах загорелись искры смеха.       – Один-один, – согласилась она.       Барная стойка ярким золотым пятном выделялась среди всего интерьера.       – Локи! Развлекаешься? – Пожал Иери руку бармена, а Вики жадно впилась глазами в невысокого крепкого мужчину. В голове не укладывалось, что ей сейчас сделает коктейль сам бог хитрости и коварства.       Он был чертовски красив. Пожалуй, самое главное слово, которое приходило на ум, – стать. Более тонкий, гибкий, нежели крупные викинги, тем не менее он нисколько не уступал им в силе. Живые глаза блестели лукавством. Черные волосы аккуратно убранные от лица, открывали обзор на острые скулы и спокойную линию губ. Ловкие руки со стуком поставили два стакана на стол.       – Вы вовремя, сегодня будет даже интереснее, чем я думал, – он плутовато улыбнулся, протянул им два браслета: всаднику – черный, девушке – желтый.       Уокер поняла, что ей срочно нужна реанимация.       – Наденьте, скоро будет викторина. – И он ткнул пальцем за спину на стену, на которой висел какой-то круг, поделенный на разноцветные сектора. По середине же была двусторонняя стрелка, как на часах. – Что налить моим дорогим гостям?       – А «Борода Одина» еще есть в меню? – уточнил Иери.       – Да, проходят столетия, а этот напиток все также традиционно пользуется большим спросом. Но! – Поднял палец Локи, привлекая внимание – друг, у нас тут недавно прошел очередной Рагнарёк и в честь этого я хочу предложить тебе сегодня попробовать новинку: «Сиськи Хелы». О, не обращай внимание на вульгарное название, просто я все еще немного зол, но вкус! Божественен! Отдает отчаянием, доблестью и немножко возбуждением.       Вики заинтересованно подалась вперед:       – Хочу. Это очень мне сейчас близко, можно сразу парочку?       Смерть внимательно посмотрел в загоревшиеся страстью женские глаза и молча протянул пару миниатюрных, с палец размером, топориков в качестве оплаты.       – Мне один такой, «Бороду Одина» и классическую брагу.       – Прииисаживайтесь, – театрально потарабанил руками по столу Локи, довольно пританцовывая под музыку, – все принесут.       Все в этом месте было необычным, интересным: столы в виде щитов, которые держали человеческие силуэты.       – Поверженные враги, – пояснил Смерть, по-свойски развалившись на мягком стуле.       – А у Смерти бывает похмелье? – спросила девушка, уставившись на ряд принесенных алкогольных напитков с абсолютно разным градусом.       Было неловко, Вики не понимала о чем ей с ним говорить, как себя вести, зачем все это? Но отнесла к очередной странной прихоти явно непростого характера.       – Нужно очень постараться, как ты понимаешь, сдохнуть от головной боли я точно не могу.       Коктейль и правда оказался божественным. Он растекался по языку маленькими электрическими разрядами, отдавая отчаянием. Когда жидкость попадала в горло, тело согревало доблестью, смелостью, хотелось завоевывать миры! Уже после, как послевкусие, на самой грани восприятия, приходило легкое, ненавязчивое возбуждение. Так незаметно ушел один стакан, второй…Беседа «ни о чем» поскрипела и пошла ровно, набирая обороты.       …И вскоре они нахерачились…       Девушка сложила руки на груди, возмущенно подняла брови, чувствуя тот самый прилив доблести.       – Ты что-то знаешь, но не говоришь. Зачем присматриваешь за мной? – глаза блестели от алкоголя.       Иери оскалился в одной из самых своих леденящих душу улыбочек и… промолчал. Опять.       – Я имею право знать – это касается меня, – настаивала Вики. – Что ты хочешь за информацию?       Но разве со смертью можно договориться или тем более давить?       – Маленькая, – расхохотался всадник, он хотел что-то еще добавить, но тут взревел зал. Множество гостей повскакивали со своих мест, приветствуя бога обмана.       – Иии добрый вечер! Дооообрый вечер! – Низким голосом поприветствовал он толпу. – Пришло время ВИИИКТОРИНЫ!       В дальней части помещения вспыхнул под лампами ринг, а Вики, предчувствуя беду, тихонько дернула всадника за рукав.       – Только не говори, что мы будем драться.       – Да, – легко подтвердил Смерть, внимательно вглядываясь в ее лицо, – здесь много Валькирий, думаю знакомство с ними тебе будет полезным, может, найдем наставницу.       – Наставницу? Ты свихнулся? Черта с два я на это соглашусь! Да меня раньше раскатают там на полу! Все что я умею – это бегать! – Она попыталась сдернуть браслет, но ничего не вышло – магическая сделка, уже ничего нельзя было изменить.       Иери молчал, спокойно наблюдая за бессмертной. Абсолютно трезвый.       «Тварь».       Локи качнул колесо, то закрутилось, выбирая спарринг цвета.       – Красный и желтый! Этот вечер ваш! Какие же вы счастливчики, сегодня сам Смерть будет свидетелем битвы! – все больше подогревая азарт.       – Сука! – Выплюнула зло девушка. – Твой брат лежит на койке, своим здоровьем спасший мне жизнь. А ты меня сюда?!       В его желтых глазах вспыхнула бездна, страшная, жадная, поглощающая, но он силой воли остановил себя, кивком направляя к рингу.       – Ты не умрешь.       Не умрет, но кости сращивать будет долго. Ярость вытеснила все чувства. Она показала ему жест, чтобы катился нахер, и пошла к решетке.       В ринг один за другим входили воины, валькирии. Гордые, довольные обрушившейся на них славой, а Вики отрешенно подумала, что драка будет не просто парной – это массовая мясорубка.       Около входа ей протянули щит и меч, но она отмахнулась, взяв только защиту на предплечья, ноги, грудь и спину. В руку скользнул уже родной раскаляющийся кинжал Люцифера.       Противники примеривались к оружию, подбрасывая его слегка вверх, огибали друг друга по дуге, оценивающе заглядывая в глаза.       По залу разнеслось напряженное звучание барабанов, отмеряя ритм.       – Начали, – на выдохе, растягивая слово, произнес Локи.       К ней без подготовки подскочила крепкая женщина, с размаху рубя мечом сверху вниз. Вики прогибом ушла в сторону, подшибая ту подсечкой, но валькирия легко подпрыгнула. Ее бешеные глаза впились куда-то в подкорку мозга.       «Они все здесь сумасшедшие» – поняла Уокер, чудом уходя от очередного выпада.       Неожиданно сбоку по лицу прилетел удар – никто никого не ждал, не жалел, нападали со спины, по несколько человек, не разбирая. Вики упала, украсив пол кровавыми каплями с разбитых губ.       Зал ревел, делая ставки.       На секунду мигнул свет, пропал, пряча в темноте бойню, оставив после себя только скрежет металла, шумное дыхание, болезненные вскрики. Казалось никто кроме нее не обратил на это внимание. Закаленные в боях, викинги лишь упивались лишними сложностями еще упорнее наседая на врага.       Девушка рывком перевернулась к самой решетке, стараясь найти безопасный угол, и вовремя - там, где она лежала, лязгнул меч. Ничего не видя, она лишь крепче сжала кинжал, пытаясь угадать откуда будет следующий удар.       Свет снова загорелся, на полу без сознания валялась несколько тел, остальные, как дикие звери сражались за право быть сильнейшим, вгрызаясь друг другу в глотку.       Вики поднялась, опираясь спиной на решетку. Затянула туго ремень, поймав почти упавший плащ.       К ней подскочил здоровый мужик, она не успела увернуться – руку обожгло болью, клинок отлетел в сторону. Он как игрушку схватил ее за горло, прижимая к решеткам.       Вики пробовала бить его в ребра, по рукам, да куда придется, но он стоял, как скала, даже не дернувшись, только сильнее вжал в сталь, чтобы не боднула коленом.       – Пусти, – прохрипела из последних сил.       Отпустил, вдруг сложившись бесформенной тушей к ее ногам. Вики судорожно вдохнула воздух, снова чувствуя опору.       От жалости к себе захотелось плакать. Она не знала, как выбраться отсюда. Шею саднило, по разодранным коленям стекала кровь, до губ было страшно дотрагиваться.       Неожиданно рядом осели остальные, тщетно пытаясь подняться. Вики недоуменно осмотрелась. Свет снова моргнул. Стены на глазах покрылись ледяной коркой, изо рта вырвался пар.       Мало кто еще был в сознании, а те, кто остались – были бледнее смерти, изможденные, страшные.       Вики поймала довольный взгляд Иери. По ее телу пронеслась магическая ледяная волна, вымораживая насквозь, мощная, как цунами, сносящая все внутренние барьеры, словно щепки.       Смерть скривился, вцепился в стол, чтобы не упасть.       – Развлекаетесь? – Голос, прозвучавший в тишине, был безжизненным и до дрожи пугающим. Черный силуэт, хромая, шагнул из тьмы перехода.       Вики вцепилась взглядом в застывшее маской лицо – с виду, как всегда равнодушное, безэмоциональное, но от этого спокойного взгляда душа ушла в пятки, захотелось уползти на коленях, моля о пощаде. Голод снова видел.       Он сделал один единственный шаг к ней, и по тому, как на мгновение сузились его глаза, как нос шумно втянул воздух, а на лице очертились желваки, Вики поняла, что всадник в ярости.