Страшная сила

Воздух перед домом Сая, казалось, застыл. Шаги Хиаши Хьюги были размеренными и тяжелыми. За ним следовали четверо старейшин клана — седовласые мужчины с холодными глазами, в которых читалось лишь следование вековым традициям. Хиаши остановился в нескольких метрах от группы. Его взгляд, ледяной и пронзительный, прошел мимо Наруто, мимо Кибы и Шино, остановившись прямо на Хинате. — Довольно этого спектакля, Хината, — голос главы клана звучал не громко, но в нем была мощь, заставляющая подчиняться. — Твое поведение перешло все границы дозволенного. Ты позоришь имя Хьюга, скрываясь в доме человека без имени в окружении чужаков. Вернись домой немедленно, и мы обсудим твое наказание. Хината вздрогнула, её пальцы невольно сжались, но она не сделала ни шагу назад. Прежде чем она успела ответить, вперед вышел Наруто. — Она никуда не пойдет, Хиаши-сама! — Наруто скрестил руки на груди, в упор глядя на главу великого клана. — Вы говорите о позоре, но позор — это когда отец не видит, как его дочь стала одной из самых сильных куноичи деревни! Она здесь не «скрывается», она здесь живет. По своей воле! Один из старейшин шагнул вперед, прищурившись: — Мальчишка-Девятихвостый, не вмешивайся в дела, которые тебя не касаются. Это внутренний вопрос семьи Хьюга и дисциплины нашей наследницы. — Семья — это не тюрьма, — внезапно раздался спокойный, мелодичный голос. Джорно Джованна вышел вперед, встав на одну линию с Наруто. Его манеры были безупречны, а аура спокойствия и уверенности была настолько сильной, что старейшины невольно замолчали. — Хиаши-сама, — Джорно слегка наклонил голову в знак вежливого, но формального приветствия. — В моем мире я руковожу организацией, которая ценит традиции не меньше вашего клана. Но я усвоил один урок: лидер, который правит только страхом и авторитетом крови, в конечном итоге остается в пустом замке. Хиаши перевел взгляд на золотистые волосы и необычную одежду юноши. — Ты — иноземец. Ты не знаешь наших законов. — Я знаю законы человеческого сердца, — парировал Джорно. — Вы требуете её возвращения, ссылаясь на «честь». Но где честь в том, чтобы подавлять волю того, кто готов был отдать жизнь за эту деревню? Посмотрите на неё. Она больше не боится вас. Она боится только одного — снова стать тенью, которой вы её считаете. Если вы заберете её силой, вы получите лишь оболочку. Душа Хинаты останется здесь, с её друзьями. Хиаши молчал, его лицо оставалось каменным, но в глубине глаз промелькнуло замешательство. Он не ожидал такого отпора — не физического, а морального. — Отец, — голос Хинаты прозвучал чисто и твердо. Она вышла из-за спин друзей. — Я люблю наш клан. Я уважаю тебя. Но я не вернусь, чтобы снова быть «неудачным экспериментом». Я останусь здесь, с Саем и моими друзьями. Я буду служить Конохе и клану на своих условиях. Если ты не можешь принять это... значит, ты не принимаешь меня. Киба и Акамару сделали шаг вперед, Шино выпустил небольшое облако жуков, создавая живой барьер. Миста демонстративно поправил шляпу, положив руку на пояс. — Как видите, Хиаши-сама, — добавил Наруто с дерзкой улыбкой, — за ней стоит не просто «компания», а стена. И если вы хотите забрать её, вам придется пройти через каждого из нас. Но подумайте: стоит ли ваша гордость того, чтобы окончательно потерять дочь? Хиаши посмотрел на Неджи и Ханаби, которые стояли рядом с Хинатой. Он увидел в их глазах не бунт, а молчаливую поддержку сестры. Затем он снова посмотрел на Джорно, в чьем взгляде читалась мудрость правителя, видевшего падение многих империй. Наступила долгая, мучительная пауза. Старейшины начали перешептываться, требуя действий, но Хиаши поднял руку, призывая их к тишине. — Ты сильно изменилась, Хината, — наконец произнес он. — И люди, которыми ты себя окружила... они столь же безрассудны, сколь и верны. Он развернулся, собираясь уходить. — Живи где хочешь. Но помни: ты всё еще Хьюга. И когда придет время доказать свою преданность деревне, я буду ждать от тебя большего, чем от любого другого. Старейшины в шоке последовали за ним, не смея перечить главе. Напряжение, висевшее в воздухе, лопнуло как натянутая струна. Хината бессильно опустилась на траву, тяжело дыша. Наруто тут же оказался рядом. — Мы победили, Хината! Он отступил! Ино обняла подругу, а Джорно просто кивнул, убирая руки за спину. Дипломатическая битва была выиграна, но все понимали — это был лишь первый шаг к новой жизни. Когда толпа шумных друзей, празднующих маленькую победу, разошлась, дом Сая вновь погрузился в тишину. Солнце уже начало клониться к закату, окрашивая стены комнаты в теплые, золотистые тона. Хината и Сай остались одни. Неджи и Ханаби ушли, удовлетворившись тем, что сестра в безопасности и получила поддержку. Киба и Шино тоже отправились по своим делам, пообещав заглянуть завтра. Ино и Сакура, прежде чем уйти, обняли Хинату, сказав, что всегда готовы помочь. Наруто, не желая оставлять её одну, пообещал навещать каждый день. Хината подошла к своему портрету, который Сай так старательно рисовал. Теперь, когда гнев и страх схлынули, она видела его не просто как изображение, а как отражение своего внутреннего пробуждения. — Сай, — тихо позвала она, не оборачиваясь. — Спасибо. Спасибо, что ты тогда вышел за мной. И что не оставил меня одну. Сай, который сидел на полу, облокотившись на стену, медленно кивнул. — Ты была в беде. И я не мог тебя бросить. — Но ты же... ты ведь только учишься чувствовать, — она повернулась к нему, и её взгляд был полон мягкости. — Ты сказал, что я для тебя не «пустое место». А я... я тоже хочу тебе кое-что сказать. Она подошла к нему, опустилась рядом. Взяла одну из его кистей, аккуратно обмакнула в чернила и, с легким смущением, коснулась края его свитка. — Ты рисовал меня, когда я была в слезах, — начала она, — и увидел во мне силу. Ты не пытался меня «исправить», не говорил, что мне нужно быть другой. Ты просто принял меня такой, какая я есть. И это... это бесценно. Её голос стал тише, но более уверенным. — Когда ты говорил, что тебе не хватает имени, и ты учишься им быть... Я почувствовала в этом себя. Я тоже долгое время была «Хьюга», «наследницей», «членом побочной ветви», но не просто «Хината». И только сейчас, благодаря тебе, Наруто-куну, Ино-чан, и даже тебе... я чувствую, что становлюсь собой. Она посмотрела ему в глаза, и в них не было прежней робости. — Сай... ты сказал, что ты хочешь стать настоящим. Я тоже. И... мне кажется, что рядом с тобой я могу быть настоящей. Не той, что боится своего отца, а той, что может защищать других. Не той, что любит издалека, а той, что готова быть рядом. Она положила кисть и осторожно взяла его за руку. — Я... я думаю, что мне нравишься не только как друг. Сай смотрел на неё, его обычно невозмутимое лицо выражало лёгкое удивление, смешанное с чем-то новым. Он никогда не получал таких прямых признаний. Его книги не описывали, как реагировать на такие «эмоциональные всплески». — Нравишься? — повторил он, его голос был немного глухим. — Да, — тихо подтвердила Хината, её щеки заалели, но она не отводила взгляда. — Мне нравится твоя честность. Мне нравится, как ты видишь мир. Мне нравится, как ты чувствуешь... даже если ты сам этого ещё не до конца понимаешь. Ты... ты мне очень дорог, Сай. Сай смотрел на неё, пытаясь осмыслить. В его голове пронеслось всё, что он рисовал — лица, эмоции, пейзажи. И теперь перед ним была Хината, чья «тихая уверенность» стала для него дороже всех его шедевров. Он крепко сжал её руку. — Хината, — произнес он, и в его голосе появилось нечто новое, тёплое, — я думал, что чувствовать — это сложно. Но когда ты говоришь такие вещи... я чувствую. Это... хорошо. Я тоже хочу быть рядом. С тобой. Он осторожно поднес её руку к своим губам и легко коснулся её тыльной стороны. Это был его собственный, тихий, но очень искренний жест.