Марс всему виной

Каблуки отбивали гулкий ритм, уносящийся далеко вперёд по тёмному коридору с выкрашенными в голубой цвет стенами, а затем возвращающийся эхом. Несмотря на явно дорогой новый ремонт, создавалось впечатление, что это вовсе не одна из ведущих больниц города, а старое заброшенное здание, которое вот-вот рухнет. Снаружи больница выглядит аккуратно, красиво и дорого, но стоит только зайти внутрь, как непонятная меланхолия накрывает с головой, а ещё чувство тревоги постоянно скребётся острым когтем в рёбра, как бы прося обратить на него внимание. Длинный коридор с панорамными окнами почему-то был тёмным, будто на улице не июньский зной, а осенние свинцовые тучи. Казалось, прямо сейчас, в эту самую секунду, ближняя дверь откроется и оттуда покажется нечто ужасное. И чувство тревоги, опасности и ничем не объяснимого ужаса с каждым уверенным шагом, отдающимся оглушительным эхом, накрывало с головой, как холодная вода во время прилива. Наконец, бесконечная череда коридоров привела меня прямо к двери главврача. Закрыв глаза и собравшись с силами, покрепче сжала папку с резюме, поправила пиджак и постучала в дверь. — Войдите. Уже сидя на стуле для посетителей напротив немолодого грузного мужчины с недовольным лицом и проницательным взглядом, не сулящим ничего хорошего, бегло осмотрела кабинет. Преимущественно тёмные тона, несмотря на большую площадь, было такое ощущение, что я зажата в перегруженном лифте, настолько давила атмосфера и обстановка в целом. — В резюме вы указали, что работали кардиохирургом в Америке. Что привело вас именно к нам? — Из-за проблем в семье была вынуждена вернуться в Корею, ваша больница считается одной из лучших в Сеуле, к тому же, вам требовался кардиохирург. Не говорить же ему, что на самом деле семьи у меня давно нет, а переехать была вынуждена из-за главврача, который сначала отпускал сальные шуточки, потом начал откровенно домогаться, а после моего решительного отказа и угрозы обратиться в полицию обвинил в краже наркотиков. Так я попала в чёрный список всех европейских больниц. Дело заводить не стали, потому что главврача вполне устроило то, что я уезжаю на другой конец света. Козёл. Видно было, что мужчина не поверил, но не стал расспрашивать. И судя по его взгляду, вовсе не потому, что воспитанный, а потому, что ему совершенно неинтересно и ни к чему это знать. Профессионализм, нечего сказать. Быть может, на этой работе у меня всё сложится хорошо? — Вы можете приступить к работе со следующей недели. Так быстро? Это точно было собеседование в ведущую больницу города? Я не ошиблась дверью? Он задал лишь один вопрос, на который получил уклончивый ответ, и так просто принял меня? Не может быть, чтобы в этой больнице всё было настолько плохо с кардиохирургами. И я даже не уверена, что мой пятилетний опыт работы в Америке тут тоже не сыграл большой роли. Поняв, что всё ещё сижу в кабинете и выгляжу крайне глупо, поспешно попрощалась и вышла за дверь. Внешность моя тоже не при чём, умудрённая горьким опытом, я надела на собеседование брючный костюм, который не только ничего не подчёркивал, но и немножечко старил. Хорошее впечатление хорошим впечатлением, но за врача говорят его способности, а никак не внешние данные. Путь к выходу казался намного длиннее. И только сейчас в глаза бросилось полное отсутствие людей. Больница была пустой. Нет, в холле были работники, где-то ждали своей очереди пациенты, но именно это крыло было абсолютно безлюдным. Конечно, есть вероятность, что здесь нет кабинетов врачей и ординаторских, но тогда возникает вопрос, а что же здесь тогда есть? Огромное крыло не может быть выделено лишь для главврача и бухгалтерии. Тряхнув головой, попыталась избавиться от ненужных мыслей. Не моё это дело, я уже (или ещё) не в том возрасте, чтобы совать свой нос в чужие дела из любопытства. Сплетницей я отродясь не была, так что и сейчас начинать не стоит. Тем более, здесь у меня нет даже знакомых. Ни с кем из давних друзей я не поддерживала связь в Америке из-за занятости, да они и не настаивали… Возможно, ещё лет десять назад меня бы это задело, но не сейчас, когда я отлично поняла, что в этом мире никому, кроме самого себя, доверять не стоит. Только выйдя из больницы, я смогла вздохнуть спокойно, будто до этого я была в горящем здании и не могла сделать лишний вдох. Странное местечко, но платят, по слухам, неплохо, а ради приличной зарплаты можно со многим смириться. Даже с давящей, как несколько атмосфер, обстановкой.