Сердца под короной

После банкета Натаниэль думал, что ещё не скоро встретится с кем-то из них вновь. Поэтому он был весьма удивлён, когда уже через месяц к ним приехала погостить Кейтлин Маккензи. Натаниэль думал, что её гиперопекающий папочка никуда её не отпустит. Очевидно, тот всё же понимал, что дочери нужно больше общения. Хотя причина могла быть и в другом, так как эта теория была сомнительна. Так или иначе, она прибыла к ним, причём с каким-то бесчисленным количеством слуг. Судя по этому и её прекрасной внешности, можно было подумать, что Кейтлин — типичная избалованная принцесса. Но стоило Натаниэлю один раз поговорить с ней, как это ощущение отпало. Кейтлин оказалась очень умной, доброй и чувственной девочкой, при этом была весьма кокетлива. Натаниэль не мог сдержать улыбку, когда она флиртовала с Аароном, а тот от смущения слово вымолвить не мог, краснея как редиска. Эндрю как-то не выдержал и сказал ему, при этом зная, что Кейтлин тоже услышит: - Аарон, ты, конечно, молодец. Как мне рассказывать, какая принцесса Кейтлин красивая, какие у неё прекрасные глаза и мягкие волосы — ты горазд. А сказать ей хотя бы один из этих комплиментов — так ты будто немым становишься. Аарон покраснел и бросил убийственный взгляд на брата: - Эндрю! — протянул он одновременно раздражённо и смущённо. Кейтлин чуть захихикала: - Оу, он действительно это говорил? - Да-да, — ухмыльнулся Натаниэль, тоже решив выдать Аарона с потрохами, — он нам чуть ли не серенады о тебе пел. - Заткнитесь оба! — выдохнул Аарон, кипя от злости и смущения, — Кейтлин, пойдём лучше от этих двоих. А то они всякую чушь несут. Кейтлин улыбнулась и, пожав плечами, пошла за ним. Пока они удалялись, Натаниэль слышал обрывки разговора: Аарон предлагал ей погулять по саду. Почему-то, наполненный радостью от этого момента, он послал улыбку Эндрю. Тот закатил глаза и предложил: - Раз уж наша сладкая парочка ушла, давай потренируемся что ли? - Товарищеский спарринг? — спросил Натаниэль хмыкнув. - Ну не дуэль же, — фыркнул Эндрю и, не став дожидаться ответа, направился в сторону выхода. Натаниэль улыбнулся и направился за ним, ускоряя шаг, чтобы догнать. Однако даже тренировка не смогла отвлечь его от мысли — почему же Кейтлин всё же здесь? Если учитывать, сколько лет отец не позволял ему даже общаться с другими людьми и только после 7 лет, после встречи близнецов, он смог добиться этого разрешения, всё равно, кроме них с ровесниками он больше не общался. Да, сейчас он был знаком с несколькими рыцарями, но всё же единственными, кого он мог назвать друзьями, были Эндрю и Аарон. А из других стран — никого. Исключение составляла семья Морияма и их младший сын, но… Натаниэль был готов лучше ни с кем не видеться, чем разговаривать с этим заносчивым придурком. И вот теперь к ним приехала Кейтлин. Мало того, что ровесница с другой страны, так ещё и девушка. Причём впервые приехала именно погостить, а не просто по политическим вопросам. Кусочки пазла причины этого приезда никак не складывались у Натаниэля. Чего-то всё время не хватало. Но чего – понять он не мог. Плюс ему не давала покоя и причина сильной опеки отца Кейтлин над ней. Ведь он не раз слышал об этом и на банкете убедился. Так почему он решился отпустить её к ним в гости? И почему отец согласился? Натаниэль подозревал, что это не просто так, но понять всё же не мог. Он ведь не знал причину такой сильной опеки. Ну точнее знал. Этому послужила смерть старшей сестры Кейтлин, но… он чувствовал, что в этой истории есть недоговорки. Что именно произошло в тот день и почему король сделал для себя именно такой вывод — не давало ему покоя. За всё то время, пока Кейтлин гостила у них, Натаниэль невольно всё больше думал об этом. В итоге на пятый день, изрядно замученный своими мыслями, Натаниэль наконец не выдержал. Был тихий прохладный вечер. Они все сидели у камина, когда он решился задать вопрос: - Слушай, Кейтлин… не хочу показаться грубым, но можешь рассказать, что случилось с твоей сестрой и почему твой отец тебя так опекает? Кейтлин явно не ожидала этого вопроса. Лицо её почти сразу лишилось улыбки и стало грустным, несколько пустым. Натаниэль сразу пожалел, что задал этот вопрос, и хотел было извиниться, когда Кейтлин наконец ответила: - Твоё… любопытство понятно. Ведь полную историю знают далеко не все… но я могу рассказать… Близнецы тоже заинтересованно посмотрели на неё. Кейтлин пару минут собиралась с мыслями, а потом начала рассказ: - В этот день было большое торжество. Оно было в честь беременности сестрёнки. Совсем недавно лекарь предсказал, что у неё, скорее всего, будет мальчик. Все веселились и праздновали: будущий наследник престола вскоре появится на свет. Сестре ближе к середине празднества стало не очень хорошо, поэтому она отправилась в свои покои. Её вызвался проводить один из гостей праздника. Насколько я помню, это был её старый друг. Только до покоев она не дошла… — голос Кейтлин дрогнул. Она замолчала на мгновение, борясь со слезами. Справившись, тихо, почти неслышно продолжила: — Он… отвёл её в какой-то безлюдный коридор. Стражи из-за празднества в самих коридорах было мало. А с ними никто не пошёл… он… достал нож и ударил её в живот… а потом нанёс ещё два удара в грудь… — Кейтлин не сдержала слёз, закрыла лицо руками и заплакала. Аарон сразу придвинулся к ней ближе и обнял её за плечи. Кейтлин прижалась к его груди. Какое-то время слышались лишь всхлипы, но потом Кейтлин всё же слабо продолжила: — Я… я не знала, куда ушла сестрёнка… и решила пойти за ней, чтобы отдать ей ленточку, что она уронила… шатаясь по коридорам, я вышла в тот самый… того человека я не увидела… я увидела лишь мёртвую сестрёнку, лежащую на полу… На этом слова у Кейтлин закончились. Она уткнулась в грудь Аарона, плача. Аарон машинально гладил её по спине и тихо шептал в волосы слова утешения. Но на его лице был лишь полнейший шок и сожаление к участи девочки. Эндрю молча смотрел на Кейтлин, будто что-то обдумывая. Натаниэль, уже в пятый раз пожалевший, что задал этот вопрос, осторожно приблизился к Кейтлин и коснулся её спины: — Прости, что заставил тебя пережить это снова. Я не желал, чтобы ты вспоминала эту боль. Просто хотел понять… — Ничего… — тихо выдавила Кейтлин и теснее прижалась к Аарону. Натаниэль вздохнул и отодвинулся. И так было понятно, что это явно не «Ничего». Но он не стал настаивать и просто дал время Кейтлин. Когда она более-менее успокоилась и, шмыгая носом, отодвинулась от Аарона, Эндрю вдруг спросил: — Сколько тебе было? Этот вопрос прозвучал несколько бестактно. Но холодный взгляд Эндрю и его внешняя бесстрастность говорили, что он спрашивает не из простого любопытства. Кейтлин утёрла нос платочком и ответила: — Мне было девять… Лицо Эндрю не изменилось, он лишь кивнул. Но Натаниэль заметил, как напряглись его плечи. Он не понимал, что вызвало такое напряжение у Эндрю при упоминании этого возраста. Хотя понятно: для обычного ребёнка встретить смерть близкого человека в таком возрасте — и так жестоко, ужасно. Вопрос в том, что же случилось с Эндрю в этом возрасте, раз он так напрягся — ведь это было не просто напряжение из-за жестокости случая. Но сейчас было не время спрашивать — не после такого рассказа. Натаниэль поднялся и предложил: — Думаю, на сегодня хватит историй. Давайте пойдём спать. Кейтлин отрывисто кивнула и тоже стала вставать. Аарон подал ей руку, помогая подняться. Когда они вдвоём направились к двери, Аарон всё ещё тихо что-то шептал ей на ухо, на что она лишь кивала. Натаниэль отдал заботу о Кейтлин в руки Аарона и повернулся к Эндрю. Тот единственный остался сидеть, даже не шелохнувшись. Натаниэль постоял минуту, смотря на него, потом понял намёк и ушёл. После этого рассказа многое прояснилось в голове Натаниэля. Он наконец понял причину такой сильной опеки: король потерял сначала жену от болезни, а потом и старшую дочь с наследником. Конечно, он будет опекать младшую, как зеницу ока, чтобы не потерять ещё и её. Но тогда вопрос, почему он отпустил её одну, хоть и со слугами, к ним, стал ещё более актуальным. И что же послужило причиной такому решению, всё ещё оставалось для Натаниэля загадкой. Зато после того разговора он стал чуточку лучше понимать Кейтлин. Он видел, что она ещё не до конца пережила эту потерю. Но после того, как она поделилась с ними, ей будто стало чуть легче. Аарон буквально не отходил от неё после этой истории. Он был рядом, присматривал за ней, разговаривал и всячески старался поддержать. Было видно, что Кейтлин была рада этой заботе. Натаниэль не раз замечал их сидящими где-то в уголке и тихо разговаривающими. В такие моменты он предпочитал оставить их одних. Обычно он уходил почитать или проводил время с Эндрю — иногда тренируясь с ним, а иногда просто наблюдая за его тренировками. В этом было что-то спокойное и заземляющее. Была светлая ночь. Луна была почти полной, через незадёрнутые шторы в окна проникал свет, освещая коридоры. Тени были редкими, так что спрятаться в них было бы сложно. Однако маленькой фигурке это совсем не мешало. Она кралась по коридору, перебегая из тени в тень своими маленькими ножками. Шаги её были бесшумны и расчётливы. Вскоре фигурка достигла нужной двери и скользнула в неё. Кухня была слабо освещена, но этого вполне хватало. Фигурка прошла к дальнему шкафчику и открыла его. Встав на цыпочки, она пыталась дотянуться до шоколадки, что была там. — Кейтлин? — с удивлением выдохнул Натаниэль, зайдя в кухню. Она вздрогнула и обернулась: — Ты что здесь делаешь? — А ты? — моментально спросил он. Они смотрели друг на друга несколько секунд, не отводя взгляд. Потом Кейтлин чуть засмеялась: — Похоже, я не одна хожу по ночам. Натаниэль хмыкнул: — Похоже. — Он подошёл к ней. — Так зачем ты тут? Кейтлин указала на шкафчик: — Хотела взять шоколадку. Натаниэль чуть усмехнулся: — Понятно. — Он встал на носки, так как сам был не намного выше Кейтлин, достал плитку и протянул ей. Кейтлин улыбнулась, забирая её: — Спасибо. А ты зачем здесь? — А я... — вздохнул Натаниэль. — Пошёл проветриться после кошмара. Вот сюда набрёл. — Кошмара? — спросила Кейтлин, глядя на него. Натаниэль покусал губу. С одной стороны, ему не хотелось рассказывать все ужасы, что он пережил и что ему снится. С другой — Кейтлин была честной, рассказав свою историю, и заслуживала честности в ответ. — Мне иногда снятся кошмары… об отце. О том, что я уже пережил от него… и что он ещё мог бы сделать… Кейтлин помолчала: — Он… жестокий, да? Натаниэль усмехнулся: — Думаю, это ещё ласково. Кейтлин чуть кивнула: — Тяжело тебе пришлось. Раз ты даже кошмары видишь. Натаниэль вздохнул: — Да, наверное. Во всяком случае, я бы не хотел, чтобы кто-то из вас с ним встретился. Это настоящий кошмар. Кейтлин молчала некоторое время, а потом сказала: — Ты хороший человек, Натаниэль. Уже эта твоя фраза говорит, что ты добрый человек и хороший друг. Натаниэль не ответил, но от этих слов стало немного легче на душе. Последние остатки кошмара исчезли, и он позволил себе чуть расслабиться. — Спасибо, Кейтлин. Она лишь улыбнулась в ответ. — Не за что. Кивнув ей на прощание, Натаниэль направился к выходу: — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — ответила Кейтлин, помахав ему рукой, а потом взялась распаковывать шоколадку. Натаниэль чуть усмехнулся этому и направился обратно в свою комнату. Когда настал день отъезда Кейтлин, Натаниэлю было даже как-то жаль. С ней в замке было намного веселее и интереснее. А теперь всё возвращалось на круги своя. Прощаясь с ней, стоя на лестнице, он чувствовал, что уже скучает по ней. Она стала маленьким тёплым светом, который появился в их тёмном замке. Кейтлин разогнала тучи не только у него, а у всех них. Для Аарона она определённо стала больше, чем подруга. И его печаль от её отъезда была видна сразу. Разлука тяжело давалась и Кейтлин. Они долго стояли в сторонке, прощаясь. Что представляла собой Кейтлин для Эндрю, понять было сложно. Но Натаниэль заметил, что тот тоже не хотел этой разлуки. Думая об этом, он догадался, что это значит: Эндрю принял её, как когда принял и Натаниэля. Это заинтересовало его, но спрашивать он пока не стал. Попрощавшись с Кейтлин, он шепнул ей на прощание: — Пиши нам. Мы все будем рады письму от тебя. Кейтлин чуть улыбнулась и кивнула: — Буду. Натаниэль отступил, провожая взглядом её уезжающую по дороге домой. Они втроём ещё долго стояли, не двигаясь, хотя силуэт кареты уже давно скрылся за горизонтом.