Да будет Свет. Часть 1: Пророк.

      По ухабистой сельской дороге летел старенький голубой фургон. Из открытого окна кабины доносились звуки бодрого кантри, а на боку красовалась надпись «Plugged In Electrics», которая, пожалуй, была единственной новой деталью в этой машине. От каждого подпрыгивания на кочках в кузове громыхал ящик с инструментами, а мужчины, сидевшие там же, чертыхались. Это были трое крепких мужиков средних лет, привыкших проводить целый день в работе и не боявшихся запачкать руки. Впрочем, работа была не то что бы грязная – все трое были электриками, обслуживавшими жителей города.       – Ральфи, мать твою, веди потише, а? – крикнул один из них водителю.       – Никак нет, сэр, – донеслось из кабины сквозь звуки кантри, – если я буду ехать медленнее, старушка Палмер не сможет вовремя посмотреть свой любимый сериал.       – Ральф, если ты не перестанешь так гнать, то обслуживать Бабулю в следующий раз поедешь один! А ну сбавь газ! – проревел другой электрик с густой чёрной бородой и в красной бейсболке.       Ральф ничего не ответил, но фургон поехал чуть медленнее, и ящик с инструментами перестал так громыхать.       – Боб, ты не проверял сегодня утром, телефоны так и не заработали? – спросил у бородатого электрика первый, мужчина с типично ирландскими чертами лица: впалыми щеками, узким лицом и большими светло-зелёными глазами.       – Говорят, работали буквально час, потом снова обрезали, – ответил тот.       Его собеседник скрипнул зубами:       – Чёрт, у нас летит вся работа из-за долбаных монтажников. Чем там заняты эти «Нокс Телекомьюникейшенс»?! Дайте мне эту телефонную линию, и я налажу её за день! Это продолжается уже два дня! Кстати, Мэнсон, ты так и не дозвонился до жены с дочкой?       Вопрос был обращён к четвёртому члену бригады, который сидел в углу, уставившись в пустоту. В его выражении лица и взгляде проскальзывало полнейшее безразличие ко всему, что происходило вокруг него.       – Джерико, ты живой там?       Только когда его окликнули по имени, он моргнул и повернул голову к товарищу. Мэнсону было лет сорок, но коротко стриженые светло-каштановые волосы на его массивной голове уже начали седеть, а на лбу и возле глаз просматривались морщины. Его светло-голубые глаза уставились на собеседника.       – Ты что-то говорил, Дейв? – спросил он чуть хрипловатым голосом.       – Ты так и не смог позвонить в Луисвилл?       Джерико покачал головой и поскрёб щетину на лице.       – Надо как-нибудь туда съездить, – произнёс он, глядя в пустоту. – Сто лет там не был после того матча.       – Джей, когда ты вообще последний раз куда-то выезжал из Роузвуда? – хохотнул Боб. – Торчишь тут как таракан. Неужели тебе самому не хочется куда-то податься? Ну, там, в Индиану или в Огайо сгонять, мир посмотреть.       Мэнсон промолчал, продолжая смотреть в пустоту. Казалось, он и не слышал этих слов в свой адрес, а если и слышал, то просто не знал, что ответить.       Фургон резко остановился, заставив электриков схватиться за сиденья.       – Мы прибыли! – объявил щуплый Ральф, ставя машину на ручник и выбираясь из кабины. – Чур, у меня перекур.       – Вот сукин сын… – сплюнул Боб, выпрыгивая из кузова и поправляя бейсболку.       Джерико вышел из машины и огляделся. Они стояли в тени большого дерева, которое росло рядом с невысоким старым домом где-то на окраине города. Стены дома были обшиты розовым сайдингом, а крыша была покрыта чёрной черепицей. Был жаркий июльский день – лето уже захватило власть в Кентукки. Да и немудрено – на дворе было третье июля. Жара в тех краях обычно начиналась раньше, ещё в конце мая, и держалась с июня по август, заставляя жителей Кентукки в самые жаркие часы искать убежище в тени. Влажный воздух только подливал масла в огонь.       Дом, в котором жила бабуля Палмер, построили ещё в сороковые или пятидесятые, и так уж вышло, что он стоял на окраине городка. Но Палмер, казалось, это не сильно волновало. Что действительно беспокоило её в данный момент, судя по ругани, доносившейся из открытого окна, так это пропущенный выпуск «Лорды и леди». С тех пор как её муж умер, она доживала свои дни в этом старом доме, коротая время за просмотром мыльных опер или новостей и редко появляясь на улицах города.       Боб несколько раз стукнул в дверь своим кулачищем. Из глубины дома послышался собачий лай, и через пару минут дверь открылась. На электриков с лаем и рычанием вылетел откормленный бигль, которого в последний момент успела схватить хозяйка – невысокая загорелая женщина с растрёпанными седыми волосами, одетая в лёгкий домашний халат. Собака продолжала биться в её руках, скалясь и злобно глядя на опешивших мужчин у двери.       – Джексон, какого чёрта с тобой происходит?! – сердито воскликнула Палмер, а затем подняла глаза на стоявшую на пороге бригаду. – Этот грёбаный телевизор опять не работает! Парни, сделайте уже что-нибудь с этим, или я найду тех, кто сделает! Я пропускаю уже который выпуск, чёрт побери!       – Мисс Палмер, это уже третий раз, когда мы приезжаем к вам чинить ваш телевизор, – холодно парировал Дейв. – Поэтому будьте добры, проявите хоть немного уважения, уберите отсюда свою шавку и пустите нас внутрь, чтобы мы начали работать.       Старуха сердито фыркнула и, кинув на него многозначительный взгляд, скрылась где-то в недрах дома. Видимо, это следовало понимать, как приглашение войти.       – Старая ведьма, – пробормотал Боб, вынимая из кузова ящик с инструментами. – Её покойный муж, должно быть, отдыхает на том свете после такой жёнушки.       – Хотел бы оказаться на его месте, Боб? – усмехнулся Джерико, доставая из кармана светоотражающего жилета пачку сигарет и щёлкая зажигалкой.       – Клянусь, я вытрясу из этой бабки душу, если она не угостит меня куском своего пирога с крольчатиной, – буркнул бородатый здоровяк. – Какого хрена мы должны приезжать сюда по первому её свистку, ещё и в наш нерабочий день?       – Бобби, заткнись, пожалуйста, и пойди проверь щиток, – бросил Дейв, надевая перчатки. – Джерико, кончай дымить, покуришь после. Полезай на крышу и проверь антенну. Может, опять обломило веткой с дерева.       Дейв бросил взгляд на фургон и добавил, сплюнув в траву:       – Только у нас нет стремянки, поэтому тебе придётся поискать у неё в сарае. Я думаю, старая ведьма не будет возражать. – Ухмыльнувшись, он поправил перчатки и направился в дом.       – Принял, – Мэнсон выдохнул изо рта дым, бросил сигарету куда-то в траву и, примяв её ботинком, отправился выполнять поручение.       Первым делом он всё же решил спросить разрешения у хозяйки дома. Не желая пересекаться с агрессивной собакой (а он их не слишком любил), Джерико обошёл дом. Все окна были распахнуты настежь, занавески колыхал лёгкий летний ветер. Из одного окна доносились звуки старого кантри – на подоконнике стоял небольшой радиоприёмник. Мэнсон сразу же узнал Боба Кросби и его «Way Back Home». Он часто переслушивал эту песню во время своих прогулок по лесу.       Джерико окликнул хозяйку, и спустя несколько мгновений женщина выглянула из-за занавесок. На этот раз бигля с ней не было, а загорелые руки были сложены на груди.       – Могу я взять стремянку у Вас из сарая? – спросил Джерико, откашливаясь. – Нам нужно проверить антенну на крыше.       – Минутку. – Женщина скрылась в окне, а потом появилась со связкой ключей. – Вот этот. – Она взяла один из ключей двумя пальцами, а потом передала ему связку, при этом смерив пристальным взглядом. Джерико мог точно сказать, что она ему не доверяет. Неудивительно – учитывая, как с ней разговаривал Дейв, она, наверное, была бы рада поскорее вышвырнуть их из своего дома.       Сарай Бабули Палмер был настоящей капсулой времени. В тусклом свете лампочки Джерико разглядел детский велосипед, стопку комиксов и каких-то других журналов, пыльную картину и много другого хлама, который хранился там чуть ни со времён постройки дома. В воздухе характерно пахло стариной и залежавшимися вещами. Джерико потребовалось не так много времени, чтобы отыскать старую стремянку, которой бригада уже пользовалась во время одного из прошлых визитов, когда ветка с дерева надвое сломала антенну на крыше. Поставив лестницу к стене и уже собираясь выключить свет, Мэнсон метнул взгляд на стопку журналов и комиксов, лежавшую на старом комоде. Из любопытства он взял верхний журнал и сдул с него пыль.       Это был «Ковбойский вестерн», очень старый комикс, который начали выпускать где-то в 60-х. Он вспомнил, как приносил такой же дочери, когда она была ещё совсем маленькой. Когда они ещё жили вместе, как семья…       – Ты нашёл то, что искал?       Спокойный голос хозяйки дома за спиной заставил его вздрогнуть и обернуться.       – Да, мэм, спасибо.       – Поторапливайся. – С этими словами она развернулась и исчезла за углом дома, гремя связкой ключей.       Мэнсон запер дверь и подставил стремянку к стене дома. На секунду он прислушался, не доносилось ли из радио чего-то ещё знакомого, но услышал только шум кузнечиков и пение птиц вдалеке. Засучив рукава своей красной клетчатой рубашки, он со вздохом начал своё восхождение.       Взобравшись наверх, он осмотрелся вокруг. Дом стоял на холме, и оттуда открывался отличный вид на окрестности. Дорога, по которой они приехали, вела к подножью холма и, извиваясь, убегала к маленькому городку в полумиле отсюда. Это был Роузвуд, в котором Джерико жил уже тридцать лет. Вдали, за городом, виднелись поля, на которых не так давно местные фермеры трудились и сажали свои посевы. За полями начинался зелёный лес, окружавший город с запада и с востока. Справа от холма располагалось шоссе, по которому изредка проносились машины. Как иногда говорили местные: «Милей Роузвуда места не сыщешь!». Что ж, когда-то он был с ними полностью согласен. Теперь для него это был просто городок, затерянный в сельской местности.       Ступив на верхнюю ступеньку лестницы, он поискал глазами антенну. Вот она, небольшой металлический прут, из которого во все стороны торчат ответвления. Невооружённым глазом на ней были видны следы ремонта, но в остальном антенна выглядела работающей.       Джерико поднял глаза на крону дерева, шелестевшую над его головой. Его не оставляли мысли о том комиксе, что он нашёл в старом сарае. Мэнсон задумчиво глядел на простиравшиеся вокруг земли, а перед глазами у него как будто шёл фильм.       Он видел, как молодой мужчина с девочкой бегают по зелёной лужайке в ковбойских шляпах и в шутку палят друг в друга из пластмассовых игрушечных револьверов. Мужчина театрально падает, сражённый пулей Меткого Стрелка Элли, которая радостно подпрыгивает на месте и смеётся беззаботным детским смехом. А потом они вместе лежат под большим деревом и смотрят, как лучи солнца пробиваются сквозь листву, за обе щеки уплетая ягоды.       Кадр сменился. Гостиная, залитая солнечным светом. Мужчина яро спорит с молодой привлекательной женщиной. Её каштановые волосы растрёпаны, карие глаза блестят гневом, а щёки румянятся от пламени внутри. Меткий Стрелок Элли сидит у себя в комнате, зарывшись в подушку и тихонько всхлипывая. Звук разбитой чашки с кофе и крик мужчины заставляют девочку вскрикнуть и ещё больше закрыться подушкой. Потом хлопает дверь и всё стихает.       Последний кадр. Пасмурный осенний день. Мужчина, уже не такой молодой, как когда-то, помогает загрузить в фургон возле дома коробки с вещами. Женщина стоит в стороне, скрестив руки на груди, и смотрит куда-то вдаль. В её позе читается непреклонность и холодная решимость. Лёгкий ветер развевает её волосы. Несмотря на холод, она так же прекрасна, как и когда-то. Элли стоит рядом с ней, держа в руках ковбойскую шляпу. Она больше не Меткий Стрелок, гроза всех бандитов Дикого Запада. Она просто расстроенная маленькая девочка, которая не понимает, почему она больше не сможет увидеть папу.       Фургон загружен, двери закрыты. Женщина берёт девочку за руку, но та вырывается и бежит в последний раз обнять отца. Настолько крепко, насколько это может сделать ребёнок.       Машина с девочкой и женщиной уносится вдаль. Мужчина продолжает стоять на дорожке и смотреть им вслед, не замечая накрапывающий дождь. По его щеке катится слеза. А может, это просто капля дождя, упавшая с неба. Спустя мгновение он разворачивается и шаркающей походкой, словно старик, возвращается в дом, захлопнув за собой дверь.       Неожиданно воспоминание пропало, и перед глазами снова появилась реальность. Джерико понял, что начал спускаться, но оступился и падает. В последний момент он ухватился рукой за металлический дождевой жёлоб. Металл натужно крякнул под его весом, и спустя мгновение Джерико рухнул в кусты, росшие вдоль изгороди. Рядом с грохотом обрушились жёлоб со стремянкой, и Джерико про себя поблагодарил судьбу за то, что всё это упало не ему на голову.       – Джей! – послышалось откуда-то, и к нему подбежал Дейв. – Чёрт тебя дери, ты жив?       – Да, к сожалению, – ответил Джерико, кряхтя и пытаясь встать. Товарищ протянул ему руку. – Мне надо побольше заниматься чёртовой акробатикой.       – Это называется гимнастика, старик.       Дейв бегло оглядел его и, убедившись, что ничего серьёзного нет, хлопнул его по плечу:       – Пара царапин на руках и лице, а так легко отделался. Везучий ты сукин сын, Мэнсон, хоть и в тебе нет ни капли от ирландца.       Отряхнувшись, Джерико поднял глаза и встретился взглядом с Бабулей Палмер, которая стояла неподалёку, опираясь о стену дома, и вопросительно глядела на них.       – Джентльмены, кто-нибудь пояснит мне, какого чёрта здесь происходит? – тихо спросила она со слабо скрываемой злостью.       Дейв открыл рот, чтобы ответить, но Джерико положил руку ему на плечо.       – Мэм, – он откашлялся. – Мне очень жаль, что так вышло, я… отвлёкся и оступился, когда спускался. Я приеду вечером и всё починю. Даю Вам слово.       – Лучше бы тебе его сдержать, – процедила Палмер и скрылась в доме.       – Говорил же, что она чокнутая, – развёл руками Дейв. – Ладно, чёрт с ней. Бобби всё починил, проблема была в электрощите – предохранитель сгорел. Давай уберём всё это дерьмо и валим отсюда.       Вместе они аккуратно положили упавший жёлоб к стене дома и отнесли стремянку в сарай. Там Дейв присвистнул:       – Твою мать, Мэнсон, ты глянь на это!       – Что? – Джерико был занят тем, что рассматривал исцарапанные ладони.       – Картина! Ты погляди сюда, ей же лет сто. Её можно продать на каком-нибудь аукционе за кругленькую сумму.       – Да, нам только и не хватает заняться воровством. Пошли, Дейв.       – Ах, чёрт тебя дери, да я просто шучу, – усмехнулся ирландец и защёлкнул замок на двери сарая.       Подняв в воздух пыль, старенький фургон развернулся и двинулся по дорожке к подножью холма. Джерико смахнул с руки какую-то букашку. День совершенно катился под откос: сначала им пришлось по требованию босса ехать на выезд в нерабочий день, потом он едва не сломал себе шею, а теперь должен ещё и ремонтировать Бабуле жёлоб после работы. Ещё и этот чёртов комикс, пробудивший столько воспоминаний разом…       – Что, Бобби, шиш тебе, а не пирог с крольчатиной? – съязвил Дейв, приглаживая усы и глядя на угрюмого товарища.       – Как хочешь, а я больше к ней не поеду. Мне плевать, что она как-то связана с боссом. Пусть увольняет меня, много где нужны электрики.       – А какое отношение она вообще имеет к Перкинсу? – спросил Джерико, глядя в окно задней двери на пыль, которую поднимали колёса фургона. – Они давние знакомые?       – Ну, ходят слухи, что её муж был какой-то важной шишкой в городе, – пожал плечами Дейв. – Он то ли сдавал парням из «Plugged In Electrics» офис в аренду, то ли продал им земельный участок под него, я не в курсе. Но Перкинс каким-то образом остался у него в большом долгу, а после его смерти – у неё. Не удивлюсь, если она дёргает за какие-то ещё ниточки в округе. С этой женщиной надо быть поосторожнее, иначе можно попасть в крупные неприятности.       – Например?       – Например, упасть с грёбаной лестницы и сломать водосток, – хохотнул Боб, за что получил от Джерико несильный пинок по ноге. – Кара божья, не иначе. И что теперь, тебе придётся навестить её ещё раз?       – Похоже на то.       – Не завидую тебе, Мэнсон, – произнёс Дейв, прищуриваясь и глядя на заходящее солнце через стекло. – Мне кажется, она с тебя три шкуры спустит.       – Она такой же человек, как и мы, брось, – Джерико потёр шею. – Двадцать минут и всё готово. Пусть она и держит Перкинса за яйца, но надо всегда чинить то, что сломал, и исправлять свои ошибки.       – О да, Мэнсон, ты в этом преуспел, – донеслось из кабины, после чего послышался смешок. – Мэри наверняка была бы рада сейчас это слышать.       Зубы Джерико скрипнули от того, как сильно он стиснул челюсти.       – Закрой свой рот, Ральф! – гаркнул он. – Тебя это вообще не касается!       Ральф, любивший вставить язвительный комментарий в любой разговор, замолчал, но настроение уже было испорчено. Его слова задели Мэнсона за живое. Он уже давно понял, что хорошим мужем ему никогда не стать. Разбитую чашку уже не склеить так, как надо, даже если очень захотеть. Ему как никому другому было это известно.       Остальная поездка прошла в напряжённом молчании. Припарковавшись возле двухэтажного кирпичного здания – офиса «Plugged In Electrics», четвёрка направилась внутрь. Офис пустовал – была суббота, и все сотрудники, кроме них, были заняты домашними делами. У них же было «специальное задание», как Дейв это иронично называл. Они прошли по коридору и постучались в дверь с бронзовой табличкой, гласившей: «Д. Перкинс, менеджер». Дейв даже не стал дожидаться приглашения, а сразу осторожно приоткрыл её и заглянул внутрь.       Перкинс, невысокий полный мужчина лет тридцати пяти, одетый в синюю рубашку с короткими рукавами и джинсы, сидел за столом и заполнял какие-то документы. На его лысине, обрамлённой аккуратно уложенными волосами, виднелись капельки пота: от летней духоты не спасал даже вентилятор, стоявший рядом со столом. Тем летом он не раз проклинал себя за то, что так и не установил в своём офисе кондиционер. Вопросительно подняв глаза на дверь, мужчина махнул рукой, приглашая их зайти.       – Всё готово, босс, – сказал Дейв с довольным лицом. – Телевизор работает, и мисс Палмер наконец-то может спокойно смотреть свои сериалы сколько влезет.       Перкинс с облегчением вздохнул и снял с носа очки с круглыми стёклами.       – Хорошая работа, парни. Надеюсь, обошлось без происшествий? – вопросительно взглянул он на них. – Мне не стоит ожидать от неё гневных писем?       Дейв замялся и посмотрел на Джерико, который стоял у двери, сунув руки в карманы.       – Произошла небольшая поломка в процессе, – сказал тот, глядя в пустоту. – Я через час доеду и всё починю.       Перкинс водрузил очки обратно на нос и обеспокоенно посмотрел на него.       – Мэнсон, что ты натворил?       – Водосточный жёлоб сломал, ничего серьёзного, – ответил Джерико, еле сдерживая злость от того, что его, взрослого мужчину, заставляют объясняться за свои поступки, словно сорванца.       – Джерико, ты уже неделю витаешь в облаках, – тихо сказал Перкинс, вертя в пальцах ручку. – Я понимаю, что тебе сейчас тяжело, но мы не можем допускать такие вещи, иначе местные нас просто разнесут. Мы крупная компания, и на нас многие рассчитывают.       – Босс, это стремянка сломалась, – поспешно встрял Дейв, бросив взгляд на напарника, который смотрел в пол. – Мэнсон чуть себе шею не свернул. Лестница старая, деревянная, что с неё взять. Это должно было когда-то случиться.       Перкинс вздохнул и перевёл взгляд обратно на Джерико:       – Всё, что я хочу сказать, Мэнсон: соберись, пожалуйста. Тем более если это касается Палмер. Я надеюсь, ты всё исправишь.       Дверь здания тихонько закрылась за ними. Электрики с облегчением выдохнули: их внеочередной рабочий день был закончен. Джерико направлялся к своему коричневому «Шевроле Шеветт», стоявшему поодаль от входа, когда Дейв окликнул его. Мэнсон обернулся, и напарник протянул ему жёлтую рацию с небольшой антенной и чёрной панелью с кнопками.       – Это мне зачем? – спросил Мэнсон, вертя её в руках. Рация явно была не новая, судя по облупившейся в некоторых местах краске. Он щёлкнул переключателем. На экранчике загорелись зелёные цифры и буквы, а динамик зашипел.       – Да знаешь, на всякий случай, – Дейв пожал плечами. – Джерико, если вдруг что, выходи на связь, окей? Моя частота – 98.4, рация на неё уже настроена. Если тебе одиноко, только сообщи мне. Хлопнем по пивку или сходим куда-нибудь. Уж найдём, как провести время в этом городишке.       Джерико с усмешкой посмотрел на него. Дейву было не больше, чем ему, но выглядел он моложе. Короткие каштановые волосы, борода и усы, может, и добавляли ему возраста, но совсем немного. В его глазах, в отличие от Джерико, ещё виднелся огонёк воли к жизни. У Дейва не было ни семьи, ни детей. С единственной женой он развёлся ещё лет десять назад и с тех пор жил сугубо в своё удовольствие, отдыхая в барах и катаясь на охоту.       – Спасибо, что поддерживаешь, – Джерико благодарно кивнул, открывая дверь авто. – Буду на связи.       – Да, и не забудь менять батарейки, а то она сдохнет.       Дейв махнул ему на прощание и вернулся к своему пикапу. Джерико закурил сигарету, завёл двигатель и, чуть помедлив, нажал на кнопку воспроизведения на радиоприёмнике. Из динамиков заиграл бодрый рок: ещё с утра Мэнсон не глядя взял одну из кассет из дома и сунул её в проигрыватель в надежде, что это поможет ему отвлечься от дурных мыслей.       Он взялся за рычаг, включил первую передачу, стараясь не думать о том, какие проклятия пошлёт в его сторону Бабуля Палмер, и выехал с парковки.