Не переставая бежать по лезвию

      Он просыпается не от звона будильника, а сам. Значит, сегодня суббота. Джейс поднимается с постели. Первые шаги, дверь в гостевую приоткрыта — гостя внутри нет. Но кровать застелена не так, как он застилает сам, одежда сложенна на кровати и мягкие игрушки по прежнему в углу, где он сложил. Он проверил панель управления. Второй отпечаток пальца по-прежнему внесен в систему. «Значит не шизофрения» — заключил Джейс.       Утренний душ, быстрая дрочка и попытка понять, стоя у зеркала, стоит ему сбрить бороду или лучше оставить.       В гостиной пистолет лежит разобранный, где он его и оставил. Он собирает его в руках за несколько секунд, перезаряжает, ставит на предохранитель и кладёт в сейф. В холодильнике ни черта нет, поэтому завтрак в кафешке под домом. Кофе, бейгл с лососем и печенье с собой для девочек.       На заднем сидении уже лежат подарки для дочек. Он подготовился заранее, ещё до вечеринки, не зная чем закончится поимка очередного репликанта. Теперь, всё это ощущалось сплошной грязью. Вести в свой дом беглого репликанта, который подрабатывает шлюхой с лицом твоего лучшего друга, пока на заднем сидении запечатана розовая мебель для кукол.       Джейс находит в бардачке обручальное кольцо. Он смотрит на него пару минут и кладёт в нагрудный карман своей фланелевой рубашки. Если Виктор вернется, то он может отдать ему его, чтобы он сдал в ломбард. Немного унижающий подарок для Виктор, но очень символичный для Джейса. Самая точная аллегория для их с Мел брака.       Джейс, который постоянно заботиться больше об очередном беглом роботе, вместо того, чтобы хранить верность семье.       Его черный «Сателайт»паркуется у главных ворот особняка Амбессы. Охрана пропускает его. Мел уже стоит на пороге и девочки бегут к нему навстречу. Он выпрыгивает из машины, целуя их в щеки и поднимая каждую по очереди, чтобы крепко обнять. Он так скучал по ним. Он всегда забывает, как скучает по ним.       Мел даёт им время пощебетать все свои рутинные: «Мы скучали, папочка. Я по вам тоже, детка. Какие вы у меня красивые. Я вас так люблю», а потом прочищает горло и заставляет Джейса обратить на себя внимание.       В руках у неё документы.       — Для нашей поездки, помнишь мы договаривались?       — Конечно, — Джейс поднимается с корточек и берёт ручку из её пальцев. — Куда в этот раз?       — Япония.       Несколько росчерков и дело решено. Без разрешения обоих родителей ребенок не может отправиться за границу, поэтому ему приходится расписываться чаще и видеть своих детей реже.       — Насколько вы уезжаете?       — Четыре недели.       — Месяц? — Джейс округлил глаза.       — Мы летим на другой конец океана, — она пожала плечами. — Я хочу, чтобы мы не торопились, осматриваясь вокруг.       — Но ты же возместишь мне дни без них? — он нахмурился. — Восемь дней — я мог бы взять отпуск, чтобы провести время с ними.       — Мы обсудим это позже, Джейс, — она провела рукой по его рубашке. — Пока у тебя есть шанс провести медовый месяц со своей новой девушкой. Радуйся       — У меня нет никакой девушки, — он смотрел на неё с весельем. — Мел, ты пытаешься прощупать почву, чтобы узнать, нашел ли я кого-то к этому времени?       — У тебя вещи поглажены.       Он посмотрел на себя сверху вниз. Вот черт. Вещи действительно выглажены. Он никогда не выпаривал вещи и ходил как есть. У него было столько вопросов в голове. Как Виктор зашел в его комнату, не разбудив. Зачем погладил вещи и вернул в шкаф. Но главный вопрос был в том, как он сам ничего не заметил.       — Я готовился к свиданию с двумя самыми потрясающими женщинами в этом мире, разве я мог прийти как попало?       — Ну да, — она ему не верила, правильно делает, конечно, но делу это не помогало. — Даже кольцо не забыл снять.       — Ревнуешь?       — Переживаю за дочерей, — она смотрела осуждающе. — Представить боюсь, где и с кем ты шляешься.       Лицо Джейса стало непроницаемым.       — То есть ты считаешь, что я способен рисковать безопасностью наших дочерей? — он не отпускал её. — Это ты пытаешься сказать? А что мне говорить, когда ты тащишь их на другой конец мира? — он подошел ближе и прошипел. — Может, я не лучший муж. Но ты так привыкла ставить всех ниже себя, что перестала замечать, сколько одолжений получаешь от окружающих.       — Девочки ждут тебя, Джейс, — она процедила сквозь зубы.

      ***

      Они шли по детскому парку с красивыми разрушенными башенками замков и механическими зверюшками, которые тут везде на свободном выгуле. Роскошное место, вокруг почти никого нет. Это тоже одно из условий Мел — позволять проводить время с детьми только на территории, где те не могут встретиться с реальным миром.       Поэтому закрытые клубы, элитные парки, игровые центры для богатых, сады, детский театры и кукольные шоу, библиотеки, музеи. Высший класс — всё лучшее для её дочерей. Ему с грустью вспомнилось время, когда девочкам исполнилось только-только два годика. Они поехали на побережье, подальше от города. Волны бились за окном. Солнце стояло высоко в небе. Девочки ползали по ним, чуть не садясь на голову, но они были самой настоящей семьей. В ужасной одежде, с синяками под глазами, улыбаясь друг другу устало, зная, что их дети сегодня будут спать без задних ног.       — А ещё мы будем смотреть на макак с красными мордами! — ворвались слова в голову.       Джейс спросил, что они хотят увидеть в Японии, и они до сих пор отвечали ему. Джейс подумал, что вчера он уже насмотрела на макак с красными мордами, и его бы такой отдых только разочаровал.       — Они там плавают в тёплых источниках. Пап, настоящие макаки! Прямо вот так перед носом!       — О, вы уже ждёте не дождетесь, я погляжу, — он улыбался широко.       — А ещё мама обещала нам такие же платья, как у тёти из рекламы Атари! — она запрыгала вокруг себя от радости.       Джейс вспомнил очередную гейшу, которую использовали в рекламе, как притягательный образ. Японский метаглобализм почти передушил китайский, по крайней мере тут в США. Джейс поморщился и заставил себя выжать улыбку. Не то, чему должен радовать отец дочерей, если честно, но кто он такой, чтобы отбирать детскую радость. В детстве он мечтал курить сигареты и палить из пушки, как герои в кино, ну и что? Не стал же он повторять всё, что ему показывали в кино. Правильно?       — Кимоно — очень красивый наряд, с интересной историей, — Джейс ответил. — Каких цветов вы хотите себе?       Это был неправильный вопрос.       — Розовый!       — Нет, я хочу розовый!       — Нет, я!       Джейс закатил глаза. Теперь это продлиться долго. Под аккомпанемент детской ссоры он вдруг понял, что его собственная нога, вообще, не становилась ни разу в другие страны. Он не то, чтобы видел что-то дальше ЛА. Его дети вскоре будут смотреть на него, как на неотёсанного дикаря, которым он, впрочем, и был.       Перед глазами проплыла вся грязь, на которую он успел насмотреться за свою полицейскую карьеру. Он атрофировался. Нормальные вещи уже не были в состоянии удивить или порадовать.       Когда прогулка с девочками подошла к концу, то он их отвез к Мел, в этот раз их встретила няня. Джейс крепко обнял их на прощание. Целый месяц. Он сойдёт с ума без них.       — Папочка, а ты можешь поехать с нами?       — Нет, детка, — Джейс погладил её по голове. — Папа должен работать.       — Но мама же может! А она тоже работает! — ворвался второй голосок.       — У нас очень разные с мамой работы, котенок, — Джейс улыбнулся виновато. — Не все работы одинаковые.       Они надули губы и заканючили.       — Не честно!       — Солнышко, ничего страшного. Потом вы вернетесь и мы обязательно придумаем что-то. Новую поездку, где я поеду с вами, — он попытался урезонить ситуацию, пока она не вышла из-под контроля.       — И с мамой тоже?       Он не мог им обещать невыполнимое.              — Почему вы не можете помириться?       Приехали. Один и тот же вопрос, как по расписанию. Джейс знал каждый следующий этап. После долгого разъяснения, они все равно плачут и не отпускают его, вцепившись в ноги. Няня оттаскивает их, пытаясь вразумить. Джейс отворачивается сам, чтобы прикусить щеку изнутри и не дать себе сделать глупостей.       Уже через минуту он садиться в сателайт и закуривает. Он выворачивает с парковки особняка. Уже вскоре с чертыханьем ему удается найти место на забитой в выходной день парковке. Два часа между рядов с продуктами, ещё пять минут перетягивания пакетов с телеги на заднее сидение.       Дома всё разложено в холодильник и по полкам. Шесть пакетов, а ощущение, что они ничего и не покупал. Класс. В кладовой запущена стирка. По телевизору крутят старый боевик. Он начинает заниматься готовкой бездумно, если начать думать о том, что он делает, то он никогда не закончит ничего к вечеру.       Огромная мыска энчилады. В морозилке заготовки для разогрева. Наконец-то он разрешает себе налить два пальца виски в стакан. Стиралка пикает в кладовой. Он перекладывает белье в сушилку и берёт в руки коммуникатор. Выглядит он неважно. Футболка в жирных пятнах, волосы вздыблены.       Ещё одни быстрый душ и такая же быстрая дрочка, на пьяную после виски голову, намного приятнее, чем утренняя.       Свежая одежда и он уже готов сделать, то что он, видимо, должен сделать. Контакт в онлайне. Джейс жмет на иконку видео-звонка.       — Джейс, привет, — Виктор сидит за рабочим столом. — Рад снова видеть тебя.       — Привет, я хотел извиниться за вчерашний звонок, — он сказал как есть. — Четыре года не общались, а тут вдруг ни с того, ни с сего ворвался в твою жизнь. Наверно, это странно было.       — Много воды утекло за четыре года, — Виктор спросил тихо. — Но мы ведь по-прежнему друзья?       — Да, это не менялось, — Джейс надпил виски.       — Ты пьешь? Виски, как всегда? — Виктор улыбнулся.       — Да, у меня выходной. Ты против? Я могу не пить, если хочешь.       — Я просто схожу налью себе бокал вина в таком случае.       — О, выпьешь со мной за компанию, — Джейс был польщен.       — Как в старые добрые.       Следующие полчаса прошли за вежливым обменом новостями, шутками, сплетнями. Ещё через час они оба перебрались в свои постели, держа уже непонятно какой по счету бокал.       — Я ведь был в тебя влюблен в наши студенческие года, ты знал об этом Джейс? — в голосе была нотка грусти.       — Я тоже был влюблен, — он ответил тихо.              — Что нам помешало? — он ухмыльнулся.       — Ты был достоин лучшего.       — Ты не можешь знать, — Виктор пожал плечами.       — Вик, когда ты понял, что влюбился? — он спросил ранимо и искренне, насколько мог.       Он поджал губы и замолчал на какую-то минуту. Ответ оставил его без слов в странном нервном оцепенении.       — Это был любовь с первого взгляда, Джейс.       Он смотрел на экран с пустым взглядом, пытаясь реконтекстуализировать каждую социальную ситуацию, в которую они с Виктором попадали.       — О боже… — вырвалось из его горла надорванным вздохом. — Ты был достоин лучшего. — Джейс вдруг сказал совершенно категерично. — Человека, который бы заметил это, а не узнал спустя шесть лет, когда ему сказали прямым текстом.       — Э, — Виктор поджал губы бантиком. — Может и так.              — Ты… — о, он был очень пьян, ему не стоило задавать этот вопрос, молчи… молчи молчи… — Ты… У тебя ещё остались чувства ко мне? «Обожеблядьгосподикакойхуясейчаспроизошлоджейстыполныйкретинпойдиизастрелисьпрямосейчасжеонникогданезахочетбольшестобойговоритьтыиспортилдажетечастидружбыкоторыестоилоберечь…» — пронеслось у него в мыслях одной полосой, пока Виктор окидывал его тяжелым внимательным взглядом из-под ресниц.       Виктор подошел обратно к письменному столу и оставил коммуникатор так, чтобы он смотрел немного сверху на стул. Виктор сел перед камерой. Его лицо было теперь видно хуже, но Джейс точно видел, как он возбужден.              Он достал себя из штанов и провел рукой по своему полностью возбужденному каменному члену. Они встретились взглядом и Джейс оказался во втором приступе однополосных цепочек мата и полного шока, теперь уже со всем по другой причине.       Он настроил свою камеру, и конечно же присоединился. Кто бы в здравом уме отказался подрочить на своего лучшего друга, который доводил себя рукой до изнеможения где-то на лунной базе возле ёбанного Сатурна? Джейс считал сам себя самым здравомыслящим человеком Земли, поэтому мысли отказываться не было.       И да он пытался выглядеть хорошо для него. Он знал, что обычно нравится видеть другим, как они сексуализируют его внешность для своих фантазий. Подыграть ничего не стоило. Виктору нравилось, что он видел перед собой. Джейсу нравилось то, что он видел перед собой. Это была полная гармония.       Они держались долго. Джейс задумался на секунду о том, дрочит ли Виктор так же часто, как он сам или он просто умеет контролировать себя лучше. Скорее всего, дело было во втором. И всё же они уже были оба близко. Виктор кончил первым.       Джейс ещё помогал себе на последних аккордах, когда дверь в коридоре пикнула. Послышались шаги. Напротив него стоял другой Виктор, его взгляд сразу опустился к члену, потом к картинке на экране. Джейс не знает, почему он перенервничал, но он перенервничал так, что тут же вырубил видео-звонок и чуть не сломал себе член, запихивая его в брюки.       Виктор поморщился от боли, наблюдая за всей картиной со стороны.       — Тебе необязательно так нервничать, — он нахмурился. — Ты уже дрочил и кончал при мне, Джейс. — а потом почесал лоб. — Извини, я не хотел помешать тебе.       Джейс смотрел на него так жалостливо и нещастно. В нём было столько эмоций сразу: стыд, радость, желание объясниться, просьба не уходить, желание сказать, что он не знает, почему так отреагировал.              Но он ничего не мог сделать. В глазах стояли слёзы. Ему было так больно. Он так спешил, что прищемил себе змейкой крайнюю плоть. Весь воздух застрял в глотке вместе со словами. Ему понадобилась минута, чтобы дёрнуть змейку вниз и освободить себя.       Выдох облегчения вырвался наконец-то. По его вискам тёк пот, он смотрел на свой сдувшийся раненый орган со странным отвращением, но не без жалости.       Виктор смотрел на него вопросительно, но не уходил. Это был хороший знак. Джейс закинул голову, чтобы увидеть лучше коридор. У дверей стояли сумки. Не просто хороший знак, а просто прекрасный. Джейс широко растянул губы в пьяной счастливой улыбке.       — Могу я помочь тебе перенести вещи в твою комнату? - он спрашивает тут же.