Встреча судьбы

Утро после налета на доки встретило Джерико густым туманом. Магазин «Nevermore Pets» выглядел плачевно: выбитая витрина была заколочена грубыми досками, внутри пахло сыростью, перечным газом и страхом. Уэнсдэй стояла посреди зала с метлой в руках, выглядя так, будто она собиралась использовать её не для уборки, а для проведения экзорцизма. Вещь усердно соскребал остатки скотча с прилавка. Дверь колокольчиком звякнула, и вошла Энид. Она выглядела как человек, который пытался совместить «траур по разгромленному магазину» с «неистребимым оптимизмом». На ней был серый худи, но с огромным радужным значком, а в руках она несла два огромных бумажных стакана. — Я принесла кофе, — робко сказала она. — Один черный, как твоя душа, и один… ну, нормальный, с карамельным сиропом и маршмэллоу. Уэнсдэй не оборачиваясь, протянула руку и взяла свой стакан. — Сахар — это медленный яд. Но учитывая, что вчера мы едва не стали кормом для рыб в озере, я сделаю исключение. Они работали молча больше часа. Энид, несмотря на перебинтованную руку, виртуозно управлялась с губкой, отмывая террариумы. Барт, уже пришедший в себя после транквилизатора, преданно ходил за ней по пятам, виляя хвостом так сильно, что сбивал пустые коробки. — Уэнсдэй, — позвала Энид, вытирая лоб. — Ты обещала. Уэнсдэй замерла. Её плечи едва заметно дрогнули. — Я надеялась, что у тебя амнезия на фоне посттравматического стресса. — Память Синклеров — как у слонов! — Энид победно вытащила телефон. — Одна песня. Я обещаю, она поможет нам быстрее закончить уборку. Через секунду тишину магазина разорвали энергичные биты. Энид начала пританцовывать, размахивая тряпкой. Уэнсдэй закрыла глаза, и её лицо приняло выражение человека, подвергаемого пытке. — Это звучит так, будто стадо розовых пони пытается выбраться из работающей бетономешалки, — прокомментировала она. — Просто расслабься! Почувствуй вайб! — Энид подмигнула ей. Странно, но работа действительно пошла быстрее. К полудню магазин был почти приведен в порядок. Животные, чувствуя привычную атмосферу, начали успокаиваться. Нерон в своем террариуме величественно поедал сверчка, явно довольный своим вчерашним подвигом. Уэнсдэй разбирала почту, которую почтальон побоялся заносить внутрь и просто просунул в щель под дверью. Среди счетов и рекламных листовок её внимание привлек конверт из плотной черной бумаги без обратного адреса. Она вскрыла его скальпелем. Внутри не было письма. Только старинная монета с изображением ворона и короткая записка, написанная каллиграфическим почерком: *«Ваш скорпион — достойный экземпляр. Но это было лишь предупреждение. Коллекция требует пополнения. У.А., ты играешь в опасные игры».* Уэнсдэй застыла. Её взгляд стал колючим. — Что там? — Энид подошла сзади, заглядывая через плечо. — Ой… это выглядит… зловеще. «У.А.» — это же Уэнсдэй Аддамс? Кто это прислал? — Кто-то, кто обладает излишним количеством свободного времени и страстью к театральным жестам, — Уэнсдэй сжала монету в кулаке. — Контрабандисты в порту были лишь наемниками. Эта записка говорит о том, что у них есть заказчик. И этот заказчик знает меня. Энид почувствовала, как по спине пробежал холодок. — Ты думаешь, они вернутся? — Надеюсь, — Уэнсдэй хищно улыбнулась. — Мне не терпелось опробовать новую систему безопасности с использованием электрических угрей и арбалетных ловушек. — Нет-нет-нет! — Энид замахала руками. — Никаких ловушек в магазине, где ходят клиенты и дети! Мы вызовем полицию…. — Полиция Джерико не может найти собственный хвост в солнечный день, Синклер. Нам придется разобраться с этим самим. Вещь, найди мне карту старых поместий в окрестностях города. Тот, кто пишет на такой бумаге, явно не живет в трейлерном парке. В этот момент колокольчик на двери снова звякнул. В магазин вошел высокий мужчина в дорогом сером пальто. Его движения были неестественно плавными, а лицо казалось застывшей маской вежливости. — Добрый день, — произнес он голосом, от которого Энид захотелось спрятаться за прилавок. — Я слышал, у вас произошло… досадное происшествие. Я бы хотел предложить услуги по охране. Или, возможно, вы захотите продать свой бизнес, пока он не пострадал окончательно? Уэнсдэй вышла вперед, сложив руки на груди. — Мой бизнес пострадает окончательно только в день моего погребения. И даже тогда я буду управлять им из могилы. Кто вы? Мужчина слегка наклонил голову. — Меня зовут мистер Гроув. Я представляю интересы частного коллекционера. Мы очень ценим редких существ. И мы не любим, когда нам мешают. Он бросил взгляд на Нерона, и скорпион внутри террариума угрожающе поднял хвост. — Передайте вашему коллекционеру, — голос Уэнсдэй был холоднее льда на Плутоне, — что если он еще раз пришлет своих шестерок в мой магазин, я пришлю ему их пальцы в подарочной упаковке. А теперь убирайтесь. От вас пахнет дешевым одеколоном и высокомерием. Мистер Гроув не изменился в лице. Он лишь слегка улыбнулся, обнажив слишком белые зубы. — Какая экспрессия. Как жаль, что такая гордость часто приводит к… несчастным случаям. Всего доброго, мисс Аддамс. Мисс Синклер. Когда дверь за ним закрылась, Энид выдохнула воздух, который, казалось, держала в легких всё это время. — Уэнсдэй… он назвал мою фамилию. Я ему не представлялась. Уэнсдэй посмотрела на дверь, затем на черную записку в своей руке. — Значит, они следят за нами обоими. Это меняет дело. Она повернулась к Энид. На её лице не было страха, только расчетливая ярость. — Синклер, слушай внимательно. С этого момента ты не ходишь домой одна. Ты не открываешь двери незнакомцам. И, самое главное… — Что? — Энид затаила дыхание. — Тебе придется научиться пользоваться чем-то более смертоносным, чем твой розовый лак для ногтей. Вечером мы начинаем тренировки. Энид сглотнула, глядя на свои яркие когти. — Тренировки? Какие тренировки? — Метание ножей, основы маскировки и изготовление ядов из подручных средств. Если мы собираемся защищать наш магазин, ты должна стать опасной. Энид посмотрела на Барта, который мирно сопел у её ног, затем на Уэнсдэй. В её глазах страх начал сменяться решимостью. — «Наш магазин»? — переспросила она, уловив главное. Уэнсдэй на секунду отвела взгляд, словно жалея о сказанном. — Это была грамматическая ошибка. — Нет, ты сказала «наш»! — Энид просияла. — Всё, Аддамс, ты попалась! Теперь мы официально команда. «Клыки и Сарказм»! Уэнсдэй вздохнула и потерла переносицу. — Если ты еще раз произнесешь это название, я сама сдам тебя этому Гроуву. Иди работай. Нам нужно подготовиться к ночи. Вечер опустился на Джерико, принеся с собой странное предчувствие. В окнах «Nevermore Pets» горел тусклый свет. Две девушки — одна в черном, другая в ярких полосках — готовились к войне, которую они не начинали, но которую собирались выиграть любой ценой.