Просвещение командира

      — Разве она не великолепна? — с благоговением подумала Эми, выходя из экипажа и разглядывая высокие башни, внушительные каменные стены и древнее величие своего нового пристанища. Несмотря на огромное состояние её предыдущих покровителей, она могла с уверенностью сказать, что ни у одного из них не было крепости. На первый взгляд ей не хватало элегантности роскошных поместий, к которым Эми привыкла, но масштаб великолепной архитектуры поразил бы даже самых высокомерных гостей Инквизиции.       Лёгкая улыбка заиграла на её губах. Скайхолд был прекрасен, и Эми каждый день благодарила Андрасте за то, что она привела её сюда и дала шанс начать всё с чистого листа.       Оглядев шумный внутренний двор, полный торговцев, солдатов и разведчиков, Эми поняла, что подруга ничуть не преувеличила слухи о растущей популярности Инквизиции.       — Леди Эми?       К ней подошёл мальчик лет четырнадцати. Он был элегантно одет в зелёный костюм, а свёртки бумаги и деревянные дощечки для письма на поясе выдавали в нём посыльного.       — Да?       — Леди посол попросила немедленно проводить вас к ней. Пройдёмте со мной, а после я попрошу помочь с вашим багажом.       — Конечно, — сказала Эми, пытаясь успокоить нервы.       Мальчик вежливо указал на каменную лестницу и повел её в похожий на пещеру центральный зал. Он выглядел немного грубо, но стук каменщиков, усердно трудившихся над стенами и полом, и нескольких мастеров, работающих над огромным, богато украшенным окном, свидетельствовал о том, что очень скоро здесь всё станет по-королевски.       И несмотря на то, что Инквизиция прибыла в Скайхолд всего пару месяцев назад, тут уже было несколько просителей и мелких дворян, соперничающих за власть и влияние в быстро растущей организации. Эми почувствовала на себе взгляды. Расправив плечи и вздёрнув подбородок, она напевала лёгкую мелодию, помня, что её роль заключалась в том, чтобы быть воплощением доброты и безмятежности.       Было вне всяких сомнений, что её визит не останется незамеченным.       Плащ Эми с богато украшенной подкладкой и шлейф бархатного платья, выглядывающего из-под него, говорили о её состоятельности. Но несомненно, больше всего внимания привлёк пастельно-розовый парик. Яркие и необычные причёски всегда выделяли её из толпы. У художника были кисти, у кузнеца — молот, а вид Эми сразу говорил о её роли.       Куртизанка.       — Эми, дорогая, — окликнул её утонченный голос.       — Мадам де Фер! — По орлесианской традиции Эми поцеловала Вивьен в обе щёки. — Как давно мы не виделись.       Хоть Эми и ожидала радушного приветствия, она была приятно удивлена его непосредственностью. Эми не задавалась вопросом, была ли их встреча поводом показать нервную куртизанку или продемонстрировать её новое шикарное платье. Железная леди была мастером игры и из тех людей, кому лучше не перебегать дорогу, когда дело касалось политики или устоявшегося порядка.       Эми всегда хорошо ладила с бывшей чародейкой императорского двора. Магесса однажды вмешалась, когда один молодой и самоуверенный лорд попытался пренебречь правилами недавно прибывшей в Вал Руайо куртизанки. Согласно древней традиции гильдии никто не должен был «прикасаться» к Эми без её согласия. Публичное унижение молодого человека стало своего рода открытым предостережением для других. После этого вечера работа Эми в основном проходила спокойно и легко.       Эми защищало не только её крайне скрытное избранное окружение, но и одна из самых могущественных женщин империи.       — Приятно снова встретить друга, — радостно подумала Эми. С тех пор как Вивьен присоединилась к Инквизиции — почти восемь месяцев назад — её дело стало менее приятным, но она не хотела думать об этом сейчас, не тогда, когда на горизонте появилась надежда.       Эми взяла чародейку под руку, и они вместе медленно шли к месту, где их ждал посыльный. Восхищённые глаза людей вокруг следили за ними, что укрепило её хрупкую уверенность в себе.       — Я так рада, что ты здесь. Инквизиция выполняет колоссальную работу, но здесь, в горах, не хватает элементов роскоши, поэтому мало богатых спонсоров приезжает сюда.       Эми сочувственно кивнула.       — Вы с прекрасной Жози проделали столько всего без помощи со стороны. Но теперь я здесь и надеюсь быть полезной.       Они остановились неподалёку от красивого резного трона.       — Я уверена в этом. Устраивайся и приходи завтра ко мне в салон на чай.       — Буду ждать с нетерпением. — Эми высвободила руку и грациозно присела в реверансе.       Посыльный, который всё это время терпеливо ждал, провёл Эми через несколько больших дверей в конце зала. Идя по узкому и всё ещё разрушенному коридору, она полюбовалась видом гор с высоты. Мирная, спокойная обстановка за окнами, к сожалению, нарушалась громкими голосами в дальнем конце коридора.       — Нет! Лучше нанять двадцать пехотинцев, чем платить ей такой гонорар.       О. На мгновение Эми замедлила шаг. Она думала, что её нахождение здесь уже обговорено, но, видимо, ей придётся отстоять себя.       — Пожалуйста, проходите, — сказал мальчик, вежливо поклонившись, и убежал обратно в кабинет, из которого они пришли.       Эми остановилась у двери и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.       Первое впечатление крайне важно.       Она вспомнила свой самый первый урок, который усвоила ещё до того, как узнала, кто такая куртизанка.       — Командир. Присутствие леди Эми значительно повысит репутацию Инквизиции. Куртизанка — идеал утончённости. Так весь мир узнает, что теперь мы можем позволить себе принимать гостей определённого класса.       — Создатель, благослови Жози, — подумала Эми как раз, когда в её защиту зазвучал мелодичный голос с орлесианским акцентом.       — Не забывай, что она будет отчитываться передо мной. Шпион, который может проникнуть даже за самые плотно закрытые двери, — разве это не разумное вложение денег?       Если и был идеальный момент для появления, то он настал. Расправив плечи, Эми положила руки на полированное дерево и толкнула тяжёлую дверь. Она со скрипом отворилась, и три фигуры перед ней обернулись. Из ярко освещённой комнаты с большими окнами открывался панорамный вид на горы, которыми Эми только что любовалась, а в центре стоял огромный стол с картой, который, должно быть, стоил целое состояние. Две из трёх фигур она узнала сразу.       Представ перед ними, Эми решила начать своё представление с шутки:       — Удивительно, как некоторые любят хвастаться в спальне. Я не знаю, с чего они думают, что должны поразить меня, но Создатель знает, что я с ними только из чувства долга.       — Эми! — Старая подруга бросилась с дальнего конца большого стола к ней, заключив в тёплые объятия.       — Жозефина, дорогая, как давно мы не виделись. Как поживает Иветта?       — О, ты же её знаешь, всё прекрасно. Но мы поговорим о ней позже, сначала я представлю тебе других глав Инквизиции. С Лелианой ты уже знакома…       — Сестра Соловей, я так сожалею о вашей потере, — выразила Эми искренние соболезнования.       — Ах, леди Эми, вы всегда находите подходящие слова, — сказала Лелиана, слегка наклонив голову.       — Командир Каллен, командующий нашей армией.       Командир даже не поклонился, когда Эми сделала вежливый реверанс. Он тихо вскипел и ущипнул себя за бровь. Ферелденские манеры так забавляли её. Единственный мужчина в зале жаловался на её приезд, и Эми посетовала, что иногда невозможно произвести хорошее первое впечатление.       — А за вами наш всеми уважаемый Инквизитор.       Эми удивлённо обернулась и увидела долийскую эльфийку, которая со скучающим видом смотрела на неё со стула. У неё были блестящие светлые волосы, а лицо украшал витиеватый валласлин. Эльфийка была потрясающе красива. Её оливковая кожа и миниатюрная, но стройная фигура заслуживали восхищения.       — Вы куртизанка, — произнесла Инквизитор очаровательным мелодичным голосом. — Признаюсь, что наш посол и мадам де Фер долго уговаривали меня направить вам это приглашение, — сказала она, обходя стол.       — Я постараюсь десятикратно отплатить за ваше доверие, — уважительно ответила Эми.       По крайней мере, Инквизитор не настроена открыто враждебно, в отличие от…       — Я всё ещё считаю это расточительством наших средств. Нам нужно восстановить башни и вооружить армию. Инквизитор, вы уверены, что мы должны на это согласиться? — спросил командир явно раздражённо.       Инквизитор по-любовному похлопала его по руке, и Эми увидела выступивший на щеках командира румянец. Как мило, — с ликованием подумала Эми, запоминая эту полезную информацию, но держа лицо абсолютно нейтральным.       — Леди Эми. Как вы видите, мои советники разделились во мнениях относительно того, может ли куртизанка быть членом андрастианской организации. — Тёмные глаза Инквизитора закатились. Очевидно, Вестница Андрасте была не в курсе, что Эми пригласили набожные. — Я не разделяю любовь нашего тайного канцлера к интригам, поэтому скажу прямо: почему вы здесь, в горах, вдали от суеты и богатства Вал Руайо?       Эми слышала о прямоте Инквизитора Лавеллан, о которой коротко, но по-доброму написала Жозефина в письме. Поэтому она ответила так же прямолинейно на вопрос:       — Гражданская война в Орлее плохо сказывается на моей работе. Я заметила, что, кем бы ни был мой покровитель, меня начинает избегать половина знати, — пожала плечами Эми. — Я устала от этого. Поэтому первое, что я решила сделать как независимый агент, — это связать судьбу с более организованным и достойным делом.       Что касается сугубо личных причин, лицо Эми скрывало реальную надежду на то, что она сможет остаться здесь. Сестра Соловей, вероятно, знала, что по крайней мере половина слухов о её шпионской деятельности была правдой.       Командир что-то проворчал и посмотрел на Эми с явным отвращением.       — Я не считаю это благородной жертвой, когда мы платим вам такую баснословную сумму.       Эми была подготовлена к тому, как вести себя со сварливыми мужчинами. Мило улыбнувшись, она спросила:       — Правда? Как мне известно, Инквизиция борется с рабством. Скажите, никто из ваших работников не получает зарплату или только те, к кому вы предвзято относитесь?       — Я… я не это имел в виду… — пробормотал командир.       — Командир неправильно выразился. Но он просто хочет быть уверен, что мы расходуем ресурсы должным образом, — вступилась Инквизитор.       Эми сложила руки перед собой и с оптимизмом заговорила:       — Я обещаю, что моё пребывание здесь значительно увеличит число поступающих пожертвований. — Эми повернулась, чтобы обратиться непосредственно к командиру в попытках убедить его: — Благодаря моей работе вы сможете позволить себе любых солдат, которых только пожелаете.       — Пока вы раздвигаете ноги для каждого мужчины в крепости? — огрызнулся он.       Эми не дрогнула, в отличие от посла, которая в шоке прикрыла рот, и тайного канцлера, выгнувшего изящную бровь. Сам командир, казалось, удивился своей вспышке гнева и провёл рукой в перчатке по лицу, произнося сквозь стиснутые зубы:       — Простите. Я… я не хотел обидеть…       Не хотел обидеть? Эми чуть не рассмеялась. Если командир сказал это из вежливости, то лучше ему не перечить.       Она слышала подобное раньше, особенно от ферелденцев, которые не понимали тонкости её роли. Эми была готова просветить его, но знала, что вряд ли он когда-нибудь станет её союзником.       — В мои обязанности входит поддержание гармонии, командир. Я улаживаю ссоры между дамами и тешу самолюбие лордов. Я не собираюсь обслуживать каждого мужчину в крепости, — выделила Эми именно это слово и увидела, как командир покраснел от стыда. — Моя работа улучшит благосостояние и безопасность жителей Скайхолда. Я привлеку столь необходимых вам спонсоров и, конечно же, «раздвину ноги» для высокопоставленных персон, которые, в противном случае, позволят себе вольности с вашими работниками.       Командир оскорбился её намёком.       — Мы, может быть, и в горах, но закон у нас превыше всего. Любое насилие сурово пресекается.       Неужели он такой наивный?       Эми сдержала вздох. Казалось, никакие слова не задобрят мужчину.       — Дорогой командир, — начала Эми, пытаясь остудить его пыл и своё раздражение, — я не ставлю под сомнение вашу приверженность правосудию. Но не каждый прибывший в Скайхолд отчитывается перед вами, и многие не считают себя обязанными следовать тем же законам, что и простые солдаты.       — Мы можем вас уверить, что все преступления независимо от того, кем они совершены, караются справедливо, — снова заговорила Инквизитор.       Эми повернулась, чтобы обратиться непосредственно к Инквизитору, бросив на неё серьёзный взгляд.       — Я уважаю позицию Инквизиции. Но преступник не будет наказан, если о его деянии не доложили… Вы и правда думаете, что эльфы, работающие на кухне, рассказали бы об изнасиловании, совершённом сыном какого-нибудь маркиза?       Воцарившая тишина стала знаком того, что Эми наконец поняли.       — Превосходное замечание, леди Эми, — задумчиво произнесла Инквизитор.       Эми слышала о её любви к угнетённым и отвергаемым членам общества, и поддержка магов как раз была доказательством этого. Она не собиралась завоёвывать расположение командира, и, понимая, что последнее слово остаётся за Инквизитором, Эми продолжила говорить с ней:       — Моё присутствие здесь поможет защитить этих девушек. Если лорды будут сидеть в своих комнатах, пьяные и возбуждённые, ожидая, приду ли я к ним, их совершенно не будет интересовать ваша крепость.       После короткой паузы Инквизитор резко кивнула в знак одобрения. Жозефина пробормотала «чудесно» и принялась писать письма, чтобы, без сомнения, сообщить о прибытии Эми.       Эми слегка поклонилась в знак благодарности, скрывая облегчение.       — Итак, нам необходимо согласовать условия, — сказала она с доброй улыбкой, не обращая внимания на то, как командир напряжённо отвернулся.

***

      Каллена всегда привлекали сильные женщины. Лайя Сурана, Матильда Хоук и сейчас, что неудивительно, Инквизитор Филаур’эль Лавеллан.       В ней было всё, что Каллен считал эталоном женственности. Всегда сильная в убеждениях, даже если они отличались от его собственных. Сильная телом — годы в клане в качестве охотницы наделили её боевыми навыками, благодаря которым Филаур’эль могла соперничать даже с Кассандрой. И конечно, она была красива. Фигура, несмотря на миниатюрность, была подтянутой и тонкой, а светлые волосы, отдающие серебром, выделялись на фоне тёмных глаз. Характер был ещё более потрясающий. Она была прямым, справедливым и страстным лидером. Каллен не мог забыть, как они были близки в Убежище. Как проводили вечера на пристани. Как их разговоры переходили в флирт, а он — в пару поцелуев.       Но не более.       После их прибытия в Скайхолд что-то изменилось, и шаги к сближению прекратились.       Когда Каллен попытался расспросить её, почему их отношения зашли в тупик, она сначала уклонялась. Говорила, что плохо спала и поэтому хочет уединиться вечером, но она всё ещё глубоко заботится о нём.       Лишь спустя время он узнал от Дориана, что во время путешествий Филаур’эль сблизилась с их экспертом по Тени, Соласом.       Была ли вообще надежда? Этот вопрос не давал ему покоя последние месяцы. Каллен был не из тех, кто легко отдаёт своё сердце. Но несмотря на то, что он всё ещё был далёк от настоящей влюблённости в Лавеллан, в нём зародились ростки надежды, что на этот раз симпатия приведёт к чему-то большему. Но всё было напрасно.       Его раздражали их разговоры на эльфийском об общей истории и богах. Каллен мрачнел, его головные боли усилились и с каждым днём становились всё сильнее.       Каллен думал, что худшие симптомы прошли во время путешествия из Киркволла. Кассандра знала, что это была не «морская болезнь», а Варрик достаточно долго жил в городе, поэтому подозревал истинную причину его недомоганий. Но с каждым днём Каллен становился всё более вспыльчивым и почти всегда на кого-нибудь огрызался. Ему нужно было отвлечься либо работой, либо женщиной, устроить себе маленький перерыв, когда у него портилось настроение.       — Командир, спасибо вам за сегодняшнее представление.       Каллен отвлёкся от мыслей, когда к нему обратилась леди Эми. «Будь вежлив», — сказала ему Жозефина наедине после первого неудачного разговора с новым членом Инквизиции. Ещё одна жертва его резких слов и вспыльчивости. Каллен даже забыл подойти к ней и извиниться.       — Нет ничего такого в тренировке мужчин, — сказал он, делая паузу в попытках придумать что-то умное или по меньшей мере дружелюбное. — Я не могу представить, что такого получат придворные дамы, наблюдая за обучением солдат.       Каллен едва не поморщился от своей неуклюжей попытки завязать разговор. Эми, вежливая до неприличия, мягко рассмеялась над его прямотой.       — Правда? — сладко спросила она, прежде чем подойти к небольшой группе женщин и мужчин, которые по её просьбе пришли посмотреть на тренировку его людей.       Каллен вздохнул. Ну, по крайней мере, на этот раз я не оскорбил её открыто. И он восхищался её исполнительностью и отдачей. Наверное, единственным человеком, который работал больше Эми, был он сам. Эми всегда первой заходила в центральный зал и уходила последней. Она почти никогда не оставалась одна и постоянно, постоянно улыбалась. Единственной причудой её внешности, если это можно так назвать, были парики. Сегодняшний был ярко-красным, сразу бросающимся в глаза в лучах полуденного солнца и контрастирующий с песком и серыми тонами двора вокруг. Он подчёркивает её розовый цвет лица, — оценивающе подумал Каллен.       — Каллен, — Бык поприветствовал его ворчанием и тоже подошёл понаблюдать за тренировками.       — Бык, — поздоровался Каллен в ответ.       Каллен заметил, что внимание нескольких дам было приковано к ним. Они захихикали, обдуваясь веерами, когда Бык дружелюбно им махнул.       Каллен услышал, как наёмник долго и низко засвистел.       — Это там самая куртизанка?       Командир тихо фыркнул в ответ на бесстыдную реакцию друга.       — Искусился, Бык? Как я слышал, ты любитель сестёр-мирянок и девушек из таверн, — подразнил его Каллен.       Бык раскатисто рассмеялся и хлопнул его по плечу.       — Не, она не натурально рыжая, а ты знаешь, что мне нравится определённый типаж.       Взгляд Каллена обратился туда, где стояла Эми, застывшая, как изящная статуэтка. Губы изогнулись в лёгкой ухмылке, когда он увидел, как она указывает на манёвры и хвалит мастерство солдат, эффективность обучения и власть Инквизиции. Он должен был признать, что её мягкий рассказ хорошо сработал и все вокруг нетерпеливо закивали. Не было сомнений, что к концу вечера Жозефина получит ещё больше взносов.       Но Бык всё видел.       — Тебе следует подумать. Снять напряжение, которое ты накопил с тех пор, как босс замутила с новым парнем.       — Создатель, — пробормотал Каллен, чувствуя растущее внутри унижение, — уже все об этом знают?       — Бен-Хазрат всё помнит, — сказал Бык, постучав по носу.       Каллен усмехнулся этому замечанию. Переспать с куртизанкой… Абсолютно нелепая идея. Или нет? Пристальный взгляд Каллена снова скользнул к Эми. Её одежда, сшитая из дорогих тканей, была очень многослойной, оставляя простор воображению. В отличие от других «павлинов» в замке, Эми не носила маску, а ещё у неё не было орлесианского акцента.       Эми довольно миленькая и, по её словам, оказывает услуги только высокопоставленным персонам.       Несмотря на то что Каллен был простолюдином, он очень гордился (и ему не было стыдно сказать об этом), что теперь он попадает в категорию избранных клиентов.       Чем больше Каллен думал об этом, тем привлекательнее казалась идея. С его положением он не мог сблизиться с кем-то из работников. Их должности были совершенно на разных уровнях. А о женщинах-солдатах не могло быть и речи, тем самым список потенциальных партнёров для секса стремительно сокращался.       Лицо Эми озаряла лёгкая улыбка, а зелёные глаза сияли от наслаждения зрелищем. И она совершенно не подозревала о внутренней борьбе командира. Она держится профессионально и сдержанно. Его либидо всё усиливалось.       Но Каллен хотел душевной связи. Той, что заполнит пустоту в сердце, которое Инквизитор вырезала для себя и небрежно выбросила.       — Нет. Шлюха — не для меня… — решил Каллен и снова обратил взор на солдат и их работу.       Даже если она довольно симпатичная.