Звёзды гаснут поодиночке

      Легкий треск в ушах — будто лопнула перепонка — и Ванду снова выплёвывает реальность. На этот раз — раньше, ощутимо раньше.       — Опять этот противный звук! Можно мне в следующий раз нормальный саундтрек? Что-нибудь вроде Арии. Или, на худой конец, дабстеп! — возмутилась она, оттряхивая коленки.       Металлический запах ещё не пропитал ночной воздух, только терпкая влажность земли и хвои. Далеко за перелеском слышался приглушенный рык.       — Скоро будет и кровь, — подумала Ванда, сжимая зубы до боли. — Хоть какое-то развлечение. А то я уже заскучала, как старуха в очереди за пенсией.       Не мешкая, она рванула вперед, превратившись в вихрь из лезвий. Катана в руках танцевала, не оставляя клону и шанса. В её движениях не было бравады, лишь холодная, хирургическая эффективность. Ни шуток, ни пауз — только цель.       Адреналин клокотал в жилах, подпитывая каждый удар. Злость на себя, на время, на этот проклятый лес, на вселенную, которая позволила этому случиться.       — Скотина, могла бы поинтереснее сюжет придумать! А то получается какой-то всратый день сурка. Только без Билла Мюррея, что печально... а икс-24 не очень многословна.       Удар, еще удар. Клон рассыпался, захрипев на последнем издыхании. Ванда стояла над телом, тяжело дыша, смотря на него, как на раздавленное насекомое.       — Упс... ну, извини, что ты не выиграла в генетической лотерее! Не всем удаётся играть роль главной героини комиксов.       Логан, всё ещё целая, рассеянно смотрела на Ванду со смесью удивления и недоверия. Лора пряталась за её спиной, вцепившись в ладонь.       — Ванда? Какого черта? — прорычала она, настороженно сужая глаза.       Ответ застрял в горле. Она просто подошла к Логан, протягивая руку.       — Не важно. Важно то, что ты жива.       Логан ошатнулась, но Ванда обняла её. Ей нужно было почувствовать тепло её тела, убедиться, что она реальна. Лора за спиной матери смотрела на незнакомку оценивающим взглядом, как кошка, принюхиваясь к новому человеку.       — Спасибо, — пробормотала Логан, похлопывая её по спине. Лора смягчённо выдохнула, расслабившись, и сделала шаг в сторону, не выпуская Логан из рук.       Движение было слишком резким, слишком неожиданным. Росомаха отбросила Ванду в сторону, как горящий уголь. Она споткнулась, зацепившись за торчащие из земли корни, чудом избежав падения в кусты.       — Эй! Я только что сделала маникюр!... Логан?! Что с тобой? — в голосе Ванды читалась тревога. В ответ лишь хрип.       — Горит… чёрт возьми, всё горит! — Она сжала кулаки так сильно, что кожа на костяшках натянулась добела. — Внутри…       Ванда внимательно осмотрела Логан. Пятна, цветом как пролитое вино на белоснежном паркете, начали расползаться по её майке. Они множились зловещими алыми розами, расцветающими из тела. Кожа Логан покрылась испариной, лицо исказилось гримасой невыносимой боли... Лора вцепилась в неё и испуганно посмотрела в глаза.       — Мама! — Логан опустилась на корточки, обнимая Лору.       Ванда вскочила, пальцы судорожно скользнули по макушке, она мельком глянула на часы. Они словно прожигали её запястье.       — Твоя регенерация сошла с ума! Это... Иммунная система атакует твое тело! — Голос дрогнул, оборвался. Она закусила губу, пытаясь унять дрожь. В глазах — паника, пойманная в ловушку. И тут, интуитивно пытаясь выплеснуть хоть крупицу нервного напряжения, из её уст сорвалось:       — Я... я ничего не смогу сделать!... разве что выпить валерьянки и посмотреть на это с философским спокойствием.       Ванда замолчала. Осознание вспыхнуло в глазах, как свеча. «Чёрт», — пронеслось в мыслях. Она провела рукой по волосам, с силой зачесывая их назад, почти сдирая маску. Плечи дернулись, пытаясь скинуть невидимый груз. Она опустила голову, на долю секунды показавшись маленькой и потерянной.       В глазах Логан промелькнуло что-то похожее на растерянность, затем усталость. Она чуть прищурилась, пытаясь понять, шутит ли Ванда. И, не найдя ни намека на юмор в её перекошенном от тревоги лице, Логан только шумно выдохнула, смиренно принимая тот факт, что даже в момент собственной агонии ей приходится иметь дело с этой безумной женщиной. В её взгляде читалось: «Серьезно? Сейчас?». Она погладила Лору по голове и вновь устремила взор на Ванду.       — Это все из-за тебя? — сквозь зубы произнесла Логан.       — Эй, полегче на поворотах! — фальшиво бодрилась Ванда. — Я вообще-то хорошая девочка... ну, почти, в любом случае, я пришла сюда ради тебя!       Логан стиснула зубы ещё сильнее, они заскрипели так, словно вот-вот расколятся. Лора прижалась сильнее к Росомахе и, сдвинув брови к переносице, посмотрела на Ванду.       Пятна набухали, превращаясь в мерзкие волдыри, лопающиеся от малейшего прикосновения. Кожа трескалась, обнажая пульсирующую плоть. Логан закричала. Крик, полный животного ужаса.       — Сделай… что-нибудь! — прохрипела она.       Морщины вокруг глаз сейчас казались глубокими бороздами, вырезанными горем. Веки немного покраснели, а в уголках губ залегла тень. Её взгляд, тем не менее, оставался прикованным к Лоре. Тонкая нить, связывающая их. В радужках мерцало что-то знакомое, что-то, дающее тепло даже в этот холодный час. Лора коснулась щеки Логан. Легкое прикосновение, почти невесомое, наполненное тревогой. Затем она перевела взгляд на Ванду. В глазах читалось нечто, что выходило за рамки слов — отчаянная мольба, тихая клятва, передача ответственности. В нем была детская уязвимость, страх и надежда, смешанные в такой концентрации, что пробивали любую броню.       — Ну, всё, теперь я официально влипла. Как говорится, «берешь ответственность — получаешь геморрой бесплатно»! — Выпалила Ванда с истерической усмешной. Она не могла сдержаться под напором невинных детских глаз, сверлящих её изнутри.       В голове молниеносными вспышками пронеслись фрагменты прошлого.

***

      Они сидят на крыше разрушенного здания в Токио. Уилсон предлагает Логан саке, но она отказывается.       — Ненавижу это пойло.       Она перебирала обрывки воспоминаний, как выцветшие лоскутки ткани, пытаясь сшить из них целое полотно. В руках её дрожал жетон — холодный металл, хранящий имена: "Логан" и "Росомаха" — две стороны одной истерзанной души. Она говорила о потере, о вечном круговороте боли, о лицах, навсегда стертых временем, которое для неё, казалось, остановилось. Ванда смотрела в её глаза, и в этих бездонных колодцах видела не только чужую усталость, но и отблеск собственной затаённой печали — утраты, разбросанные по бескрайним полям памяти.       Пыль сражения осела на измученных телах. Они лежали на земле, лицом к небесам, где россыпь звёзд мерцала, как поле цветущих одуванчиков. Ванда тихо говорила, делясь с Логан чем-то сокровенным, чем-то, что находило отклик в её молчаливом внимании.       В какой-то момент она заключила Логан в свои объятия — прикосновение настолько легкое, что казалось призрачным, — тень мимолетной нежности, сотканная из сочувствия и понимания.       Это была нематериальная связь, но такая сильная, что заменяла собой тысячу слов. В этот момент Ванда забыла обо всем на свете, чувствуя себя счастливой, просто находясь рядом с Логан.

***

      И теперь… она должна отнять у неё все это.       Логан смотрела на Ванду. На лице — никаких признаков страха. Лишь сжатые губы и едва уловимое напряжение в уголках глаз говорили о борьбе. В этом сосредоточенном взгляде читалась просьба, безмолвное завещание.       — Лора… — почти неслышно прошептала Логан. Веки её подрагивали, сопротивляясь наступающей темноте. — Не будь такой, какой тебя сделали.       Ванда кивнула, принимая этот последний посыл. Челюсть её сжалась, на алой ткани меж бровей пролегла глубокая складка. Пальцы коснулись рукояти пистолета с адамантиевым жалом, — оружия, которое Лора не успела применить.       — Прости, — выдохнула Ванда, голос без единой ноты привычного цинизма. Это была она, настоящая, сломленная тяжестью выбора.       Ствол устремился к голове Логан. Рука дрожала, предательски сопротивляясь неизбежному.       Внезапно — рывок. Лора, с лицом, искажённыи горем, обнажила когти и бросилась вперед. Глаза её горели горечью и яростью.       — Нет! — хриплый крик разорвал тишину.       Ванда оттолкнула её в сторону, отстраняя от себя боль.       — Я всё исправлю, — прошептала она, глядя в расширенные от ужаса глаза девочки.       Веки опускаются. Темно.       Приглушённый хлопок.       Тишина.       Когда Ванда открыла глаза, лицо Логан было умиротворенным. Губы слегка приоткрыты, словно она заснула. В уголках глаз не было слёз, только могильный покой.       Лора подползла к телу Логан, и из её горла вырвался нечеловеческий вопль. Это был крик боли, утраты, предательства, всё смешалось в нём. Ванда отступила, чувствуя, как стужа сковывает её. Отстранённость.       — Ты… ты убила её! — прокричала Лора, а в её глазах, налитых кровью, отражалась только ненависть.       Ванда ничего не ответила. Она опустилась на колени и закрыла лицо руками.       — Теперь… это всё по-настоящему дерьмово, — прошептала она в пустоту.       Ванда потянулась к устройству Кейбла, нажимая кнопку активации. Экран замерцал, разбрызгивая хаотичные пиксели. Координаты скакали, как обезумевшие. Машина времени, казалось, сошла с ума, изрыгая ошибки и предупреждения. Что-то пошло не так. Совсем не так.