Не так страшен черт, как его малюют.

Слушатели успели и поесть, и спокойно выпить чаю, когда сяоши спустя в зал ввалился запыхавшийся Вэй Ин, нервно оглядывающийся по сторонам. Не обнаружив того, кого хотел, он попрыгал на месте, и с верхней мантии со звоном посыпались несколько игл, которые с опаской были подобраны и зажаты в кулаке. - Всё в порядке? - Лань Чжань протянул к нему руки, и тот с готовностью нырнул в его объятия. - Смотря с чем сравнивать! - фыркнула влетевшая следом в зал Вэнь Цин. - Ладно, живи уж. И иглы верни, недо-ёжик. - Пусть Вэнь Нин заберёт, я тебе не доверяю, Цин-цзе. И чего ты всё время в пятую точку целилась? - Стимулировала твой мозг! Слушатели захихикали, слушая их полушутливый диалог, но не спешили вступаться за пострадавшего. Всё-таки можно и самим огрести от целительницы. - Дагэ, можно теперь мне? - сделал умильное лицо Не Хуайсан, глядя на старшего брата. - Мог бы и не спрашивать, - хмыкнул Не Минцзюэ, передавая младшему книгу. - Читай. Хуайсан с готовностью закивал, переворачивая страницы в поисках места, где они остановились сяоши назад. Найдя его, он продолжил чтение. Глава 89. Преданность. Часть одиннадцатая. Лишь спустя некоторое время замешательства Цзян Чэн заорал: — Что за чушь ты несёшь?! Вэнь Нин, который выглядел совершенно спокойным, возразил: — Это не чушь. — Закрой сейчас же свой рот! Моё золотое ядро… Моё золотое ядро, его… — Восстановила вам саньжэнь Баошань. — Откуда тебе это известно? Он и об этом тебе рассказал? — Нет. Молодой господин Вэй никогда и ни с кем не разговаривал на эту тему. Я видел своими глазами. - Да, старейшина Илин в самом деле говорил о том, что ядро Саньду Шеншоу может восстановить Баошань-саньжэнь, - постучал себя по подбородку сложенным веером Не Хуайсан. - Значит, А-Нин тоже был там, - пробормотала себе под нос Вэнь Цин, тяжело вздыхая. Впрочем, если он притащил эту парочку в надзирательный пункт и попросил им помочь, вряд ли бы в таком деле остался в стороне. - Неужели нам сейчас расскажут подробности этого дела? - хмыкнул Вэнь Жохань, немного гордясь племянницей. Она и правда достойна своего титула "Золотые Руки". - Похоже на то, - кивнул Цзян Фэнмянь. - Интересно, - прищурилась Цзинь Ливэй. В глазах Цзян Чэна выступили кровавые прожилки. Он рассмеялся: — Ложь! Ты был там? Как ты мог это видеть? Тогда на гору поднялся я один, и ты не мог последовать за мной! — Я и не следовал за вами. Я с самого начала ждал на горе. На лбу Цзян Чэна вздулись посиневшие вены. — …Ложь! — Тогда послушайте вот что и скажите, солгал ли я! Во время подъёма на гору у вас на глазах была чёрная повязка, в руках вы держали длинную ветку. Уже почти добравшись до вершины, вы проходили через каменный лес, и лишь проплутав целый час, смогли выйти из него. - Да, у Саньду Шеншоу и правда на глазах была повязка, когда брат отправлял его на гору, - удивлённо заметил Чан Пин, тоже вспомнивший этот эпизод в книге. - С самого начала ждал на горе, - покачала головой Ло Цинъян, размышляя, сколько пришлось дожидаться одного человека другим людям. - Ждал А-Чэна... - Юй Цзыюань помассировала висок, стараясь отрешиться от боли в голове. - Не нервничай, А-Юань, - Цзян Фэнмянь сжал пальцы её свободной руки и коснулся губами волос. - Это просто книжная история. - Ох, А-Чэн, - Цзян Яньли прижала ладошку к губам. - А-цзе, я здесь, - Цзян Чэн неуклюже погладил сестру по плечу. - Ох, молодой господин Вэнь, - вздохнула Цинь Су, немного переживая за жениха. На лице Цзян Чэна дёрнулись мускулы. Вэнь Нин продолжал: — Затем вы услышали звон колокола, спугнувший стаю птиц, которая взвилась в небо. Вы крепко сжали ветку в руке на манер меча. Когда звон утих, в вашу грудь упёрся меч. И вы услышали женский голос, который приказал вам стоять на месте. Цзян Чэн задрожал всем телом, а Вэнь Нин заговорил громче: — Вы немедленно остановились, выглядели при этом весьма взволнованно, даже немного возбуждённо. Женщина говорила очень тихо. Она спросила, кто вы такой и как нашли это место. Вы ответили… - Ого, больше подробностей того дня, - присвистнул Не Минцзюэ, за что тут же получил веером под рёбра. - Дагэ, не свисти, - укоризненно заметил Не Хуайсан, глянув на него. - Да-да, блюститель мой морали, - Минцзюэ привычно взъерошил ему волосы, добивая ворчливого фырка. - Простите, наследник Цзян, - извинился перед ним Вэнь Нин. - Ничего, всё нормально, молодой господин Вэнь, - фыркнул Цзян Чэн, немного побледневший. - Очень на это надеюсь, - вздохнула Вэнь Цин. Цзян Чэн взревел: — Замолчи! Вэнь Нин взревел следом: — …Ответили, что вы — сын саньжэнь Цансэ, Вэй Ин! Вы сказали, что ваш клан уничтожен, что в Пристань Лотоса пришла беда, и ещё сказали, что ваше золотое ядро было разрушено Сжигающим Ядра, Вэнь Чжулю. Женщина снова и снова задавала вопросы о ваших родителях, и когда вы ответили на последний, вдруг ощутили запах жжёных трав. После чего потеряли сознание… - Даже если тебе не нравится что-то, А-Чэн, не стоит так кричать, - заметила Цзян Яньли, возвращая брату поглаживание по плечу. - Говори это Саньду Шеншоу, сестра, - вздохнул Цзян Чэн. - Но разве нельзя было представиться своим именем? - спросил Оуян Чанмэй. - Наставница может забрать человека к себе и подлечить, только если у него имеется нужный талисман или по просьбе своего ушедшего в мир ученика, - сообщил Сяо Синчень, вызывая любопытные взгляды у людей. - Ну да, как ласковый ветерок попросил за своего друга, - кивнул Вэй Ин, немного высунувшись из объятий, вспомнивший этот эпизод. Цзян Чэн выглядел так, словно готов был закрыть уши руками, лишь бы не слышать. — Как ты узнал? Как ты об этом узнал?! Вэнь Нин ответил: — Я ведь уже сказал. Я был там. И не только я, молодой господин Вэй тоже там был. А кроме нас там находилась ещё моя сестра, Вэнь Цин. Иными словами, на той горе только мы втроём ждали вас. Глава Ордена Цзян, вы думали, что это действительно гора, на которой живёт эта самая… саньжэнь Баошань? Молодой господин Вэй и сам не ведал ни единой зацепки о том, где искать то место. Его мать, саньжэнь Цансэ, никогда не рассказывала маленькому ребёнку никаких сказок ни о каком Учителе! То место было всего лишь обыкновенной безлюдной горой в Илине! - Вэй Усянь, - Вэнь Цин помассировала занывшие виски, стараясь унять головную боль. - Я точно сожгу эту книгу, чтобы ты никогда не смог проделать тот же самый фокус! - Цин-цзе, это твой труд и только ты можешь распорядиться своими исследованиями, - успокаивающе замахал руками Вэй Ин, не споря с ней. - Да, будущий старейшина Илин нашёл у тебя эту книгу и слёзно вымолил помощь для своего брата. Но что ещё он мог сделать, если без ядра тот не хотел жить? Пойти ловить кого-то из солдат Вэней, чтобы пересадить его ядро брату? - Да хотя бы и так! - выпалила Цин-Цин, добившись шокированных взглядов от слушателей, которое просто не верили своим ушам. - Но тогда бы вы оба остались при своих! - А-Цин... - прошептал Цзян Чэн, по-новому взглянув на неё. Неужели она бы и правда пересадила ему чужое ядро? Цзян Чэн, срывая голос до хрипоты, повторял одни и те же фразы, словно желал за злобой, охватившей его разум, скрыть внезапную нехватку словарного запаса: — Полный вздор! Всё, мать твою, с меня хватит! Тогда почему моё золотое ядро было восстановлено?! Вэнь Нин ответил: — Ваше золотое ядро не было восстановлено, его уничтожил Вэнь Чжулю! Человеком, благодаря которому вы считаете его восстановленным, была моя сестра — лучший лекарь Ордена Цишань Вэнь. Она вырезала золотое ядро молодого господина Вэя и пересадила вам! - Зачем, А-Сянь?! - с мукой в голосе воскликнул Цзян Чэн, вскочив на ноги. - Потому что ты мой брат, А-Чэн! - Вэй Ин выскользнул из рук жениха, подскочил к брату и стиснул его плечи, заглядывая в глаза. - Ты мой брат, который всегда стоит рядом со мной, как равный! В совершенствовании мы всегда равны, просто характеры различаются. Где я предпочту свести всё в шутку, ты будешь сердиться, где я нарушу правила, ты будешь им следовать. Мы просто разные, не принижай свой ум и таланты. У каждого своё "невозможное", помнишь? - Ну почему ты такой жертвенный дурак? - немного успокоившийся Ваньинь ткнул его кулаком в плечо, строя сердитую рожицу. - Вот такой он я, готовый ради дорогих мне людей вывернуться наизнанку, чтобы им было комфортно, - хмыкнул Усянь, похлопав брата по спине. - Придумать что-то новое, пойти против несправедливости, отдать всё, что у меня есть. - О себе тоже надо заботиться, А-Сянь, - всхлипнула Цзян Яньли, обнимая обоих братьев. - Ты важен не меньше нас, ты наш брат. - Гениальный придурок, находящий подход к любому человеку, - беззлобно проворчала Вэнь Цин, присоединяясь к обнимашкам. - Это почти комплимент, Цин-цзе. Не плачь, А-Ли, всё будет хорошо. Слушатели предпочли промолчать и не смотреть, дожидаясь, пока подростки расцепятся и вернутся на свои места. Лицо Цзян Чэна на миг опустело. — Пересадила мне? — Именно! Как вы думаете, почему после этого он больше никогда не использовал Суйбянь? Почему всё время появлялся на публике без меча? Вы действительно считали, что это лишь распущенность в силу юности? Неужели ему действительно нравилось, как другие явно и скрыто указывают на него пальцем, за спиной поливают грязью и обвиняют в отсутствии манер и воспитания? Всё потому, что даже если бы меч был при нём, он был бы лишь бесполезным грузом! Всё потому… если бы он взял с собой меч на какое-либо торжество или ночную охоту, кто-нибудь неизбежно вынудил бы его сразиться на мечах под любым предлогом, показать своё искусство фехтования. Но у него больше не было золотого ядра, духовная сила ушла из его тела, стоило ему вынуть меч — долго бы он не продержался… - Не каждый способен на такие жертвы, - заметил Не Минцзюэ. - Господин Вэй... - Лань Сичень потёр переносицу, не зная, что сказать. - И правда не стоит судить, не зная правды, - вздохнул Лань Цижэнь. - А я давно говорила, что вам стоит пересмотреть эти ваши тысячи правил, потому что ваши Старейшины уже не один десяток лет трактуют их в свою пользу, - фыркнула Цзян Жусинь. - А вот другим в правде отказывают! - Да уж, чего в жизни не бывает, - заметил Вэнь Жохань. - Только не со всеми, - тихо сказал Мэн Яо. - И не всегда, - согласился с ним Сун Лань. Цзян Чэн остолбенел. Взгляд его застилала зелёная пелена, губы дрожали. Он забыл даже о Цзыдяне. Отбросив Суйбянь в сторону, мужчина яростно ударил Вэнь Нина в грудь рукой и проревел: — Ложь! Вэнь Нин принял удар, отступил на пару шагов, поднял с земли Суйбянь, вложил в ножны и вновь протянул руку с мечом, пихнув Цзян Чэна в грудь. — Возьмите! Цзян Чэн невольно принял меч, но не пошевелился, лишь в полнейшем смятении посмотрел в сторону Вэй Усяня. Лучше бы он этого не делал. Его глазам предстало мертвенно-бледное лицо, и этот ослабший облик с запёкшейся в уголке губ струйкой крови ударил по сердцу Цзян Чэна тяжёлым молотом. От взгляда Лань Ванцзи и вовсе мороз прошёл по коже, словно он свалился в полынью. - Саньду Шеншоу переживает? - сделал недоумённое лицо Вэй Ин. - А как же, старейшина Илин хоть и вредный, но не чужой же человек, - фыркнул Цзян Чэн. - А такое ощущение бывает, что наоборот. - Тебе просто кажется, А-Сянь. - Ты же прекрасно знаешь, каков наш А-Чэн на самом деле, - хихикнула Цзян Яньли. - Ну да, кто знает его лучше, чем брат? - заметил Не Хуайсан. - Может, Саньду Шэншоу прекратит бить Призрачного Генерала? - выгнула бровь Вэнь Цин. - Всё возможно, дева Вэнь, - утешила её Ло Цинъян. - Очень на это надеюсь, дева Ло. Вэнь Нин добавил: — Возьмите этот меч, отправляйтесь в торжественный зал, на тренировочное поле — куда угодно — и попросите каждого, кого встретите, вынуть меч из ножен. И посмотрите, найдётся ли ещё хоть кто-то, способный это сделать! Тогда вы поймёте, солгал я или нет! Глава Ордена Цзян. Вы… вы, такой самолюбивый человек, всю жизнь соревновались с ним во всём, но очевидно, вам никогда с ним не сравняться! Цзян Чэн пинком оттолкнул Вэнь Нина, схватил Суйбянь и нетвёрдым шагом помчался в сторону торжественного зала. - Молодой господин Вэнь, это было грубо, - укоризненно покачала головой Цзян Яньли. - Приношу свои извинения, дева Цзян, наследник Цзян, - тихо извинился Вэнь Нин, поклонившись им обоим. - Мы с А-Чэном привыкли соревноваться, но при этом мы равны, - заметил Вэй Ин, посмотрев поочерёдно на друга и на брата. - Ему лучше удаётся всё, что связано с управлением Орденом, я же буду его правой рукой и помощником, обучать детей фехтованию и стрельбе из лука. - Ты и так это уже делаешь, А-Сянь, - хмыкнула Цзян Жусинь. - Ты хороший учитель уже сейчас. - А-Сянь, ты правда?.. - хрипло спросил Цзян Чэн и, разглядев уверенность в серых глазах, расправил плечи. - Спасибо, брат. На бегу он рычал словно зверь, будто целиком погрузился в безумство. Вэнь Нин, когда Цзян Чэн его отпихнул, ударился спиной о дерево, растущее возле Храма Предков. Медленно выпрямившись, он поспешно обернулся. Неотразимо прекрасное лицо Лань Ванцзи сейчас выглядело несравнимо бледным, а взгляд в крайней степени ледяным. Вновь посмотрев на Храм Предков Ордена Юньмэн Цзян, он подправил Вэй Усяня у себя на спине, убедился, что тот не упадёт, и, не оборачиваясь, направился в другом направлении. Вэнь Нин спросил: — М-молодой господин Лань, к-куда вы идёте? Лань Ванцзи застыл у ступеней, затем раздался его голос: — Только что… он хотел, чтобы я увёл его отсюда. Вэнь Нин поспешно направился следом и вместе с ними покинул Пристань Лотоса через главные ворота. - А-Нин, ты в порядке? - Вэнь Цин машинально принялась ощупывать брата. - Д-да, цзецзе, я в норме, - поспешил её успокоить Вэнь Нин. - И чего Саньду Шеншоу так рычать? - уточнил Вэй Ин, разглядывая потолок. - Ну, знаешь ли, сложно принять на веру то, что в твоём даньтяне чужое золотое ядро, - фыркнул Цзян Чэн. - То есть, когда Саньду Шеншоу вернула ядро "Баошань-саньжэнь", так его ничего не смущало, а как узнал владельца, так сразу в отказ? Забыл про закон равновесия? Если где-то прибыло, откуда-то убыло. - Наставница не может сотворить что-то из воздуха, при лечении чего-либо она заменяет пострадавший орган другим, - напомнил Сяо Синчень. - Можно даже некоторые органы только что умершего человека использовать, они сохраняют свою деятельность ещё в течении трёх-пяти часов, - сказала Вэнь Цин, заставив слушателей вздрогнуть. - К примеру, печень, почки, лёгкие. - Дева Вэнь, а можно без подробностей? - проныл Не Хуайсан, прячась за веером. - Ужас! Оказавшись на причале, они узнали, что джонки и рыбацкие судёнышки, что доставили их сюда, уже возвратились по домам. Осталось лишь несколько старых паромов, за которыми никто не присматривал. Паромы были длинными и узкими, по форме напоминали ивовые листья и могли вместить семь-восемь человек. Борта немного приподнимались, загибаясь вверх, на корме были пристроены два весла. Лань Ванцзи с Вэй Усянем на спине, ни секунды не сомневаясь, взошёл на паром. Вэнь Нин немедля запрыгнул на корму, без приказаний взялся за вёсла и опустил их в воду. Пара гребков — и паром, почти не раскачиваясь, отдалился от берега на несколько чжанов. Очень скоро его подхватило течением и понесло на середину реки. Лань Ванцзи устроил Вэй Усяня так, чтобы тот опирался на его плечо. Затем положил ему в рот две пилюли. Убедившись, что тот всё проглотил, вынул платок и осторожно стёр кровь с его лица. - Ханьгуан-цзюнь такой заботливый, - мечтательно вздохнула Цинь Су. - И так волнуется о старейшине Илин, - хихикнула Ло Цинъян. - На руках готов носить, - весело фыркнула Вэнь Цин. - Точно любимую супругу, - поддакнул Не Хуайсан, тут же получая подушкой в лицо. - Вэй-сюн! - Длительную "ночную охоту" не хочешь, Не-сюн? - сладко улыбнулся Вэй Ин, держа за уголок вторую подушку. - Благодарю, обойдусь. - А-Сянь, не надо закидывать всех подушками, - улыбнулась Цзян Яньли. - Снаряды кончатся быстрее. - А это превентивные меры, сестра. Профилактика неправильных выводов, так сказать. Внезапно до него донёсся взволнованный голос Вэнь Нина: — М-молодой господин Лань. Лань Ванцзи: — Что такое? Твёрдость и сила голоса, с которой Вэнь Нин говорил с Цзян Чэном, теперь бесследно испарилась. Насилу выговаривая слова, он произнёс: — Прошу… Прошу вас пока не рассказывать молодому господину Вэю, что я выдал его тайну о вырезанном ядре. Он строго-настрого запретил мне это делать. Просил, чтобы я ни при каких обстоятельствах его не выдавал. Боюсь, правда всё равно раскрылась бы вскоре, но я… - Кстати да, - встрепенулся Вэй Ин. - Из троих присутствующих на операции самой молчаливой в итоге оказалась целительница. - И унесла эту тайну в могилу? - язвительно заметила Вэнь Цин. - Не обижайся, Цин-цзе. Я не со зла. - Останься она в живых, тоже бы однажды выдала сей секрет. - А как же тайна пациента? - Если этот пациент активно шагнул одной ногой за грань, а ему могут помочь, к гуям тайны! К тому же, раскрывать её стоит непосредственным участникам, а то истину так могут исказить, что от неё огрызок останется. - Всегда знал, что ты очень добрая, Цин-цзе. Слушатели хихикали с их шутливой перепалки, немного расслабляясь. Помолчав, Лань Ванцзи ответил: — Не волнуйся об этом. Хотя мертвецы не способны облегчённо вздыхать, Вэнь Нин сейчас выглядел именно так. Он искренне произнёс: — Молодой господин Лань, спасибо вам. Лань Ванцзи покачал головой, Вэнь Нин же добавил: — Спасибо, что тогда, в Башне Золотого Карпа, вы заступились за нас с сестрой. Я всегда буду помнить это. Потом я впал в неистовство, и мне… правда, очень жаль. - Ух ты, Ханьгуан-цзюнь заступался за Цин-цзе и Призрачного Генерала? - удивился Вэй Ин, глядя на жениха. - Он за справедливость, как они со старейшиной Илин когда-то обещали, - сказал Лань Чжань. - Это вы про тот случай, когда старейшина Илин сломал одному сплетнику ноги? - хмыкнул Цзян Чэн. - Жаль, что не язык, - усмехнулся Не Минцзюэ. - Дагэ, - поморщился Лань Сичень. - В языке нет костей, - сообщила Вэнь Цин. - Это одна сплошная мышца. Лань Ванцзи ничего не ответил. Вэнь Нин же продолжил: — И ещё, спасибо за то, что все эти годы заботились об А-Юане. На этих словах Лань Ванцзи приподнял глаза на него. Вэнь Нин произнёс: — Я думал, что весь наш клан погиб, никого не осталось. Я даже не представлял себе, что А-Юань жив. Он так похож на моего двоюродного брата в двадцатилетнем возрасте. Лань Ванцзи произнёс: — Он слишком долго прятался в дупле на дереве. У него был жар. Болезнь долго не отступала. - Ура, Сычжуй - это всё-таки редиска! - обрадовался Вэй Ин. - Да-да, ты был прав, - закатила глаза к потолку Вэнь Цин. - Ой, и правда, - зашушукались люди, удивлённо переглядываясь. - Значит, Ханьгуан-цзюнь позаботился о Вэне из Дафань, - покачал головой Вэнь Жохань. - Моя благодарность. - Мгм, - односложно отозвался Лань Чжань, крепче прижимая к себе возлюбленного. - Хорошо, что всё-таки спасли, - облегчённо вздохнула Цзинь Ливэй, волновавшаяся за ребёнка, жившего в неподходящем месте. - И вырастили прекрасным человеком, - согласилась с подругой Юй Цзыюань. Вэнь Нин кивнул: — Я так и знал, что он наверняка не помнит ничего из своего детства из-за болезни. Я долго разговаривал с ним, и он всё время говорил о вас, — голос его сделался слегка расстроенным. — А раньше говорил о молодом господине Вэе… вот только обо мне не обронил ни слова. — Ты не сказал ему. — Вы имеете в виду, о его происхождении? Не сказал. — Вэнь Нин повернулся спиной и принялся налегать на вёсла, продолжая говорить: — Теперь у него всё замечательно. Если он будет знать слишком много, вспомнит слишком тяжёлые события… и уже не будет чувствовать себя таким же счастливым, как сейчас. — Рано или поздно он узнает. - Уверен, когда А-Юань родится, ты будешь его любимым дядюшкой, Вэнь Нин, - успокоил его Вэй Ин. - Благодарю, Вэй Усянь, - смутился Вэнь Нин. - А о ком А-Юаню ещё говорить, если к его воспитанию приложили руку и старейшина Илин в раннем детстве, и Ханьгуан-цзюнь? - покачала головой Вэнь Цин. - Даже удивительно, что из этого обалдуя вышел хороший отец. - Цзюцзю очень хороший, - надул губки Мо Сюаньюй, сидевший рядом с мамой. - Да не отец, а мамочка, - поддразнил брата Цзян Чэн, тут же получая подушкой по лицу, но сразу отправляя её обратно. - Я на тебя посмотрю, когда ты обзаведёшься женой и детьми, А-Чэн! И не забывай про А-Лина! - Любящие дядюшки, - хихикнула Цзян Яньли. Вэнь Нин на миг застыл. — Да. Рано или поздно он узнает. — Затем, посмотрев на небо, добавил: — Так же, как молодой господин Вэй и Глава Ордена Цзян. Рано или поздно последний узнал бы о перемещении ядра. Молодой господин Вэй не смог бы всю жизнь скрывать это от него. В тихой ночи неспешно плескали воды глубокой реки. Неожиданно Лань Ванцзи задал вопрос: — Это больно? — Что? — Вырезать ядро, это больно? - Смог бы и скрывал, если свидетелей не нашлось, - фыркнул Вэй Ин. - А то любят некоторые совать нос не в своё дело, якобы заботясь. - Точно наш любимый обалдуй, - беззлобно проворчал Цзян Чэн. - И кого бы вы назначили в тайные доброхоты? - спросил Мэн Яо. - Да есть парочка любителей чужих секретов, - хмыкнула вместо воспитанника Цзян Жусинь, кинув выразительный взгляд на сплетников. - Полостные операции - не комариный укус, боль в той или иной степени всё равно присутствует, - заметила Вэнь Цин. - Особенно в полевых условиях, - тихо заметил Вэнь Нин. - Удивительно, что оба пациента никаких болячек попутно не подхватили, - кивнула Жусинь. - Видимо, небожители одним глазком присматривали, - заявил Вэнь Жохань. - И всё прошло благополучно. Усянь прикусил язык, не став напоминать, что для одного участника это закончилось падением. — Даже если я скажу, что не больно, вы ведь не поверите, молодой господин Лань. — Я думал, Вэнь Цин должна была найти какой-то способ унять боль. — Перед тем как подняться на гору, сестра приготовила множество разнообразных одурманивающих снадобий, которые могли бы облегчить боль. Но потом она поняла, что ни одно из снадобий не подходит. Поскольку, если в процессе вырезания золотого ядра и отделения его от тела человек будет находиться в состоянии сна под действием снадобий, это может оказать неблагоприятное воздействие на само ядро. Трудно гарантировать, что оно не рассеется, как и предугадать, в какой момент это может случиться. — …Это значит? Руки Вэнь Нина на мгновение застыли на вёслах. — Это значит, что тот, кому вырезают ядро, непременно должен оставаться в сознании. - А-Сянь! - ахнула Цзян Яньли, прикрыв ладошкой рот. - Господин Вэй, - стиснула кулаки Ло Цинъян. - В сознании? - Лань Цижэнь схватился за сердце. - Безрассудный мальчишка! - Вэй Ин, - резко вздохнул Лань Чжань, сильнее впившись пальцами в его бедро. - Тш, я здесь, Лань Чжань, - Вэй Ин повернулся в нему лицом и погладил по щеке. - Со мной всё в порядке, никуда деваться не собираюсь. Это то будущее, которое уже не сбудется, потому что мы его изменили. Не принимай книжные строки близко к сердцу, они не станут истиной теперь. - Бедный Вэй-гэ, - жалостливо вздохнула А-Цин. - Учитель сильный, - будто убеждая сам себя, заявил Сюэ Ян. Непременно должен оставаться в сознании. Видеть, как золотое ядро, связанное с каналами духовной силы, вырезают и вынимают из тела. Ощущать, как текущая по телу духовная сила постепенно успокаивается, стихает, исчезает. Становится подобной пруду со стоячей водой, волны в котором не поднимутся никогда. Прошло очень много времени, прежде чем голос Лань Ванцзи зазвучал снова, немного хриплый и дрожащий на первых словах: — От начала до конца оставаться в сознании? — Две ночи и один день. От начала до конца. — Насколько вы тогда были уверены в успехе? — Примерно на пять шансов из десяти. — Пять из десяти. — Беззвучно вздохнув, Лань Ванцзи покачал головой и повторил: — …Пять из десяти. Рука, которой он прижимал к себе Вэй Усяня, крепко сжалась, так что суставы тыльной стороны ладони побелели. - Пять из десяти? - тяжело сглотнул Лань Сичень, стараясь не представлять всю перенесённую боль. - Две ночи и один день? - просипел Не Хуайсан, яростно обмахиваясь веером. - Силё-е-ен, господин Вэй, - Не Минцзюэ с трудом удержался, чтобы не присвистнуть. - Дагэ! - громкий сердитый крик из двух уст заставил слушателей вздрогнуть. - Я зауважал, честно. Не надо так кричать, Сичень, А-Сан. - Либо получится, либо нет, - недоверчиво покачал головой Цзинь Цзысюань, обнимая тихо плачущую ему в плечо невесту. - Вэй Усянь, ты... - у Юй Цзыюань даже не нашлось слов, чтобы выразить всё, что так безрассудно в книге сделал её воспитанник. - Даже без одурманивающих снадобий, - Цзинь Ливэй не могла в это поверить. - На такое только от большой любви пойдёшь, - Сяо Синчень сжал руку друга, поражаясь, какой же самоотверженный у него шичжи. - Либо от очень крепкой дружбы, - напомнил ему поступок книжного Синченя Сун Лань. Вэнь Нин произнёс: — Всё-таки никто до этого не пытался по-настоящему провести подобную операцию. И хотя моя сестра являлась автором письменного труда, связанного с перемещением ядра, это были лишь её размышления. Никто не позволил бы ей проверить их опытным путём. Поэтому предположения остались лишь предположениями. Старейшины клана даже говорили, что всё это — лишь её нелепые фантазии. Кроме того, совершенно не практичные. Каждому ясно — никто никогда не согласится добровольно отдать кому-то своё золотое ядро. Поскольку в таком случае человек сам превратится в калеку и никогда не достигнет высот. Именно поэтому, когда молодой господин Вэй вернулся и обратился к нам за помощью, сестра вначале категорически не соглашалась. Она предупреждала его, что письменный труд — всего лишь письменный труд, и совсем другое дело — воплотить написанное в жизнь. Она не была уверена даже наполовину. Но молодой господин Вэй не отступал. Говорил, что даже пять из десяти — это уже хорошо, пан или пропал. Если ничего не выйдет, если его золотое ядро исчезнет без следа, он не станет горевать о том, что обратного пути нет. Но Глава Ордена Цзян… он бы так не смог. Он слишком горделив, слишком серьёзно воспринял потерю подобного рода. Заклинательство — это вся его жизнь. Для него провести остаток жизни в роли обычного человека, которому ни в чём не добиться успеха, — подобно смерти. Лань Ванцзи опустил веки, светлыми словно стекло глазами посмотрел на Вэй Усяня и протянул руку. Он едва заметно коснулся его щеки лишь кончиками пальцев. - Безрассудный идиот, - хрипло сказал Цзян Чэн, глядя на брата подозрительно блестящими глазами. - Говорил ведь уже, А-Чэн, что старейшина Илин ради дорогих для него людей наизнанку вывернется, лишь бы им было хорошо, спокойно, безопасно? - тихо фыркнул Вэй Ин. - Он сильно любит брата, а шицзе считает самой лучшей на свете. Если Саньду Шеншоу просто отказывался жить без золотого ядра, должен ли был старейшина Илин смотреть, как он чахнет, и ничего не предпринимать? Нет. В условиях надвигающейся войны с орденом Цишань Вэнь и от того, что их ищут, это был практически единственный вариант, не бегать же за солдатами, чтобы отнять ядро у них? К тому же кто знает, какого качества бы то было? - Прекрати отшучиваться, идиот, это совсем не смешно! - сердито прикривнула на него Вэнь Цин. - Сказал бы сразу, может, и пошли бы отлавливать тех самых солдат, чтобы пересадить их ядро. - Надо и о себе заботиться, А-Сянь, - шмыгнула носом Цзян Яньли, но тут же стыдливо прикрыла лицо рукавом. - Ты тоже важен. Лань Цижэнь глотал успокоительный чай, мысленно ужасаясь, сколько боли пришлось вытерпеть этому несносному ребёнку. Вырезать ядро, да наживую, без дурманящих отваров! Ох. - Господин Вэй... - покачал головой Мэн Яо. - Никогда так не делай, - сдавленным голосом сказал Лань Чжань. - Этого уже не будет, А-Чжань. Обещаю. Вэнь Нин, обернувшись, посмотрел на него и, не выдержав, спросил: — Молодой господин Лань, вы, кажется, вовсе не удивлены. Вы… вы тоже знали об этом? Лань Ванцзи, помедлив, ответил: — Я знал только, что его духовным силам, вероятно, нанесён невосполнимый ущерб. Но не представлял, что истина окажется таковой. Вэнь Нин: — Если бы не это… Если бы у него действительно был иной путь. Прямо в этот момент голова, прислонённая к плечу Лань Ванцзи, легонько шевельнулась. Ресницы Вэй Усяня дрогнули, и он постепенно пришёл в себя. - И лишь потому, что у него не было золотого ядра, он выбрал другой путь, - покачал головой Лань Цижэнь. - Падение на Луаньцзан не забудь, - напомнил ему Вэнь Жохань. Слушатели снова принялись глотать успокаивающий чай, поневоле вспомнив, что в том аду старейшина Илин провёл три месяца. А затем и вовсе жил там с остатками Вэней больше года. - Конец главы, - дрогнувшим голосом сказал Не Хуайсан, захлопывая злополучную книгу. А кому бы понравилось узнать, что его друг провёл три месяца в ужасном месте, полном энергии обиды, а до этого ещё в подробностях услышать, как он лишился своего золотого ядра? - Идём, А-Чжань, - Вэй Ин подскочил и потянул его к выходу из зала. Лань Чжань послушно шёл следом, не отпуская его руки. - Пожалуй, стоит сделать ещё один перерыв, - вздохнув, сказала Цзян Жусинь, проводив взглядом парочку. Им требовалось время, чтобы побыть вдвоём.