Не так страшен черт, как его малюют.

- Глава Не, вы готовы? - лукаво улыбнулся Вэй Ин, посмотрев в его сторону. - К чему, господин Вэй? - уточнил Не Минцзюэ. - К выполнению обещания детям, конечно же! - Готов. Они оба вышли из зала, поманив детей за собой, и добрались до тренировочной площадки, где как раз занимались самые младшие адепты. Мо Сюаньюй с весёлым писком подскочил со своего места, добежал до дяди и облепил его ногу всеми конечностями. Усянь хихикнул, вставая в более устойчивую позу, и приподнял ступню, принимаясь потихоньку раскачивать голенью. Минцзюэ был вынужден встать на четвереньки, и ему на спину тотчас же забралась А-Цин, изображая наездницу. Растерявшиеся малыши поначалу опешили, наблюдая за этим невиданным зрелищем, когда глава Великого ордена изображает из себя лошадку, а потом с визгами оккупировали обоих взрослых. Пришлось катать. - Ой, я не могу! - Не Хуайсан хохотал так весело, глядя на брата, что зрители тоже не удержались от смешков. - Дагэ, решил вспомнить наше детство? Ты потом ещё жаловался, что я из твоих волос поводья делал! - Тебе было два, диди! - Я тоже тебя люблю, дагэ! - Хуайсан потёр разболевшийся от смеха живот и стёр выступившие в уголках глаз слёзы. - Взнуздал лошадку, А-Юй? - Мо Тинг старалась смеяться потише, глядя на взаимодействие брата с её сынишкой. - Всё, лошадка устала, отведите её в стойло, - ползающий на четвереньках парень изобразил, как у него начинают дрожать руки-ноги под тремя "седоками", он качается, а потом падает на брюхо. - Укатали. - Шисюн-лошадка устал, - младшие шиди слезли с его спины, отбегая в сторону. - Спасибо, да-шисюн! - Вот и не надо перебарщивать, - Ванцзи поднял на руки утомившегося жениха, тихо смеясь, и понёс в сторону зала. Возившего пятерых малышей молодого мужчину вели под руки сразу и Лань Сичень, и Мэн Яо. Отсмеявшиеся зрители вернулись на свои места и приготовились слушать новую главу. На сей раз книгу в руки взяла Иньчжу, листая страницы в поисках нужного места. Обведя взглядом зал, она начала читать. Глава 76. Бегство. Часть первая. Крупнейший Павильон Сокровищ в городе Ланьлин. Внутри неотразимо прекрасных полочек и ящичков, расставленных в живописном беспорядке, сверкали бесчисленные нефритовые статуэтки, обладающие магическими свойствами, а также магическое оружие высшего качества. Заклинатели расхаживали среди сокровищ, ведомые муками выбора, тщательно сравнивали материалы и размышляли над ценой. А те, кто пришёл просто так, обменивались праздными разговорами. - Павильон Сокровищ? - удивилась Ло Цинъян. - Неожиданно, - хмыкнул Не Минцзюэ. - И что могло понадобиться в подобном месте? - недоумевал Цзинь Цзысюань. Послышался вопрос: — Верховный заклинатель? Кажется, в последнее время сразу несколько крупных кланов ведут споры об этом. Они пришли к согласию? — О чём здесь можно спорить? Всё же нельзя и дальше нам оставаться без лидера, словно кучке рассыпанных песчинок. Я считаю, избрать Верховного заклинателя, который будет править всеми кланами, решение абсолютно правильное. — Мне так не кажется. Что если появится ещё один Орден Цишань Вэнь… — Да разве можно сравнивать? Верховный заклинатель будет избран общим решением кланов. Это другое, совсем другое. - Оставаться без лидера? - усмехнулся Вэнь Жохань. - Дядя, тебе работы не хватает? - нахмурила брови Вэнь Цин. - Хватает, просто смешно, люди только избавились от одного и уже вновь лезут в эту кабалу. - Слишком много власти в одни руки, - покачала головой Цзян Жусинь. - Уж лучше создать Совет Великих кланов и совместно решать возникающие проблемы. А то некоторые так и норовят сесть на чужую шею и ножки свесить! Несколько слушателей даже покраснели от неприкрытого намёка, но возражать не решились. — Эй, кстати о выборах. Мы ведь прекрасно понимаем, кто будет соперничать за это место, разве остальным перепадёт хоть малый шанс? — Чифэн-цзунь протестует больше остальных. Сколько раз он пресекал попытки Цзинь Гуаншаня и прямо, и скрыто. Мне думается, потребуется ещё немало времени для вынесения окончательного решения. — К тому же, место Верховного заклинателя сможет занять кто-то один, и если решение будет принято, по моему мнению, споры о том, кто достоин подобного звания, продлятся ещё несколько лет. — Как бы то ни было, не нам об этом волноваться — всё решат власть имущие. А мелким сошкам, как мы, даже слова не дадут. - Моему супругу такую власть нельзя давать в руки, - фыркнула Цзинь Ливэй. - Да уж, слишком большие амбиции, - заметил Не Минцзюэ. - На его фоне даже глава Вэнь не так плох. - Ого, это практически комплимент, глава Не, - хмыкнул Вэнь Жохань. - В итоге в книге Верховным заклинателем стал молодой господин Мэн, - сказал Цзинь Цзысюань. - Мне тоже стоит держаться подальше от слишком большой власти, - учтиво поклонился Мэн Яо. - Да и заклинательские навыки хочется улучшить. - Это ваше право, молодой господин Мэн, - кивнул Лань Сичень. Один из заклинателей сменил тему: — Кто-нибудь из вас в прошлом месяце присутствовал на торжественной церемонии завершения строительства библиотеки Облачных Глубин? Я там был, и видел своими глазами — они отстроили всё в точности как прежде, а это задача не из лёгких. — Да уж, дело непростое, столь огромная обитель заклинателей, творение божественно искусной работы, её история насчитывает сотни лет. Разве можно было её отстроить в короткое время? — Кстати говоря, в последнее время радостных событий в самом деле случилось немало. — Ты говоришь о церемонии в честь седьмого дня от рождения сына Цзинь Цзысюаня? Перед ребёнком положили огромную груду игрушек, а он ни за что не желал смотреть на них, едва не перевернул плачем крышу Зала Несравненной Изящности. Но стоило ему увидеть Суйхуа — меч отца, мальчишка весело рассмеялся, чем несказанно обрадовал родителей. Все уверены, что в будущем ребёнок станет великим фехтовальщиком. - Теперь у А-Лина будет свой собственный меч, - сказал Цзинь Цзысюань. - И родительская забота и воспитание, - кивнула Цзян Яньли. - Всё будет, обязательно будет, - умилилась Цзинь Ливэй. - Мы всё сделаем, чтобы было. - Значит, быстро отстроили библиотеку, - облегчённо вздохнул Лань Цижэнь. - Кто о чём, а Цижэнь про макулатуру, - фыркнул Вэнь Жохань. - Что бы ты понимал! Библиотека - колыбель знаний! - Да-да, помню-помню. Стоящий неподалёку заклинатель в белых одеждах, внимательно перебирающий в руках яшмовые подвески с бахромой, улыбнулся при этих словах. Раздался голос заклинательницы: — Молодой госпоже Цзинь судьба поистине благоволит… Ценой подобному везению мог быть лишь отказ от бессмертия в прошлой жизни. Её спутница вторила: — Видимо, люди верно говорят, что никакие другие достоинства не идут в сравнение с хорошим происхождением. Очевидно же, что сама по себе она не так уж… - Это кто там бочку катит на нашу сестру? - воскликнули юньмэнцы, хмурясь. - Не всем же быть тропическими птицами, - фыркнул Цзян Чэн. - А кто считает её простушкой, явно имеет проблемы со зрением. - А-Чэн, не надо так говорить, - пожурила брата Цзян Яньли. - Правильно, А-Чэн, девы просто позавидовали чужому счастью и стремятся принизить соперницу, - ласково сказал Вэй Ин. Некоторые девы обиженно надулись, тем самым признавая его правоту. Впрочем, а у кого-то были сомнения, что братья не бросятся на защиту сестры? Заклинатель в белых одеждах едва заметно нахмурился. К счастью, все неприятные пересуды заглушил громкий возглас: — Орден Ланьлин Цзинь вполне оправдывает свою репутацию: устроить столь пышное празднество для младенца нескольких дней от роду! — Не забывай, кто родители этого младенца. Разве можно было отнестись к событию спустя рукава? И дело не только в муже молодой госпожи Цзинь. Разве её свекровь и младший брат позволили бы организовать хоть немного менее пышную церемонию? Погоди, через пару дней ребёнку исполняется месяц, наверняка устроят ещё более роскошное торжество. — Кстати говоря, вам уже известно, что на празднество… приглашён кое-кто? — Кто же? — Вэй Усянь! В Павильоне Сокровищ воцарилась мёртвая тишина. - А-Ли, ты пригласила меня на праздник? - обрадовался Вэй Ин. - Как же я могла этого не сделать, А-Сянь? - ласково улыбнулась Цзян Яньли. - И свадьбу прекрасную устроим, и празднование в честь рождения внука, - кивнула Цзинь Ливэй. - Сразу видно, как ты ценишь сестру, - благосклонно заметила Юй Цзыюань, погладив свой живот. - Ну как же не расстараться для племянника? - покраснел от похвалы Цзян Чэн. - Думаю, каждый мужчина обрадуется рождению наследника, - сказал Оуян Чанмэй. - Невзирая на то, богатый он или бедный. - Точно-точно, - согласился с другом Ли Шэнг. Кому-то это показалось немыслимым: — Но… Я думал, это лишь пустые слухи, неужели его правда пригласили?! — Пригласили! Несколько дней назад подтвердилось, что Вэй Усянь придёт на праздник. Кто-то ещё потрясённо произнёс: — О чём только думает Орден Ланьлин Цзинь? Неужто забыли, как Вэй Усянь учинил убийство невинных людей на тропе Цюнци? — Кто посмеет явиться на праздник, куда приглашён этот человек? Я бы уж точно не пошёл, в любом случае. После этой фразы остальные участники разговора с насмешкой подумали: «Ты не обладаешь достаточным статусом даже для получения приглашения. Куда тебе раздумывать, пойти туда или нет?» Заклинатель в белом приподнял бровь, затем забрал свою покупку и покинул Павильон Сокровищ. - Я тебя в белом видел только во время учёбы в Облачных Глубинах, - насмешливо фыркнул Цзян Чэн, глядя на брата. - Правильно, потому что обычно я ношу чёрный цвет, он не такой маркий, - хмыкнул Вэй Ин. - Ну да, надо уметь носить белые одежды, - кротко согласился Сяо Синчень, который как раз был в белом. - Да и не всем он идёт, - кивнул Лань Сичень. - Надсмотрщики получили по заслугам за убийство невинных людей, - Вэнь Цин расправила плечи, становясь чуточку выше. - Да и что такое несколько плохих человек, убийцы получили заслуженную месть от убитого Призрачного Генерала, против трёх-четырёх десятков, виновных только в общей с тираном фамилии? Прости, дядя. - Ничего, Цин-Цин, - махнул рукой Вэнь Жохань. - Я не обижаюсь. Не пройдя и нескольких шагов, человек свернул в маленький переулок. На его пути показался тёмный силуэт со словами: — Молодой господин, вы купили то, что хотели? Вэй Усянь бросил ему коробочку из сандалового дерева тонкой работы. Вэнь Нин поймал коробочку, открыл и увидел внутри подвеску из белой яшмы, украшенную кисточкой. Камень слегка просвечивал, переливаясь мягким светом, словно живой. Вэнь Нин воскликнул: — Какая красота! - А почему яшма, а не нефрит? - удивился Цзинь Цзысюань. - Откуда бы на горе Луаньцзан взялись деньги на нефрит? - насмешливо посмотрел на него Вэй Ин, заставив устыдиться. - И так, наверно, последние гроши потратил, чтобы хоть яшму купить! - Извини, я не хотел. - Сходи на "ночную охоту" с минимумом наличности, тогда прощу. - Договорились. Вэй Усянь ответил: — Эта маленькая симпатичная безделушка обошлась мне недёшево. На деньги твоей сестры я купил новую одежду, едва хватило, чтобы приобрести ещё вот это. В любом случае, ни гроша не осталось. Ох, и влетит мне, когда вернёмся. Вэнь Нин поспешил заверить: — Что вы, что вы. За подарок для ребёнка девы Цзян сестра не станет вас ругать. — Ты сам это сказал. Когда она будет меня ругать, не забудь вставить слово в мою защиту. - Транжирим деньги, да? - скрестила руки на груди Вэнь Цин. - Ну Цин-цзе, не может же старейшина Илин появиться на празднике у племянника в старой одежде? - состроил грустный взгляд Вэй Ин. - Тебя из неё вытряхивать приходится, снашиваешь до дыр, - насмешливо заметила Юй Цзыюань. - Хоть в последнее время стал приличней выглядеть. - Ну разве что ради праздника... - сменила гнев на милость Цин-Цин. - Спасибо, Цин-цзе! Вэнь Нин кивнул, затем добавил: — Маленькому господину Цзиню ваш дар наверняка придётся по душе. Вэй Усянь же ответил: — Это как раз не сам подарок, лишь украшение для него. Безделушки в Павильоне Сокровищ, кроме красоты, не представляют собой ровным счётом ничего. Вэнь Нин удивлённо спросил: — Но тогда, молодой господин, что же вы приготовили в подарок? Вэй Усянь ответил: — Замысел Небес никому знать не позволительно. - Опять придуриваешься? - фыркнул Цзян Чэн. - Ну почему сразу придуриваюсь? - неубедительно похлопал глазами Вэй Ин. - Просто немножечко запутываю собеседника. - Хорошее украшение является частью подарка, - сказал Сун Лань. - Яшма - интересный камень. - Разве среди безделушек не может скрываться что-нибудь редкое или ценное? - уточнил Цзинь Цзысюань. - Я в вашем Павильоне Сокровище не был, - насмешливо напомнил Усянь, посмотрев на него. - Но судя по мнению старейшины Илин, ничего редкого или ценного он там не нашёл. - Да и создателей артефактов не так уж много, - заметила Ло Цинъян. - Так что по-настоящему ценные вещи в простой лавке не найдёшь. Вэнь Нин лишь охнул в ответ и спрашивать дальше не стал. В итоге Вэй Усянь некоторое время терпел, но всё-таки не выдержал и выпалил: — Вэнь Нин, разве тебе не известно, что в такие моменты следует продолжать выспрашивать, дабы утолить неумолкаемое любопытство? Ну как можно просто охнуть и перестать интересоваться? Неужели ты вправду не желаешь узнать, что за подарок я приготовил??? Вэнь Нин остолбенело смотрел на Вэй Усяня, затем, наконец, отреагировал: — …Хочу! Молодой господин! Какой же подарок вы приготовили? Лишь после его вопроса Вэй Усянь вынул из широкого рукава маленькую деревянную коробочку и с лёгкой улыбкой помахал ею перед лицом Вэнь Нина. Вэнь Нин взял коробочку в руки, а когда открыл и увидел, что внутри, не удержался от восклицания: — Этот серебряный колокольчик поразителен! «Поразительным» колокольчик делала вовсе не тонкая ручная работа, хотя чистейшее серебро и будто оживший цветок лотоса о девяти лепестках на поверхности представляли собой поистине произведение искусства. Удивлённо ахнуть Вэнь Нина заставила невероятная мощь, что содержалась внутри этой маленькой серебряной вещицы. - Серебряный колокольчик с лотосом о девяти лепестках? - Цзян Фэнмянь тронул колокольчик на своём поясе, сравнивая. - Как напоминание о том, что малыш наполовину принадлежит семье Цзян? - обрадовался Цзян Чэн. - У А-Сяня наверняка получилось замечательно, - улыбнулась Цзян Яньли. - Я же с девяти лет вижу этот узор на наших колокольчиках, - хмыкнул Вэй Ин. - Так что хорошо успел его изучить. Раскрытый цветок есть только на колокольчиках главной семьи Ордена, на остальных узор в виде полураспустившегося лотоса. А поскольку его мама - наша сестра, то и у дитя узор будет полным. Повторить запомненный узор несложно. - Даже удивительно, какие мелочи ты можешь помнить, - усмехнулась Юй Цзыюань. - Надо будет не забыть напомнить о замене. - Интересно, а какие свойства у этой вещицы? - задумчиво протянул Сяо Синчень. - Думаю, господин Вэй на что-то мелкое размениваться не будет, - сказал другу Сун Лань. Вэнь Нин произнёс: — Молодой господин, так значит вы почти месяц проводили дни и ночи в пещере Фумо, чтобы изготовить этот колокольчик? Вэй Усянь ответил: — Именно. Стоит моему племяннику надеть его, никакая тварь низшего уровня, будь то оборотень, демон, призрак или монстр, не посмеет приблизиться к нему. Тебе тоже достанется, если прикоснёшься к колокольчику, так что лучше не трогай. Вэнь Нин кивнул. — Я почувствовал. Вэй Усянь вынул яшмовую подвеску и привязал к колокольчику. Обе вещицы подошли друг другу как нельзя лучше, составляя прекрасное сочетание. Вэй Усянь остался доволен. - Я бы посмотрела на эту красоту, А-Сянь, - сказала Цзян Яньли. - Сильный защитный артефакт? - удивился Цзинь Цзысюань. - Отгоняет всякую низшую тварь, - покачала головой Цзинь Ливэй. - Думаешь, старейшина Илин позволит какой-либо низшей твари причинить вред его племяннику? - заметил Вэй Ин. - Сестра, ты сначала роди Цзинь Лина, а потом уже будут и подарки ему. Обещаю, ты первая их увидишь. - Господин Вэй, похоже, на все руки мастер, - мягко улыбнулся Мэн Яо. - Не сказал бы, господин Мэн. Но про артефакты и талисманы мне известно немало. - Вэй Ин замечательный и заботливый, - шепнул ему на ухо Лань Чжань, заставляя краснеть от смущения. Вэнь Нин произнёс: — Молодой господин, раз уж вы приглашены на празднование в честь полной луны маленького господина Цзинь Лина, прошу, держите себя в руках. Когда увидите мужа девы Цзян, ни в коем случае не вступайте с ним в спор. Вэй Усянь помахал рукой со словами: — Об этом не волнуйся, конечно, я буду соблюдать приличия. За то, что Цзинь Цзысюань пригласил меня, я обещаю целый год ничего плохого о нём не говорить. Вэнь Нин, почесав затылок, виновато произнёс: — В прошлый раз, когда молодой господин Цзинь прислал людей с пригласительным письмом к подножию горы Луаньцзан, я заподозрил уловку, но в итоге оказалось, что ошибся. Я был несправедлив к нему и не видел этого раньше, но на самом деле молодой господин Цзинь тоже хороший человек. - То есть, это я пригласил старейшину Илин на празднование месяца с рождения А-Лина, - потёр висок Цзинь Цзысюань. - Потому что я тебя об этом попросила, - хихикнула Цзян Яньли. - Как же не познакомить сына с ещё одним дядюшкой? - У цзюцзю будет ещё один племянник? - удивился Мо Сюаньюй, поёрзав на месте. - А-Юй, он и тебе будет племянником, - хмыкнул Вэй Ин. - Потому что Цзысюань и Яо приходятся тебе сводными братьями, забыл? - Цзюцзю, я ещё маленький для дяди! Слушатели немного посмеялись от насупленного личика мальчика и поумилялись его удивлению. - Видимо, молодой господин Цзинь и правда хороший человек, - тихо сказал Вэнь Нин. В полуденный час они ступили на тропу Цюнци. После реконструкции тропа Цюнци стала называться иначе, но Вэй Усянь не знал, как именно. По всей видимости, другие люди тоже не могли запомнить новое название, и потому в большинстве случаев все называли это место тропой Цюнци. В самом начале ни один из них не заметил ничего необычного, но когда они дошли до середины ущелья, окружающая обстановка стала казаться Вэй Усяню всё более и более подозрительной. Слишком мало прохожих вокруг. - Что-то мне это не нравится, - Не Хуайсан задумчиво постучал себя сложенным веером по ладони. - Не тебе одному, Не-сюн, - кивнул Цзян Чэн, прищуривая глаза. - Что-то произойдёт, - Лань Сичень вполне разделял появившуюся тревогу обоих наследников. - И перевернёт всё с ног на голову, - согласился с другом Не Минцзюэ. - Тревожно, - поёжился Мэн Яо. Вэй Усянь спросил: — Ничего не чувствуешь? Вэнь Нин закатил глаза, через пару мгновений его зрачки вернулись на место, и он ответил: — Нет. Очень тихо. Вэй Усянь произнёс: — Именно, даже слишком тихо. Он не слышал даже обычных голосов нечеловеческих существ, которые ранее мог уловить, где бы ни очутился. Вэй Усянь настороженно прошептал: — Уходим! Но стоило ему развернуться, Вэнь Нин вскинул руку и что-то схватил. То оказалась направленная прямо в сердце Вэй Усяню оперённая стрела! - Стрела? - ахнул Сяо Синчень, встревоженно посмотрев на племянника. - Кажется, засада, - скрипнул зубами Не Минцзюэ, не терпевший нападение исподтишка. - На Вэй-сюна? - нахмурился Не Хуайсан. - Но кому это могло понадобиться? - покачал головой Лань Сичень. - Кажется, старейшину Илин не очень-то хотят видеть в Ланьлине, - криво улыбнулся Вэй Ин. - Надо было отправить за ним доверенных людей, - вздохнул Цзинь Цзысюань, помассировав точку между бровями. - Никто об этом не подумал, - качнул головой Лань Чжань. Вэй Усянь резко вскинул голову и увидел, как по обеим сторонам ущелья, прямо на скалах, из-за каждого камня и трещины показались люди, около трёх сотен. Большинство из них носили одежды, отмеченные Сиянием средь снегов, но мелькали и другие клановые цвета. Каждый имел при себе длинный лук и драгоценный меч на поясе. Лица вооружённых до зубов людей не скрывали крайнюю настороженность. Используя горный ландшафт и других людей в качестве щита, они направили все мечи и стрелы на Вэй Усяня. Самую первую стрелу выпустил человек, следовавший впереди всех. Присмотревшись, Вэй Усянь увидел крепкого и рослого мужчину с красивым смуглым лицом, которое показалось ему знакомым. Вэй Усянь спросил: — Ты кто такой? Человек, выстреливший в него, видимо, собирался произнести речь, но этот вопрос заставил его забыть подготовленные слова. Он в гневе заорал: — И ты ещё смеешь спрашивать, кто я такой? Я — Цзинь Цзысюнь! Вэй Усянь сразу вспомнил — то был двоюродный брат Цзинь Цзысюаня, пару раз им доводилось встречаться ранее. - Ты опять его забыл? - весело хмыкнул Цзян Чэн. - Когда-нибудь уже запомнишь? - почти безнадёжно вздохнул Цзинь Цзысюань, снова массируя лоб. - Неа, - хихикнул Вэй Ин. - Я ведь уже говорил: зачем мне запоминать того, с кем я, возможно, больше не встречусь? Так для чего грузить свободное место в памяти, которое может пригодиться для более важных вещей? - Это каких, например? - уточнила Юй Цзыюань. - Конечно же, новых изобретений, тётушка! Которые будут полезны для людей. - Может, прописать тебе травок для стимуляции памяти? - покачала головой Вэнь Цин. - Думаете, поможет, дева Вэнь? - скептически посмотрел на неё Не Хуайсан. - Не знаю, наследник Не. Может, хоть какие-то улучшения наступят. Сердце Вэй Усяня так и ухнуло вниз. Только что все его мысли заполняла радость от предстоящего участия в торжестве в честь сына Цзян Яньли, но теперь вся радость испарилась словно дым. Вместо неё сердце застила мрачная тень. И всё же ему до последнего не хотелось думать, даже догадываться не хотелось, для чего эти люди устроили здесь засаду. Цзинь Цзысюнь повысил голос: — Вэй Усянь, я предупреждаю тебя, сейчас же сними своё злобное проклятие! Лишь в этом случае я сделаю вид, что ничего не произошло, и не стану искать возмездия. Вэй Усянь удивлённо застыл, услышав подобное. Он понимал, что любые слова покажутся притворством, но должен был узнать подробности. С языка сорвалось: — Какое проклятие? - Проклятие? - удивился Цзинь Цзысюань. - Его кто-то проклял? - уточнил Сун Лань, хмурясь. - Нарвался-таки, мальчишка, - Цзинь Ливэй помассировала переносицу, гадая, какие проблемы им ещё принесёт заносчивый племянничек мужа. - А при чём здесь А-Сянь? - искренне возмутилась Цзян Яньли. - Проклятие нельзя наложить, не обладая золотым ядром, - в который раз уже напомнил Вэй Ин, закатывая глаза к потолку. - Потому что это прерогатива только и исключительно светлой ци. - Почему ты в этом так уверен? - спросил Лань Цижэнь. - Книжку умную прочёл, учитель Лань! Как и следовало ожидать, Цзинь Цзысюнь решил, что Вэй Усянь лишь прикидывается незнающим, и вспылил: — И ты ещё смеешь прикидываться дураком?! Он рванул ворот одежды и взревел: —Хорошо, в таком случае посмотри сам, что это за проклятие! Грудь Цзинь Цзысюня оказалась сплошь усеяна множеством больших и маленьких отверстий! Маленькие отверстия, размером не больше кунжутного зёрнышка, и большие, не больше соевого боба, равномерно покрывали тело мужчины, представляя собой картину, от которой бросало в дрожь омерзения. Вэй Усянь, едва взглянув, произнёс: — «Тысяча язв и сотня дыр»? Цзинь Цзысюнь воскликнул: — Так и есть! Это проклятие Тысячи язв и сотни дыр! - Где доказательство, что это сделал учитель? - нахмурился Сюэ Ян. - А малец-то правильные вопросы задаёт, - хмыкнул Не Минцзюэ. - Где доказательства, а? - И почему старейшина Илин вечно крайний? - демонстративно надулся Вэй Ин. - Потому что самый удобный объект, за которым не стоит клан или Орден, - любезно напомнила ему Вэнь Цин. - Вот его вечно и подозревают во всякой ерунде. - Знаешь, Цин-цзе, ты меня сейчас так успокоила! - Это был сарказм? - А как же! - Ну-ну. «Тысяча язв и сотня дыр» — проклятие чрезвычайно коварное и жестокое. Однажды Вэй Усянь, переписывая книги в библиотеке Ордена Гусу Лань, от нечего делать листал старинные фолианты и наткнулся на один, где как раз говорилось об этом проклятии, да ещё прикладывалась иллюстрация. В книге изображался человек с абсолютно спокойным лицом, словно его совершенно ничего не тревожило, только всё тело покрывало множество черных отверстий размером с монету. Вначале жертва проклятия не ощущала ничего необычного, в большинстве своём люди считали, что всего лишь поры на их теле сделались чуть шире, только и всего. Спустя некоторое время маленькие отверстия достигали размера кунжутного зёрнышка, и чем дальше, тем отверстия становились больше, увеличиваясь числом. Ровно до того момента, пока не заполняли тело жертвы целиком, превращая в чрезвычайно жуткую картину, напоминающую живое решето. Тогда проклятие начинало углубляться внутрь, в лучшем случае принося жертве нестерпимую боль, в худшем — сжирая гнилью внутренние органы! - Значит, ты эту книгу имел в виду? - уточнил Лань Цижэнь, посмотрев на своего бывшего ученика. - Да, учитель Лань, - пожал плечами Вэй Ин. - Не сказать, что там прямым текстом указано на взаимосвязь между ядром и проклятием, но пока ни одного доказанного случая, что тёмная ци может преобразовываться в более плотную форму, никем не выявлено. - И вы исходили из того факта, что обычно проклятия насылаются с помощью светлой ци, господин Вэй? - спросил Лань Сичень. - Да, глава Лань. Всё же большинство задокументированных случаев применения проклятий опирается на светлую ци. - Но при наличии сильного ядра проклятие вполне можно отразить и вернуть тому, кто его наслал. Или убить наславшего, и тогда метка проклятия пропадёт. - Выходит, силы ядра Цзысюня не хватило, чтобы отразить проклятие Тысячи язв и сотни дыр, - потер лоб Цзинь Цзысюань. - Поэтому он решил убить старейшину? - нахмурился Цзян Чэн. - Я сам ему ноги переломаю. Вэй Усянь в какой-то момент даже посочувствовал Цзинь Цзысюню, ставшему жертвой столь тошнотворного проклятия, которое ко всему прочему весьма трудно снять. Однако, несмотря на сочувствие, про себя он назвал Цзинь Цзысюня безмозглым дурнем, а вслух произнёс: — На тебя наслали проклятие Тысячи язв и сотни дыр, но при чём здесь я? Как это меня касается? Цзинь Цзысюнь и сам не мог вынести отвратительного вида своей груди, поэтому запахнул одежду и ответил: — Кто ещё мог столь жестоко и коварно поступить со мной, кроме такого подлеца как ты? Тебе не в новинку использовать столь тёмные методы! Вэй Усянь подумал, что кандидатов наберётся достаточно. Неужто Цзинь Цзысюнь считает себя всеобщим любимцем? - Вот кем-кем, а любимцем он может себя считать только у своего дяди, - скривилась Цзинь Ливэй. - В Башне Кои многие пострадали от заносчивости Цзысюня, а уж его неумение держать язык за зубами скоро станет притчей во языцех. - Так что я не удивлюсь, если он обидел кого-то довольно влиятельного, и ему таким образом отомстили, - покачал головой Цзинь Цзысюань. - Не повезло, наследник Цзинь, - посочувствовал ему Мэн Яо. - Не всем везёт с родственниками, господин Мэн. - Я бы такому "родственнику" хорошенько врезал, - насупился Сюэ Ян. - Чтобы мозги на место встали и язык свой поганый прикусил. - Обращая внимание на дураков, ты сам опускаешься до их уровня, А-Ян, - сказал Сяо Синчень. - Так что просто игнорируй. - Некоторых хрен проигнорируешь, Сяо-гэ. Однако он не стал озвучивать эти мысли, чтобы не злить Цзинь Цзысюня и не усугублять ситуацию. Вместо этого произнёс: — Цзинь Цзысюнь, я не играю в подобные закулисные игры. Если мне нужно кого-то убить, я сделаю так, что все узнают — этот человек принял смерть от моих рук. Кроме того, если бы я собирался убить тебя, ты бы выглядел в тысячу раз хуже, чем сейчас. Цзинь Цзысюнь завопил: — Не слишком ли самонадеянно с твоей стороны? Сделал дело, а признать вину — кишка тонка? Вэй Усянь ответил: — Это не моих рук дело, с какой стати я должен признавать вину? Глаза Цзинь Цзысюня угрожающе сверкнули. — Не милостью, так силой. Раз уж ты не желаешь повернуть назад, пока берег ещё близок, я не стану церемониться! Шаги Вэй Усяня застыли. — Оу? - С чего бы старейшина Илин должен отвечать за чужие грехи? - иронично сказал Вэй Ин. - Он может заступиться за тех, кто ему дорог, но делать это для совершенно постороннего человека - нет уж, увольте. - А чего признавать, если не делал? - фыркнул Не Минцзюэ. - Старейшина Илин на дурака не тянет. - Да, Вэй-сюн может хорошенько ударить обидчика, победить на мечах или в стрельбе, но он отходчивый, - кивнул Не Хуайсан. - Не-сюн, я отходчивый, пока не задевают моих родных и друзей, - мрачно усмехнулся Усянь. - Все вы уже слышали, что случилось с тем идиотом, кто покусился на Пристань Лотоса и почти уничтожил орден Юньмэн Цзян. - Всё хорошо, Вэй Ин, - Лань Чжань погладил его по спине, успокаивая. - Этого не будет. Слушатели поёжились, предпочтя ничего не говорить по этому поводу. Смысл фразы «не стану церемониться» был предельно ясен. Существовало всего два способа снятия проклятия Тысячи язв и сотни дыр. Один из них — обернуть проклятие против наложившего его заклинателя, тогда на жертве оно исчезнет само по себе. Кроме этого, имелся ещё один, наиболее радикальный способ. Убить наложившего проклятие! Вэй Усянь пренебрежительно бросил: — Не станешь церемониться? Ты? С горсткой людей в несколько сотен? Цзинь Цзысюнь сделал знак рукой, и все адепты наложили стрелы на тетиву, целясь прямо в Вэй Усяня и Вэнь Нина в низине горного ущелья. Вэй Усянь также не бездействовал — он поднёс к губам Чэньцин. Пронзительная трель флейты разорвала тишину над ущельем. Но спустя мгновения тишина воцарилась вновь, в ответ не прозвучало ни единого звука. - Убить наложившего проклятие? - повторил эту фразу Сун Лань, хмурясь. - А если погибнет невиновный, что, потом говорить: "Ой, ошибся"? - разделил его негодование Не Хуайсан, хлопнув себя веером по ладони. - Только вот погибшего это уже не вернёт, - фыркнул Цзян Чэн, и будь у него на руке Цзыдянь, сейчас он бы искрил молниями. - Сначала стоит найти доказательства, что проклятие наложил определённый человек, - покачал головой Лань Сичень. - А уже потом хвататься за меч. Ну или попросить более сильного заклинателя, чтобы помог с отражением подобного. - Цзысюнь только под пытками признается в чём-то таком постыдном, - досадливо цыкнула Цзинь Ливэй. - Тогда он сам себе сделает хуже, - согласилась с подругой Юй Цзыюань. Цзинь Цзысюнь вскрикнул: — Мы давно зачистили эту местность, поджидая тебя здесь. Сколько ни играй на флейте, а помощников призвать не получится. Это место — могила, приготовленная специально для тебя! Вэй Усянь ответил с холодной усмешкой: — Что ж, ты сам напросился! После его слов Вэнь Нин протянул руку к шее и сорвал красный шнурок, на котором висел сдерживающий талисман. Когда шнурок был порван, Вэнь Нин пошатнулся, мышцы его лица начали постепенно искривляться, по шее к щекам поползли чёрные линии, напоминающие трещины. Резко вскинув голову, мертвец издал долгий нечеловеческий рёв! Среди трёхсот заклинателей, устроивших засаду, многие считались мастерами ночной охоты, но даже им не доводилось слышать, чтобы лютый мертвец издавал столь ужасающие звуки. Каждый ощутил, как почва уходит из-под ног. У Цзинь Цзысюня тоже зашевелились волосы на голове. Он поднял руку и скомандовал: — Стреляйте! Стрелы обрушились проливным дождём! - То есть, это была просто-напросто засада? - покачал головой Сяо Синчень, поражаясь тому, насколько лицемерными могут быть люди. - Шишу, не печалься, такое случается, - ободряюще улыбнулся ему Вэй Ин, по-прежнему восседавший на коленях жениха. - Не позволяй тяжести на сердце копиться, а прими мир таким несовершенным, какой он есть. - Но помни, что хорошего много, и порадуйся этому, - поддержал друга Сун Лань, решив тоже не давать ему унывать. - Силён, - с уважением протянул Не Минцзюэ, посмотрев на скромного и тихого целителя. - Вы преувеличиваете, глава Не, - качнул головой Вэнь Нин. - Выходит, действия Цзысюня спровоцировали Призрачного Генерала отказаться от сдерживания своих сил, - Цзинь Цзысюань потёр точку между бровей, поражаясь, почему раньше не одёргивал кузена. - Старейшину Илин и его соратника банально спровоцировали. - Значит, кому-то ходить с переломанными ногами, - фыркнул Цзян Чэн. Вэнь Нин голыми руками вырвал кусок скалы и поднял высоко над собой, заслоняясь от ударов бесчисленных стрел. Когда стрелы перестали падать, больше сотни заклинателей спрыгнули со скал и набросились на двоих людей внизу, намереваясь их убить. Вэй Усянь отступил на несколько шагов, уворачиваясь от внезапного удара меча. Это Цзинь Цзысюнь воспользовался моментом, пока Вэнь Нин сражается с сотней заклинателей, и нанёс удар без предупреждения. Он видел, что при Вэй Усяне нет меча, лишь флейта, которая теперь оказалась бесполезной, поэтому Цзинь Цзысюнь расхохотался: — Вот и цена за твою немыслимую самонадеянность. Как ты будешь защищаться, не имея при себе меча? Вэй Усянь выбросил перед собой ворох горящих зелёным пламенем талисманов, от удара которых свет меча Цзинь Цзысюня заметно потускнел. Только что он смеялся, но теперь его настигло потрясение, и пришлось спешно сконцентрироваться на защите. Спустя некоторое время ближнего сражения между ними из рукава Вэй Усяня вылетела какая-то вещица. Взгляд Вэй Усяня застыл, в душе он воскликнул: «Плохо!» - Интересно, почему все забывают, что у старейшины Илин всегда могут быть козыри? - закатил глаза к потолку Вэй Ин. - Потому что талисманы никто не считает серьёзным занятием, Вэй-сюн, - вежливо напомнил ему Не Хуайсан. - Ну и очень зря, Не-сюн! - Вэй Ин по-прежнему остаётся мастером в талисманах, - заметил Лань Чжань, коснувшись губами его виска. - Бамбук довольно прочный материал, хотя против духовного меча... - призадумался Цзян Чэн. - А никто ведь не говорил, что Чэньцин сделана из бамбука, - встрепенулся Усянь, невольно выпрямляясь. - Это про сделанную на коленке флейту нам сказали её материал. И если металл против металла... Тогда старейшина совсем не безоружен! - Так что там с вылетевшей из рукава старейшины Илин вещицей? - полюбопытствовал Ли Шэнг. То был подарок, приготовленный для Цзинь Лина. Вэй Усянь относился к нему, словно к драгоценному сокровищу, боялся сломать неосторожным движением, поэтому просто убрал недалеко в рукав и время от времени вынимал, чтобы полюбоваться. А теперь коробочка по неосторожности вылетела из рукава во время боя прямо в сторону Цзинь Цзысюня. Тот сперва решил, что это тайное оружие или яд, потому собирался увернуться, но увидев, как переменилось лицо Вэй Усяня, решил схватить вещицу. Заметив на деревянной коробочке тонкой работы надпись — имя Цзинь Лина и восемь иероглифов, обозначающие его гороскоп рождения, Цзинь Цзысюнь удивлённо замер, а затем, с приходом осознания, громко расхохотался. Вэй Усянь же, напротив, сделался чернее тучи и прошипел, чеканя слова: — Верни. Мне. Это. Цзинь Цзысюнь потряс коробочку в руках и насмешливо спросил: — Это подарок для А-Лина? Неподалёку Вэнь Нин в одиночку сражался с сотней заклинателей, убивая всех без разбора. - Подарок для А-Лина, - скрипнул зубами Цзинь Цзысюань, поражаясь тупости кузена. Ну какая разница, кто его сделал, если делалось с душой? - Колокольчик! - ахнула Цзян Яньли, прижав ладонь ко рту. - Подарок нашему племяннику, - мрачно нахмурился Цзян Чэн. - Который А-Сянь так берёг, - вздохнул Сяо Синчень. - И который так хотел подарить малышу, - согласился с другом Сун Лань. - Я бы тоже устранил угрозу как можно быстрее, чтобы не мешались под ногами, - насупился Сюэ Ян. - А-Ян, не будь таким кровожадным, старейшина Илин не приказал своему другу убивать других, только руки-ноги сломать, - мило улыбнулся Усянь. - Или пальцы, тоже вариант. Слушатели слегка вздрогнули от некоторой кровожадности в словах первого ученика Юньмэн Цзян. Цзинь Цзысюнь продолжал: — Неужели ты всерьёз решил, что сможешь принять участие в торжестве в честь полной луны А-Лина? Эта фраза заставила руку Вэй Усяня дрогнуть. Внезапно раздался крик: — Прекратите! Фигура в белых одеждах легко спрыгнула в ущелье сверху и встала между Вэй Усянем и Цзинь Цзысюнем. Последний, взглянув на прибывшего, потерянно проговорил: — Цзысюань? Что ты здесь делаешь?! Цзинь Цзысюань схватился за меч, висящий на поясе, и в гневе выкрикнул: — Как ты думаешь, что я здесь делаю?! - Да, как он думает, что я могу там делать? - нахмурился Цзинь Цзысюань. - Останавливаешь драку? - предположила А-Цин. - А-Сюань, - Цзян Яньли с тревогой посмотрела на жениха. - Кажется, нам снова потребуется вино, - Цзян Жусинь сделала незаметный знак слугам, и уже через несколько минут на столы перед заклинателями выставили кувшины с вином. - И почему же мой воспитанник не может принять участие в первой луне моего внука? - резко спросила Юй Цзыюань. - Наш воспитанник, А-Юань, наш, - Цзян Фэнмянь крепче обнял жену. - А-Сюань и правда хочет остановить драку? - Цзинь Ливэй ощутила, как в душе поднимается тревога. Цзинь Цзысюнь спросил: — А где А-Яо? Ведь это именно Цзинь Гуанъяо должен был появиться здесь, чтобы оказать помощь Цзинь Цзысюню. Ещё в прошлом году Цзинь Цзысюнь весьма презрительно относился к нему, считая общение с Цзинь Гуанъяо ниже своего достоинства. Но в последнее время отношения между ними улучшились, теперь их нельзя было сравнить с прежними. Цзинь Цзысюнь даже стал называть Цзинь Гуанъяо в более дружеской манере. Цзинь Цзысюань ответил: — Я запер его в Башне Золотого Карпа. Если бы я не обратил внимания на его странное поведение и не вытащил признание, что бы вы здесь учинили? Почему ты не сказал мне, что подвергся проклятию Тысячи язв и сотни дыр? Вместо этого решил молча сотворить подобное? - Простите, никогда не был знаком с Цзысюанем, - покачал головой Мэн Яо, - но что-то сомневаюсь, что мы могли бы подружиться. - Скорее, у него с Цзинь Гуанъяо была сделка или взаимовыгодное сотрудничество, - вздохнул Не Хуайсан, прикрываясь веером. - Иначе с чего бы он стал общаться с тем, кого считал ниже себя по положению? Не в обиду вам, господин Мэн. - На правду не обижаются, наследник Не. - Да уж, - презрительно фыркнула Цзинь Ливэй. - Из Цзысюня и правда только пытками выбьешь признания, слишком заносчивый нрав и непомерное самомнение. - Решил по-тихому убить человека, не имея на руках доказательств его вины? - Цзинь Цзысюань покачал головой. - А заодно подставить наследника собственного Ордена, который сам пригласил старейшину на праздник? - Тогда он первостатейный идиот, - фыркнул Сюэ Ян, и слушатели тихо посмеялись. Цзинь Цзысюню явно непросто было признаваться, что за проклятие на него наслали. Во-первых, сам по себе мужчина отличался красивой внешностью и телосложением, чем всегда гордился, поэтому не мог так просто позволить кому-то узнать о премерзком и страшном проклятии, жертвой которого стал. Во-вторых, сам факт проклятия означал, что как заклинатель Цзинь Цзысюнь недостаточно силён, его духовной силы не хватает, чтобы защититься от подобного, и это также весьма позорный факт, не подходящий для огласки. Потому Цзинь Цзысюнь рассказал обо всём лишь Цзинь Гуаншаню, чтобы тот отыскал для него лучшего мастера проклятий и врачевателя. К несчастью, и врачеватели, и мастера проклятий лишь развели руками. Как раз кстати приближалось празднование полной луны Цзинь Лина, и Цзинь Цзысюань, ко всеобщему удивлению, по своей инициативе выслал приглашение Вэй Усяню. Цзинь Гуаншань не слишком обрадовался подобному решению, поэтому посоветовал Цзинь Цзысюню воспользоваться моментом в собственных целях — убить Вэй Усяня по пути на празднество. Таким образом он явился бы в Башню Золотого Карпа. - Значит, ещё и отец замешан, - выдохнул Цзинь Цзысюань. - Я бы удивилась, если этот кобель не был замешан, - фыркнула Цзинь Ливэй. - Простите, госпожа Цзинь, но разве ваш сын не является единственный ОФИЦИАЛЬНЫМ наследником? - нахмурился Сун Лань. - Надеюсь, я вас не обидел подобным вопросом. - Да, Цзысюань единственный законный наследник, - кивнула Ливэй. - Этот ваш Цзысюнь сам виноват, - фыркнул Сюэ Ян. - Так что пожинает горькие плоды собственной несдержанности, - заметила Цзян Жусинь. - Малыш, твоё предложение лишить его языка с каждым разом нравится мне всё больше. - Благодарю за похвалу уважаемую старейшину Цзян. При этом Вэй Усянь являлся шиди Цзян Яньли, а судя по тому, как сильно были привязаны друг к другу супруги, Цзинь Цзысюань рассказывал Цзян Яньли абсолютно все значимые и пустяковые события. Опасаясь, что замысел просочится, и Вэй Усянь не пойдёт на празднество, заговорщики держали Цзинь Цзысюаня в неведении. Строго говоря, поступок от начала до конца был не совсем честным. Увидев, что правда раскрылась, Цзинь Цзысюнь вначале растерялся, ощущая себя виноватым, но всё же собственная жизнь была важнее, поэтому мужчина произнёс: — Цзысюань, прошу тебя, пока ничего не говори невестке. Когда я избавлюсь от этой чертовщины на теле, принесу вам официальные извинения! Когда Вэй Усянь виделся с Цзинь Цзысюанем в прошлый раз, последний всё ещё был полон юношеского высокомерия. Но теперь, будучи семейным человеком, он стал выглядеть намного серьёзнее, даже голос сделался более сильным и убедительным. Помрачнев, Цзинь Цзысюань произнёс: — Мы всё ещё можем уладить конфликт мирно, вам обоим лучше убрать оружие. - А ведь этот высокомерный человек так и не извинился перед цзюцзю, - невинно улыбнулся Мо Сюаньюй. - И правда, он обвинил шисюна, а потом предпочёл отыграться на другом человеке, но забыть про извинения, - громко сказал кто-то из слушавших снаружи шиди. - У вас что, дел нет? - резко повернула голову ко входу в зал Юй Цзыюань, глядя на столпившихся адептов. - Так я вам быстро занятие найду! - Так точно, госпожа Юй! - раздался хоровой ответ, и топот многих пар ног поспешил удалиться от зала. - Цзысюань, ты правда думаешь, что кто-то даст решить этот конфликт мирно? - вкрадчиво поинтересовался Вэй Ин, глядя ему в лицо. - По крайней мере, мне бы хотелось в это верить, - кивнул Цзинь Цзысюань, прямо встречая его взгляд. - Ну-ну, а вот я не уверен. Цзинь Цзысюнь вспылил: — Всё повернулось подобным образом, а ты считаешь, что можно уладить конфликт мирно? Ты видел, что происходит с моим телом?! Цзинь Цзысюань, останавливая его от демонстрации испещрённой отверстиями груди, поспешно произнёс: — Не нужно! Цзинь Гуанъяо всё мне рассказал! Цзинь Цзысюнь продолжил: — В таком случае, раз уж он всё тебе рассказал, ты должен понимать, что я больше не могу ждать. Неужели ты, памятуя о том, что он является шиди невестки, ради неё откажешься от спасения брата?! Цзинь Цзысюань ответил: — Ты прекрасно знаешь, что я не такой человек! Тот факт, что именно он наслал на тебя проклятие, ещё под сомнением. Зачем поступать столь скоропалительно?! Всё-таки я лично пригласил Вэй Усяня на торжество в честь А-Лина. В какое положение вы ставите меня подобными действиями? И в какое положение ставите мою жену? - Вот именно, в какое положение ставят нас с А-Ли? - нахмурился Цзинь Цзысюань. - Наследника ордена, который лично пригласил старейшину Илин на торжество в честь полной луны собственного сына? - покачал головой Вэнь Жохань. - Юноша слишком скор на расправу и вспыльчив, - вздохнул Лань Цижэнь. - Вот кому бы не помешало перевоспитание ферулами. - Думаю, они одного поля ягоды с моим А-Чао, - усмехнулся Жохань. - А ему ты отказал в перевоспитании. Так почему думаешь, что с этим юношей выйдет лучше? - Хочу надеяться на лучшее, - пожевал нижнюю губу Цижэнь. - А разве любящий супруг не наладит нормальные отношения с роднёй жены, если сам стал отцом? - Цзян Чэн и сам не верил, что так отозвался о Цзысюане. Слушатели закивали, соглашаясь с наследником Цзян. Цзинь Цзысюнь повысил голос: — Лучше всего, если он вовсе не сможет прийти на торжество! Кто он такой, этот Вэй Усянь, разве он достоин присутствовать на нашем семейном пиршестве? Любой, кто с ним общается, очерняет себя навечно! Цзысюань, неужели ты не беспокоишься, что, пригласив его, запятнаешь и себя, и невестку, и А-Лина несмываемым клеймом на всю жизнь?! Цзинь Цзысюань выкрикнул: — А ну замолчи сейчас же! Цзинь Цзысюнь, изрядно разгневанный, с силой сжал ладонь, и маленькая коробочка вместе с серебряным колокольчиком и яшмовой подвеской внутри в тот же миг оказалась раздавлена в мелкую крошку! Когда на глазах Вэй Усяня вещь, которой он так дорожил, разбилась на мелкие осколки, зрачки его резко сузились, а кулак нацелился на Цзинь Цзысюня. Удар отбил Цзинь Цзысюань, который понятия не имел, что лежало в коробочке. Он заорал: — Вэй Усянь! Ты успокоишься или нет?! - Колокольчик! - ахнула Цзян Яньли. - Что значит: "кто такой Вэй Усянь"? - нахмурился Цзинь Цзысюань. - Он шиди моей невесты! - Он наш брат! - сжал кулаки Цзян Чэн. - И сделал намного больше, чем этот Цзысюань! - Подарок ребёнку... - прикрыл глаза Сяо Синчень, огорчённый потерей. - Сделанный с любовью от чистого сердца, - покачал головой Не Хуайсан. - Я бы за такое тоже убил, - спокойно сказал Не Минцзюэ. - Вэй Усянь! - повысила голос Вэнь Цин, прорезав поднявшийся ропот слушателей. Только сейчас все заметили, как побелели костяшки пальцев Вэй Ина, сжавшего чужое плечо. - Всё хорошо, глубокий вдох и медленный выдох. - Я в порядке, - процедил сквозь стиснутые зубы Вэй Ин. - Можно ведь сделать новый подарок, только уже не получится подгадать к такой важной дате. - Дыши со мной в такт, - сказал Лань Чжань, круговыми движениями разминая его спину и показывая пример. Постепенно тот успокоился. - Ты молодец, Вэй Ин. Всё будет хорошо. Грудь Вэй Усяня вздымалась от клокочущего гнева, глаза покраснели. Цзинь Цзысюань и Цзинь Цзысюнь приходились друг другу двоюродными братьями, были знакомы с детства, и отношения между ними не ограничивались десятком лет. В подобной ситуации защищать кого-то постороннего было действительно крайне сложно. Кроме того, Цзинь Цзысюань в самом деле недолюбливал Вэй Усяня как человека. Собравшись с мыслями, мужчина произнёс: — Прикажи своему Вэнь Нину прекратить, выведи его из состояния неистовства, не усугубляй положение. Вэй Усянь хриплым голосом ответил: — …Почему бы тебе не заставить их прекратить первыми? - Да, почему бы тебе не заставить тех заклинателей прекратить первыми? - более спокойным тоном сказал Вэй Ин, открыв глаза. - Со стороны и правда это выглядит не слишком красивым, - заметил Цзинь Цзысюань. - Да, ты полез со своими нравоучениями, не разобравшись в ситуации, - фыркнул Цзян Чэн. - Для начала и впрямь следовало отдать приказ тем заклинателям, тогда бы и старейшина Илин отозвал соратника. - Или вовсе дать в рожу этому напыщенному индюку, чтобы молчал, - заявил Сюэ Ян, скрестив руки на груди. - Пожалуй, с вариантом "дать в рожу" я согласен, - задумчиво протянул Мэн Яо. - Кажется, задним умом мы все крепки, - вздохнула Мо Тинг. Кругом раздавались несмолкающие крики и шум сражения. Цзинь Цзысюань гневно произнёс: — Ради чего упорствовать в такой момент? Вам обоим следует успокоиться и отправиться в Башню Золотого Карпа вместе со мной, чтобы добиться истины в перекрёстном допросе. Выясним всё до конца, и если это действительно не твоих рук дело, претензий к тебе не будет! Вэй Усянь в ответ воскликнул: — Прекратить? Стоит мне сейчас приказать Вэнь Нину остановиться, в моё тело немедленно вонзятся стрелы и мечи, так что целого трупа не останется! О каком расследовании истины в Башне Золотого Карпа может идти речь? Цзинь Цзысюань возразил: — Этого не случится! - Мда? - скептически посмотрел на него Вэй Ин. - Не случится? - Я бы не стал за это ручаться, - согласился с братом Цзян Чэн. - Наверно, и правда стоило пресечь подобную ситуацию в зародыше, послав за старейшиной Илин верных людей, - Цзинь Цзысюань потёр лоб. - И самому прибыть на Луаньцзан, чтобы гарантировать неприкосновенность. - Ханьгуан-цзюнь также об этом не подумал, - склонил голову Лань Чжань. - Он тоже оплошал. - И Цзэу-цзюню стоило больше доверять словам брата в отношении старейшины Илин, - вздохнул Лань Сичень. - В общем, все хороши, - хмыкнул Не Минцзюэ. Вэй Усянь насмешливо прыснул. — Не случится? Ты можешь это гарантировать? Цзинь Цзысюань, позволь узнать, приглашая меня на торжество, ты правда не ведал об их намерении убить меня?! Цзинь Цзысюань удивлённо замер, после чего разгневанно выкрикнул: — Ты! Вэй Усянь, ты… совсем разум потерял! Вэй Усянь, насилу сдерживая клокочущий внутри огонь ненависти, холодно бросил: — Цзинь Цзысюань, отойди в сторону. Я тебя не трону, но и тебе не стоит злить меня. - Это старейшина Илин-то разум потерял? - саркастически спросил Вэй Ин. - Виноват, был не прав, - поднял руки Цзинь Цзысюань. - Да уж, несмотря на потерю подарка для дорогого племянника, Вэй-сюн ещё сдерживается, - заметил Не Хуайсан. - Он не хочет тебе навредить, Цзинь-сюн. - Возможно, из-за того, что это огорчит сестру, - кивнул Цзян Чэн, получая такой же кивок от брата. - Это всё ещё мой дорогой А-Сянь, - умилилась Цзян Яньли. - Кажется, всем стоит налить себе вина, - предложила Цзян Жусинь, и слушатели охотно это сделали. Цзинь Цзысюань, увидев, что он упрямо не желает идти на уступки, внезапно замахнулся, будто собираясь схватить Вэй Усяня, и воскликнул: — Ну почему ты не можешь хоть раз уступить, хоть немного?! А-Ли в Башне Золотого Карпа всё ещё… Но в тот же миг, едва замахнувшись рукой на Вэй Усяня, он услышал странный, глухой звук. Звук этот раздался совсем близко. Цзинь Цзысюань застыл на месте. Лишь опустив голову, он увидел руку, насквозь пробившую его грудь. Неизвестно, в какой момент это случилось. Вэнь Нин оказался совсем рядом. И половина его ничего не выражающего лица оказалась забрызгана каплями горячей, режущей взгляд крови. - А-Сюань! - громко вскричала Цзинь Ливэй, вскочив на ноги. - Простите, госпожа Цзинь, - Вэнь Нин почувствовал себя виноватым. - Ты не виноват, А-Нин, - качнула головой Вэнь Цин, успокаивая брата. - Призрачный Генерал посчитал наследника Цзинь угрозой своему хозяину, - сказал Вэнь Жохань. - Но глава Вэнь, разве наследник Цзинь так уж виноват в этом? - опасливо спросила Цинь Су. - Я бы никогда не стал давать такого приказа, - покачал головой Вэй Ин. - Потому что А-Ли огорчится. А я бы никогда не стал огорчать сестру. Но кому-то подобное было выгодно, госпожа Цзинь. Цзинь Цзысюань с трудом усадил мать на место, стараясь не зацикливаться на своём книжном убиении. В начале книги ведь говорилось, что он погиб, а теперь выяснились и подробности. Губы Цзинь Цзысюаня шевельнулись, выражение лица сделалось оцепеневшим. Но всё же он нашёл в себе силы закончить фразу, которую начал говорить: — …ждёт, что ты придёшь на праздник в честь А-Лина… Лицо Вэй Усяня оцепенело точно также, как у Цзинь Цзысюаня. Он не сразу понял, что, в конце концов, произошло. Что случилось? Почему в одно мгновение всё так повернулось? Нет. Так быть не должно. Наверняка что-то пошло не так. Вэнь Нин выдернул руку из груди Цзинь Цзысюаня, оставив лишь зияющую сквозную дыру. - Блядь, - в воцарившейся тишине высказался Не Минцзюэ, за что тут же чуть не получил по губам. - Дагэ! - укоризненно посмотрел на него Не Хуайсан. - Прошу прощения, дамы и девы, но тут без бранных слов ситуацию не опишешь. - А-Сянь и правда не хотел убивать Цзысюаня, - сжала кулачки Цзян Яньли. - А значит, стоит поискать того, кому подобный исход дела был выгоден, - покачал головой Вэй Ин. - Старейшина Илин смирился с браком своей шицзе, пока тот делает её счастливой. - Не извиняйся, - оборвала брата Вэнь Цин, качнув головой. - Доля вины в этой ситуации лежит и на наследнике Цзинь. Кто лезет к тёмному заклинателю, с трудом держащему себя в руках? - Матушка, не возражай, они правы, - сказал Цзинь Цзысюань. - Не стоило лезть к старейшине Илин. Лицо Цзинь Цзысюаня скривилось, как от недомогания, словно эта рана вовсе не казалась ему чем-то серьёзным. Он даже всё ещё мог стоять на ногах. Но вот его колени подкосились, и Цзинь Цзысюань рухнул на землю. Кругом волной поднялись крики перепуганных насмерть людей. — При… Призрачный Генерал пришёл в неистовство! — Убил! Он убил! Вэй Усянь приказал Призрачному Генералу убить Цзинь Цзысюаня! Цзинь Цзысюнь взревел: — Стреляйте! Чего застыли?! Стреляйте! Но стоило ему обернуться, как тёмный силуэт подобно призраку оказался прямо перед ним. Горло крепко сжала мертвенно-бледная рука. — А-А-А-А-А-А-А!!! - Старейшина Илин никогда бы не отдал приказ убить мужа своей сестры! - рявкнул Вэй Ин, обрывая поднявшийся гомон. - А вот Цзинь Цзысюнь долго и упорно напрашивался своим высокомерием на подобный исход! - Здесь даже я соглашусь, - вздохнул Цзинь Цзысюань, опрокидывая в рот содержимое пиалы и чувствуя, как вино обжигает горло. Всем слушателям пришлось приложиться к чаркам, за исключением Ланей, поскольку такую ситуацию на трезвую голову переварить было сложно. - Ты не виноват, Вэй Ин, - шепнул ему на ухо Лань Чжань, пальцем стирая выкатившуюся из уголка глаза слезу. - Ты этого не хотел. - Я бы и сама придушила Цзысюня за провокации, - мрачно сказала Цзинь Ливэй. - Но мой мальчик!.. - Возможно, там был кто-то ещё? - рискнул предположить Вэнь Нин, тут же ёжась от направленного на него внимания. - Может, был не один музыкант? Вторая порция так же быстро скользнула в желудки заклинателей. Кому же была выгодна смерть наследника Цзинь? Вэй Усянь, словно в наваждении, стоял на месте, не в силах пошевелиться. Нет. Это неправда. Он ведь только что совершенно точно полностью контролировал Вэнь Нина. Несмотря на то, что он приказал Вэнь Нину перейти в состояние неистовства, он всё ещё был способен удержать над ним контроль. Ему всегда удавалось полностью удерживать контроль. Он совершенно не хотел убивать Цзинь Цзысюаня. Он абсолютно не имел такого намерения! Просто в тот момент, по неизвестной причине, он внезапно не смог удержать… внезапно потерял контроль! Тело Цзинь Цзысюаня, наконец, не в силах больше стоять на коленях, тяжело повалилось вперёд и с глухим стуком упало на землю. - А возможно, кто-то перехватил контроль, - заметил Вэнь Жохань, искренне сочувствуя матери, узнавшей новость о пусть и книжной, но смерти сына. - Мы не можем этого доподлинно знать. - Вэй-сюн никогда бы не убил Цзинь-сюна, - согласился Не Хуайсан, вертя веер в руках. - Побил бы, но не убил. - А значит, в этой ситуации что-то однозначно нечисто, - кивнул Не Минцзюэ. - Принимаем как версию, что контроль над лютым мертвецом сложно, но можно перехватить? - уточнил Лань Сичень. - Но для чего подставлять старейшину Илин? - нахмурился Цзян Чэн. - А ты ещё не догадался, братец? - ядовито хмыкнул Вэй Ин. - Из-за Тигриной печати преисподней! У кого буквально ручки трясутся, стоит ему услышать об этом артефакте? Так почему бы не подставить старейшину, пустив утиль собственного наследника и племянника, лишь бы до неё добраться? - Страшные вещи вы говорите, господин Вэй, - поёжился Мэн Яо. Всю жизнь он был гордым и самолюбивым, тщательно следил за своей внешностью и осанкой, любил чистоту, даже в какой-то степени склонялся к маниакальной чистоплотности. Но сейчас весьма неприглядно упал в грязь, щекой прижавшись к земле. Капельки свежей крови на его лице в яркости сравнились с киноварной точкой на лбу. Вэй Усянь смотрел, как постепенно исчезает блеск в глазах Цзинь Цзысюаня, и в его голове царил полнейший хаос. Всё происходящее вокруг слилось в сплошное море крови и душераздирающих криков, но Вэй Усянь уже ничего не слышал. Единственное, что он различал, это вопросы, безумной вереницей раздающиеся в сознании: Разве ты не говорил, что знаешь, как следует поступать? Разве ты не говорил, что способен удержать контроль? Разве ты не говорил, что все будет в порядке при любых обстоятельствах, что ни в коем случае не ошибёшься?! - Никто не застрахован от ошибок, - покачал головой Не Хуайсан. - Но не каждая ошибка имеет подобную цену, - мрачно заявила Цзинь Ливэй. - Вы удивитесь, госпожа Цзинь, но человеческие жизни часто становятся последствием ошибок, - усмехнулся Вэнь Жохань. - Встряхнитесь и вспомните, что ваш сын сейчас сидит рядом с вами и он жив. Тогда как мой Орден в этой книге был уничтожен практически подчистую. Или орден Юньмэн Цзян. Никто не остался обделён. - Этот Вэй приносит свои глубочайшие извинения госпоже Цзинь, - Вэй Ин выпутался из объятий и глубоко поклонился. - Он не гарантирует, что подобный инцидент не произойдёт в будущем, жизнь долгая, кто знает, что может случиться? Но этот Вэй постарается лучше просчитывать свои действия и попытается следить за словами. - Чтож, хотя бы честно. Сознание Вэй Усяня опустело. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем он резко открыл глаза. И увидел над собой чёрные своды пещеры Фумо. Вэнь Цин и Вэнь Нин тоже находились здесь. Зрачки Вэнь Нина вновь вернулись на место, он вышел из состояния неистовства. Кажется, он тихо переговаривался с Вэнь Цин, когда вдруг заметил, что Вэй Усянь открыл глаза. После чего Вэнь Нин молча опустился на колени. Вэнь Цин же не произнесла ни слова, глаза её краснели. Вэй Усянь сел. - А-Сянь очнулся, - обрадовалась Цзян Яньли. - Призрачный Генерал вернул старейшину Илин обратно на Луаньцзан, - кивнула Вэнь Цин. - Но почему старейшина Илин потерял сознание? - удивился Цзинь Цзысюань. - Не вынес тяжести своих грехов! - вякнул кто-то из мелких кланов. - Странный вопрос, Цзинь-сюн, учитывая, что твоя смерть старейшиной Илин и близко не предполагалась, - фыркнул Не Хуайсан. - Он даже попросил отступить и не мешать ему. - Радует, что не предаешь свои принципы, - усмехнулся Цзян Чэн. Спустя несколько мгновений тишины его накрыла клокочущая волна злости. Он ногой ударил Вэнь Нина в грудь, опрокинув того на землю. Вэнь Цин от страха съёжилась, сжала кулаки, но в то же время опустила голову и поджала губы. Вэй Усянь взревел: — Кого ты убил? Ты знаешь, кого ты убил?! - Прости, Вэнь Нин, - извинился Вэй Ин. - Ничего, доля вины Призрачного Генерала в произошедшем тоже есть, - замахал руками Вэнь Нин. - Но в большей степени всё равно виноват старейшина Илин. Его самоуверенность и бахвальство сослужили плохую службу. И жизнь тут же поспешила это наглядно показать, сбивая с него спесь. Как раз в этот момент в грот вбежал Вэнь Юань с соломенной бабочкой на голове и воскликнул, сияя от радости: — Сянь-гэгэ… Малыш собирался показать Вэй Усяню бабочку, которую покрасил в другие цвета, но вбежав в пещеру, увидел озлобленного Вэй Усяня и съёжившегося на земле Вэнь Нина, и потому удивлённо замер. Вэй Усянь, не контролируя эмоций, резко повернулся к мальчику. Его взгляд ужасно напугал Вэнь Юаня, мальчик подпрыгнул от страха и разревелся. Бабочка упала с его головы на землю. Четвёртый дядюшка второпях подбежал, подхватил мальчишку и унёс из пещеры. - Ох, я напугал редисочку, - потер лицо Вэй Ин, чувствуя вину перед малышом. Как можно срываться при ребёнке? Плохой из него родитель. - Вэй Ину не стоит наговаривать на себя, он хороший родитель, - Лань Чжань поцеловал его в висок. - Просто старейшина Илин в шоке от произошедшего на тропе Цюнци. - Это не повод пугать А-Юаня. - У всех бывают плохие дни. - Да и вряд ли у пещеры Фумо есть двери, чтобы закрыться и не показывать ребёнку подобное, - хмыкнула Вэнь Цин. - Не кори себя. Вэнь Нин, которого Вэй Усянь пинком повалил на землю, снова поднялся и встал на колени, не смея произнести и слова. Вэй Усянь схватил его за ворот и встряхнул, продолжая орать: — Ты мог убить кого угодно, почему ты убил именно Цзинь Цзысюаня?! Вэнь Цин смотрела со стороны и очень хотела бы защитить брата, но заставляла себя сдержаться, по её щекам катились слёзы от горя и испуга. - Вот, и Цин-цзе напугал, - огорчился Вэй Ин. - Простите, господин Вэй, - опустил голову Вэнь Нин. - Я тоже склоняюсь к варианту, что кто-то очень хотел подставить старейшину, и для этого внёс помехи в его приказ, - заметила Вэнь Цин. - Да мы уже поняли, что это непростое дело, - фыркнул Цзян Чэн. - И даже предположительного виновника чужой смерти выявили. Осталось только найти доказательства. Вэй Усянь кричал: — Ты убил его, и что теперь станет с шицзе? Что теперь станет с её сыном?! Что мне делать?! Что мне теперь делать?! Его крик гулким эхом раздавался под сводами пещеры Фумо, вылетая наружу, от чего Вэнь Юань плакал ещё сильнее. - Бедная моя редисочка, сильно напугался, - поджал губы Вэй Ин. - Как бы от такого крика плохие воспоминания не всплыли. - Что делать? Рассказать всё прямо, а не отделываться шутками, - любезно посоветовал Цзян Чэн. - Думаешь, Саньду Шеншоу бы ему поверил? - Как минимум, ему верит сестра. Слушая доносящийся издали плач ребёнка, глядя на перепуганных брата и сестру, которые не знали, куда деваться, Вэй Усянь ощущал, как сердце падает всё глубже в темноту. Он спросил сам себя, пытаясь оценить свои поступки: «Ради чего все эти годы я провёл в заточении на горе Луаньцзан? Зачем мне непременно нужно было подвергать себя мучениям? Почему я вообще когда-то избрал этот путь? Почему я стал таким? Каков я в глазах других людей? Чего я, в конце концов, добился? Я сошёл с ума? Я сошёл с ума? Я сошёл с ума?!» - Вэй Ин не сошёл с ума, - категорично заявил Лань Чжань, кругами растирая ему спину. - Вэй Ин всё ещё в своём уме. - Слабое утешение, - дёрнул уголком губ Вэй Ин, положив голову ему на плечо. - Быть в своём уме, но сомневаться в этом. - Старейшина Илин не хотел быть обузой для своих родных, - ласково заметила Цзян Яньли. - Да и после падения на Луаньцзан без золотого ядра выбор был между смертью и принятием этой силы, - сказала Юй Цзыюань. - Спасибо, тётушка. Если бы он когда-то избрал иной путь, всё было бы хорошо. Внезапно раздался тихий голос Вэнь Нина: — …Про…стите. Вэнь Нин был мертвецом без эмоций, глаза его не краснели, он не мог заплакать. Но сейчас на его лице отражалась совершенно явственная боль. Он повторил: — Простите… Всё… всё это моя вина… Простите… - Ты ни в чем не виноват, - заверила брата Вэнь Цин. - Но это же... - попытался возразить Вэнь Нин. - Правильно, не извиняйся, Вэнь Нин, вины Призрачного Генерала в этой ситуации меньше, чем у других, - сказал Вэй Ин. - Здесь я согласен с господином Вэем, - хмыкнул Вэнь Жохань. Слушая запинающиеся мольбы о прощении, Вэй Усянь вдруг ощутил себя совершеннейшим посмешищем. Вэнь Нин ни в чём не виноват. Всё это исключительно его вина, Вэй Усяня. Вэнь Нин в состоянии неистовства представлял собой не более чем оружие. И создателем этого оружия являлся Вэй Усянь. И командовать оружием мог также лишь он один. - Господину Вэю тоже не стоит сильно винить себя из-за всей этой ситуации, - вежливо сказал Вэнь Нин. - Мы уже приняли версию, что кто-то смог вмешаться и отдать другой приказ лютому мертвецу, - покачал головой Лань Сичень. - И всё равно стоило лучше защитить сознание Призрачного Генерала от чужих вмешательств, - вздохнул Вэй Ин. - Думаю, этого никто не мог предвидеть заранее, господин Вэй, - заметил Мэн Яо. В тот момент мертвец был оглушён звоном оружия и ослеплён свирепой яростью битвы, кроме того, Вэй Усянь обычно не скупился на демонстрацию неприязни к Цзинь Цзысюаню перед Вэнь Нином. Стоило Цзинь Цзысюаню замахнуться на Вэй Усяня, Вэнь Нин в бессознательном состоянии распознал «врага» и без раздумий исполнил приказ «уничтожить». Это он не смог удержать контроль над этим оружием. Это он был слишком уверен в своих силах. Именно он игнорировал абсолютно все неблагоприятные признаки, которые непрестанно проявлялись до этого дня. Он был уверен, что сможет подавить любые проявления потери контроля ещё в зародыше. - Выходит, и правда сам виноват, - криво улыбнулся Цзинь Цзысюань. - Не стоило приближаться к тёмному заклинателю на расстояние удара. - Значит, это послужит уроком всякому, кто будет считать себя неуязвимым, - усмехнулся Вэнь Жохань, обводя взглядом молодых людей. - Такие самоуверенные обычно и гибнут первыми на "ночных охотах", недооценив опасность. - Удержать контроль, позволив Призрачному Генералу ясно мыслить даже без чужой указки, - пробормотал себе под нос Вэй Ин. Вэнь Нин был оружием. Но неужели он стал им по собственной воле? Неужели этот паренёк, при жизни слабый, робкий заика, теперь испытывал счастье, убивая людей по приказу Вэй Усяня? В тот день, когда Цзян Яньли вручила ему чашку супа из корней лотоса, Вэнь Нин принёс его на вершину горы Луаньцзан, не расплескав ни капли. Несмотря на то, что сам он испробовать супа не мог, Вэнь Нин с большой радостью смотрел, как кто-то другой его ест, а потом спрашивал, каков суп на вкус, пытаясь представить свои ощущения от кушанья. Неужели он счастлив осознавать, что убил мужа Цзян Яньли собственными руками? - Интересно, кому досталась та маленькая чашка супа, которую принёс на гору господин Вэнь? - полюбопытствовала Цзян Яньли. - Вероятно, А-Юаню, - невозмутимо сказала Вэнь Цин. - Думаю, его на горе все подкармливали, как растущий организм. - Понятно. Да, ребёнку и правда надо хорошо питаться, чтобы расти. - Думаю, никто бы не хотел своими руками убить знакомого или родного человека, - мягко заметил Лань Сичень. - Что уж говорить о молодом господине Вэне, который и мухи не обидит. - Да, Вэнь Нин - лютая булочка! - закивал Не Хуайсан. Вэй Усянь должен не просто взять на себя всю вину за случившееся, но и просить прощения у Вэнь Нина. Он всё ещё держал Вэнь Нина за ворот одежды и смотрел в бледное, безжизненное лицо. Перед глазами вдруг возникло лицо Цзинь Цзысюаня, запачканное кровью и землёй. Такое же бледное и безжизненное. Ещё он вспомнил о Цзян Яньли, которой, спустя множество испытаний, наконец улыбнулось счастье, и она вышла замуж за возлюбленного. Вспомнил об их с Цзинь Цзысюанем сыне, А-Лине, ребёнке, которому он лично выбирал имя в быту. Малыш был совсем крошечным, всего семи дней от роду, а уже научился улыбаться при взгляде на меч отца, чем несказанно обрадовал родителей. Ещё через пару дней мальчику исполнится месяц. - Прости, Вэнь Нин, - извинился Вэй Ин, склонив голову. - Нет-нет, Вэй Усянь, не стоит, - замахал руками Вэнь Нин, слегка бледнея. - Прости, что пнул. - Я не обижаюсь. - Ну, книга с самого начала намекала, что мы с А-Ли погибли, - заметил Цзинь Цзысюань, поглаживая мать по плечу. - Теперь просто лучше знаем, как это случилось. - Прости, А-Ли, - грустно вздохнул Усянь, посмотрев на сестру. - Ты не виноват, А-Сянь, - покачала головой Цзян Яньли. - Это просто несчастливое стечение обстоятельств. Вэй Усянь всё думал и думал об этом, не в силах пошевелиться, а потом вдруг заплакал. Раздался его растерянный возглас: — …Кто-нибудь, скажите… что мне теперь делать? - А-Сянь, не плачь, - сочувственно посмотрела на него Цзян Яньли. - Ты не виноват. - А виноваты многие, - фыркнул Цзян Чэн. - Кто-то по глупости, а кто-то по самоуверенности. - Конец главы, - сообщила Иньчжу, закрывая книгу. Пришлось сделать перерыв, чтобы слушатели могли немного прийти в себя после новости о гибели наследника Цзинь.