Самая сложная миссия

Пробуждение было непривычным. В окна било солнце — а Тони обычно не забывал наглухо задернуть шторы, если, конечно, не падал в кровать замертво посреди ночи. Черт, давно пора это автоматизировать… Но главное было в другом. В его кровати преспокойно спал Баки Барнс. Не шевелясь, Тони проинспектировал все, что обнаружил. Барнс прижимался спиной к его груди, задницей — к утреннему стояку, а сам Тони обнимал Барнса поперек туловища. Под ладонью мерно поднималась и опускалась грудь. Вдобавок оба были голые. Последнее, в целом, не удивило. Вчера они с Барнсом чертовски хорошо провели время (утренний стояк от воспоминаний тут же начал превращаться в обычный). Вот только… Барнс кончил первый — кончил на члене Тони и под рукой Тони. В общем это было похоже на предыдущие разы: Тони уже знал, какое лицо у Барнса в этот момент и какие звуки он издает, знал то, как умопомрачительно сжимается его и без того тесный зад, — настолько, что самому Тони после этого хватало самой малости. Но потом Барнс вернулся с небес на землю и посмотрел таким сияющим и благодарным взглядом, что у Тони на секунду перехватило дыхание от совершенно непривычного трепета. Задуматься над этим не пришлось. Тони был возбужден до звездочек перед глазами, так что сдернул презерватив и быстро додрочил на восхитительные барнсовы бедра, проехался членом по гладкой крепкой ягодице и рухнул на кровать рядом с ним, вымотанный и довольный. Потом они ели снеки, смотрели дурацкое шоу и трахались опять. Потом… кажется, Барнс пошел в душ, а Тони только на секунду прикрыл глаза — и вот он здесь, лежит и думает, как оказался в этой ситуации. Все шло куда-то не туда. Барнс вздохнул и пошевелился. Замер. А потом медленно развернулся к Тони. Вид у него был смущенный и радостный. — Э-эм, привет, — сказал Барнс. Вероятно, даже суперсолдатская сыворотка пасовала перед солеными орешками на ночь, потому что лицо у него по-утреннему припухло, но черт его возьми, если это не делало Барнса еще прекраснее. — Кажется, я уснул. — Похоже на то, — согласился Тони. Убрал руку с талии Барнса и отстранился. — Что ж, сержант, ванная в твоем распоряжении. Без паники — тут есть вторая. Радость на лице Барнса сменилась недоумением. Он замер, наблюдая, как Тони выбирается из-под одеяла, но Тони нужно было все обдумать. Когда он вышел из душа, Барнс уже ушел. Это было здорово. Правда, одновременно вызывало досаду. Все последние дни Тони начинал с просмотра соцсетей — разумеется, после фильтра Пятницы. Это утро не стало исключением. Он прошлепал на кухню, ткнул в кофемашину. Пока та хрустела и жужжала зернами, Тони развернул экран смартфона. Если не считать того, что происходило между Тони и Барнсом на самом деле, все шло по плану. СМИ и фансообщества восторженно писали об их отношениях. Пожалуй, Тони мог собой гордиться. Этот проект оказался не менее успешным, чем другие, хотя даже близко не был инженерным. Кроме того, задача чертовски увлекла. Иногда приходилось напоминать себе, ради чего все затевалось. Впрочем, об этом не забывал Барнс — на каждой встрече он начинал нудить про возможное покушение. Тони открыл одну из фотографий — кто-то снял их после кино, за секунду до того, как они улетели. Сперва он удивился, почему фото вызвало такой ажиотаж — в кадре они просто стояли рядом лицом друг к другу. Но пригляделся и понял. Все дело в том, как смотрел на него Барнс. Если называть вещи своими именами, он смотрел тем же взглядом, что и прошедшей ночью: совершенно и однозначно влюбленным. И это было паршиво. *** Со Стивом Баки столкнулся прямо у дверей своих апартаментов. — Бак!.. — на лице Стива было написано облегчение. — Я тебя потерял. Вчера зашел в мастерскую, узнать, как твоя рука, но не нашел ни тебя, ни Тони, а на сообщения вы оба не отвечали, и я… — Стив посмотрел куда-то на грудь Баки и на секунду завис. — В общем, я тебя потерял. Баки вытащил смартфон. Тот не подавал признаков жизни. Точно, Баки собирался зарядить его после посиделок со Мстителями, а потом… Потом они с Тони провели вместе восхитительный вечер. И часть ночи. Затем Баки ушел в душ, а когда вернулся, обнаружил, что Тони уснул. И честное слово, Баки не собирался этим пользоваться!.. Просто спящий Тони был таким расслабленным и притягательным… Баки прилег рядом, коснулся шрамов на груди. Поцеловал плечи, одно и второе, тихонько, чтобы не потревожить сон. Потом подбородок, кончик носа, губы. Тони не проснулся. Но, не просыпаясь, он пробормотал: «сержант». А потом сгреб его в объятия и продолжил спать. Баки лежал, боясь пошевелиться. Происходящее казалось чудом, счастье наполняло до самой макушки. Тело было тяжелым и приятно уставшим, задницу немного саднило — но тем лучше были отголоски удовольствия. Встать и уйти прямо сейчас было бы кощунством. Баки лежал и перебирал особенные моменты. Их было много: как Тони целовал, каким возбужденным был, как хорошо было одновременно в его объятиях и на его члене. Особенно сводило с ума то, что и сам Тони наслаждался не меньше. В общем, сразу Баки не ушел, а потом вдруг наступило утро. Пробуждение оказалось далеко не таким приятным. Тони увидел Баки в своей постели и сразу же сбежал, хотя Баки готов был поклясться, что для него вечер тоже стал особенным. Мысли Баки до такой степени были заняты этой загадкой, что про смартфон он даже не вспомнил. Баки проследил взгляд Стива и посмотрел себе на грудь. Там красовался логотип Black Sabbath — похоже, второпях он схватил футболку Тони вместо своей. Что ж… Баки открыл дверь, втащил Стива внутрь и выпалил: — Я был у Старка. — У Старка? — изумленно переспросил Стив. — У Тони. — У Тони?.. — Стив. — Баки взял его за плечи. — Я был у Тони Старка. Мы с ним переспали. Нет. Мы с ним спим. — О. — Сказал Стив. — Ага. — Баки потащил Стива на кухню. — И, в общем, с этим все непросто. Кофе? Чай? — Кофе пойдет. — Стив уселся за стойку и осторожно спросил: — А это началось до или после ваших, э-э, свиданий? Баки зарядил кофемашину и принялся рассказывать. Стив то хмурился, то смущенно улыбался, то сидел с открытым ртом. А Баки, коротко пересказывая события последних недель, чувствовал себя полным дураком. Как он умудрился так влипнуть?.. — В общем, у нас с Тони все сложно, — закончил Баки. — Он… черт, как же это называла Шури?.. посылает противоречивые сигналы. И мне это взрывает мозг. Будь это кто угодно другой… Но, Стиви, я вляпался по самые уши. Я ни с кем другим не чувствовал ничего подобного. Стив покачал головой и вздохнул. Сказал: — Дай ему время, Бак. Тони — он бросается в отношения очертя голову. Если он не делает этого с тобой, значит, боится сделать что-то не так. Если бы ты ему не нравился, он бы не стал с тобой спать. — Мы говорим про одного и того же Тони? — уточнил Баки. Стив исправился: — Я имею в виду, что у него, э-э, было много интрижек без обязательств, но это в прошлом. Кроме того, ты — Мститель, и Тони бы не стал рисковать отношениями в команде ради случайного секса. Стив звучал не слишком уверенно, но в его словах была логика. Баки решил не беспокоить Тони до следующей встречи. *** В первый день у него получалось. Наташа и Клинт раздобыли нового подозреваемого, который мог точить зуб на Тони. У потенциального злодея оказалась куча полномочий и собственный спецотряд, и Баки разбирал те материалы, которые удалось найти об их тактике. Этого хватило на весь день, потом Баки вымотал себя в спортзале и уснул — исключительно благодаря тому, что Зимнего солдата специально учили засыпать где угодно и когда угодно. На второй день задача оказалась посложнее. Тони молчал и не показывался в общей гостиной. Пятница туманно сообщила, что ее босс работает. На следующий день должна была состояться вторая примерка смокинга, и, в общем, туда они отправились бы вместе, но… Баки не выдержал. У него даже был повод — вернуть чужую футболку и забрать свою. Даже не спрашивая Пятницу о местонахождении Тони, Баки отправился в мастерскую. В конце концов, он ведь целый день не давал о себе знать. Едва выйдя из лифта, Баки понял, что Тони не один. Мастерская была защищена от прослушки, но если уж посетитель попадал в святая святых, то мог кое-что услышать — если, конечно, обладал слухом суперсолдата. Разумеется, Баки не собирался подслушивать. Он развернулся и зашагал к лифту, но услышал голос Пеппер Поттс, которая взволнованно спросила: — Зачем? Тебе снова угрожают? Баки замер. Какого черта?.. — Нет, нет! — заверил Тони. — Соскучился по калифорнийскому солнышку, только и всего. Ты нет? Тони звучал беззаботно, но Баки уловил за легким тоном что-то еще. И, похоже, не он один, потому что Поттс продолжила допрос. — Как долго ты собираешься там пробыть? Баки замер и вслушивался в ответы. — Посмотрим. Для начала отстрою мастерскую, чтобы к осени был готов дом. Переберусь туда на зиму. На зиму в Калифорнию?.. Тони собрался уехать — на всю зиму и даже больше, судя по тому, что хотел готовиться заранее. — Ты собираешься бросить Мстителей? — в голосе Поттс зазвучало искреннее удивление. — Если понадоблюсь, прилечу, — Баки почти видел, как Тони легкомысленно отмахнулся. — Что такое пара тысяч миль для новых «Марков»? В мастерской повисла тишина, а потом Тони заговорил снова: — Слушай, Пеп, мне просто нужно сосредоточиться и поработать над одним проектом. Не бери в голову. — Когда ты планируешь отправиться туда? — спросила Поттс. Вот кто умел задавать правильные вопросы. Баки захотелось ее расцеловать. — Сразу после того, как разделаемся с вечеринкой MIT. Не хочу затягивать. До конференции оставалось чуть больше недели. Выходит, Стив все-таки был не прав, и Тони не планировал с Баки ничего. Даже напротив. Баки бесшумно отступил к лифту и услышал, как Поттс вздохнула: — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Баки вернулся к себе и опустился на кровать. Положил рядом старковскую футболку. Наверное, стоило оставить все как есть и не упоминать о подслушанном разговоре. Но Баки знал, что не сможет просто спать с Тони как ни в чем не бывало, а раз так, придется объяснить причину. Он поднялся и отправился в мастерскую снова. *** С некоторых пор Пятница пускала Барнса в мастерскую без предупреждения. Сговорились они, что ли? С одной стороны, следовало провести с Пятницей воспитательную беседу. С другой стороны, Тони не мог не признать, что соскучился по Барнсу. Даже не по их постельным приключениям, хотя и это тоже, а по синим иконописным глазам Барнса, по его мягким подначкам, по тому спокойствию и умиротворению, которое он вокруг себя распространял — хотя вот уж чего сложно было ожидать от боевого суперсолдата, прошедшего все круги ада!.. Может быть, Тони ошибся на его счет, и их интрижка не грозила обрасти проблемами. — Сержант? Как жизнь? Барнс подошел ближе. В руках у него был черный сверток неизвестного происхождения. Вид показался даже не встревоженным — убитым, как будто Барнс услышал скверную новость, и теперь думал, как бы преподнести ее Тони. Что, черт возьми, случилось?.. — Я хотел занести твою футболку, по ошибке схватил ее вчера, — Барнс помахал свертком. Точно, накануне утром он ушел в футболке Тони. — И случайно подслушал твой разговор с Пеппер Поттс. Мне не следовало слушать, но я услышал. Прости, пожалуйста. Разговор с Пеппер? Курс акций, права на умные чипы, претензии совета директоров? Дурацкая идея перенести мастерскую в Малибу?.. — Не думал, что тебя интересуют планы «Старк Индастриз». Барнс положил футболку на ближайший верстак и шагнул еще ближе. — Возможно, я лезу не в свое дело. Ты правда собираешься уехать в Калифорнию? Значит, Калифорния. В тот момент идея показалась блестящей, и Тони немедленно ее озвучил. Теперь он вовсе не был уверен, что реализует ее, да и, строго говоря, Барнса это не касалось. И все же в груди засел неуютный холодок. Будто бы Тони крупно облажался. Будто что-то упустил, что-то очевидное, и сейчас грянет катастрофа. — Ну да. Подумываю восстановить мастерскую и дом в Малибу. Лицо Барнса исказилось от боли, и вот теперь Тони стало по-настоящему страшно. Проклятье, да что не так? Не мог же он, в самом деле, на что-то рассчитывать — или мог? Секундное наваждение прошло. Барнс посмотрел спокойно и решительно, хоть и по-прежнему невесело, будто собирался сообщить об угрозе, нависшей над мультивселенной. Сказал: — Ладно, следовало признаться раньше, но… ты мне нравишься. Черт, Тони, да я влюблен в тебя по уши. И если это взаимно, я хочу быть с тобой вместе. Вот оно что. Все-таки Барнс воспринял происходящее серьезнее, чем должен был. Тони, конечно, сам напортачил. Нечего было вестись на горячие взгляды и соблазнительные улыбки. — Слушай, сержант, — он подошел и хлопнул Барнса по плечу. — Ты славный парень и ты мне нравишься, правда. Но, поверь, я не тот, кто тебе нужен. Смотреть, как на лице гаснет надежда, было еще хуже, чем видеть откровенную боль. Барнс упрямо мотнул головой. Сказал: — Позволь мне самому решать, кто мне нужен. Ладно, формулировка вышла неудачная. — Ты же знаешь, я не создан для отношений. Спроси хоть у Пеппер. Она со мной намучилась. Барнс криво улыбнулся: — Ты так решил из-за единственной неудачи? Проклятье. Как объяснить, что все это — паршивая идея? Тони ведь не был бесчувственным. Он тоже был немного влюблен в Барнса — так же, как влюблялся во всех, с кем спал. Что с того? Единственной долгой привязанностью Тони были «Марки». Да и то потому, что не обижались, когда их оставляли на месяцы ради других проектов. Людям нужны были постоянство и предсказуемость, то, чего он не мог дать при всем желании. Пеппер выглядела самой рациональной, но и она не смогла делить Тони: с его работой запоями, когда он сутками не показывался из мастерской, со Мстителями, с проблемами целого мира, который нуждался в Железном человеке. Почему с Барнсом должно быть иначе? — Я так решил, потому что умею делать выводы на основе неполных данных. Чем тебя не устраивает то, что есть? Тони знал, чем. Барнс, в отличие от него, был нормальным и понимал, что сможет быть постоянным и не увлечется чем-то или кем-то другим через пару недель. А раз так, не стал бы мириться с попыткой Тони так бесславно сбежать на другое побережье. Но Тони чертовски не хотел отпускать Барнса прямо сейчас. Барнс посмотрел печальным взглядом стоика. — Тони… я так не могу. Прости, мне не следовало все это начинать. Но наши договоренности в силе. Он развел руками, развернулся и зашагал к выходу. На верстаке осталась футболка Тони, которую Барнс по ошибке надел накануне.