Шёпот в прахе

Дверь закрылась за ней с тихим, но окончательным стуком. Шоко замерла, поражённая. Бесконечный коридор уходил вперёд, к едва видимой точке. Высоченные потолки терялись в сумраке. По бокам — лишь ряды стройных колонн, отбрасывающих длинные тени. Всё было залито ровным, почти неземным светом. И абсолютно пусто. Она сделала первый шаг, и её взгляд упал на пол, в нескольких метрах впереди. На идеально чистых каменных плитах лежала одинокая, небольшая кучка праха. Над ней — синяя куртка. Посередине, поперёк груди, зиял длинный и аккуратный разрез, будто от лезвия. Рядом валялась пара розовых тапочек. Она подошла ближе, не в силах отвести взгляд. Тишина давила на уши. И тогда воздух над этим местом дрогнул. Свет и тень смешались, и она увидела... другую реальность, наложенную на эту. В центре зала стоял он — невысокий скелет в синей куртке, руки глубоко в карманах. Его череп был повёрнут к чему-то невидимому для Шоко. Призрак прошлого. Видение. — ...Ну чтож, не говори, что я тебя не предупреждал, — прозвучал его голос. Он был хриплым и до боли усталым. — ну, я пойду к Грилби. Призрак развернулся и медленно, почти волоча ноги, поплёлся прочь. Он прошёл несколько шагов... и остановился. — Папайрус... тебе что-нибудь взять? В его голосе не было ни боли, ни страха. Лишь тихая, разбитая забота. И тогда он рассыпался. Его фигура дрогнула и осела, превратившись в ту самую кучку праха и куртку с роковым разрезом, что лежала теперь перед Шоко. Видение исчезло. — Его звали Санс. Шоко вздрогнула. Чара стояла рядом, глядя на пустое место. — Брат Папайруса. Тот самый, что «очень переживал». Он дал обещание защищать того, кто пришёл. Но когда тот человек начал убивать... его долгом стало остановить его. Он был судьёй. Последним, кто видел всю картину. — Чара повернула к Шоко своё бледное лицо. — Почти последним. После него пал только король. Она сделала паузу, давая Шоко осознать это. — Санс не стал сражаться всерьёз. Он лишь показывал, на что способен. Пытался образумить. А когда понял, что это бесполезно... его последним приговором было перестать мешать. Потому что никакой суд уже не имел смысла. Чара посмотрела в конец зала, где виднелся выход. — Теперь ты знаешь, что здесь произошло. Осталось узнать — почему. Идём. Впереди — тронный зал. Там ждёт последняя правда.