Скованные одной цепью, связанные одной целью

Прошло три недели. Утро, солнце щиплет глаза, но я не перестаю подставлять своë лицо его палящим лучикам. Сегодняшний день обещает быть хорошим. Лучшим за последние месяцы. Уверенными шагами я иду на свою временную работу, наверно временную. Она не сложная -убери, пренеси,подай, не мешай. Чем-то похоже на мою прежнею работëнку в кофейне, только здесь животные. Хотя вспоминая некоторых поситителей клуба... Не буду. Теперь вспоминать я отучаюсь. Хватит с меня. Мой разум пуст от всяких плохих мыслей. Эту мантру я талдычу себе каждый раз, когда чувствую,что мысли крутятся как в карусели. Дорога не долгая -три дома и я тут. Ферма не большая, но не уступает богатым,роскошным поместьям. Как всегда по плану -это почистить конюшню, подложить свежего сена и выпустить коров для пастуха. Чистую работу мне пока не доверяют, да и ладно. Ответственность мне ни к чему. И так по великому везению взяли на эту работу. Друзей я особо не обрела, но мне хватает общения с животными. Коровки, курочки, лошадки-такие все наивные и с благими намерениями, если ты их конечно покормишь. Не придадут, не изменят-максимум лепëху под ноги наложат, хоть ты и недавно убирал это добро. Но что естественно, то не безобразно. И это моя работа. Спокойно тут, тихо, иногда рабочие что-то обсуждают, но не более. Больше всего я люблю ходить за конюшню, что находится в конце фермы. Там есть большой стог сена за которым можно легко спрятаться и смотреть на поле. И не думать не о чëм. Лишь смотреть как в далеке пасут коров, гладить влажную траву и сгорать от майского пекла. Сегодня мне разрешено уйти после обеда. Поэтому толком не умывшись, не по обедав на ферме, как это обычно бывает, я бегу домой. Там для меня бабушка Наталья, как я еë привыкла называть, уже приготовила платье. Нежное платье для крещения. Как я заклятая атеистка пришла к этому? Если честно, сама пропустила этот момент. Просто мне показалось, что батюшка не такой уж и навязчивый, а это единственное, что пугало меня в вере. То как другие верующие навязывают это другим. Как бы заставляя. Он же дал мне выбор, если станет легче от прочтения молитв, то значит я на нужном пути, если нет, то дальше сама свою дорожку протоптывай. Батюшка дал мне советы как не вспоминать о прошлом ,какое бы оно травмирующее не было. Дал наставления в виде распорядка дня. Я начала ходить пешими прогулками по деревне, зарядку по утрам делать и выполнять,на вид, обычные, бытовые дела, которые я разучилась делать, находясь в жуткой депрессии. Я привела дом в более менее достойный вид, научилась расстапливать каменную печку и готовить, на этой старой дореволюционной штуковине. Конечно же не обошлось без ожогов, садин и заноз. Зато теперь я хожу покушать к соседям, только когда меня приглашают . Валя говорит, что я стала накаченной как мужик и что это плохо для девочки. Но я же удерживаюсь как бы не ляпнуть, что если я и похожа на мужика, то бицепс мой будет похлеще чем у еë недомуженька. Я же, не замечаю за собой тех изменений, что мне присваивают завистливые особы.