Lazarus

And in my thoughts I have bled

For the riddles I’ve been fed

Another lie moves over

      - Нам нельзя засыпать.       Горо опустился на грязный диван, потер пальцами глаза. Они уже второй раз очутились в этом богом забытом мотеле, при еще более странных обстоятельствах. Стены номера были чем-то измазаны, скорее всего чьей-то кровью. К счастью, плохое освещение позволяло избежать созерцания интерьера.       - Как думаете, если я выйду из номера и пройду до автомата с напитками на этаже, сюда вломится спецназ? - сдвинув брови серьезно спрашивает наемница. Приступ наконец прошел, как только они слезли с мотоцикла, оставив только ноющую тупую боль в затылке.       - Ви, это не смешно. Да как так? - она открыла дверь, настороженно посмотрела в разные стороны. - Минуту.       Такэмура запрокинул голову на спинку дивана и прикрыл глаза, опустошенный усталостью и переживаниями. После трагикомической истории с Хелльманом Ви заплатила хозяину больше, чем тот ожидал. Вроде как этого должно было хватить на его молчание сегодня ночью. Любое молчание перекупается деньгами или угрозой, а то и пулей, пущенной прямиком в лоб, и Такэмура это знал. Оставалось верить в надежность кочевников, в которой Ви его убеждала всю дорогу сюда.       Как только он прикрыл глаза, дверь зашипела, заставив резко поднять голову. Ви с довольным видом занесла охапку разных жестяных баночек и пакетиков с чипсами.       - Так вот, Такэмура-сан, - она деловито откашлялась, - вы каждый раз меня отчитываете за шутки, но неужели вы не понимаете, что только на юморе может держаться обреченная жизнь? Мы с вами оба мертвецы в городе мертвецов, и вы это знаете. Так почему даже теперь нельзя просто насладиться вечером и скрасить бессилие шуткой?       Горо устало смотрел ей в глаза. Серебряная оптика отражала свет единственной настольной лампы, которую они осмелились включить. Эти блики почему-то вызывали умиротворение.       - Мы мертвецы, - он слабо улыбнулся и запрокинул голову обратно на диван, прикрыв глаза. - Давай будем на «ты», Ви.       Она на секунду застыла, делая вид, что читает состав какой-то газированной дряни.       - Ну… как скажешь. Почему-то в обратную сторону.. тебя это не смущало всё время нашего сотрудничества.       - Боюсь, это культурный барьер, - он расслабленно протянул ладонь Ви, не открывая глаз, требуя одну из дешевых баночек, таких желанных сейчас, - кроме того, я ведь значительно старше тебя.       - Пф-ф, как будто это теперь имеет значение, - она вложила ему в ладонь напиток, а сама открыла другой и жадно прижалась губами к содержимому.       Она права. Какое теперь это имеет значение, когда они оба мертвецы.       - Что это за дрянь? - Горо недоверчиво покрутил нечто с кислотным рисунком. - Кофейный напиток?       Ви подошла почти вплотную к его коленям и гордо выпрямилась, на лице красовалась хитрая ухмылка воровки. Сердце у Горо в этот момент подступило куда-то к кибернетическому горлу и неистово жгло.       - Джин-тоник, - она самодовольно смотрит сверху вниз на телохранителя, улыбка не сходила с лица. Хотелось видеть его реакцию.       Такэмура, не сводя глаз с Ви, открыл банку и опустошил половину в несколько больших глотков, воздержавшись от комментариев насчет того, какая же это была едкая дрянь. Наёмнице пришлось отступить. Ситуация, кажется, накалялась с каждой секундой.       - Ты не перестаешь удивлять.       - Зато вам не скучно, - она села на кровать напротив Горо, подогнув одну ногу под себя, - точнее, тебе…       По-свойски общаться с Горо, несмотря на всё, что им пришлось пережить, было всё ещё непривычно. Возможно дело было в его гораздо более высоком статусе и безоговорочной чести самурая. Но в их странной истории границы нужно было ломать огромным молотом, пока не истекло драгоценное время.       - Ты чертовски права, - он неопределенно и немного театрально провел рукой с джин-тоником в воздухе, указав на Ви, - воровка.       - Ты сегодня переплюнул все мои заказы и украл дочь покойного императора. Имей совесть.       - А ты после этого украла меня у трех вооруженных до зубов штурмовиков.       - Не-а, не пойдет. Слабое сравнение, - упрямо перебила его Ви. весь пережитый кошмар, остатки адреналина, алкоголь и присутствие Такэмуры рядом возвращали к жизни. Абсолютно точно. - Ты украл принцессу с масштабного парада, а я просто… вытащила потрепанную кучу металлолома из под носа у плохо подготовленных парней.       - Не стоит недооценивать «плохо подготовленных парней» из Арасаки, это тебе говорит человек, служивший в корпоративном спецназе, - под действием алкоголя и непривычной легкости в общении даже его японский акцент начал смягчаться, - как и не стоит недооценивать кучу металлолома, как ты меня лестно назвала.       Лицо Ви на секунду стало серьезным.       - Ни за что, Горо, - вырвалось у неё.       Слишком много. Хотелось сразу вернуть сказанное обратно. И повторять десятки раз.       - Но та сцена на платформе, боже правый… - Ви демонстративно закатила глаза и передразнила телохранителя, сдвинув брови и хрипло произнеся по-японски: - «Ханако-сама, прошу меня простить!»       - Всё же ты слишком часто… надо мной смеешься, - он улыбался с закрытыми глазами.       - Я не со зла, - девушка вскочила с места, - это звучит обидно?       - Совсем нет, - он смял опустошенную баночку и положил на липкий журнальный столик, - наверное я просто не могу этого до конца понять. Учитывая твое положение… А есть еще?       Ви ловко бросила в него банку, которую Горо поймал почти ленивым движением предплечья. Она отлично метала ножи, он молниеносно реагировал на движения даже без подключенного Керезникова - просто сноровка и годы тренировок.       - Я объясню в другой раз, - мягкая улыбка, глаза с проблеском холодной боли, опять.       Она вернулась на прежнее место, подтянула к себе рюкзак, который вытащила из багажника мотоцикла, и начала рыться в поиске аптечки.       - Так какой у нас план? - спросила Ви, выудив из коробки широкий пластырь. - Пережить эту ночь, потом залечь на дно и надеяться на обратную связь от Ханако? - дурачество исчезло как по щелчку пальцев.       - Так точно, - Такэмура тяжело вздохнул. - Вместе с нашими следами остынет погоня. Но затем Арасака будет искать нас обоих для разных и… более сложных целей. Если, конечно, сегодняшний день повлияет на мнение Ханако-сама. Рано утром нам придется разделиться и спрятаться.       Ви выжидающе смотрела на собеседника, стараясь спокойней дышать.       - Если Ханако-сама выйдет на связь, то для начала со мной, - продолжил он.       - Вы всё еще нужны Арасаке? - спросила девушка и привычным движением наклеила пластырь на щеку, скривив лицо.       - Не имеет значения, нужен или нет. Помимо навыков телохранителя, я, как бы это сказать… - Горо нахмурился, - прослужил семье слишком долго, чтобы просто уйти. И знаю слишком многое.       - Разве ты не можешь укрыться в подполье, как раньше? - в голосе прячется горячая сталь.       - Боюсь, я не должен. Нам следует закончить начатое и сделать шаг навстречу, если она всё-таки позвонит.       - Горо, - голос Ви, произносящий его имя, дрогнул, - если в какой-то момент ты захочешь остановиться, всё бросить, сжечь все мосты и контракты…       Он сверлил её серебристой оптикой.       «Я буду рядом»       - Ты не станешь плохим человеком, - сказала наёмница, задержав в лёгких надрывную мысль. - Если откажешься от мести, ты не станешь плохим человеком. Твои руки по локоть в крови, как и мои, нам обоим нечем обелить все совершенные деяния, во имя чего они бы ни совершались. Тебе не обязательно возвращать лояльность ценой собственной жизни. У тебя её больше нет, Горо, - он слушал Ви, не перебивая. - Эта жизнь оборвалась много лет назад, где-то в трущобах Тибы-11, - голос девушки снова дрогнул, но она продолжила, - но за пределами нечеловеческих законов, подчинения и смерти есть жизнь. Она теплится в мелочах, в бликах. В безусловной человеческой доброте, на которую всё ещё чудом способен наш мир, сотканный из мусора и случайных возможностей.       Ви горько усмехнулась, опустила глаза и продолжила, всё ещё чувствуя на себе пристальный взгляд Такэмуры.       - Я знаю, что значит жить мертвецом. Но моя жизнь за пределами смерти имеет чёткую границу. Если у меня получится выбрать смерть на собственных правилах… - она сглотнула, - большего я не посмею желать.       Горо перевел взгляд в никуда и тихо спросил после долгой паузы:       - Как твоё настоящее имя, Ви?       - Валери.       По приглушенному звуку её голоса он понял, что она сняла часть брони, закрывающей что-то жизненно важное.       - Оно означает силу и крепость тела и духа.       - Тебе подходит. Джеки Уэллс знал его?       - Да. Но никогда не решался меня так назвать.       - Валери. Я запомню это. Как и то, что ты спасла мою жизнь.       Она улыбнулась одним уголком губ и заговорила через несколько секунд:       - Меня так часто называл отец.       - Каким он был?       - Несчастным, - она сделала несколько глотков джин-тоника. - строгим, добрым. Он растворился в бессмысленной борьбе с жизнью после ранней потери жены.       - Твоей матери?       - Да.       Горо не решался нарушить молчание. Пришел её черед.       - Жизнь с ним научила меня горечи, но в ней всегда было место надежде.       - Кем была твоя мать?       - Техником. Не самым талантливым, но до одури трудолюбивым. Это всё воспитание бабушки из Советов, - Ви ухмыльнулась, глядя на полупустую банку в руках, - она работала в филиале корпы Тетратроник.       Такэмура на секунду заметил, как название «Тетратроник» Ви, разговаривая на развязном идеальном английском, из которого по идее состояла вся её ментальность, произнесла с виртуозно раскатистыми «р». В этом было что-то армейское.       - Она погибла в Норт-сайде, случайная жертва корпоративных разборок, - спокойно продолжала она, - просто оказалось меж двух огней. Просто не повезло.       - Мне жаль это слышать.       Ви соврала о смерти матери. На самом деле она покончила с собой, практически на глазах у маленькой девочки.       - Всё в порядке. Если бы этого не случилось, я бы не оказалась предоставленной сама себе, - отстраненно ответила наёмница. - Не узнала бы другой жизни. Не научилась бы несгибаемости. И вряд ли бы познакомилась с Джеки.       Воображение телохранителя каким-то флешбеком показало девочку-подростка, которая выглядела как мальчик. Как она вдыхает горечь свободной жизни, находит друзей и бросается в авантюры.       - Как тогда ты попала в Арасаку?       - Папа работал медиком, иногда в две смены. Он хотел, чтобы у меня было хоть какое-то будущее. Благодаря самоотверженности и умению экономить, он устроил меня в колледж. Я тогда помогала, подрабатывая в Эль Койоте Кохо барменом. Ну, и после мамы остались кое-какие деньги.       Хрупкая девчонка во взрослых шмотках стоит за стойкой и развязно общается с подвыпившими взрослыми дядьками, жадно впитывая истории о жизни.       - У тебя есть приятные воспоминания из детства?       - Да, - голос Ви потеплел. - Когда мне было десять, мать взяла меня с собой в её командировку в Советы, в Иркутск. На выходных она устроила нам трип по промышленным городам Сибири. Я плохо помню наше общение, хотя в нем точно было место доверию. Но я помню исполинские заводы и их басовое гудение, бескрайние пустыри, покрытые инеем. Помню, как она оставляла меня на время встреч техдиректоров в прокуренной подсобке для рабочих. Как они улыбались мне в перерыве и шутили между собой на непонятном языке. Это было красиво.       Десятилетний ребенок, укутанный в большой синтетический пуховик, сидит в машине, забравшись с ногами на заднее сидение, и смотрит в окно на бескрайний белый снег и серый лёд.       - А когда мне было шестнадцать, - она тепло улыбнулась, голос зазвенел, - отец как-то раз освободился пораньше и позвал меня в бар. В бар, представляешь? Я думала, он собирается меня запереть в квартире на несколько дней за татуировку, - она сделала несколько глотков, - а он сказал серьезным тоном: «Валери. Пойдем прогуляемся». В баре он угостил меня одним стаканом пива - больше не разрешал, ха - и сообщил о предстоящем обучении в колледже Арасаки. Мне стало не по себе от этой новости. С другой стороны, хотелось получить как можно больше знаний, найти в конце концов стабильную работу… Он тогда сказал что-то вроде: «Если кто-либо будет тебя доставать в этой корпе - всегда помни о наших вечерах на кухне. Помни о своем старике и о том, что за пределами порядка тоже есть жизнь. Я всегда буду на твоей стороне. Как же ты повзрослела, девочка». Он опускал потрясающие шутки. Даже, знаешь, возвращаясь с суточной смены, - я тогда училась на выпускном курсе, - он иногда заходил ко мне со словами «ну что, чертовка, всех там отделала?».       Она замолчала, погрузившись в воспоминания       - Я похоронила его несколько лет назад. Его ниша есть в Норт-Оуке, рядом с маминой.       Повзрослевшая девушка, похоронившая вместе с отцом детскую непосредственность, надевает черный с красным пиджак и брюки со стрелками. Тренирует перед зеркалом хищный взгляд и стальной голос. Учится стрелять без малейших колебаний.       - Ви, на счет Йоринобу. Месть - это не желание сердца. Мести требует последний долг перед покойным хозяином.       - Самурайская честь, а? - она грубо усмехнулась.       - Не издевайся, Ви. Я не самурай, - он смотрел куда-то в пустоту. - Но ты отчасти права.       - Тогда чего бы хотело сердце?       Горо закрыл глаза и задумался.       - Наверное, покоя, - потом добавил: - когда-то давно. Можно я спрошу? Ты думала о том, чтобы отомстить за смерть лучшего друга?       - Нет, - ответила Ви спокойно. - Мы, наёмники, знали на что шли. Налет на Конпэки был чудовищной ошибкой. Может, Йоринобу тоже знал в тот момент, на что шел…       - Предпочитаю об этом не думать, - телохранитель нахмурился.       - Но я рада, что мы познакомились, - продолжила Ви, - с тобой интересно.       - Благодарю. Это взаимно.       - Вам бы поспать, Такэмура, - тихо сказала Ви после затянувшегося молчания. Говорить о мести и о корпорации не хотелось.       - Слишком опасно. Нужно держать… палец на спуске, как вы говорите, - взгляд японца за секунду стал собранным. Вот он, боевой режим.       - Уже четыре часа утра. Если они не нашли нас до сих пор, то уже вряд ли поедут в этот притон на окраине мира. А если и так…       Она встала с кровати и подошла ближе к Горо, сложила руки на груди.       - То сегодня я буду твоим телохранителем.       Такэмура не умел доверять никому и ничему, кроме приказов свыше. Но сейчас больше всего на свете ему хотелось дать слабину, хотя бы на пару мгновений. Когда дружеские слова Ви успели вселить в него ощущение безопасности? В них была истина, ранее недоступная уже много лет: «ты не один».       Он вытянул ноги, положил ладони на колени и уперся затылком в спинку дивана.       - Отдыхай, самурай, - из её тихого голоса сочилась теплота и уверенность, - впереди много трудностей.       - Kono jinsei wa… k’soda, - промычал Такэмура, закрыв глаза.       Ви слегка наклонила голову вбок, вчитываясь в подсказки лингвоимпланта, и усмехнулась. Сквозь навалившийся сон Горо пробормотал её же нецензурные слова, брошенные недавно на стройплощадке.       - Я буду рядом, Горо.       Перед тем как провалиться в небытие, он на секунду почувствовал тепло чужой ладони на лбу и виске. Наверное, показалось.              - Ви устроилась на продавленном кресле рядом, прямо напротив двери в номер мотеля. Едва слышно мыча под нос пришедшую в голову старую мелодию, она положила на колени подобранную накануне винтовку, достала из рюкзака какие-то жестяные флаконы и сверток с почерневшими щеточками. Она искусно порхала рукам по механизму оружия, стараясь не будить Такэмуру. На журнальном столике, прямо под правой рукой лежал Малориан, снятый с предохранителя.       - Ты не перестаешь удивлять, Ви, - Джонни проявлялся медленно, боясь её отвлекать, и устроился рядом.       - Здравствуй, рокербой, - она улыбнулась, не отрываясь от винтовки. - Ты всё ещё злишься, что я не послушала тебя и вернулась в квартиру триста три?       - Не, - он взглянул на дверь через темное стекло очков, затем на бесшумно спящего Такэмуру. - Хотя в других обстоятельствах стоило бы. Пока вы говорили по душам, я подумал, что наш ронин еще может пригодиться.       - Неужели? Хочешь спровоцировать саботаж ключевых сотрудников Арасаки? - она на секунду перевела недоверчивый и едкий взгляд на то место, где была энграмма.       Он на минуту задумался, потом ответил:       - Что-то мне подсказывает, что ты должна его спасти. Пока не могу сказать, от чего.       Ви остановила взгляд на лице Джонни, сжимая дуло винтовки.       - Я цифровой жопой чую. Либо он поможет тебе в ключевой момент очень трудного решения, либо… - рокер на секунду замолчал, - либо забьет последний гвоздь в крышку твоего гроба, стоит только тебе признать в нём друга.       Наёмница вернулась к чистке штурмовой «Масамунэ», пряча глаза.       - Я бы хотела стать его другом, - хмель сняло рукой, вернулся только остаточный адреналин.       - Я знаю, Ви, - Сильверхэнд закурил несуществующую сигарету, - как и знаю, что ты хотела кинуться ему на шею по пьяни.       - Заткнись, Джонни, - она упрямо пыталась сосредоточиться на крошечном болтике в корпусе.       - И я почти не осуждаю тебя.       - Врешь, - бросила она, уже зная ответ.       Нет, он не врёт. Не зря она научилась за всё это время отделять их мысли друг от друга.       - В мире мёртвых тебе не обойтись без живых напарников. Если всё же захочешь закончить игру по-своему, не потеряй его, Ви.       - Постараюсь, - она вздохнула после паузы и отложила винтовку.       Если бы у безымянного рядового сотрудника штурмовой группы Арасаки был зрительный имплант, детектирующий угрозы на расстоянии нескольких километров, он бы увидел на юго-западе города крошечное красное пламя её глаз, обращенных на дверь. Всё было в порядке.

***

      Через час после пасмурного рассвета Горо Такэмура открыл глаза. Тишина нарушалась только редким гулом проезжающих машин. Наемница сидела на диване вплотную к нему, подтянув одно колено к груди и склонив голову на его правое плечо. Спит. Он осторожно освободился от прикосновения, бережно переложив голову девушки на спинку дивана. Та слегка поморщилась чему-то, скорее всего увиденному во сне.       На экране одноразового смартфона светилось сообщение.       От Ви:             Всё чисто. Вакако передала сообщение о прекращении погони. Я больше не могу, простите       Горо посмотрел на её лицо. Расслабленное, изможденное, с острыми чертами, грязным пластырем на бледной щеке. На оголенных плечах в утреннем холодном свете разливались синяки. Её ладонь лежала на грубом серебристом пистолете. Крупнокалиберный, скорее всего шумный и непредсказуемый. Почему-то неподходящий ей, так подумал Горо. Наверняка украла, воровка. Он оглядел столик: шесть пустых банок из-под джин-тоника, открытый пакет со снеками. Рядом, на кресле - расстегнутый пояс наёмницы и кожаные краги. На выцветшем ковре её чёрный рюкзак с многочисленными ремешками. У рюкзака, прислоненная к столику дулом, штурмовая винтовка.       Такэмура бесшумно зашел в ванную и умылся холодной водой с душком химикатов. Из зеркала не него смотрел поверженный воин, с не по годам глубокими морщинами и бельмом изнеможения на глазах - следы бессмысленной битвы, которая еще не окончена. Эта ночь, наполненная внезапным покоем, - лишь небольшая передышка перед следующим раундом.       Он открыл на одноразке единственный диалог и напечатал:             Не извиняйся, Ви       Подумал минуту, проводя большим пальцем над клавиатурой, потом написал ещё:             Мне нужно отправиться на разведку. Есть незавершенные дела. Я буду тебе писать.             «Сделай всё, что можешь, а в остальном положись на судьбу».             Мы еще увидимся. Не натвори глупостей.       Сердце на мгновенье сжалось. Он взглянул на спящую наемницу.             Спасибо тебе за всё.       Он взял пальто и тихо вышел из номера грязного мотеля. Горький запах бензина и пыли наполнил легкие. Горо устало улыбался.       Ви резко проснулась от лязга неизвестного ей грузовика за окном, повернула голову туда, где был Такэмура, когда она заснула несколько часов назад. Его, конечно же, не было. Наёмница снова закрыла глаза.       Разговор с Ханако не принес ни малейшего смысла, как казалось. Весь их с Горо длинный и крайне рискованный план, все проведенные в сомнительных местах Найт-Сити вечера за разведкой и планированием операции - всё могло бы показаться бессмысленным. Если бы не Такэмура.       Она проверила почту. От Горо пришло несколько сообщений - видимо, написал ей перед уходом. Это радовало. Она прочитала его слова несколько раз, глупо улыбаясь, потом посмотрела в окно, обдумывая что-то. И вдруг беззвучно засмеялась и заново открыла интерфейс.             Горо, хотите анекдот?       Ответ последовал почти сразу, будто он тоже сидел и читал переписку в этот же момент.                    Что за анекдот?             В дверь постучали четыре раза. «Половина осьминога» - подумал Горо Такэмура и выстрелил из дробовика.       С лица Ви не сходила ребячески нахальная улыбка. Диалог молчал примерно минуту. Потом по интерфейсу недолго запрыгали точки.             Это не смешно.       Ви в голос засмеялась и встала с дивана, когда рядом вновь появился Джонни, сокрушенно потирая ладонью лоб. Веселье прервали приближающийся звук шагов из-за двери - шаги незнакомые. Ви и Джонни одновременно повернулись к двери.       - Палец на спуске, Ви, - зачем-то шепотом сказал Джонни, - если постучат, разноси дверь к хуям.       Ви сделала несколько очень медленных шагов к двери, сжимая дрожащей рукой пистолет. Стук действительно раздался (постучали три раза). Скорее всего, это был не Такэмура.       - У меня послание! Для Ви! - раздался из-за двери скрипучий женский голос.       - Не открывай! - прошипел Джонни.       Ви не ответила, и подошла еще ближе к двери, аккуратно заглянула в глазок. За дверью стояла потрепанного вида девушка и нервно курила сигарету, осматриваясь по сторонам. Людей за ней не было, только машины, лениво ползущие по шоссе.       - Только без фокусов, - крикнула Ви и неуверенно открыла дверь.       - Ну наконец-то, - закатила глаза незнакомка и прошла мимо наёмницы. - Фу, блядь! Это что, кровь на стене?       - Ага… Мотелю последней звезды стоила, - промямлила Ви, не сводя с девушки ошарашенный взгляд. - А где это… послание?       - Оно перед тобой, - девушка развалилась на стуле у поцарапанного стола и затянулась тонкой сигаретой в последний раз, перед тем как затушить. - Сейчас начнётся.       - Что начнётся?.. - поморщилась Ви, медленно опускаясь рядом.       Незнакомка плотно закрыла глаза, опустив руки на колени. Несколько секунд она молчала, будто настраивалась на медитацию, или что-то в этом духе. Потом её глаза открылись, светясь ярко-оранжевым, осанка сделалась прямой и строгой. Она изящно сложила руки перед собой на столе, отодвинув дымящуюся пепельницу.       - Кукла. Как я блядь не догадался, - сказал Джонни, прислонившись плечом к стене рядом с незнакомкой.       - Или прокси, - подумала Ви.       Девушка, переменившаяся всем существом, наконец заговорила:       - Я должна кое-что прояснить, - голос прокси поменялся со скрипучего и грубого на мягкий и строгий. - Моё мнение не изменилось.       - Ханако..? - прошептала Ви.       - Но я больше не могу себя обманывать. Я верю тебе.       - Как… как вы меня нашли? - у Ви закружилась голова. Она только теперь поняла, что не дышала уже какое-то время.       - Такэмура сказал мне, что ты находишься здесь.       В животе что-то дискомфортно сжалось. Неужели, как только Горо ушел от неё, то сразу связался с Ханако?       - Но это неважно, - продолжила прокси чужим холодным голосом, - если Арасака кого-то ищет, то рано или поздно находит.       - Такэмура жив? - нарочито нейтрально спросила Ви, сжав зубы. Она знала, что жив, но было бы ужасно неправильно выдавать их совместную ночевку здесь.       - Он в безопасном месте, - сразу ответила девушка.       Наёмница старалась дышать ровнее, не сводя глаз с куклы.       - И… что теперь?       - Йоринобу нанёс удар в самое сердце корпорации, - начала Ханако тихим голосом. - Надо действовать, пока рана свежа. И ты мне поможешь. Ты - живое доказательство его преступления.       Ви почему-то стало смешно. Ханако через прокси на серьезных корпоративных щах почти слово в слово повторяла слова Горо в заброшенной квартире номер 303.       - Пытаетесь мне условия ставить? - Ви ядовито усмехнулась. - Вы, кажется, не в том положении.       - А что если тебе всё же… придется сотрудничать? - голос Ханако должен был звучать угрожающе в других обстоятельствах. Сейчас это прозвучало скорее жалко.       - Для этого придется послать толпу кукол, - уверенно ответила наёмница. - Вы говорите через эту, потому что вы одна. И вам не к кому обратиться.       После слов Ви прокси как-то неуверенно заёрзала на стуле.       - Это правда, - наконец призналась Ханако и сделала паузу. - Каковы твои условия?       - Расскажите мне всё, что знаете о «Микоси».       - «Микоси»… - Ханако посмотрела куда-то перед собой и продолжила, - один из главных проектов моего отца. Это своеобразная библиотека с конструктами. Оцифрованными душами. Но, как ни крути, там ты спасения не найдешь. Ты ничего не знаешь ни о биочипе, ни о процессе создания энграммы.       - Как категорично, - съязвила Ви. - Мне удалось найти Андерса Хелльмана. Он дал мне подробную информацию и документацию биочипа. Нашла его в конвое Кан Тао.       - Это должно помочь, - лицо прокси всё еще было непроницаемым, - я свяжусь с ним. Заодно напомню, что из Арасаки не уходят через черный ход.       - Пока это всё, - выдохнула Ви, - что теперь?       Она выжидающе посмотрела на прокси, а потом на Джонни.       - Предлагаю встретиться лично. В «Углях», в центре города, - наконец сказала прокси. - И вот, что важно: и тебе, и мне сейчас следует быть очень осторожными.       После этой фразы глаза прокси погасли и сменились обратно на игривый карий. Она улыбнулась Ви, взяла из кармана новую сигарету и направилась к выходу. Наёмница так и осталась сидеть на стуле, не оборачиваясь, пока наконец не встретилась взглядом с Сильверхэндом, молчавшим всё это время.       - Знаешь, что я думаю? - спросил он, когда дверь за куклой закрылась. - Было бы проще, вломись сюда спецназ Арасаки.       - Тебя так от прокси так покоробило?       - Меня? - рокер подошел ближе и оскалился. - Да иди ты…       - Но я согласна, - перебила его девушка, - мне всё это тоже не нравится. Буду очень осторожна с ней, или какую она там воду наплела…       - Да уж, не говори, - Сильверхэнд закурил и присел на кровать.       - Спецназ всегда проще, Джонни. А это, - она указала пальцем на дверь, - игра совершенно другая. И если она хочет теперь играть по таким правилам, то ради бога. Ты сам видел, сколько ошибок она допустила за десять минут разговора.       - Не понимаю о чем ты, - скривился он.       - Зато я понимаю. Угораздило же тебя попасть в голову корпоратки со стажем, - усмехнулась наёмница.