Не отпущу

***

Кабинет Чисаки всегда был таким же, как и он сам, строгим, выверенным до последней детали. Светлые стены оттеняли массивную тень тяжёлого дубового стола. Вдоль одной стены книги, документы, схемы. Всё лежало на своих местах, как будто хозяин выйдет из-за угла с минуту на минуту и снова приметься за работу. Воздух был застоявшимся, в нём витала слабая, еле заметная нота антисептика и лекарств, смешанная с железом холодного металла и кожей кресла. Но сейчас… за столом сидел не он. Куроно нервно постукивал пальцем по поверхности стола. Он выглядел непривычно сдержанным, и это говорило о многом. Вокруг, стоя или сидя, собрались все восемь неудержимых, элитный отряд клана восьми заветов смерти: Раппа с нахмуренным лбом, мрачно разглядывающий пол. Мимик, скрывший взгляд, и качал ногой думая о своем. Тенгай, словно каменная статуя, сидел в дальнем углу. Ходжо, сцепив пальцы в замок. Сецуно с тяжёлым, мрачным взглядом. Рикия с плотно сжатыми губами непонимающий что вообще происходит. Сорамицу рассеянно крутил пакет с чипсами, в обычное время уже съел бы не вместе с упаковкой, но аппетита не было. Дейдоро развалился на диване поглаживая бутылку саке и иногда икая, привычка пить везде у него была на месте. Все они своего рода хищники, и сейчас они были на нервах. Потому что их вожак исчез. Немото вошёл в кабинет быстро, самый последний. В его движениях не было привычной неспешности. Он прошёл через комнату, не бросая ни одного слова, и опустился в кресло, взгляд скользнул по лицам. - Что нового мы узнали по последним событиям? Куроно встал. Его голос прозвучал резко, хрипло. - Водитель недавно пришёл в себя. Мы сразу же допросили его. Все притихли. Внимательно слушая и затаив дыхание. - Он сказал, что к машине подошёл какой-то пацан. Маленький, щуплый, в капюшоне. Его лицо было будто закрыто дымом, поэтому водитель ничего не разглядел. Он наклонился к стеклу, и постучал по нему. Водитель от растерянности припустил стекло спрашивая что тот хочет и… всё. Затем наступила темнота. Очнулся уже в в нашем больничном крыле. - А что с ним было? - буркнул Сецуно. Наклоняя голову. - Токсины. Сложный состав, неуловимый большинством тестов. Работали точечно отключили сознание, но не вызвали никаких следов боли или повреждений. И до сих пор врачи не могут вывести всё это полностью. Тишина стала почти гнетущей. Хари подошёл к краю стола и опёрся на него, стиснув кулаки. - Эти два дня мы пробивали камеры что находились в округе. Обратились к специалистам с цифровыми причудами, досконально все изучили. Но все камеры этого района просто были сломаны, и была только одна единственная рабочая видеокамера но даже там… видео поток оборван. И не просто стёрт он грамотно обрезан. С хирургической точностью. Нам оставили кусок. Нам дали увидеть ровно столько, сколько хотели. - Значит, игра, - глухо произнёс Мимик. - Он играет. Или они. Мы так и не выяснили работает там какая то группа людей или только один человек. Тенгай поднял голову. - Что мы видели? Куроно тяжело выдохнул. - Камера зафиксировала, как босс вышел из машины. Как обычно направился в сторону здания. Затем остановился… и почему то свернул в переулок. Видно, что кто-то стоял в тени. Маленький. Щуплый. Не больше ста шестидесяти шести сантиметров ростом. Потом быстрое движение, битой. Недолгое сражение. Укол. Чисаки падает. Но что странно босс не использовал причуду. В такие критические моменты он бы точно использовал ее. - И что потом? - прошипел Сецуно, резко обернувшись. - А потом… этот парень, пацан, подросток, кто бы он ни был просто поднимает его. С лёгкостью. Бросает на плечо, как будто тот весит не больше мешка муки. И уходит. Но перед тем, как свернуть за угол, он смотрит прямо в камеру… и показывает язык. Улыбается. Его глаза были зелёными. Очень яркие. Почти светящиеся. Если это не линзы, это… что-то другое. В комнате наступила звенящая тишина. - Он издевается… - зарычал Ходжо. - Специально. Он показал себя. - И как наш глава вообще мог… так просто попасться?.. - пробормотал Рикия, отводя взгляд. Немото закрыл глаза на миг. В горле пересохло. Он знал, каковы способности Чисаки. Знал, как он реагировал на угрозу. Но что-то пошло не так. Слишком быстро. Слишком чисто. Без шансов. - Он был под наркозом. Похититель точно знал, где он будет, знал его маршрут, знал, как вырубить водителя. Всё было выстроено. Это не случайность. Плюс босс отправился на совещание, но в здании в котором оно должно было пройти никого не оказалось. Значит кто то взломал наших бизнес партнёров и отправил сообщение от их лица. - Это месть? - вдруг спросил Сорамицу, не глядя ни на кого сжимая пакет чипсов. - Или они хотят выкуп? Что они вообще хотят. - Это… - тихо сказал Хари - похоже на одержимость, как бы глупо это не звучало, если судить по выражению его лица. Улыбка… была не злорадной. Она была счастливой. Он смотрел в камеру, как будто хотел сказать: "Я его забрал. Он теперь мой." Слова повисли в воздухе. И всем вдруг стало ясно. Это не было обычное похищение. Это было начало чего-то куда более пугающего. Куроно сжал кулаки, и снова его пальцы глухо стукнули по деревянной поверхности стола. Пальцы ныли, кожа на костяшках была натёрта он бил по этому столу уже не первый раз. - В переулке нет ни отпечатков, ни следов борьбы. Вообще ничего. Как будто он призрак. Ни оброненных волос, ни пылинки. Либо он работал один, как безумный гений, либо у него есть группа. Всё это не мог сделать один человек без влияния. Он замолчал, и тяжёлое напряжение повисло в воздухе. - Тогда… что теперь? - нарушил молчание Тенгай, тихим, гулким голосом, словно колокол на пустом поле. - Что делать дальше? Хари поднялся с места, глаза сверкнули под маской. - Прочешем весь город снова. Верхние районы, нижние кварталы, подземные переходы, заброшенные здания. Даже наведаемся в гости в другие кланы. Всё. Я в первый же день связался с парой знакомых в полиции. Они подключились, но за два дня ничего. Ни одной зацепки. Мимик кивнул. - Мы разделим всех по тройкам. Несколько смен, по группам. Так мы сможем охватить больше районов. И… быть быстрее. Мы не можем себе позволить быть медленными. - А что в самом клане? - вдруг хрипло спросил Дейдоро, потирая шею. - Я слышал, люди начинают волноваться. Говорят, наш глава… исчез, как ребёнок, и никто его не может найти. Куроно и Немото на мгновение застыли. Их спины напряглись и они уставились друг на друга. Сецуно добавил холодно, почти мрачно. - Идут слухи. Некоторые старейшины что-то шепчут. Не напрямую, но… чувствуется, что что-то назревает. Хари ударил кулаком по столу. Звонкий, сухой звук пронзил тишину, отразился в стенах, словно рикошет. - Довольно. Мы найдём босса. Найдём. Мы просто ещё не понимаем масштаб этой игры. Но мы войдём в её правила, и разнесём их к чёрту. Все. По местам. Начинайте. Молчаливые кивки. Тяжёлые шаги. Один за другим, все неудержимые покидали кабинет, оставляя за собой пустоту и гул недосказанных мыслей. Куроно стоял у стола, плечи ссутулились. Он тяжело опустился в кресло, пальцы дрожали, пока он снял маску. Лицо было осунувшимся, под глазами, синие тени, взгляд тусклый. Он закрыл лицо руками, вдавил ладони в веки. Два дня. Два проклятых дня. И ни черта. Он не спал, не ел. Чисаки был его другом. Лидером. Тенью и щитом, в котором он был уверен. А теперь, просто исчез. Стерт. Похищен. Как будто его стерли из мира. Внезапный стук в дверь. Он резко поднял голову и схватил край маски своей рукой, что бы быстро надеть но застыл. В дверях стоял Раппа без маски, уязвимый. Молчаливый. Мрачный. Вечно шумный, сейчас тихий. Не проронив ни слова, он вошёл в кабинет и… опустился на колени перед ним, смотря ему прямо в лицо. Взгляд ясный. Грубый, но настоящий. - Хари - проговорил он тихо, почти шёпотом. - Ты выдохся. Он хотел было возразить, но голос предал его. Но только сглотнул. - Я не могу позволить себе быть слабым… пока его нет, я должен быть во главе… я должен всех вести… Если не я…то кто…? Кендо медленно качнул головой. - Ты не слабый. Просто… ты человек. И мы его найдём. Я поклялся сражаться за него ради тебя. И я сделаю это. Но ты… не падай, ладно? Он протянул руку и сжал запястье Куроно, будто пытаясь вернуть того обратно из бездны истощения и ярости. И в этом моменте, в тишине, среди гулких стен, среди боли и бессилия, вдруг, пусть на секунду, не было одиночества. Хари медленно опустил голову, позволив себе короткий выдох, выдох, в котором дрожало всё, усталость, тревога, страх и невозможность показать ни малейшей слабости. Он закрыл глаза на миг, опустив голову и уткнувшись лбом в плечо Раппы, его голос прозвучал глухо, будто изнутри стены. - Старейшины уже… суетятся. Шепчутся. Думают, что босс мёртв… и говорят, мол, пора думать о новом лидере. Пальцы Кендо крепче сжали его руку, и он ощутил, как широкая ладонь тёплая, шершавая, бережно начала тереть его кожу, будто пыталась согреть его до костей. Молча. Без слов. Сурово, но с каким-то звериным пониманием. - Это ведь глупо, - продолжил он почти с горечью, - ведь… он не мог погибнуть. Он не мог исчезнуть вот так… - он сглотнул, - не он... Раппа кивнул, молча, почти незаметно. Он не умел говорить длинно, зато его действия были громче всяких речей. Он молча взял его руку обеими руками и, прижимая её к своей груди, начал аккуратно греть, потирая суставы, будто знал, это единственный способ хоть немного снять с того напряжение. - Наверное, ты прав, - тихо выдохнул Куроно. - Я… выдохся. Кендо хмыкнул, а в его голосе прозвучала грубоватая, тёплая уверенность. - Ну так это и видно. Ты как выжатый лимон. Свалишься ещё кто нас поднимать будет? Он усмехнулся, не отпуская руки, и добавил, уже мягче. - Босс сильный. Сломать его… это надо быть не человеком, а чудовищем. А даже тогда, он сам кого хочешь сломает. Он вернётся. Может, сам кого-то в стену впечатает и придёт в клан с фразой "Вы что, не дождались?" Хари слабо усмехнулся, уголки губ чуть дрогнули. - Составишь мне компанию, громила? Раз уж я всё равно вырублюсь с минуты на минуту… Раппа фыркнул, но в его взгляде скользнуло что-то почти ласковое. - Ради тебя? Хоть весь день буду твоей подушкой. Он поднял руку Куроно к губам и коротко поцеловал её, жест совершенно несвойственный, грубый, но одновременно в нём не было ничего из показной нежности. Только молчаливое обещание: я рядом, и если будешь падать поймаю. Куроно закрыл глаза, впервые за эти дни позволяя себе почувствовать тепло. Их мир был не в порядке. Но в этой одной комнате, в этих нескольких минутах, было хоть что-то, за что можно было держаться. И этого сейчас было достаточно.

***

Коридоры базы были тихими в этот час, гулкое эхо шагов Раппы отражалось от стен, будто в пустом храме. Он нёс его на руках так аккуратно, словно тот был из тончайшего стекла. Хари молчал, полузакрыв глаза, и не сопротивлялся, впервые за несколько дней он позволил себе просто быть… в чьих-то руках. Кендо шагал уверенно, не спеша. В его лице не было ни капли обычной бравады, только сосредоточенность, тишина и сдержанная, глухая ярость, которую он прятал глубоко внутри. Он чувствовал, как тело Куроно стало почти невесомым от усталости, и от этого гнев внутри только разгорался: такого не должно было быть. Его возлюбленный не должен был вот так падать. Он остановился у знакомой двери, толкнул её плечом и вошёл. Комната Хари была небольшой, но светлой, с аккуратными стеллажами, мягким освещением и идеально заправленной постелью, или была, пока он не пересёк порог и не уложил любимого на одеяло. Он присел рядом, вздохнул, и потянулся, чтобы стянуть с него тугой плащ. Куроно лишь слегка поморщился, но не возразил. - Всё остальное оставь Мимику, приказ ты отдал, а мы будем ждать его выполнения. - мягко повторил Кендо, укрывая его пледом. - Он строгий, но справедливый. Всех построит и в два счёта отыщет хоть след. Ты же… теперь просто спи. Хари кивнул почти незаметно, веки дрогнули. - Только… не уходи, - пробормотал он устало, голос с хрипотцой, - не оставляй. Ты должен быть рядом и охранять мой сон. Раппа уже стягивал ботинки, и в следующую секунду забрался рядом, приподняв одеяло, обнял Куроно, прижимая его к себе, будто щитом. Грудь у него была широкой, тёплой, как плита, а сердце билось глухо и медленно, ритмично, словно метроном. Его большие руки обняли его надёжно, по-настоящему, и впервые за эти ночи тот почувствовал безопасность. Без слов. Без обещаний. Только тишина, крепкое тело рядом, и уверенность, что пока он рядом, никто не посмеет даже подойти. Хари вздохнул, мышцы понемногу расслаблялись. Голова покоилась на груди Раппы, его горячее дыхание касалось шеи, и в какой-то момент, среди чужого тепла, Куроно позволил себе провалиться. Не от усталости а от доверия. Он уснул быстро, тяжело, но впервые за эти двое суток, без кошмаров. Кендо молча лежал, не двигаясь. Он охранял. И думал о том как облегчить жизнь самого важного человека в его жизни.