Неизданное

Храз протянул Повелительнице треугольничек. «Странно, — пронеслось в голове. — Кто додумался отправлять мне письмо в таком виде?» Но Мэвис не стала слишком долго зацикливаться на этом. Она откинулась на спинке кресла, раскрыла треугольничек. Почерк точно принадлежал Лидии: завитки, закорючки — кроме тётки, Мэвис не могла припомнить живых родственников, пишущих такими же кривыми и непонятными буквами. Вот только, к огромному сожалению, Дракула распознала и без особого труда смысл слов баронессы: «Мэвис, ты должна это знать, — слова пошли по косой, что заставило Повелительницу малость изумиться. — Па... — ровная и чёткая линия зачёркивала два слога, но и без того стало ясно: речь идёт о Владе III. — Дедушка умер. У меня на руках. Его прах мы с Виолером развеяли неподалёку от его пещеры». Мэвис обронила бумажку на колени. Взгляд в мгновение стал стеклянным. — Что? — вырвалось из глотки, перекрытой комом, по вкусу походящим на пробку, которую окунули в стакан коньяка. Мэвис вновь читает письмо. Смысл слов тётки только дошёл до её сознания. Голова запрокинулась к потолку. Слёза затекла назад в глаз. «Дедушка. Дедушка умер», — так и играло в голове, проносилось перед глазами. Мэвис, оперевшись на трость, встала с кресла, подошла к серванту и открыла стеклянную дверцу, взяв в руки опустошённую наполовину бутылку и стакан. Дракула налила. Выпила. Зажгло. Очи сами собой прикрылись. Рука опиралась на трость, чтобы не повалиться телу на пол. Мэвис ещё раз вздыхает кабинетного воздуха, наполнившимся ароматом коньяка ещё пуще прежнего. Уж Мэвис думала, что спустя 5 лет после похорон Вовки она забудет, что такое пить на работе, проводить Советы вампиров, имея туман в голове, выигрывать, чёрт возьми, Вторую Тёмно-Светлую, испив перед подписанием договора два стакана. Не для храбрости. Чтобы сердце не болело. А сейчас? Дракула готовилась к балу, посвящённому победе. В рот не брала ни капли, уж думала, всё, конец перманентной пьянке длинной 5 лет. А тут... Мэвис сделала ещё глоток. — Вот и встретились, — прошептала она в потолок, а после вновь опуская взгляд на стакан. — Новая нянька, — горько усмехнулась Мэвис. — Для моего Вовы. Пара слезинок всё же упала на стол, намочив письмо Лидии.