Неизданное

Квазимодо поставил перед Мэвис ящик картошки. -Прошу, мисс Дракуля. - бывший звонарь запрыгал из подсобки, усаживая свою подругу на плечо. Эсмеральда вильнула голым хвостом, зорко глядя на графиню, которую тётя опять заставила работать. Мэвис тяжело вздохнула, но взяла в руки ножичек и принялась чистить картошку. -Где, где эта чёртовая справедливость? - она отпустила руки, картофелина, наполовину очищенная, полетела в ведро. Графиня проследила её полёт, прикрыла глаза, понимая, что дочистить-то её всё-равно придётся, встала со стула, едва не свалившись на затёкших ногах, наклонилась над ведром, доставая корнеплод. - Почему именно я? Будто у Квази нету зомби? - рычала она, выковыривая глазки. -Потому что отец тебя разбаловал. - по стенам пробежала вибрация. Лидия Дракула открыла дверь в подсобку, встала в ту же позу, что и тогда в сауне, и со своей дьявольской улыбкой смотрела на племянницу. -И где он меня разбаловал? - Мэвис выкинула картошину, взяла другую. - То скрипка, - пальцы ощутили всю боль от соприкосновения со струнами. - то фортепиано... -Тебе же нравиться фортепиано. - вскинула брови тётушка. -Да, но не в таком количестве. - Мэвис поднесла порезанный палец ко рту, посмотрела на ранку, она быстро затянулась. - А эти вечные физики, химии, биологии. Оно мне надо? - она смотрела на тётю. Глаза просили поддержать её, но баронесса хмыкнула. -Что лучше - драить всю жизнь полы или сидеть на Тёмном троне? - баронесса не забыла свои последние слова, которые она произнесла, уходя из сауны. -Спрашиваешь. Конечно на троне. - Мэвис опустила глаза в ящик. Она здесь надолго. -Ну, ну. - Лидия подошла к Мэвис, протянула ей с улыбкой до ушей картофелину, давая племяннице мнимую надежду, что тётя ей поможет. Мэвис сама усмехнулась своих мыслей. Графиня грубо выхватила корнеплод из рук Лидии, на что она только цокнула языком. - Помню, когда Марта была жива, мы часто с ней ходили к Розмаровым. - Лидия кашлянула. Говорить племяннице то, что её мать имела роман не только с её отцом, она не решилась. И дело было вовсе не в лишних вопросах, которые Мэвис стала бы ей задавать. Графиня захотела бы узнать подробности у отца, а тот очень уж не любит Виолера и всех, кто с ним связан, особенно связью "племянник-дядя". А крайней граф выставил бы сестру. А Лидии надо собачиться с братом? Нет. - Линнет нам играла на пианино, а мы слушали, танцевали. Марта приплясывала с Виолером. - Лидия осеклась, но Мэвис не подала виду, что последние слова тёти как-то её зацепили. Она так же продолжала чистить картошку. -Линнет? - отвлеклась девушка. - Случаем не Лоуренс? Гости говорили, что она умерла лет 40 назад. - сдержанно уточнила графиня. Лидия закивала. -У неё остался сын. Он растёт теперь с дядькой. - Лидия внимательно рассматривала лицо племянницы, надеясь, что оно озариться внезапным воспоминанием, но Мэвис только пожала плечами. -Да. Лукас, по-моему. Папа говорит, что он и его дядька жаждут забрать нашу власть. - Мэвис поймала Лидию за несвойственным этой женщине занятием. Баронесса приставила руки к коленям и сложилась в три погибели, издавая из своей глотки смешки. -Чего твой отец только не говорил. - смеялась она, выпрямляя спину и убирая с глаз слёзы. - Я слышала, что юный виконт Лоуренс, ты же знаешь, что он твой ровесник? - Мэвис выдала нервное "да". - Хорош собой. Умён, воспитан, пользуется популярностью у девочек в Академии. - игриво замечала Лидия. -На что ты намекаешь? - Мэвис отложила картошку, с вопросом смотрела на тётю. - Я - Наследная графиня и Наследный оппозиционер? - она хохотнула, поднимая руки к потолку. - Папа точно не одобрит. - улыбалась Мэвис. -Угу, с твоими бреднями о людях - Лидия в одну секунду вернула себя в форму, надев маску злой тёти. - будет Наследная графиня и человек. - выпалила она. - Вот это он должен не одобрить. А с Лукасом. Вы же... - Лидия закашлялась, махнула племяннице рукой, покидая подсобку. -Что с Лукасом? - кричит Мэвис ей вслед, но тёти и след остыл. Графиня хмыкнула, возвращаясь к своему занятию. Что недоговорила Лидия так и осталось для неё вопросом.

***

-Был? - Лидия пусть и сохраняла твёрдость в голосе, невозмутимость в лице, но при всём при этом чувствовала себя максимально паршиво. Когда-то ярко-голубые глаза племянницы потускнели. Баронессе показалось, что смотрит на неё не молодая женщина, которой едва исполнилось 130 лет, а древняя старуха. -Был. - твёрдо заключила она, но тётя видела, как нижняя губа племянницы предательски дрогнула. Мэвис опустила глаза в землю, положив обе ладони на трость. Так она простояла долгие пять секунд, тянущиеся вечность. Баронесса обратила внимание на кольцо с белым бериллом на безымянном пальце Мэвис. Точно такое же в своё время носила сестра Виолера Розмарова. -Лукас пытается как-то вернуть меня в... - Мэвис подняла глаза на Университет, задумалась. Один клык вышел наружу и лежал на губе. - Но и ему это нелегко даётся. - тихо говорила она, гуляя взглядом по кирпичам. -Лукас? - Лидие очень хотелось сменить тему. Женщина выпрямила спину, улыбнулась, надеясь, что и Мэвис ответит ей тем же, но Повелительница Тьмы посмотрела на Лидию пустым взглядом, пробирающим до мозга костей. По спине баронессы пробежали мурашки. Улыбка тут же сошла с уст. -Он же... - Мэвис махнула рукой, снова отворачиваясь от тёти. - Знаешь, Луки говорил мне, что у него есть мечта. - Мэвис посмотрела на тётю. Лидия сложила руки за спину, внимательно слушая речь племянницы. - Он хочет, чтобы у нас родилась дочь, которую будут звать Линнет. - голос Мэвис приобрёл что-то отдалённо похожее на радость. Лидие стало легче. Холодок, бегующий по спине, постепенно уходил. - Он сказал мне об этом за несколько дней до убийства. - Мэвис обернулась на слугу. Храз осторожно ступал по гравию, подходя к женщинам. Лидия проследила за мужчиной. -Повелительница, граф Лоуренс подъехал. - откланялся он. Лидия увидела искру счастья в серо-голубых глазах племянницы. -Лидия, - тихо обращалась она к тёте, видя, что муж уже вышел из машины, чтобы закурить. - отец всё-таки одобрил. Она перехватила трость левой рукой и поспешила, насколько ей позволяла нога, к Лукасу. - "Отец всё-таки одобрил" - пробормотала себе под нос Лидия, провожая Мэвис умиротворённым взглядом и вкладывая в эту фразу совсем иной смысл, ежели племянница.