Catch the Wave

      Холод, снег, адреналин — лучшие слова, чтобы описать его увлечение. Чувство, что все зависит от тебя, накладывает определенную ответственность. Ощущение доски под ногами, которая рассекает пудру, точно лезвие ножа. Трюки в воздухе, заставляющие сердце пропустить удар не только у самого себя, но и у зрителей. Зато когда приземляешься на ноги, а не лицом в сугроб, все ликуют. Минусовая температура кусает щеки, покрывая их ярко-красным румянцем, руки слегка мерзнут, но это меркнет по сравнению с тем самым чувством адреналина, когда идеально встаешь на борд после дабл корка. Ладони пробирает мелкая дрожь уже не от холода, а от учащенного пульса и сбивчивого дыхания. Он привык это ощущать. Каждая клетка его тела требует повторить и вновь доказать всем, что он лучший в своем деле.       Ландо Норрис профессиональный сноубордист, готовый порвать всех и вся на склоне. В детстве на горнолыжном курорте его взгляд поймал людей, которые съезжают с гор, почти попадая под лавины, выполняют вариативные прыжки и трюки. Его мама была лыжницей и думала, что сын последует ее примеру. Но Ландо хотел как можно больше драйва, его привлекала опасность. Он влюбился в этот спорт с первых секунд и был намерен получить от нового хобби все. Сначала это было обычное увлечение, но спустя месяц британец понял, что хочет быть лучше. Не только себя, но и остальных. Хочет бороться за титулы и медали. Страх закаляет, а он очень боялся провалиться. Не под снег, в своих собственных глазах. Поэтому усердно, очень усердно работал многие годы, чтобы стать тем, кем является сейчас. Рекламные, модельные контракты, миллионы подписчиков в инстаграме и настоящие друзья в жизни — все благодаря сноубордингу.       Утро. Шесть часов. Ландо досматривает сон, где он становится чемпионом мира под оглушительные крики сотни фанатов. Он поднимает кубок, блики от солнца на нем попадают прямо в глаза. Он счастлив. Но счастье не длится вечно, ведь ему звонит телефон. Парень раздраженно тянется к тумбочке и снимает трубку.       — Что тебе надо в такую рань? — сонным голосом спрашивает Ландо. Только один человек может позвонить так рано, не тревожась, что прерывает чей-то идеальный сон.       — И тебе доброе утро! Прости, что так рано, но информация действительно важная и срочная. Тебе нужно быть во Флориде к вечеру.       Ландо резко поднимается на кровати. Растрепанные кудри, заспанное лицо и мутный взгляд, пытающийся прямо сейчас прикинуть, сколько времени потребуется на сборку чемодана. Он в чертовом Лондоне, какая Флорида?!       — ...Зачем? — все же решил поинтересоваться Норрис.       — Спонсорская вечеринка от Monster Energy. Туда приглашены все выдающиеся спортсмены, спонсорами которых они являются.       — Это лесть?       — Возможно. Чтобы тебя завлечь. Ты любишь такие мероприятия. Музыка, алкоголь и диджеевский пульт, за который тебя пустят, я договорюсь. Там будут твои друзья, так что едь. Отказы не принимаю. К тому же, будут вручать некоторые премии.       — Уилл, у меня дома мало стекляшек? Но первая часть мне понравилась. Ладно, буду.       Джозеф, поблагодарив, скинул вызов.       Январь выдался прохладнее обычного. Даже не смотря на то, что Норрис привык к холоду, он успел ощутить каждую графу этого минуса, выходя на улицу. Такси до аэропорта задерживалось уже на пять минут, а ждать его в одном не очень теплом худи в минус семь — плохая идея. Но это же Майами, зачем лететь туда в пальто? Скажите «спасибо», что он стоит не в шортах.       Большой чемодан от фирмы TUMI был забит просто горой вещей, которые могут даже не понадобиться. Ландо всегда любил менять образы по несколько раз за день. В конце концов, посты в инстаграм за него никто не сделает, а там нужно представать по всей красе. Все для любимых фанатов. И спонсоров, конечно. Он потратил на сборку багажа добрых три часа, бегая по всей квартире в одних спортивках, и сгребая все, что попадется под руку. Официальный костюм, несколько рубашек, джинсы, даже ту футболку взял, что ему подарили фанаты после одного перфоманса в августе прошлого года. Честно, она была любимой. Минималистичный дизайн его борда и фамилия прописными буквами. Все в блестках, делающих черную шмотку заметной даже в темноте. Пара кроссовок, гаджеты, очки и хорошее настроение, которое сейчас портилось от невыносимого холода.       В аэропорт он попал через час. Таксист сильно извинялся за неудобства, но Ландо мысленно уже был на теплом пляже. Он даже готов был мириться с надоедливым песком, лишь бы добежать по нему к такой же теплой воде и утонуть в волнах с головой. Сидя в первом классе, Ландо снова заметил уведомление от Уилла, который просил его сделать как можно больше фотографий и постараться ни с кем не поругаться. О, пьяный Норрис за себя уже отвечать не будет. Все что происходит под градусом, остается под градусом, не переходя в трезвую голову британца. Самолет тронулся, Ландо лег на своем месте, предвкушая палящее солнце и тот самый диджеевский сет, который ему обещал менеджер. Он чувствовал, что вечеринка будет незабываемой.

🌊🌊🌊

      Макс Фьютрелл встретил его в аэропорту Майами. Хотя «встретил» — это скромно сказано, он буквально налетел на британца по спины, заставив того уронить купленный старбакс на плитку с отборным матом.       — Макс, какого хуя ты творишь?! — прошипел Ландо, вытирая брызнувшие капли кофе с джинс.       — Да брось, я тоже рад тебя видеть! Сколько прошло с последнего раза?       Парни сели на широкие черные стульчики по центру аэропорта.       — Два месяца. Чем ты занимался?       — Бренд твой развивал. Quadrant уже есть у каждого смертного, который хоть раз вставал в своей жизни на лыжи.       Этот бренд одежды Ландо придумал с Маком на пьяную голову, сидя в каком-то местном баре. Ром, текила, виски в основном помогли данной идее зародиться. А через неделю был утверждено название и были готовы первые эскизы. Как обычной повседневной одежды, так и спортивной экипировки для сноубордистов.       Фьютрелл приехал сюда на черном Mclaren 720S Spider, которых в Майами было пруд пруди. Будто каждый второй обладал такой машиной. Благодаря этому им удалось не привлекать к себе лишнего внимания.       Отель был поистине превосходным, хотя Норрис при броне подтвердил первый попавшийся. Пять звезд красовались на вывеске в объемной окантовке. Hilton с холла встречал гостей современным лаконичным дизайном. На ресепшене Ландо получил карту и двинулся на двенадцатый этаж. Макс жил в другом отеле, поэтому до вечера у Норриса было свободное время, в которое он планировал ничего не делать.       Ландо плюхнулся на двуспальную кровать прямо в уличной одежде, растекаясь по мягкому матрасу. От скуки открыл инстаграм и записал несколько сторис, спросив у подписчиков, куда они посоветуют ему сходить. Не то, чтобы Ландо никогда не был в Майами, нет, он был, но лишь пару раз, и то, сидел в номере двадцать четыре на семь, залипая с Максом в приставку с утра до ночи. Каждая такая посиделка садила его печень, но личный тренер и врач справлялись со здоровьем своего спортсмена. Ландо бездумно скролил ленту, смотря каждый попадавшийся ему эдит с собой с последних соревнований перед перерывом. Фанаты оказались довольно талантливыми людьми. Прошло по ощущениям часа полтора, пока ему не попался тот самый эдит. Не с ним, на видео был какой-то паренек с доской для серфинга. Просто нарезка с его, судя по всему, хобби. В описании были написаны инициалы и под ними курсивом выведено «Iceman». Ландо прыснул со смеху. Кто-кто? Айсмен? Да на вид этот парень даже в глаза снега не видел. Ландо зашел в комменты ради интереса, которых было невероятно много, все-таки видос залетел на несколько миллионов. Комментарии рассыпались в хвалебных словах, адресованных незнакомцу на видео. «Какой он красивый!!», «Звезда серфинга, я с него тащусь», «Надеюсь, он не женат. Боже, вот бы у меня был такой парень», «Оскар чемпион мира!!». Ну последнее явно бред. Обычные покатушки на воде, без заявки на что-то серьезное. Встал на доску, волна сама тебя держит, а вот в горах одно неверное движение и тебя вытаскивают из снега по частям. Не докрутил — свернул шею и все, конец. В воду можно бесконечно падать, из опасностей максимум акулы и отсутствие ветра, чтобы волны вообще появились. Ландо снова хихикнул и пошел собираться на мероприятие, размышляя о том, какие треки стоит выбрать, чтобы его диджей-талант оценили на славу.       Норрис переоделся в черную рубашку с закатанными рукавами, брюки в цвет, взял солнцезащитные очки и спустился в лобби, где уже поджидал британец, с которым они все на той же машине отправились на спонсорскую вечеринку.       Она проходила в ресторане, который располагался прямо в двух шагах от пляжа. Багровый закат пылал в небе, подкрепляясь и фонариками уличной веранды, на которую уже потихоньку перебирались гости с главного зала. Все-таки сменить холодный, одинокий Лондон на живой, притягательный Майами было хорошим решением. Парни прошли сквозь толпу к бару, куда изначально и целился Ландо. Британец был настроен обнулиться по полной, раз уж предоставилась такая возможность. Они сели за барную стойку. Макс заказал легкий коктейль, Ландо — свой любимый джин-тоник. Прямо за их спиной находилась импровизированная сцена для вручения премий, украшенная множеством растительности, в том числе и здешних цветков, которые росли перед каждым домом. Первый глоток растекся по телу приятной теплой волной, отбрасывая лишний шум от предстоящего сезона на задний план. Ландо всегда волновался перед стартом. Каждый чертовый раз, несмотря на все годы, проведенные на доске, у него всегда слегка дрожали пальцы и в груди клубилось чувство «а что, если...». С таким настроением тройной корк не прыгнешь, а неуверенность в таких случаях чревата травмами, очень серьезными. Поэтому он раз за разом заново успокаивал самого себя, пока натягивал лыжные очки. И выходя на старт с пустой головой, но с горячим сердцем, был уверен, что все пойдет именно так, как хочет он. Думал, не как поведет себя снег, не про возможную лавину, а про себя, борд и адреналин.       — Не знаю, что они туда добавили, но это обалденно, — расхваливал жидкость в бокале Макс. Потом посмотрел на Ландо. — Друг, ты бы повременил. Еще даже не все гости приехали, а ты уже пятьдесят грам опрокинул.       — Это для храбрости, — подмигнул Ландо.       — О-о, тебе ли говорить о храбрости.       — Сказал тот, кто выиграл Формулу-4, — он закатил глаза.       — Нашел, что вспомнить. Когда это было, — усмехнулся Фьютрелл.       — Да брось. Ты был легендой. Ну и что, что больше не гоняешь.       — М, кстати! Видел список гостей?       — А должен был?       — Нет. Просто тут будет один очень клевый чел. В начале прошлого года дебютировал, а уже смог завоевать чемпионство.       Норрис подавился алкоголем. Чемпионство?!       — Чемпионство?! Что? В первый год?!       Макс замолчал, понимая, что сказал лишнего. Ландо уже пятый год не может подобраться к титулу. Да, он лучший из всех на склоне, но когда дело касается самого ответственного момента, всегда что-то идет не так. В том году он остановился на втором месте, и в новом сезоне будет бороться до конца за первую строчку.       — Да... Прости, Лан. Знаю, больная тема, — осторожно продолжил Макс.       — Сто процентов выскочка. А что за спорт?       — Серфинг.       Ландо рассмеялся в голос, под непонимающий взгляд друга. До слез в уголках глаз.       — Серьезно? Серфинг? Это те самые, которые по пол дня ждут пока ветер подует на их драгоценную воду? Не смеши, там есть титулы? Я думал, это занятие души для двойников Нико Росберга.       Макс в ответ лишь цокнул, открыл какую-то сводку новостей и тыкнул ее Ландо в лицо. Норрис нахмурился, пытаясь сфокусировать слегка поплывший взгляд.       «Молодой талант из Австралии взлетает ваше всех в турнирной таблице, тем самым побив все рекорды! Новичок Оскар Пиастри становится чемпионом мира по серфингу в год своего дебюта! Что за невероятное выступление!».       Норрис поджал губы. На фотографии в статье был тот самый тип из рилса. Этот пацан забрал кубок, не успев даже испытать, что такое конкурентный дух! В этом спорте что, кто угодно может стать чемпионом? Эту мысль он озвучил вслух. Макс дал ему по затылку, напоминая, что Ландо тихо разговаривать не умеет, и на них обращено уже несколько удивленных взглядов.       — Ты бы потише был. Может, он уже тут.       — Да мне похуй, Макс! И я в глаза ему это скажу! Как там его... — Ландо пощелкал пальцами в воздухе, делая вид, что не помнит имени.       — Оскар Пиастри.       — Да, вот! Он бы и секунды не продержался в суровом холоде, в котором я провел пол жизни! Плавает в своей теплой водичке где-то в Калифорнии и купается в лучах славы с первого года. Сынок богатых родителей.       — Лан, твои родители миллионеры, — напомнил Макс.       — И что? Я всего добился сам, а этому точно помогли, — он снова открыл ту статью и приблизил лицо австралийца. — Вот, посмотри. Такое слащавое лицо только деньгами в спорт пробивается.       — Ты пиздец неприятный сейчас, мужик.       — Это я еще сдерживаюсь. Тем более всего пятьдесят грам, — Норрис сунул телефон в карман.       Постепенно людей становилось все больше. Спонсоры, инвесторы, еще какие-то незнакомцы, которым приходилось вежливо улыбаться, кивать, жать руки. А ведь Ландо был очень знаменит и его знали чуть ли не все собравшиеся. Двадцать восемь миллионов подписчиков в инстаграм — еще бы он был обычным прохожим с улицы. Но Ландо не страдал от этого внимания, он его обожал. Ему нравилось разговаривать со многими людьми, шутить, пить. Он был молод, всего двадцать три года, поэтому эта шумиха не утомляла, наоборот, разжигала что-то внутри, заставляя все больше и больше вливаться в атмосферу общего веселья.       Музыка сделалась тише, чтобы не заглушать голоса двоих ведущих, вышедших на сцену. Ландо спрыгнул со стула и прошел к общей толпе, поправляя воротник рубашки.       — Дамы и господа, рады приветствовать вас на нашей ежегодной премии Monster Winner, на которой мы награждаем лучшего спортсмена, спонсором которого является Monster Energy! — начал мужчина. — Хотим выразить огромную благодарность всем вам за вклад в развитие своего спорта и поздравить вас с достижениями, которых вы достигли за этот год! — продолжила девушка. — А сейчас, на эту сцену мы хотим пригласить спортсмена, который достиг невероятного успеха в своем дебюте! Он выиграл чемпионство в первый год участия в таких крупных соревнованиях! Оскар Джек Пиастри, просим на сцену! Ландо не поверил своим ушам. Но этого было и не нужно, он мог увидеть глазами. Из толпы на сцену вышел молодой высокий парень с идеально уложенными волосами, в белой рубашке, и со слегка смущенной улыбкой. Она выглядела... натянутой? Парень подошел к ведущим, которые тут же вручили ему стекляннуюю статуэтку в форме кубка, но стилизованного под волны. Подготовились в этом году, ничего не скажешь. У Ландо пять таких стоит и все, как одна — одинаковые. А тут такая есть какому-то дебютанту. И как-то он слишком молод. Ведущие передали австралийцу один из микрофонов под ослепительные вспышки камер. — Спасибо, — Оскар взял микрофон. — Спасибо всем вам. Я никогда не думал, что смогу такого достичь, тем более в дебютный сезон. — Какого это, получить чемпионский титул в таком раннем возрасте? — походу мужчина на пол ставки работал и интервьером. — Да, это определённо невероятные ощущения. Мне всего двадцать один, а я уже чемпион мира. Это возлагает некоторую ответственность, но в то же время я теперь знаю, на что способен, — его ответы были четкими, словно по бумажке, несмотря на то, что Оскар иногда запинался. — Планы на следующий год? Еще один титул? — подключилась девушка, улыбаясь голливудской улыбкой. — Эм.. Слишком громко сказано, — он усмехнулся, сжимая в руке премию «Лучший спортсмен года», — но я постараюсь сделать все, что в моих силах. Просто работать на максимум, как и всегда. Тогда и будет результат. Нет предела совершенству.       — Это очень правильные слова, Оскар. Спасибо тебе!       Толпа зааплодировала, прозвучало восторженные крики. Видимо, среди некоторых моделей, которых пригласили для красивой картинки, были фанатками малыша Оскара. Малыш Оскар. Ландо выбрал эту кличку по умолчанию. Он даже не особо слушал его ответы. Просто стоял, погруженный в свои мысли. Если Пиастри весь из себя такой популярный, почему он его не знал? Ландо злился, ведь ехал с намерением забрать шестую статуэтку себе, а тут какой-то юго-восточная выскочка забрала его трофей.       Далее последовало награждение в других номинациях. Ландо досталась за «Самый красивых трюк». Это было чертовски правильной формулировкой. В сентябре он почти установил мировой рекорд по количеству оборотов в сальто. Почти.       Норрис ткнул локтем Макса в бок, привлекая внимание друга.       — Что?       — Я очень хочу нажраться.       — Ты расстроился из-за премии? Лан, серьёзно?       — Я где-то сказал, что расстроился? Просто хочу нажраться.       Парни вернулись на бар. Ландо заказал виски, давая понять Максу, что хочет убить печень в этот вечер по крупному. Темная жидкость плеснулась в бокал со льдом. Ландо опустошил его одним глотком, а то время, как Макс тупо уставился на друга.       — Ландо, — попытался остановить друг.       Но Ландо не слушал. Он заказал второй. А потом третий. Макс знал привычку друга в алкоголь в период зимнего перерыва, но осуждал ее. Сам не был сторонником этой привычки, да и за организм Норриса переживал. Все-таки молодой, так еще и профессиональный спортсмен.        Уилл обещал работу диджея, и он это обещание сдержал. Ландо управлялся с диджейским пультом с такой легкостью, будто рассекал рыхлый снег на еще девственно чистом склоне. Пальцы летали над кнопками, переключая треки, дополняя биты различными специальными звуковыми дорожками. Все голоса на заднем плане затихли. Остался лишь приятный гул где-то в висках.       Пока Ландо был в моменте, Фьютрелл по быстрому сделал несколько кадров британца, чтобы выложить в сторис иинтаграма для близких друзей. Делая очередной снимок, он подумал, что если бы деньги не имели значение, Норрис бы стал диджеем, а на сноуборд даже мельком не взглянул бы. Эта мысль заставила его улыбнуться.       Вечер шел своим чередом, близясь к рассвету. Пол четвертого утра обещали скорый подъем солнца, который заставит воду окраситься в золотистый оттенок, а может и немного розоватый.       — Как же я заебался, — прокашлявшись, сказал Ландо.       — Нужно проветриться. От тебя перегаром несет за километр, приятель.       Норрис закатил глаза, но согласился с предложением, правда, взял с собой тот самый недопитый третий бокал. Но выйти на веранду без происшествий не получилось. Прегдара появилась прямо на выходе. Ландо не успел среагировать, все произошло слишком быстро. Он врезался в кого-то, опрокинув бокал, который звонко разбился о пол.       — Блять! Извини... — он поднял взгляд на человека напротив, — ...те.       Это был тот самый занозчивый австралиец. Боже, как же его много за этот вечер. Сначала он в телефоне, потом оказывается, что тоже присутствует на премии, а теперь эта изящная ладонь держит Норриса за предплечье, не давая тому упасть. Ощущение горячей руки еще больше отключало мозг и так едва сображающего Ландо, который даже с трудом мог фокусировать взгляд.       Ландо резко отдернул руку.       — Не трогай меня, — прошипел британец, кидая взгляд на Макса, который на вид был в тотальном шоке. Собственно, как и Оскар. Даже пьяный Ландо заметил эту перемену в лице. Больше не каменная маска, а довольно театрально вскинутая бровь и нотка беспокойства в карих глазах.       — С ним все в порядке? — спросил Оскар у Макса.       — Нет. Но это его обычное состояние. Прошу прощения за это и за... рубашку, — неуверенно ответил он.       Оскар только сейчас обратил внимание на свою одежду, на которой по всей груди растеклось алкогольное пятно. Он тихо выругался себе под нос.       — Ничего страшного, — сказал Оскар, последний раз посмотрел на бредящего Норриса, кивнул Максу и удалился куда-то вглубь заведения.       — Ну ублюдок же! — крикнул Ландо, приземляясь на плетеный стул на веранде. Небольшой холодок раннего утра обдувал лицо, уменьшая головную боль.       — Ландо, ты сдурел? Повезло, что он не набросился на тебя. Лично я бы тебя убил за любимую рубашку.       — Ой, только послушайте его. «Набросился бы», — Ландо показал пальцами кывычки. — Этот малыш даже пить не умеет, я уверен. У него нет в эмоциональном диапазоне злости. Ни капли. Добрый такой, хорошенький на вид. Ну ничего, я эту маску сниму.       Фьютрелл хлопнул себя по лбу, крепко зажмурившись. Трезвый Норрис куда приятнее, но даже в таком состоянии он все еще был безумно упрямым.       — Что думаешь о новом сезоне?       — М?       — Ну, настроен на титул?       — Ты перенял вопросы тех ведущих или как?       — Не соскакивай с вопроса.       — Настроен, еще как. Сильнее, чем когда либо. Я точно не могу проиграть, особенно после того, что увидел сегодня. Я не могу позволить этому Пэйстри обойти себя.       — Пиастри, — поправил его Макс.       — Да мне похуй.       — Вы же даже в разных видах спорта. Разные стихии, Лан. Твоя зима против его лета.       — Скорее моя рассудительность против его распиздяйства.       Макс тяжело выдохнул, понимая, что Норриса под градусом переубедить давать нелестные комментарии просто невозможно.