Catch the Wave

      Следующие четыре дня прошли как в тумане. До начала сезона оставалось еще пару месяцев. В начале марта Ландо снова вернется за склон и будет впечатлять зрителей и судей своим желанием завоевать кубок чемпиона в этом сезоне. Он отдыхает в Майами почти неделю, не особо желая возвращаться в пасмурную Британию, но работа не спрашивает, когда будет тебя иметь. По полной. А Норрис и не сопротивляется.       Снова звонок от Уилла, только на часах была поздняя ночь. Норрис коротал время в местном покер-клубе, в который затянул и Макса. Последний весь вечер слушал, как сильно Ландо раздражает Оскар. На вопрос «почему» внятного ответа тот не давал, но его и не было, ведь не любить человека без причины — это надо уметь. И Норрис умел.       — Напыщенный индюк, — Ландо скинул две пятерки, наблюдая за довольной физиономией Фьютрелла.       — Если ты про меня, то просто научись играть, — довольным голосом произнес британец и подтянул к себе фишки. — Если про Оскара, то просто заблокируй его в инсте, раз он тебе так не нравится. Ставлю все.       Ландо просиял. Точно! Есть же социальные сети, в который можно получше узнать своего соперника. Пусть и фонового, но все же конкурента. Он написал в поисковую строку имя и фамилию австралийца. Открыл страничку и бегло прошелся по ней глазами.       — Оскар дебютировал в этом году, так? — осторожно уточнил он. Макс кивнул. — Я просто в шоке. У него пятнадцать миллионов подписчиков! Пятнадцать! Макс, это теория заговора, отвечаю.       — Какая еще теория заговора, Лан? — спросил Фьютрелл, кладя карты на стол рубашкой вверх.       — Против одного Ландо Норриса. Они специально выбрали его на премии как спортсмена года, чтобы очень непрозрачно напомнить мне, как же я плох в ответственные моменты. Появился из ниоткуда, сразу стал любимчиком публики. Я жрал снег, чтобы пробиться в массы. Буквально. А этот идиот пришел на готовенькое.       Макс уже давно принял эту черту своего друга. Если что-то идет не так, как он хочет, то жди, что об этом узнает весь мир. Норрис выедал мозг маленькой ложечкой, нарушая спокойствие не только своих друзей, но и менеджера, который был в курсе данной особенности своего спортсмена.       — Вон Уилл опять звонит. Сейчас будет предъявлять мне за кислую рожу, я уже видел фотографии с вечеринки, — устало сказал Ландо и ответил на звонок. — Алло.       Уилл обрадовал, что все прошло куда лучше, чем он ожидал. Как минимум, Норрис не набросился на беднягу Оскара с кулаками. Да и вообще, оказалось, что Джозеф изначально знал, кто получит премию! Ландо чувствовал, как внутри него что-то закипает. Уилл, блять, знал, что спортсменом года является не он и все равно заставил поехать. Ну хоть сет вышел неплохим. И еще Норрису понравилась часть, где он обливает малыша Оскара. У него было такое забавное лицо.       Голос в трубке уведомил о скором перелете обратно в Лондон. Ландо простонал в телефон, давая понять, что до марта он хотел бы остаться в тепле. Оказалось, что в конце недели у него назначена фотосессия для одного бренда парфюма POLO. Она проходит каждый год и Ландо действительно не мог понять, почему бы им не сделать в два раза больше кадров сразу и не дергать его с законного отпуска.       Ландо согласно промычал и скинул вызов.       — Вскрывайся, — сказал Макс довольным тоном, перебирая в руках две последние карты.       — Пара дам, — Ландо аккуратно положил карты к остальным, готовясь забрать весь куш себе. Макс по одной открыл два туза. — Блять...       — С тебя текила, — улыбнулся британец, пока Норрис бил кулаком по столу.

❄️❄️❄️

      В среду он уже был у себя в квартире, раскладывая одежду по шкафам, пытаясь впихнуть все, что накупил во Флориде. Зачем ему столько вещей — сам не знал. Худи, футболки с тупыми принтами, куча кепок. Несмотря на свой возраст, Ландо был как большой ребенок.       Фотосессия должна была начаться через полчаса. Благо до места назначения было недалеко. Дресс-кода на мероприятие не было. Всю одежду вручат уже там, поэтому Норрис не заморачивался над внешним видом. Кое-как пригладил кудри, чтобы они были похожи не на гнездо на голове, и двинулся в путь.       Как полагается хорошим студиям, она находилась в таком месте, идя по которому невольно думаешь, а не продают ли здесь людей на органы? Через длинные коридоры с потрескавшейся штукатуркой Ландо попал в огромную современную светлую студию. Весь стафф уже собрался. Ландо подошел к молодой девушке, которая настраивала свет.       — Привет. Прости, что спрашиваю, но во сколько начинаем? — спросил британец.       — О, здравствуйте! Сейчас начнем, только вторую модель дождемся, — ответила девушка с улыбкой и удалилась проверять камеры.       — Вторую? — пробубнел себе под нос Ландо.       О втором человеке его никто не предупреждал. Он думал, что все пройдет стандартно: пришел, его переодели, стилист намучалась с его непослушными волосами, выливая литр стайлинга, пара вспышек камер и готово. Он идет в клуб отрываться с первой попавшейся девчонкой, потом все плавно перетекает в ночь и утреннее «я перезвоню». Козел ли он после этого? Определенно, но в двадцать три хочется адреналина и вне гор, поэтому нужно искать иные методы его получения.       В гримерке его ждал полноценный образ, как сказал стилист. Ландо посмотрел на вешалку, но нашёл там только брюки и пиджак. Все. Ни рубашки, ни футболки. Он, конечно, имел довольно спортивное тело, но топ-лесс еще не фотографировался. В зале не считается, тут есть другие люди. Норрис, глядя в зеркало, поправил волосы, которые в этот раз не зачесывали, а просто уложили идеально четкими кудрями, и вышел в свет прожектора.       — Отлично! Выглядите идеально. О, — девушка обернулась на дверь, — а вот и вторая модель. Оскар, проходите налево в первую дверь.       Ландо замер. Кто-кто там пришел? В голове пролетела сотня мыслей, словно рой пчел, но одна выделялась больше всех. И она была не цензурной. Твою душу мать! Вселенная точно настроена против него, иначе это не объясняется! Он подавил в себе раздраженный стон, когда Пиастри занял место рядом в зоне для фото. Если образ Ландо был деловым, но скрывал за собой личное бунтарство, то у Оскара все было наоборот. Австралиец был в спортивной кожаной куртке с закатанными рукавами. И вот ему футболку выдали. Ландо не сдержал смешок, когда тот подошел к нему. Оскар в своей привычной манере сделал непонимающее лицо.       — Привет, — спокойно кинул Пиастри.       — Мг, — без напускной вежливости кивнул Ландо.       Девушка фотограф рассказала им идею фотосессии и помогла правильно скомпонавать позы. Первая вспышка.       — Так, первый кадр есть. Ландо, подними флакон повыше и опусти немного голову. Оскар, а ты наоборот подними, — парни выполнили указание. — Замечательно! Теперь передай духи Оскару.       Ландо протянул Оскару флакон. Их пальцы на секунду соприкоснулись. Едва заметное касание, но Ландо вздрогнул так, словно потрогал паяльник голой рукой. Опять это странное тепло от его руки. Уже не смешно, что происходит?       — Супер! Оскар, встань в пол оборота. Ландо, ты спиной к камере и смотри в сторону. Более загадочный взгляд сделай.       Девушка явно наслаждалась своей работой. Она еще несколько раз перестраивала свет, чтобы получился идеальный кадр. Потом отвлеклась на телефон и как-то нервно усмехнулась.       — Так, мне заказчик передал пожелание. Он хочет более... смелый снимок. Такой, что заставит всех говорить только о нашем продукте.       — Они и так будут. В кадре есть я, — съязвил Ландо. Девушка лишь перевела взгляд на Оскара.       Брюнетка подошла к парням, показывая на телефоне референс фотографии. У Норриса округлились глаза. На фото была фотосессия парня и девушки. Девушка будто слегка падала, а парень поддерживал ее под талию. Это был явно фотосет пары. Влюбленной пары. Ландо посмотрел на Оскара, тот лишь согласно кивнул. Ни одной эмоции. Чертова статуя. С другой стороны, правильно делает. Остальным нечего знать, что Ландо хочет разнести эту студию к чертям.       Они вернулись на свои места. Девушка навела свет и дала знак, что можно начинать. Когда Оскар сделал шаг ближе, Ландо нервно сглотнул. Между ними было меньше одного шага. Его рука осторожно легла на талию британца.       — Ближе! — скомандовала девушка.       «Да куда уже ближе?!» — пронеслось в голове Норриса, но видимо было куда. Оскар наклонился.       Между их лицами осталось всего несколько сантиметров. Ландо мог рассмотреть каждую родинку, каждый маленький шрам. Он невольно перевел взгляд на его губы, кусая свои. Только когда встретился с карими глазами напротив, понял, как именно выглядело это действие. Он попытался уйти в себя, не думать о том, насколько странно выглядит то, чем они сейчас занимаются. Но фотографу было мало. Ей нужна была страсть во взгляде. Только какого рода, Ландо не знал. Поэтому использовал ту, что пришла в голову первой. Соперничество. То самое, которое оседало в его душе почти неделю. О котором никто не догадывался, ведь для остальных оно не имело смысла. Но для Норриса смысл был. Новичок, которому повезло, и он, который трудится много лет без главной победы в своей карьере. Искра необоснованной ненависти вспыхнула в зеленых глазах. Ландо был уверен, что Оскар ее заметил. И был прав. Австралиец принял правила игры после небольшой заминки. Он вернул это конкуренцию обратно, блеском уже в своих темных глазах.       Девушка за кадром запищала. Очевидно, это было именно то, что нужно. Но все еще недостаточно.       — Оскар, подними руку с талии на его затылок.       Сердце Ландо пропустило удар. Может, она хочет, чтобы они прямо тут и потрахались для хорошего кадра?! Но малышу Оскару, судя по всему, нравились правила тупых рекламодателей. Он с легкостью переместил ладонь с талии британца на его шею. Ландо ощутил целую гору холодных мурашек, что пробежали по его спине.       «Блять, Оскар, какого хуя ты творишь» —Ландо и умолял всех богов, чтоб это побыстрее закончилось.       — Прости, — прошептал Пиастри почти на ухо.       — Ой, давай без этого, — британец закатил глаза. Не хватало еще чувствовать себя неловко рядом с этой рыбешкой.       — Замрите! — приказала фотограф и сделала последний снимок.       Да там на духи смотреть никто не будет! Все начнут расхваливать малыша Оскара и брызгать слюнями на экран своего мобильника при виде этой напускной крутости. Норрис уже представил, как Макс видит эту фотку. И он просто обязан быть рядом, чтобы увидеть это выражение лица вживую.       — Ландо, — Оскар поймал британца в коридоре, когда тот выходил из студии. Ландо вздрогнул, не ожидая. Австралиец стоял, опиревшись на стену и сложив руки на груди.       — Что? — голос прозвучал более хрипло, чем обычно. Ему до сих пор было неловко за их «ситуацию». Пусть вынужденную, но какого черта этот Оскар был так спокоен? У Ландо тоже на лице особо ничего не дрогнуло, но легкая нервозность точно могла быть заметна.       — Все в порядке?       — Все просто чудесно, — бросил Ландо, попытавшись уйти, но Оскар преградил ему путь. Не хватал за руку, просто перекрыл варианты отхода. — Что ты хочешь?       — Узнать, почему ты с самого первого дня смотришь на меня... вот так, — чуть тише проинес Оскар.       — Как «так»? — Ландо свел брови к переносице.       — Вот именно так. Я сделал что-то не то? Чем-то обидел?       Ландо задумался. Обидел? Нет. Просто бесишь. Но вслух этого не произнес.       — Нет, Оскар. Все нормально, — Норрис обошел его, намеренно задев плечом. Ландо не думал, что слишком груб. Он просто считал Оскара недостойным. Далеко не потому, что сам не выиграл и теперь ему снятся кошмары, как он соскакивает с последней перекладины. Неприязнь к австралийцу была для баланса вселенной. Себя тыкать лицом в ошибки, как котенка, он устал, вот, нашел кого-то другого. Тем более, если скрывать вражду, ее будет незаметно.       Вот только Пиастри заметил. У Норриса все на лице написано.

❄️❄️❄️

      Подготовка к сезону шла полным ходом. Возобновились тренировки, пришлось вернуться к правильному питанию, забыть про эти вафли со сгущенкой, за которые Ландо готов был продать душу. Стоя в прихожей своей квартиры, собираясь выходить, он сильнее сжал в руке свой борд. Он не был обычным черным. Роспись растекшегося бензина слегка переливалась на солнце, демонстрируя индивидуальность. Ландо закинул в рюкзак перчатки и закрыл квартиру.       Очередной перелет. Швейцария. Стоя на вершине горы, Ландо глубоко вдохнул морозный воздух. Весь отдых от сноуборда он просто мечтал вернуться к любимому занятию. Кругом сотни километров снега, гор, и тишина. Зак Браун, его тренер, подгадал идеальное время, когда на склоне не будет никого. Ландо защелкнул крепления на ногах и по команде Брауна спрыгнул со склона. Сноуборд рассекал рыхлый снег, ощущение полета отдавалось тянущим чувством в животе — от переизбытка эмоций. Первая перекладина. Ровное скольжение. Затем вторая, третья. Далее хафпайп. Ландо резко повернул голову и скрутил плечи в сторону будущего вращения еще на стенке. Мощный толчок, группировка. За мгновение до приземления он поймал взглядом точку, в которую должен попасть и идеально встал на ноги. Проехав еще несколько метров, остановился, тяжело дыша. Норрис снял очки.       — Четыре оборота... Можно лучше, — сам себе дал наставление британец.       Следующие несколько часов прошли в интенсивном темпе. Он выполнял сложнейшие трюки без заминок, иногда, конечно, падал, но тут же продолжал. Травм в спорте у Норриса можно сказать, что и не было. Он не ломал руки или ребра, не падал головой в снег, провоцируя сотрясение. Максимум сильные растяжения или легкие вывихи. За это он мог благодарить только Зака. Под хорошим наблюдением в твоих же интересах остаться невоедимым.       Ландо поднялся обратно наверх после очередного сальто с выходом в тысяча восемьсот градусов и подошел к Брауну.       — Ну как? — запыхавшись поинтересовался он.       — Нужно больше, Лан. Это хороший уровень, но если хочешь взять золото чемпионата, нужно крутить тройной корк на тысячу восемьсот. В последний раз у тебя почти получилось, — хлопнул его по плечу Зак. — На сегодня все. В отель.       — Но я могу еще, — Ландо сделал серьёзный тон. Он мог больше, лучше.       — Знаю. Но на сегодня все. Может быть сделаем еще вечернюю, а пока бегом на обед и в тренажерку. Я подтянусь чуть позже, нужно решить вопрос с организаторами.       Ландо проводил взглядом Брауна. Снова посмотрел на склон и стиснул зубы. Еще... Он подождал, пока тренер удалится и снова рванул вниз. Разгон, стенка, толчок. Тело помнит положение. Норрис приземляется, не веря своим глазам. Он сделал. Сделал! Сердце бешено стучало в груди, адреналин мгновенно вспыхнул в крови. Он невольно засмеялся себе под нос. Тройное сальто с выходом в пять оборотов, о котором говорил Браун. Он смог, смог!

❄️❄️❄️

— Вот, а потом мы поехали в молл и мне пришлось потратить половину своей зарплаты, — пожаловался по телефону Макс. Вчера поссорился с девушкой и сегодня Фьютрелл вымаливал прощение новой коллекцией PRADA. Ландо пожелал другу удачи и бросил трубку, откинувшись на спинку дивана, который стоял перед большим панорамным окном с видом на заснеженный город. Ландо закрыл глаза и представил себе предстоящий прокат. У него стоит четыре оборота в программе, но он сделает пять. Уверен в этих пяти больше, чем когда-либо, особенно после сегодняшней тренировки. Правда, после того, как Ландо похвастался Заку, тот быстро его вернул на землю. Сказал, не пытаться делать то, что не отработанно. Чушь.       Рука от скуки сама открыла инстаграм, сама нашла профиль автралийца и перешла по нему. Оскар, Оскар... Кто ты и почему так популярен? Ландо пробежался глазами по фотографиям. Страшно признаться, но профиль у него был красивый. Летний вайб в каждом посте. Учитывая, что он новичок, то аккаунт явно уговорил создать менеджер. Мало постов, всего двадцать, будто до этого у Оскара никогда не было инстаграма. Либо есть закрытая, личная страница, к которой медиа не имеет никакого отношение. Ландо почему-то стало интересно, что туда выкладывает Оскар. Он уже собирался выйти, и так слишком долго засматривался, но взгляд приковала шапка профиля. Точнее кнопка «подписаться». Там была другая надпись — «подписаться в ответ», которую в первый раз он не заметил. У Норриса чуть глаза на лоб не полезли.       — Чего?... — кинул он вопрос в тишину.       Малыш Оскар был подписан на него в инсте. Фантастика. Он что, его фанат? Или это произошло после той вечеринки? Хотя мало кому захочется подписываться на человека, что облил тебя виски и грубо толкнул, хотя Оскар ничего не сделал. Ландо мешал этот диссонанс в голове. С одной стороны дебютант, пришедший на все готовое, с другой — Оскар. И это были два разных человека, которые не хотели собираться в одного в голове британца. В профиле горела новая история. Палец застыл над авараткой, последний раз давая возможность передумать.       — Да похуй! — Ландо открыл историю.       Оскар Пиастри обедает в ресторане в окружении друзей. Снимок выглядит живым. Скромная улыбка Пиастри против безумных у других людей. В руках коктейли, все в хлопковых рубашках, на заднем фоне миллиард растений — все в духе типичных летних курортов. Ландо перевел взгляд на зиму за окном. В летний перерыв слетает на острова. Даже не обсуждается. Заезд через два дня, нужно быть готовым на все сто процентов.       Норрис сделал фото в лыжной маске на фоне панорамы города, подписав, что уже не может дождаться выйти на склон. Да, это выглядело как передразнивание истории Оскара, но кто он такой, чтобы его это заботило. Ландо знал, что Оскар посмотрит историю. Придет уведомление и его летняя душа будет наблюдать за ледышкой на экране. Красивой британской ледышкой.

❄️❄️❄️

      Минус запредельный. Ландо поправляет крепления сноуборда, готовясь выйти на старт. Кругом собралась нереальная толпа, болеющая за своего фаворита. Большинство были в мерче Quadrant, что заставляло Норриса улыбаться. Было приятно вернуться на соревнования.       Его очередь. Небольшая дрожь пробирает тело. Он ощущает холодок на спине, который вовсе не от мороза. Подходит к краю, закрывает глаза и делает глубокий вдох. Морозный воздух обжигает легкие. В душе появляется незнакомое чувство. Будто что-то внутри него хочет остаться. Не съезжать. Ландо зажмурился, прогоняя все мысли прочь. Голова должна быть пустой. Единственное, что необходимо — помнить, в какой момент сделать толчок и правильно сгрупироваться. Это легче легкого. Он сотню раз так делал. Да, не пять оборотов, но если не делаешь шаг вперед — проваливаешься на два назад. Все просто.       Старт. Первая балка проходит идеально. Вторая, третья. Вся прямая остаётся позади, выполненная на высший балл. Ладно точно это знал. Пришло время того самого тройного корка. Скрутка, толчок, группировка. Но Ландо засомневался. В моменте подъема по хафпайпу. Всего на секунду. Он недостаточно завернул плечи. Он понял это только в момент полета. Первый оборот, затем второй, третий, он решил, что сможет докрутить пятый.       Не смог.       Не хватило совсем чуть-чуть. Ландо с высоты полетел вниз спиной. Из последних сил он довернулся, чтобы не упасть на спину, иначе это был бы конец карьере. И мир погрузился в темноту. Трибуны замерли. Замолчали. Медики сразу поспешили к спортсмену. Они пытались привести его в чувства, но Ландо не двигался. Просто лежал на боку. Снег понемногу начинал окрашиваться в красный рядом с его головой.