The Devil’s Advocate

Жизнь Кристин потихоньку вернулась в своё более менее привычное русло. Работа, учеба, дом. Только теперь ещё прибавились периодические прогулки с Ракель.  Всё осталось позади. И это было бальзамом на душу. Больше никаких инцидентов, связанных с Феликсом. И его самого тоже.  Кажется, прошёл месяц с их последней встречи. Февраль в этом году был удивительно заснеженным, она давно не ощущала атмосферу настоящей зимы. А ещё было холодно. Очень. Ей даже пришлось сменить затертое пальто на свой старый тяжелый и длинный пуховик. И она даже начала носить шапку, лишь бы не отморозить уши.  Сегодня был долгожданный после рабочей недели выходной, она записалась на стрижку к своему постоянному парикмахеру. Её волосы довольно отросли, уже заходя чуть ниже плеч, а челка надоедливо лезла в глаза. Укладывать эту ересь становилось тоже невозможно. Так что было необходимо всё это подравнять.  Запись была на вечер и целый день у девушки был свободным. Никаких долгов по учебе к счастью тоже не было, так что она с чистой душой могла идти на прогулку.  Ноги сами понесли её к закусочной. На каком-то интуитивном уровне. В голову закралась мысль, что она давненько туда не заходила, к тому же было бы здорово проведать Габриэль.  Она с наслаждением шагала по замороженному тротуару, вдоль длинной дороги. Машин было мало в связи со временем и днем недели, зато людей на улицах напротив, довольно много. Шапка иногда съезжала ей на лоб, из-за неподходящего размера, но это было меньшим, что её раздражало. В ушах у неё удобно расположились беспроводные наушники, в которых мелодично звучали песни из её плейлиста. Это давало ощущение отчужденности от целого мира, словно она шла где-то не здесь, а в месте, далеком от людской суеты. И это успокаивало мысли, заглушало их.  В последнее время она часто так делала, после её «практики», мозг ещё слишком долго давил на её моральное состояние. До сих пор ей иногда снилось изуродованное тело Сильвии, серое и почти безликое лицо Уилла, а ещё в снах часто присутствовал Кейн, который отчего-то представал перед ней в не самом лучшем свете. Буквально ещё сегодня, сюжет сна заставил её проснуться посреди ночи и вызвал ужасающую тревожность, на грани панической атаки.  Кристин оказалась в той самой квартире, из которой и выносили мертвое тело. Она неподвижно стояла и смотрела на окровавленную ванную, не имея возможности отвернуться. А со спины её обхватывали синие обескровленные руки Сильвии. Они душили её, раздевали, оставляли борозды от ногтей на коже. Она ничего не говорила ей, лишь истошно кричала, стонала, грузно дышала на ухо. А потом выстрел. И труп девушки отступил от неё, упал на пол. Кристин моргает всего лишь раз. Секунда. Она осознает, что выстрелила именно она сама, а пистолет в её руках отдает своей холодной тяжестью и всё ещё дымится. Ещё секунда. На неё смотрит Кейн, который появился буквально из неоткуда. Он подходит ближе, буквально вплотную, начинает целовать её шею, грязно, омерзительно трогать её тело. А она пытается вырваться, но понимает, что не может даже вскрикнуть. Губительная слабость охватывает все мышцы, словно бы она не принадлежала самой себе. Мужчина толкает её в ванну, чужая кровь пропитывает остатки одежды на теле, металлический запах смешанный со сладкой гнилью, впивается в сознание острыми иглами. Даже ножами. В ушах стоит белый шум, перед глазами начинают бегать мушки. И вся эта психоделия продолжается ещё мучительно долго, пока Кейн насмешливо расстегивает свой ремень на брюках и полностью вынимает его. А потом бьёт её со всей дури. По ногам, по голому животу, груди. Тяжелая кожа рассекает живую ткань до мяса, причиняет фантомную боль до одури. До слез. А затем он отбрасывает орудие пытки в сторону и хватает её за безвольные запястья. И начинает ломать их, выворачивать в неестественную сторону. Хруст костей заглушает любые мысли в голове, глаза застилает пелена. Кристин не может отвести от этого ужаса взгляд, наблюдает, как из её кожи торчат кости, как ладони начинают буквально висеть на сломанных креплениях к предплечьям. И её тошнит. О боже, она блюёт прямо на саму себя, ощущая тошнотворный подступ. А Кейн весело смеется над ней, фотографирует её и кажется, начинает посматривать на её слишком «целые» ноги.  И Кристин наконец просыпается.  Такие сны переодически мучали её, не давая до конца забыть всю ту жуть. Но разумеется, в них происходили и более страшные вещи. И этот, был не самым худшим. Здесь даже не спасал любимый ромашковый чай, который по идее должен был иметь успокаивающие свойства. Зато помогало снотворное. Она старалась редко прибегать к нему, чтобы не возникало зависимости, но порой без него становилось совсем уж плохо. Всё-таки крепкий сон необходим устающему организму, а с такими сновидениями и до психушки не долго.  — Привет. — Габби здоровается с ней, как только она заходит в тёплое помещение. Кажется, народу сейчас совсем не было.  — Привет. — Крис подходит к ней, упираясь локтями о стойку. — Мне пожалуйста кофе… Нет, лучше глинтвейн. И ещё синнабон с лимонной цедрой.   — Сейчас… — девушка быстро отправляет её заказ на кухню, пока вторая расплачивается. — Как ты? Выглядишь ужасно.  Слова брюнетки смешат её. Действительно, она сегодня встала не с той ноги. Да и накраситься забыла.  — Спасибо. Спала плохо, но не страшно.  — Кошмары? — Габриэль сканирует темным взглядом её лицо, явно пытаясь считать эмоции.  — Вроде того. — она не стала рассказывать детали, просто не хотела снова об этом задумываться.  К счастью и она это поняла, судя по тому, что не стала докапываться.  — Я тоже плохо сплю. Практически всегда.  Об этом и сама Кристин не единожды размышляла. Габби всегда выглядела так, словно не спит вообще. Или от силы пару часов.  — У тебя тревожность? Извини, если лезу не в свое дело.  — Всё в порядке. — она улыбается с толикой печали и затягивает ослабшую резинку на волосах потуже. — Как бы и это, но… Я просто много работаю.  Её ответ звучит уклончиво, словно она обходила некую тему. Но и Крис могла её понять. — А как дела вообще в целом? Ты сама в норме?  — Более менее. В последнее время часто ночую у подруги, она помогает мне справляться со всем этим. Ты была права тогда. Рядом с близким человеком становится легче. — лицо девушки заметно смягчается, когда она говорит об этом.  — Здорово. Рада, что у тебя есть такой человек. — Кристин ощутила легкий укол зависти, но быстро прогнала его из своей головы. — Какая она?  — Подруга? — Габриэль сначала удивляется, но затем всерьез задумывается и замолкает на короткий промежуток времени. — О, она потрясающая. В ней столько силы, что когда я совсем слабею, её хватает на нас двоих. Она никогда не осуждает меня, даже если я поступаю неправильно. И она всегда готова быть рядом, чтобы помочь. Мы с ней часто рисуем вместе, в такие моменты я могу поделиться с ней абсолютно всем. И мои проблемы исчезают в эти мгновения. Я…  Она смущенно замолкает, замечая пронзительный взгляд Кристин. В её голосе звучало не просто обожание, а скорее… Влюбленность?  — Я поняла. — Крис ободряюще ей улыбается. И кажется в этот момент ей выносят её заказ.  — Не знаю. Я хочу тоже быть для неё такой же опорой, какой она является для меня. Но я если честно, просто плакса. И это наверное, не изменить.  — Ты уже опора для неё. — Кристин слегка наклоняет голову в бок, заглядывая ей в глаза. — Просто этого не видишь.  *** В салоне её стригут довольно быстро и как всегда удачно, по форме. Она наслаждается своим отражением в зеркале, любуясь стрижкой и укладкой. Концы волос слегка подкручены во внутрь, по длине чуть ниже подбородка. Да и челка хорошо держится, не сильно густо, но вполне достойно.  Поблагодарив мастера и заплатив за услугу, девушка выходит из здания, останавливаясь на крохотном крыльце. Мороз привычно начинает щипать щеки и нос, а глаза неприятно сохнут. Но это была сущая ерунда.  Уже темно, фонари подсвечивают падающий снег и проезжающие мимо машины. С другой стороны дороги, у домов, она замечает женщину с коляской и крупную собаку на поводке. Где-то сбоку в сугробе резвятся двое мальчишек, а из соседнего магазина выходит старушка в теплом старомодном кафтане и шубе.  Кристин спускается со ступенек, придерживаясь за перила чтобы не поскользнуться. И медленно начинает брести в сторону дома. Тут было недалеко, может быть около пятнадцати минут, в зависимости от скорости шага.  — Надо будет дочитать книгу… — она тихо бормочет себе под нос свои скоротечные мысли, пока заворачивает направо, в переулок меж домов. Здесь было намного темнее, нежели на главном проспекте из-за отсутствия фонарей.  Оставалось идти по прямой и она уже выйдет к своей улице. Ходить здесь было привычным делом для неё, это даже не казалось страшным. Ну, может быть иногда.  В кармане завибрировал телефон, оповещая о сообщении. Кристин достала его, прикрывая экран сверху ладонью от снега. Ей написала Ракель, предлагала погулять.  К сожалению она отказала ей, в связи с тем, что уже достаточно сегодня пробыла на улице. К тому же ей очень хотелось наконец попасть домой, чтобы завернуться в плед и погрузиться в методичное чтение. Но девушка в компромисс предложила ей встретиться уже завтра, днем. На что рыжая конечно же согласилась. Ожидаемо.  Здесь было ни души. И ни звука.  В этой тишине раздавался только хруст смятого снега под её ботинками, а еще её ускоренное дыхание.  Кристин прислушалась. И в голове пролетела запоздалая мысль. Был ещё звук. Странный, почти идентичный тому, что исходил от неё самой. Повторный. Двоякий. За ней кто-то шел, попадая шагом в шаг. И едва различие шуршание одежды позади. Стало жутко. И она стала идти быстрее, неосознанно сжимая в кармане ключи от квартиры, перебирая меж пальцев заостренный конец.  Слух уловил такое же копошение сзади. Её догоняли, не отставали ни на секунду. И тогда сердце совершило кульбит, а затем замерло в ужасе. И она побежала, сорвалась с места подобно гончей.  Оставалось совсем немного, совсем чуть-чуть, она вот-вот выбежит на людную улицу, где уже не будет столь уязвимой. В ушах стоит свист ветра, ноги порой подкашиваются и спотыкаются в трепещущем волнении, она оборонила сумку. Но бежала дальше, задерживая дыхание удивительно долго.  Одна секунда жизни.  Её хватают за капюшон пуховика, грубо дёргают назад. Шею сдавливает воротник и девушка глухо взвизгивает, ощущая легкое удушение. Тело сгребают в охапку, крепко удерживая на месте и она вытаскивает в отчаянии ключи, единственное её оружие.  — Эй-эй, ты же не собираешься этим прикончить меня, да? — её взмытую в воздух руку ловко перехватывают, не позволяя нанести удар.  — Боже… Феликс! — девушка с облегчением выдыхает и чувствует, как обмякает её тело в непозволительной слабости. Внутри до сих пор всё сжато дрожит. А сердце забилось словно у подстреленной птицы. — Ты последний мудак! Какого черта ты вообще творишь?!  О, в ней закипает не просто злость, а скорее ярость.  И парня это смешит, когда он наконец выпускает её из своих рук.  — Да я же пошутил! Но скажу честно, бегаешь ты весьма неважно. Был бы я реальным маньяком, тебе бы настала крышка. А, кстати держи сумку.  Кристин не сдерживается и бьёт его в плечо, со всей дури, вызывая у него лишь слабое «ауч». Однако сумку свою забирает, практически вырывая её из рук.  — Д… Да у меня чуть сердце не выпрыгнуло! Ты ненормальный.  Она ощущает накатившую обиду и просто отворачивается от него, продолжая идти в направлении выхода из чертового переулка.  Феликс назойливо увязывается следом за ней, беспечно засунув руки в карманы фиолетовой куртки.  — Так уж и быть, провожу тебя. А то вдруг действительно попадешь в беду. — он явно строил из себя доблестного рыцаря, но в глазах Крис он оставался всё тем же придурком. Коим он и являлся.  — Лучше избавь меня от своего общества. — в дрожащем голосе скрипит сарказм, но внутри всё ещё не могло успокоиться несчастное сердце. На девушку накатило страшное осознание. Она ведь действительно ничего бы не смогла сделать в реальной подобной ситуации. И этот накопившийся страх осел где-то на кромке её сознания, вызывая тянущее чувство. Глаза заблестели от влаги и она ниже опустила голову, не в силах остановить солёные капли.  — Ты такая зануда. — парень цокнул, так и не заметив её шаткого состояния.  Дальше они продолжили путь в тишине.  Кристин пыталась избавиться от накатившей тревоги, а Феликс очевидно просто издевался над ней. Дёргал её за помпон на шапке, пытался как-то разговорить своими идиотскими шутками, или же попросту вслух проговаривал как она смешно бегает. Девушку это не трогало. Ни капли. Лишь раздражало ещё сильнее.  Она если честно надеялась, что больше они с ним не увидятся, но вот, какая удача.  — Ты… Следил за мной? — внезапный её вопрос вызвал у парня нелепую ухмылку. Кривую.  — Разве что немного. Увидел, как ты выходила из салона. Подумал будет забавно, если мне удастся напугать тебя.  Кристин поперхнулась воздухом.  — Просто отлично! Черт… Не смей так делать больше, никогда.  — Я подумаю. — Феликс слегка обгоняет её, чтобы заглянуть ей в лицо. — А ты бы лучше прикупила себе в сумочку перцовку. Нет, я серьезно. С такими-то физическими данными, тебя любой школьник скрутит.  — Я… Подумаю. — она недовольно поджимает губы, вглядываясь в парня. Он всё такой же, как и в последнюю встречу. Только волосы его стали чуть длиннее, на концах причудливо завиваясь. А на щеке, неожиданно, красовалась свежая ссадина. — Ты подрался с кем-то?  — Че? — он сначала не сразу понимает, хмурит темные волевые брови, но потом замечает её пристальный взгляд и разглаживает черты лица. Натягивает усмешку. — А, ты об этом. Да так, небольшая потасовка в баре.  — Что-то мне подсказывает, ты был зачинщиком.  — Пф, обижаешь! Я вообще-то, выпроваживал паршивца, который приставал к подружке Зои. Как по мне, вполне достойный поступок, достойного мужчины. — девушка видит в нём шуточный образ тщеславия, что наконец вызывает у неё слабую улыбку. — Ну надо же, ты умеешь улыбаться.  Кристин моментально выравнивает своё лицо, не позволяя Феликсу расслабляться.  — Было бы над чем.  — Всё ещё обижаешься? Да ладно тебе, расслабься. — он начинает идти вровень с ней, доставая из кармана упаковку сигарет. Ментоловых, конечно же. — Покурим?  Девушка невольно соглашается с этим предложением, уже нащупывая на дне сумки зажигалку.  Они снова шли какое-то время молча, вначале лишь прозвучало щёлканье крохотных металлических колесиков и вспыхнувший огонёк, а еще как Феликс раскусил кнопку.  Крис иногда косила глаза в его сторону, анализируя поведение и манеру движений. Искала подвох. Но парень держался абсолютно спокойно, с болезненным удовольствием выпускал едкий дым, порой зарывался пятернёй в свои волосы, чтобы убрать взмокшую от снега челку со лба. Ничего странного или же подозрительного.  Скорее подозрительной выглядела она сама, со своими неоднозначными взглядами и сжатой позой. Стоило бы действительно расслабиться. Но выходило из ряда вон плохо. Видит бог, девушка начинала постепенно сходить с ума.  — Ты сегодня снова у подруги? — Феликс особенного выделяет последнее слово, ясно давая ей понять, что не верит этому и ни секунды.  — Да. — Кристин же не стала ничего договаривать, уже смирившись с этим. — Где твоя машина?  — Хотел прогуляться сегодня пешком. — простой и лаконичный ответ. И ей нечего добавить. — Не хочешь завтра встретиться? Кристин физически ощущает, как её глаза расширяются в удивлении. Она приоткрывает рот, думая, что бы ей на это сказать. Простая догадка моментально приходит на ум. — Я завтра занята. У меня уже назначена встреча. Феликса судя по всему, это не устраивает и он как-то странно щурится. — С кем? — С подругой. — она всё ещё не была уверена, могла ли так называть Ракель, но ей отчего-то очень этого хотелось. — А послезавтра? — он не отступал. И это медленно капало ей на нервы. — А послезавтра я работаю. Допоздна. — девушка хочет поставить точку в этом вопросе. Как бы прозрачно намекает, что видеться с ним особо не горит желанием. И парня это начинает смешить, когда до него доходит. — Ну тогда я заберу тебя с работы. — У меня онлайн пары. Не выйдет. — Кристин стоит на своем до конца, всё ещё надеется на то, что Феликс не настолько наглый. Она снова ошибается. — Не беда, позанимаемся вместе. Они доходят до её дома и останавливаются. Девушка упрямо молчит, с явным недовольством хмурясь. А Феликс, словно чтобы добить её, добавляет. — Ну, тогда до встречи малышка Кристи! Послезавтра созвонимся. И он уходит, оставляя за собой шлейф из табака, парфюма, а ещё ощущение сжимающихся лёгких.