И у стали есть душа

В первый раз это случилось в первую же зиму в похоронном доме. Сюэ Ян промерзал до костей даже в постели под одеялом, абсолютно не представляя как Сяо Синчень при этом может спокойно спать на соломенной подстилке, под ещё более ветхим и тонким, чем его, одеялом. И видимо от того, что он так замёрз, ему и приснилась эта снежная буря, сильная настолько, что он не видел вокруг ничего, ни домов, ни неба, даже землю видно не было - её давно засыпало белыми хлопьями. Только две фигуры впереди, на приличном расстоянии, что размывало силуэты. Первая - вся в черном, и волосы в неосторожном пучке черные, только кожа белела на их фоне, но не сливалась со снежным маревом, что поглотило все вокруг. Лицо тёмный заклинатель различить не смог как бы не пытался, оно словно замыливалось, то ли из-за расстояния, то ли из-за разбушевавшейся погоды, но судя по телосложению, это был парень. С ростом убийца так и не определился, сравнивать было не с чем, да и стоял далековато. И все же тот был меньше второго мужчины на целую голову. Правда Сюэ этого второго и различил то с трудом, тот, в отличие от своего товарища, гораздо сильнее сливался со снегом, и было толком не ясно что способствовало этому сильнее: абсолютно белоснежная шевелюра или фарфоровая, как у Сяо Синченя, кожа. По итогу присутствие этого дружка, рядом с тем в черном, выдавали лишь такие же черные, пусть и с какой-то серебристой вышивкой, да белыми элементами, одежды. Они стояли совсем близко к друг-другу и пялились на Сюэ Яна, а он на них, пока их силуэты окончательно не поглотила метель. Только тогда убийца проснулся и, открыв глаза, смог различить в лунном свете, проникабщем из окна, знакомый потолок. А затем в тишине ночного похоронного дома услышал тихий стук зубов. У Слепышки было самое теплое одеяло, и гроб ей набили получше, а значит, это был Даочжан. Все таки он тоже обычный человек, а не святой небожитель. И сейчас этому человеку было холодно. И его милому другу тоже. Поэтому он встал и подошёл к лежанке даоса, подхватил его на руки и понёс к кровати. Тот даже проснуться не соизволил, только прижался во сне поплотнее, кутаясь в прихваченное одеяло. И лишь когда оба они оказались на не самом мягком матрасе, вплютную к друг-другу и под двумя одеялами, он наконец чуть согрелся и с удовольствием сгреб Сюэ Яна в свои объятия. Тогда он забыл об этом сне уже на утро, так и не придав никакого значения. Теперь же, когда ему приснился ещё один, он вспомнил. Даочжан теперь спал вместе с ним, каждую ночь тесно прижимаясь и обнимая, делясь своим теплом. Возможно, именно поэтому в этот раз вместо метели была обычная спокойная зима, разве что гораздо более снежная, чем бывает в этих краях. Их двор прилично замело, но они с Даочжаном очистили себе место для тренировки и сейчас стояли друг напротив друга в теплых накидках, не так давно приобретенных на скромные накопления. Вот только они были не одни. Рядом с даочжаном стоял тот второй мужчина, с белоснежными волосами, и чёрно-белыми одеждами. Наверное, Сюэ Ян бы и не узнал его, если бы не этот необычный цвет волос. При ближайшем рассмотрении вышивка на полах его одеяния и длинных слегка странной формы рукавах оказалась морозными узорами, подобными тем, что оставлял Шуанхуа. Милый друг прекрасно помнил эти завораживающие узоры, ведь слишком часто наблюдал их в тех деревнях, где они с даочжаном успели устроить резню прежде, чем ему это надоело. А ещё теперь Сюэ Ян видел что тот даже чуть выше его даочжана, может, на сантиметр, или около того. И его лицо. Красивое, слегка вытянутое, с выраженными скулами, бледное, будто он никогда не видел солнце, даже губы были лишь слегка розоватые. Смотря на него, сразу было ясно - благородный господин, вот только словно при смерти. Особенно сильно ощущения того, что перед ним то ли мертвец, то ли тварь какая, создавали глаза. Радужки черные настолько, что разглядеть в них зрачок было едва ли возможно. Они напоминали бездну, разве что какую-то безопасную. Эта мысль несколько смущала бывшего босяка, привыкшего ко всему относится с опаской и подозрительностью. С чего вдруг эта тьма казалась ему чем-то не способным навредить ему, он не понимал. Но во сне эта мысль ускользнула слишком быстро, на смену неё пришло желание закончить осмотр и Сюэ Ян обратил внимание на, такие выбивающиеся из привычного устоя, волосы. Он ещё не видел белых волос. Седых - да и много, но это были не они, эти были того же цвета, что и одежды даочжана в лучшие времена, ослепительно светлые, наверное, они тоже сияли в лунном свете. Собраны те были в высокий хвост, закреплённый серебряной гуанью, на верхушке которой убийца точно различил снежинку, остальные узоры так и не разобрав, то ли снова морозные, то ли они изображали ветер, кто бы его знал. Времени на раздумья об этом вдруг не осталось, потому что его окликнул Синчень. — Ну что, готов начинать? - Полюбопытствовал он, улыбаясь с предвкушением, как это было каждый раз, как они собирались провести дружеский поединок. — Ещё бы - Сюэ Ян хмыкнул, призывая Цзянцзай, но тот - вот так дела - не отозвался. Глупо похлопав глазами, убийца уже повернул голову, чтобы залезть в рукав и проверить, точно ли меч не там, он вдруг нашёл рядом с собой второго юношу из предыдущего сна. Тот с насмешкой глядел на него парой неестественно алых глаз. Нет, у него у самого глаза были необычного вишнёвого цвета, но тут они были совсем уж яркие, будто парень использовал темную энергию, вот только это было не так, Сюэ Ян бы почувствовал. Время снова словно чуть замедлилось, позволяя разглядеть получше и его. Простые, но качественные черные одежды говорили о том, что юноша имел какие-никакие деньги. Волосы по прежнему были завязаны в неосторожный пучок с помощью явно видавшей лучшие времена черной ленточки. Убийце вдруг ударила в голову мысль, что они чем-то неуловимо похожи с этим парнем, но прежде, чем он успел хорошенько это обдумать, время снова пошло нормально и он заметил какое-то шевеление со стороны Сяо Синченя. Тот подал руку беловолосому юноше, а тот с готовностью вложил свою ладонь в его, а уже в следующий миг Даочжан сжимал рукоять Шуанхуа, вместо чужой кисти. Как так получилось, Сюэ Ян понять не успел, вместо этого бездумно хватая за руку того, кто стоял рядом с ним и - о чудо! - под пальцами вдруг ощутил знакомую рукоять. Даочжан атаковал первым и стоило мечам схлестнуться, издав громкий лязг, как убийца подскочил на постели, а следом за ним тоже самое сделал и слепец. Звон мечей оказался настоящим, те от чего-то упали, хотя босяк был уверен, что ранее они стояли в углу, где ночевали вместе с тех пор как даос перебрался в его постель, достаточно устойчиво. И вот сейчас, сидя за столом, в ожидании, когда Даочжан приготовит завтрак, его милый друг вспоминал оба сна и ночное происшествие. Вообще, обычно он готовил сам, но сегодня мысли его были слишком далеко и он боялся испортить продукты, а потому предпочел устроиться поудобнее и погрузиться в свои размышления с головой. Он никогда не был дураком и прекрасно понимал, что два сна с одними и теми же лицами едва ли являются простыми плодами фантазии, тем более, что эти лица - духовное оружие. Правда Сюэ Ян всю жизнь считал, что души мечей больше походят на души домашних животных, нежели человеческие. Могут выслушать, возможно, даже понять, но ответить толком - нет. Но если эти сновидения и правда что-то значили.. Из размышлений его бесцеремонно вырвал Даочжан. — О чём ты задумался, друг мой? Ты так тих сегодня - Спросил он, не отвлекаясь от неспешной нарезки овощей. — Даочжан, что ты знаешь о душах мечей? - Сюэ Ян повернул к нему голову, смотря на расслабленную спину в белых одеждах, которые самолично выстирывал каждый раз, стоило им испачкаться. — Душах мечей? Хм.. Наставница не так много говорила о них.. Лишь то, что душа есть у каждого духовного оружия, и потому с ним нужно обращаться уважительно и дать имя - Задумчиво ответил тот. — Но что вообще заставило тебя думать об этом? Неужто то, что наши мечи упали ночью? Едва ли это связано с их душами - С тихим смешком заверил Даочжан, вот только милый друг в этот раз не был уверен, прав ли тот. — Нет - отмахнулся он - просто мне приснилось, что наши мечи превратились в людей - Сюэ Ян решил, что нет смысла скрывать это. Может, Даочжан даже сможет натолкнуть его на какие светлые мысли по этому поводу, он то точно более сведущ во всем этом, даже если если Баошань ему толком ничего и не рассказывала. Сюэ Яну вот вообще ничего про эти чёртовы души не говорили. Он и имя то мечу дал только потому, что знал, что так делают, а зачем - ему тогда ещё было не ясно. Это потом он узнал, что у оружия бывает характер и у его меча он весьма скверный. — О, вот как - В голосе слепца появилась толика задумчивости и спустя несколько секунд он принялся рассказывать. — Знаешь, в некоторые особенно тревожные и темные моменты моей жизни ко мне во сне приходил один и тот же человек. Юноша с белыми волосами и черными, как ночь, глазами. Он всегда утешал меня или даже помогал. Однажды мы с.. - тут он на несколько секунд затих, и убийца уже знал, что тот наверняка вспомнил о какой-то ситуации с его драгоценным Цзыченем. Даочжан каждый раз запинался, стоило ему только вспомнить об этой снулой рыбине. Сюэ Ян еле сдержался, чтобы не скрипнуть зубами - моим другом - наконец продолжил даос - заплутали в горах. Там бушевала метель и мы плутали без конца, не в силах найти безопасный спуск. И на мечах по такой погоде не полетаешь. Мы решили заночевать там, в небольшой пещере и во сне ко мне снова пришел тот человек. Он провёл меня по этой горе и показал выход. Я бы наверное не пошёл за ним, если бы не видел его несколько раз до этого. Решил бы, что этот сон послала мне какая-нибудь нечисть. Но он всегда помогал мне. Хотя я и не всегда был с ним согласен и порой поступал не так, как он говорил. И мне честно говоря, кажется, что если бы Шуанхуа был человеком, он был бы похож на него. Не убеждениями, но внешностью и характером, пожалуй, точно - Закончив рассказ, Сяо Синчень повернулся к нему с небольшой улыбкой, на которую Сюэ Ян засмотрелся. Она всегда заставляла его впасть в ступор и неизменно притягивала взгляд. Но в этот раз любопытство все же оказалось сильнее и он спросил: — А когда ты не слушал его? Ну, этого человека Стоило вопросу прозвучать, как лицо даоса переменилось. Побледнело, губы поджались, залегла небольшая хмурая морщинка между бровей. Сюэ Ян знал это выражение лица слишком хорошо. С таким его Даочжан вспоминал о нём, о клане Чан или Байсюэ. Иногда о Сун Лане. Неужто в какой-то из этих ситуаций они с Шуанхуа - если Сюэ Ян, конечно, правильно все понял, и этот блондин действительно меч Даочжана - не сошлись во мнениях? А он то думал, что даосская железка должна быть столь же праведной, что и сам Сяо Синчень. — Однажды - после чуть затянувшейся паузы, Даочжан все же начал свой рассказ - мне довелось расследовать одно дело.. За одну ночь всего один человек уничтожил целый клан заклинателей.. - он говорил медленно, от чего сразу было понятно: воспоминания о пережитом ужасе ещё свежи, но Сюэ Ян не стал торопить, вместо этого впиваясь взглядом в белоснежную ткань, перечеркивающую лицо мужчины. Значит, дело все же в клане Чан. И что же там Шуанхуа напел своему хозяину? Неужто хотел, как и его драгоценный Цзычень, просто снести преступнику голову, а не тащить в Ланьлин? - Пока я выяснял подробности, узнал что между прошлым главой того клана и убийцей однажды произошёл конфликт.. Узнать его обстоятельства мне так и не удалось.. Но в ту же ночь, как я узнал об этом ко мне пришел во сне тот человек. Он сказал, что мне не стоит дальше лезть в это дело, что кто-то со стороны не сможет разобраться в чужих склоках и что я могу навлечь на себя беду.. - Сюэ Ян округлил глаза. Так благородный меч хотел не казнить его самолично, а наоборот отговорить своего господина от расследования? Тёмный заклинатель невольно проникся к оружию уважением. Тот ведь был прав. Послушай Сяо Синчень его тогда и был бы сейчас при глазах, а может и при своём ордене, который он так мечтал основать в то время - Я не послушал его тогда. И действительно навлёк большую беду.. Но не жалею о том, как поступил. Отпустить преступника после столь чудовищного деяния.. Я не смог бы. Мне жаль лишь, что по моей просьбе в это дело вмешался мой друг.. - Тёмный заклинатель не сдержался, закатив глаза. Ничему Даочжана жизнь не учит - А во второй раз я ослушался его, когда он просил не отдавать свои глаза другу. Но я был виноват перед ним. И потому об этом я тоже не жалею - Наконец закончил тот свой рассказ. Сюэ Ян к этому моменту поразился благоразумию ранее так не уважаемого им меча. Тот, похоже, был совсем не так наивен, как Сяо Синчень, и определенно не был блаженным. Интересно, как же так получилось? Разве душа меча не должна была, как и Даочжан, провести большую часть жизни на какой-то горе, обучаясь у знаменитой наставницы? Тогда почему же убеждения морозной железки так отличались от тех, что были у ученика Баошань Саньжэнь? Все эти вопросы завертелись в голове Сюэ Яна подобно той буре, в которой мечи предстали перед ним в первом сне и он даже забыл ответить Сяо Синченю, но к счастью, это и не понадобилось, на кухню, сонно постукивая палкой и зевая, вошла Слепышка и внимание слепца переключилось на неё и готовку завтрака